Good luck, babe!

      — Знаете, совсем недавно мир узнал о новой звезде! — начал ведущий, — Настоящей звезде, взорвавшей чарты, — в эту же минуту из зала послышались бурные аплодисменты и визг фанатов, который не смог не удивить ведущего шоу, — Да ладно вам! Я только начал говорить! Встречайте сногсшибательную, безумно талантливую, ту, кто наверняка разбивает ваши сердца... МУЗА МЕЛОДИС! Голубое свечение экрана отразилось на стенах тёмной квартиры. На маленьком журнальном столике стояли недопитое вино и пара бокалов. Ривен развалился на диване, лениво пролистывая новости на телефоне, когда его взгляд внезапно упал на то, что происходило на экране. Беатрикс смотрела шоу — её любимое вечернее шоу, в котором сегодня, кажется, выступит Муза. Ривен вздрогнул, увидев, как она села в кресло рядом с ведущим. Беатрикс же, кажется, была не менее удивлена, от чего её бровь изогнулась. Она вытянула руку и схватила бокал с недопитым вином ощущая, как комнату заполняет напряжение. Ривен даже не взглянул на неё, полностью сосредоточившись на экране, в котором сейчас стояла девушка, к которой он был неравнодушен почти всю свою жизнь. И о которой он ничего не слышал уже примерно два года.       — Кажется, ты перегнул с разбитием сердец и прочим, — смущённо начала брюнетка, поправляя свою юбку и мило улыбнувшись.       — Ох, да брось, Муза! — ведущий, как ему и положено, перегибал палку с эмоциональностью и драматично взмахнул рукой. После очередных аплодисментов он продолжил, — Итак, мне нашепиали, что ты приготовила для нас кое-что интересное, — он заговорщески улыбнулся и вновь выдал паузу, пока крики не утихнут. Муза поправила свои локоны и искренне улыбнулась, сощурив глаза, — Знаешь, на самом деле мы готовили нечто иное, не то, что произойдёт здесь сейчас, — она не сдержала смешок, заметив удивление на лице ведущего, — Меня просили исполнить песню из недавно вышедшего альбома, но... — она закусила губу, — Я решила, что готова показать всем песню, которую я придерживала у себя долгое время, поэтому вы все, кто смотрит это потрясающее шоу, услышите мой старый-новый сингл первыми! И вновь послышались бурные овации и крики, ведущий не сдержался и приоткрыл рот от шока.       — Вау! Что ж, ты бесспорно удивила нас, Муза! Но, прежде чем ты начнёшь, мне все же интересно узнать одну вещь. Ты сказал, что хранила эту песню долгое время, значит ли это, что твой "старый-новый" шедевр нечто глубоко личное? В этот момент в студии повисла тишина и Муза также сохраняла её несколько секунд.       — Думаю, я наконец-то выросла до того, чтобы поделиться этим. Все верно, это что-то личное для меня, я бы сказала даже через чур. Но я не могу не дать этому выйти наружу, потому что, знаешь, как это бывает? Не так давно я решилась на этот шаг, выпустить этот сингл, чтобы отпустить историю, — ведущий заметил то, как девушка начала смущаться все больше и нервно пожимать плечами, поэтому перехватил разговор в свои руки.       — И все же, перед началом, можешь немного рассказать об этой истории? Прости, если это через чур, ты можешь сохранить это сейчас и рассказать своей потрясающей музыкой. Брюнетка сглотнула, — Эта песня что-то вроде о любовном треугольнике, если так можно выразиться. О событиях прошлого, которые могут случиться с каждым, и именно поэтому я решила передать это в сегодняшней песне. Зал вновь разразился аплодисментами, и к ним присоединился ведущий.       — Чтож, учитывая наш тайминг и то, как мне не терпится это услышать, я приглашаю тебя на нашу сцену. В очередной раз, под громкие вскрики, Муза пересекает расстояние неторопливыми шагами и останавливается у стула. Муза стояла на сцене, свет софитов превращал её в загадочную фигуру, обрамленную тенью. Её взгляд был направлен куда-то вдаль, за пределы зала, словно она искала того, кто был на другом конце эфира. Настроив микрофон, она поправляет свои длинные локоны и присаживается на высокий стул, прикрывает глаза, чтобы сосредоточиться, делает глубокий вдох и выдох, а затем кивает музыкантам и девушкам бек-вокалистам в знак того, что она готова начать. Тихая музыка разливается по студии. Ривен, сидя на диване в полумраке своей гостиной, не мог отвести глаз от экрана. На мгновение время остановилось. Песня начиналась, и каждый звук ударялся о стены его сознания, разбивая воспоминания и сожаления на осколки.

"It's fine, It's cool.

You can say that we are nothing, but You know The truth."

Муза и Ривен были лучшими друзьями. Тогда Ривен еще и представить не мог, что Муза будет значить для него так много. Они были неразлучны. Они вместе прогуливали занятия, слушали музыку на крыше и устраивали дурацкие соревнования — кто громче закричит или выше прыгнет. Муза была его другом, близким другом, с которым он мог говорить обо всем: о будущем, о мечтах, о боли, скрытой за их кажущейся независимостью. Они понимали друг друга. Возможно, судьба подарила их друг другу, чтобы спасти. Она прекрасно знала, каким ответственным был этот парень (несмотря на то, каким он выглядел), как поклялся самому себе, что, если у него появится своя семья, она будет намного лучше, чем та, в которой он рос всю свою жизнь. Он же прекрасно понимал ее стремления попасть в школу иссекуств, несмотря на то, что отец был против. Для других они могли казаться просто друзьями, но оба знали правду — это была связь, которую трудно назвать просто дружбой. Каждый момент, когда он смотрел на неё с лёгкой улыбкой, каждый смех, разделённый в пустых коридорах школы, доказывали обратное.Они понимали друг друга без слов, и, возможно, именно поэтому он никогда не позволял себе признаться, что его чувства давно выходили за рамки дружбы. Ривен мог с лёгкостью закрыться от всех, но не от неё, от ее прямого взгляда, который словно проникал ему в душу.       — Когда станешь мировой звездой, напишешь для меня песню? — издевательски произнес Ривен, на что она закатила глаза, их руки соприкоснулись на мгновение, но этого было достаточно, чтобы она почувствовала дрожь в груди.

"And guess I'm The fool

With her arms out like an angel through The car sunroof"

Когда в его жизни появилась Беатрикс, Муза сразу почувствовала тревогу. Она знала о репутации этой девушки, видела, как Беатрикс легко играла с людьми, и старалась предостеречь Ривена. Ривен с болезненной ясностью вспомнил ту поездку за город, когда Беатрикс, с громким смехом, высовывалась из люка машины, держа руки, словно распахнув крылья. Тогда он думал, что счастье - это свобода, это ветер, разрезающий ночь, именно то, что он испытывал с рыжеволосой девушкой. Но Муза сидела рядом с ним в машине, тихо глядя вперёд, и на мгновение ему показалось, что её глаза блестят от слёз. Муза чувствовала себя глупой. Она понимала, что этот момент будет стоить ей многого.

" I don't wanna call It love

But You don't wanna call It love

You only wanna be The one that I call baby"

Муза старалась всеми силами отгонять мысли о том, что из этих двоих может что-то получиться. В конце концов, они оба были слишком хаотичными, чтобы быть парой. Но с каждой их совместной встречей она видела то, с каким интересом её друг провожает новую знакомую взглядами. Но он только отмахивался, словно ее слова ничего не значили. «Это просто развлечение. Ты же знаешь меня, малышка», — улыбался он, убеждая не столько ее, сколько себя. И неизвестно почему и когда, но уже давно у них вошло в привычку называть друг друга ласковым прозвищами. Возможно, именно так они пытались показать свою тайную симпатию друг другу, Муза не была против этого. А Ривен обожал всем сердцем, когда она обращалась к нему также. Но, несмотря на свою веселость и флирт, Ривен не замечал, что с каждым разом все больше увязает. Ему нравилось чувство легкости и свободы, которые дарила Беатрикс, нравилось её внимание и лукавый взгляд. Он не замечал, как постепенно оказался в ловушке, расставленной ее игрой.

You can kiss a hundred boys in bars

Shoot, another shot, try to stop The feeling

You can say It's just The way You are

Make a new excuse, another stupid reason

Беатрикс была шумной. Она любила вечеринки, чего нельзя было сказать о Музе. Но она любила проводить время с Ривеном, а когда он стал все чаще приводить их в места, где был алкоголь, у брюнетки не было выхода, она шла за ним. И каждый раз, когда она задавала ему вопрос о том, почему они здесь, он вываливал уже приготовленные отговорки. Но Муза все понимала. Он заинтересован Беатрикс, ведь даже не обращал внимания на то, что брюнетку пытался склеить очередной парень за вечер, ведь обычно он всегда давал им отпор.       — Боже, Ривен, не стоит напиваться так из-за того, что она такая. Нельзя изменить человека, — ей наконец удалось вырваться из рук пьяного мудака, который пытался предложить ей выпить, и вот она стояла у барной стойки, наблюдая за своим лучшим другом, в котором кипела ненависть.       — Что? — он удивлённо вскинул бровями, когда услышал её слова и нахмурился, переводя взгляд на рыжую бестию, что танцевала со всеми, — Ох, да ладно! — парень закатил глаза и выпил очередной шот, — Я просто люблю повеселиться, ты же знаешь, — он подмигнул ей и взял за руку, Направляясь к танцполу. Но Муза знала, что это была ревность. И она действительно думала, что она направлена к Беатрикс.

Good luck, babe!

Well, good luck, babe!

You'd have to stop The world just to stop The feeling

Ривен ненавидел себя за то, что испытывал к Музе. И ненавидел себя за то, что не имеел смелости признаться ей в этом. Кроме этого, он отчаянно понимал, что между ними не могло быть ничего больше дружбы. Она была слишком... Хороша для него, и он это прекрасно понимал. Точно также, как понимал тот факт, что своим присутствием лишь отстраняет её от другой жизни, от других знакомств, поэтому предпочел запивать всю злость, когда видел, что какой-то парень подходил к ней на вечеринках. Но, честно говоря, ему бы пришлось остановить землю, чтобы его чувства к ней перестали пылать.

I'm cliche', who cares

It's a sexually explicit kind of love afair

Возможно, вся эта история была клешированной, но Ривен решил отступить. Идеальным, на тот момент, решением для него стала Беатрикс. И она, на самом деле, не была против отличного секса, даже если им пришлось объявить друг друга парой официально. Муза и Ривен виделись все реже. У него появилась более интересное времяпрепровождение, думала Муза. И, в конце концов, Беатрикс не особо импонировала компания брюнетки, каждый раз награждая ее презрительным взглядом, если они пересекались. И каждый раз, когда она пыталась выведать у него, насколько он был серьёзен в своих намерениях по отношению к Беатрикс, он отмахивался.       — Так, значит, ты отметишь Рождество с семьей Беатрикс? — удивленно произнесла Муза, подав парню последнюю коробку и следуя за ним к машине.       — Ты сама сказала, что у тебя слишком много дел в своем пристанище звезд, — пытался отшутиться Ривен, загрузив коробку в багажник.       — Это называется школа искусств, придурок, — она не сдержала улыбку, когда он посмотрел на нее нежным взглядом и заключил в прощальные объятия.

And I cry. It's not fair.

I just need a little lovin', I just need a little air.

Ей было чертовски больно видеть их совместные фотографии в социальных сетях. Каждый раз, когда у них получалось встретиться, она пыталась заставить себя признаться ему, пыталась подтолкнуть саму себя. Но каждый раз все попытки скрывались глубоко внутри, а по ночам она предпочитала плакать в подушку из-за своей слабости и страха. Она просто нуждалась в его любви и заботе, как раньше. Она чертовски хотела этого. Но все изменилось в один вечер, когда одним вечером он приехал к ней и попросил выйти из своего кампуса. Брюнетка уже понимала, что произошло что-то ужасное, если парень решился проехать путь в несколько часов, чтобы поговорить с ней лично. И после этого лишь в полном усталости сне она не чувствовала то, как её подушка была полностью пропитана слезами.

Think I'm gonna call It off

      — Возможно, вам не стоит так торопиться, Ривен? Я уверена, нет, Рив, я знаю, что найдётся другой человек, который подойдёт тебе намного лучше! — взревела она на пассажирском сиденье, когда услышала слово "свадьба". Ривен обречённо смотрел на руль своей машины, когда они остановились на парковке рядом с ее новым любимым кафе.       — Почему ты молчишь?! — продолжала напирать Муза, — ты ведь знаешь, что из этого ничего не выйдет! Для чего ты делаешь это?! Ривен, черт возьми, просто скажи, почему ты поступаешь так со...       — Она беременна, Муза, — с таким же тоном прервал её парень. Брюнетка тут же затихла. Она знала Ривена. Она прекрасно понимала, что в таких делах он был человеком чести, как бы смешно это не выглядело, если речь заходила о нем.       — Ты можешь передумать, — сказала она, избегая его взгляда. — Ты не обязан идти на это, если не любишь её. Она поняла, что слова больше не помогут. Он решил идти до конца, даже если это означало предать самого себя. Теперь у него будет своя семья и жизнь, в которую Муза не была готова вмешиваться.       — Просто сделай одолжение, — начала Муза, пытаясь всеми силами остановить себя и не произнести то, о чем она думала, — Не жди, что я буду стоять на этом торжестве с сияющей улыбкой на лице, если вы меня, конечно, позовёте.       — Конечно, — тихо пробормотал Ривен понимая, что все кончено.

But You don't wanna call It love

I just wanna love someone who calls me "baby"

Все произошло той ночью, за ночь до свадьбы. Ривен, сжатый в тисках навязанного решения, выбрал единственный способ сбежать от своей вины - отправиться в бар. Он пил, пытаясь заглушить собственные сомнения, боль и горечь от неизбежности выбора. Шатаясь от выпитых напитков, он отправился к единственному человеку, которому доверял больше всех. Он позвонил в дверь, и Муза, выглянув в ночи, увидела его - растрепанного, потерянного, едва держащегося на ногах.       — Рив... — тихо произнесла она.       — Муза, мне... — он прервался, смотря на неё взглядом, полного сожаления, который говорил о многом, — Я не знаю, что делаю… — он вновь прервал себя и отчаянно вздохнул, — Боже, мне так жаль, малышка, я... Муза замерла, почувствовав его руку на своей коже. Она прекрасно понимала, о чем он хотел сказать. Ей хотелось услышать это много лет, но сейчас все это звучало как пытка. Уже завтра он наденет кольцо на палец Беатрикс. Она застыла, чувствуя его прикосновение, его горячее дыхание на своей шее. Она знала, что эти слова он произносил не ради неё, а ради себя, ради призрачной надежды, что это изменит реальность. Муза знала, что его поступок - не настоящая любовь, это обязательство, долг перед человеком, которого он не хотел бросить в сложный момент. Но это не приносило облегчения.       — Рив, — произнесла она лаского но со всей тоской в голосе, что копилась годами, — Я люблю тебя всем своим потрепанным сердцем, — она печально улыбнулась, встретились с ним взглядом, — И я знаю тебя много лет. Это не имеет значения теперь, Ривен, — прошептала она, отстраняясь. — Завтра ты женишься, и мы оба знаем, почему. И мы оба знаем, что это случится. Свадьба была просто формальностью - торжество для друзей и родственников. Муза не смогла прийти. Она сидела в своей комнате, глядя пустым взглядом в окно. Её сердце разрывалось, но она знала, что её присутствие только усложнит всё. Ее сердце разрывалось, ведь другой исход заметен лишь в фильмах, а это реальность. Ривен смотрел в толпу, ища её взглядом. Он надеялся увидеть её лицо, но понял, что она не придёт. Эта мысль жгла его изнутри, даже когда он повторял за священником клятвы.

You can kiss a hundred boys in bars

Shoot, another shot, try to stop The feeling

Свадьба прошла, и спустя несколько месяцев Беатрикс потеряла ребёнка. Этот удар сблизил их на время, превратив их дом в тихую скорбь. Ривен остался рядом с ней, поддерживая, но его сердце было далеко. Со временем Беатрикс начала искать утешение в других местах, в барах, среди чужих улыбок и взглядов. Её поцелуи с незнакомцами были не столько изменой, сколько криком о помощи. Она пыталась заполнить пустоту, которую чувствовала рядом с ним. Она целовала других, пила, танцевала, как будто это могло спасти от пустоты их брака. Но Ривен знал, что всё это было лишь попыткой скрыть то, что они оба чувствовали — их брак был иллюзией. Ривен знал о её ночных похождениях, но молчал, позволяя всему катиться вниз по спирали. Он уже не чувствовал гнева, лишь горечь. Всё было потеряно ещё тогда, когда он решил пожертвовать собой ради иллюзии. Ривен понимал это, но не мог остановить ни её, ни себя. Он оставался, не зная, как изменить свою жизнь, не нарушив всё окончательно.

You can say It's just The way You are

Make a new excuse, another stupid reason

Он часто звонил ей, и она выслушивала его горькие речи о том, что все происходит не так, как должно. На ее вопросы о том, собирается ли он уйти от Беатрикс, Ривен каждый раз придумывал очередные глупые отговорки, после которых Муза хотела скорее закончить их диалог.

Good luck, babe!

Well, good luck, babe!

You'd have to stop the world just to stop the feeling

Муза пыталась забыться. В какой-то момент она не взяла трубку намеренно. А затем и в следующие разы. Она смогла позволить себе проводить время со своими новыми друзьями из университета, заводить отношения, погружаться в учебу и песни с головой, пытаясь заглушить это чувство внутри. Но оно возвращалось каждый раз, когда она оставалась одна, сталкиваясь с истиной, которую не могла игнорировать.

Ooh, and when you wake up next to him in the middle of the night

With your head in your hands, you're nothing more than his wife

Ривен вспоминал ночи, когда просыпался, чувствуя, как Беатрикс тихо всхлипывала, сидя на краю кровати. Она уже понимала: быть просто его женой — не то, чего она хотела. А он был слишком погружён в свои мысли о Музе, чтобы вернуть их брак к жизни.

And when you think about me all of those years ago

You're standing face to face with "I told you so"

You know I hate to say it, "I told you so"

You know I hate to say it, but, "I told you so"

Ривен знал, что эта песня была посланием, напоминанием о той ночи, когда Муза предупреждала его. Она напомнила ему каждую свою попытку предупредить его. Он вспомнил её голос, её глаза, полные понимания, которое ему тогда казалось ненужным. Она была права. Она знала, что так будет, и теперь его боль была подтверждением её слов. Она действительно ненавидела фразу «Я же говорила», но ее голос звучал в его голове, и это было невыносимо.

Good luck, babe!

Well, good luck, babe!

You'd have to stop the world just to stop the feeling

Эти слова стали её прощанием. Она знала, что когда-нибудь он услышит их и поймет. Она пожелала ему удачи, потому что знала, что в этом мире ему понадобится что-то большее, чем просто сила воли, чтобы отпустить их историю. Беатрикс поднялась с дивана, не сказав ни слова, и ушла в спальню. Теперь он остался один, понимая, что единственное, что ему осталось - это пожелание удачи, которое он никогда не услышит в живую.

You'd have to stop the world just to stop the feeling…