Покровитель тёмных искусств

Сначала его прошиб холодный пот, а тело сковала лихорадка. Он чувствовал, будто падает. Куда? Во тьму, разумеется. Минус слепоты в том, что ты всегда думаешь, будто падаешь в бесконечную пустоту, пока не шлёпнешься обо что-нибудь настолько твёрдое, что размозжишь не только самое мягкое место, но и черепную коробку, особенно если приземлишься неудачно. Но падение всё продолжалось и продолжалось… «Если это и есть мой личный ад – вечное падение в пустоте, то я даже рад. Лучше, чем заново переживать тот кошмар.» Пока его тело металось в лихорадочном жару, а разум вяз в меланхоличных размышлениях, где-то глубоко внутри что-то дрогнуло. Гладкая черная поверхность его души подёрнулась, будто кто-то бросил крошечный камень в спящее озеро. Колебание было почти невесомым, еле ощутимым, но Лиан почувствовал его. Если это и были его иссохшие зачатки духовной энергии, то теперь они, кажется, просыпались от долгого сна. Фэй знал, что в нём с детства тлел слабый намёк на духовную силу. Когда он только-только ослеп, его матушка, одержимая поиском помощи, приложила все усилия, чтобы тайно привести во дворец заклинателя из Долины Бессмертных. Это был мастер-отшельник, не привязанный ни к одной школе. Добрый и строгий одновременно, загадочный и вежливый — он знал, зачем сюда прибыл. Младший из императорских сыновей потерял зрение, и с этим нужно было что-то делать. Целители и доктора лишь разводили руками, повторяя одно и то же: «Невозможно.» Но мастер-отшельник был другим. Он заинтересовался юным принцем с самого начала, почувствовав в нём потенциал к искусству заклинателей. Да, глаза восстановить не удалось. Но мастер поступил хитро: вместо попыток исцелить физическое зрение, он научил Лиана видеть мир иначе. Через потоки жизни и смерти. Через пульсацию энергии всего живого и неживого. Он научил его чувствовать. Мастер усилил его слух, обострил осязание и обоняние, заставил в полной мере использовать оставшиеся органы чувств. Он укрепил его тело и дух, заложив основу для дальнейшего пути заклинателя. Девять лет мастер тренировал Лиана в тайне. Он был строгим учителем, но принц всё выдержал — ведь другого выбора у него не было. А затем… мастер исчез. Просто в один день ушёл, не оставив ни следа, ни прощального слова. Сначала юный принц не думал искать его. Он продолжал тренировки сам — так же тайно, так же усердно. Но однажды, всё изменилось. Несчастье сломило его дух, навсегда оставив в груди зияющую пустоту. С тех пор он перестал верить в свои силы и опустил руки. А теперь, спустя столько лет и смерть, он вновь ощущал эту дрожь внутри. Энергия. Её крошечные потоки пробуждались, мягко текли по телу, будто напоминая о чём-то забытом, сокровенном. «Что это?..» – пронеслось в голове Лиана. Он с трудом мог осознать, что происходит. А затем он замер. Шум. Сначала тихий, словно далёкое эхо, а затем всё громче и отчётливее. Кто-то приближался. Он ощутил это ещё до того, как дверь распахнулась с грохотом, и в его личный покой ворвался суетливый и чересчур бодрый голос. — Ваше Высочество! Доброе утро! — воскликнул Кайлан, как всегда слишком громко и с непозволительной для слуги энергичностью. Если бы Лиан мог видеть, он бы точно закатил глаза. — Ваше... что? — хрипло выдавил он, пытаясь понять, кто это и какого демона его мучает прямо в аду. — Ваше Высочество, не шутите так! У нас куча дел! — продолжал Кайлан, щёлкая пальцами и хлопая бумагами, как вечно занятый администратор. — Время уже позднее, а вы только проснулись! И кстати, последняя сплетня: принц Чэнь снова затеял какую-то пакость! Ну а принцесса Ли вчера была замечена в саду с… Лиан не слушал. Он просто сидел, неподвижно, ошарашенно, пытаясь осознать происходящее. «Кайлан?..» Его личный слуга. Молодой, живой и шумный. Как в те далёкие годы, когда Лиан был всего лишь шестым принцем. «Это точно Кайлан! Но это невозможно! Его убили прямо перед тем, как старики посадили меня на трон… Нет, нет-нет-нет… Либо я умер и попал в тот же ад, что и Кайлан, либо я снова шестой принц?..» Он почти не дышал, пока Кайлан продолжал трещать о дворцовых сплетнях, явно не замечая странного поведения своего господина. Чтобы убедиться в своих суждениях Лиан решил немного прислушаться к той информации, которую без продыху тараторил слуга. «Это невозможно… Но… Я точно помню, как пронзил себя мечом. Я умер. Я должен был умереть! А теперь… а теперь я здесь. Но по словам сороки, сейчас тот год, когда мне 18 лет, и примерно середина лета. Невозможно…» Лиан стиснул руки. Он отчётливо ощущал тепло крови, гулкое биение сердца и… своё молодое тело. Без боли, без шрамов тридцати лет правления. Но по-прежнему слепое. «Тридцать лет… Тридцать чёртовых лет назад…» — Кайлан, — спокойно произнёс Лиан, перебив бесконечную болтовню слуги. — Да, Ваше Высочество? — тот немедленно умолк, явно удивлённый. — Заткнись на минуту. И принеси мне воды. Кайлан опешил, но повиновался. Лиан провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул. «Кажется, я снова в аду. Только теперь у меня есть второй шанс…» Услышав четкий звук захлопывающихся дверей, принц на мгновение замер, а затем резко вскочил с постели. С вытянутыми руками он медленно двинулся по комнате, ощупывая все, что попадалось ему под руку. К его собственному удивлению, комната оказалась не такой уж большой. Лиан помнил, что в восемнадцать лет он ютился в самых отдаленных и скромных покоях северного крыла императорского дворца. Это была тихая, почти заброшенная часть дворца, куда никто не решался заглядывать без особой надобности. Император специально распорядился поселить шестого принца там, где его не будут беспокоить. На самом деле это было лучшее, что могло случиться с юным Лианом — в покоях всегда царила тишина, и никто не донимал его ни шумом, ни лишними визитами. Комната действительно выглядела скромно: кровать, деревянные стеллажи, заваленные книгами и свитками, и массивный письменный стол. Из бесполезного декора — две огромные фарфоровые вазы, расписанные, вероятно, в честь какой-нибудь древней легенды. Конечно, Лиан, лишенный зрения, не мог оценить их красоту, но по словам Кайлана, они выглядели вполне достойно. Единственное, что действительно имело значение, — это большие окна, благодаря которым в комнате всегда было светло и свежо. Особых памятных вещей здесь не было — ни того, к чему бы он был привязан, ни уютных уголков, где ему нравилось бы чаще всего находиться. Все было просто и функционально. Через какое-то время Кайлан вернулся с водой. Лиан к тому моменту уже успел усесться за стол и медленно перебирал какие-то документы. — Вот так сразу и за работу?! — воскликнул слуга, едва не расплескав воду. — Могли бы хотя бы привести себя в порядок и переодеться, молодой господин! Фэй не знал, что это — сон, иллюзия или новый шанс. Но одно было ясно: время вернулось назад. "Если это все действительно взаправду," — пронеслось в голове Лиана, пока он игнорировал суетливого слугу. — "то в этот раз я должен постараться изо всех сил. Не хочу прожить ту самую жизнь заново. Через год начнется битва за трон и грызня между братьями. К этому времени я должен быть готов..." — Кайлан, ключ от тренировочного зала все еще у тебя? Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Кайлан едва не упал на месте. Его хвост замер от растерянности и радости одновременно. — Молодой господин… вы… вы… — его голос дрожал, выдавая не то шок, не то восторг. В следующую секунду он уже лихорадочно обыскивал карманы и рукава своего рабочего наряда. — Я знал, верил, что однажды вы придете в себя! — воскликнул он, совершенно забыв про стопку бумаг, которую держал в руках. Она уже валялась на полу в хаотичном беспорядке. — Долой поручения ваших братьев, они не стоят вашего внимания! Порывшись в самых глубоких закромах своей одежды, он наконец-то выудил крошечный ключ. — Нашел! — выпалил он с таким энтузиазмом, будто только что одержал великую победу. Лиан невольно вздохнул. Энергичность этой маленькой сороки, хоть и забавляла его, уже начинала утомлять. Приведя свои перья в порядок и облачившись в повседневный прогулочный наряд, Лиан попросил слугу сопроводить его в тайный зал. Уже на выходе из покоев Кайлан, не упустив момента, всучил своему господину белоснежную длинную трость. — Это ещё что такое? — нахмурился Лиан, ощупывая гладкую поверхность. — Как что? Вы что, забыли про ваш гениальный план? — возмутился Кайлан, гордо взмахнув хвостом. — Чтобы снизить бдительность ваших старших братьев! Лиан на мгновение застыл, осмысливая услышанное. «Ах да... И вправду, было дело. Я и забыл, как разыгрывал беспомощного калеку. Хм, придётся и в этот раз подыграть, только теперь я не собираюсь сидеть сложа руки.» Он крепче сжал трость в руке, словно решительность Лиана передалась через её гладкую рукоять. — Ладно, идём, — бросил он слуге, предлагая тому свою руку. Кайлан с видимым облегчением обхватил локоть господина, и они вместе покинули покои, растворившись в тишине северного крыла дворца.