Часть 1
26 декабря 2024 г., 22:10
Юта стеснялся дарить цветы Инумаки, даже очень сильно, по большей части он стеснялся только из-за того, что они видятся только в школе, а дарить при одноклассниках он не горел желанием.
Ну вот что скажут, если он притащит букет цветов для своего парня? То что он пидор или что похуже? Было страшно. Если его так начнут оскорблять, то он точно этого не переживёт.
Оккоцу знал где живет Тогэ, только вот осмелиться туда прийти было то еще задание, возможно даже со звёздочкой.
Юта пару дней набирался смелости, чтоб взять, купить цветы и прийти к своему возлюбленному.
А если одноклассников встретит?.. Б-р-р-р..
Вроде бы и плевать, подумают что к девушке идёт, а вроде и не хочется.
Оккоцу переступает порог своего дома, на слегка ватных ногах, закрывает дом и направляется в сторону дома Инумаки. Они живут довольно близко, хоть и почти не пересекаются, цветы в руках выглядят прекрасно, будто сам Юта их вырастил и решил отдать кусочек себя Тогэ, возможно так и было, цветы он купил у своей матери, которая по любезности дала в полцены. Ну родному сыну! За деньги! В такие моменты Юта лишь цокал и протягивал купюру, которая была ему на неделю.
Парень оглядывает улицы, на которых прохожие идут в школу, может даже на работу или куда-то ещё. В такие моменты было интересно задуматься, чем же живет другой человек, пока он тут спокойно прогуливается до дома второй половинки.
Начали встречаться они несколько месяцев назад, но вот незадача, всё обходилось лишь лёгкими прикосновениями и объятьями, чтоб поцеловать, тем более в каком-то людном месте, было сложно.
Хотя очень хотелось, возможно Юта и скромный, но не до такой степени. Он заворачивает за угол и видит дом Инумаки, вот-вот и он будет на месте, но что если ему не понравится? А если ему вообще цветы не нравятся?
В голову начали лезть самые тревожные мысли, но ноги всё равно двигались в сторону дома. Бля.
Вот он уже стоит напротив калитки и собирается с мыслями, пытаясь придумать оправдание, если Тогэ не понравится.
— Ну, вот скажу что просто шутка! Он же любит шутить, да? – Юта неловко оглядывает улицу, чтоб его разговоры самим с собой никто не слышал. – Ах! Плевать, если не понравится, можно же просто извиниться, так ведь? – Дверь резко открывается и Оккоцу чуть ли не падает во двор к парню, который собирался выходить в школу, ну или же просто услышал знакомый голос. Инумаки вопросительно выгибает бровь и смотрит на “друга“. – Аа.. Привет. – Он нежно улыбается и протягивает букет, – это тебе. Я не знал какие цветы тебе нравятся, поэтому решил подарить эти. Они вроде красивые.
В руках Инумаки оказываются незабудки и тот слегка заливается румянцем. Тогэ не был разговорчивым, наверное по большей части из-за проблем с речью, поэтому он лишь кивает и проходит обратно во двор, затягивая Юту с собой.
Парень бы хотел остаться подождать друга за воротами или хотя бы на пороге, но его тянут в дом и заставляют разуться. Юта неловко улыбается родителям Инумаки и проходит за ним, сначала в ванную, а потом в его комнату.
Тогэ оставляет небольшой букетик на столе в банке с водой и подходит к Оккоцу, подхватывая его руки и скрепляя его пальцы со своими. Он нежно улыбается.
— Спасибо.. – Тихо и невнятно произносит Тогэ, после чего крепче сжимает руку Юты.
— Да не нужно благодарить, я же просто приятно хотел сделать. Тебе нравятся такие цветы?
Ответа он не получает, да и в такой момент он не нужен.
Инумаки приближается к лицу Оккоцу и слегка касается губ, проверяя реакцию, ничего не получая от этого, тот прижимается еще сильнее и отстраняется, неловко сжимая чужую руку. От смущения лицо залилось красным оттенком. Вот вроде бы Юта думал об этом, думал что сможет сразу же ответить на это или ещё что-то, но сейчас.. Сердце бешенно колотилось, а сам Юта был чуть ли не на седьмом небе от счастья.
В чувства его приводят объятья Инумаки, который уложил голову ему на плечо и стал шептать милые вещи, которые еще больше смущали и не давали сосредоточиться над тем что пора бы идти на уроки.
Примечания:
незабудки на языке цветов в японии — истинная любовь.
тгк — https://t.me/sectwithtorah