Её король

      В тайной комнате за картиной всегда царит мягкий полумрак. Из большого окна на стене льётся почти болезненный для привыкших к темноте глаз солнечный свет. В воздухе витают мотыльки и бабочки из личной коллекции правителя: их бледные крылья пропускают сквозь себя лучи, прямо как сложенные искусной рукой витражи. Советница Натали знает, что именно в эту комнату король ускользал со своей супругой от извечной дворцовой суеты, и от этого у неё щемит в груди. Скребущееся внутри чувство чем-то похоже на скорбь, разочарование и проигрыш одновременно, но больше всего напоминает белую и колючую, как снег, зависть.       В помещении душно и влажно. Натали стучит каблуками, чуть слышно шурша подолом модного платья и направляясь в центр комнаты, прямо под свет неумолимо жаркого солнца, к королю. Она знает, что они вдвоём собираются сделать, и от ощущения триумфа у неё приподнимаются уголки накрашенных новой помадой губ. Это неправильно, о, как же неправильно! И так хорошо.       Краем глаза она замечает, что когда-то стоявшие в комнате широкий диван и удобный стол для трапезы пропали со своих мест. Без них здесь стало пусто, так, как не стало во всём дворце. Стенам будто не хватает портретов покойной королевы. Натали хочет скривиться от одной только мысли о ней, но она никогда не покажет такое своё выражение королю. Советница подходит ближе, и он точно её слышит, но не оборачивается.       В огромном окне можно увидеть Париж в лучших его красках. В том его величии, что ему принёс король. Натали не смотрит на выстроившиеся многочисленными рядами дома и переулки, не обращает взгляд на церкви, храмы и чудесную часовню вдали. Она видит весну, подтаявший снег на крышах, запутавшиеся в сосульках лучи и грязные, почти чёрные, лужи. Здесь, в этом городе, никто не чист. Даже король.       Она наконец подходит к нему вплотную. Он резко хватает её за талию, — так, что с губ срывается удивлённый вздох, — и прижимает к себе. Король пахнет дорогим вишнёвым вином и розовыми духами... Натали вдыхает полной грудью. Ей стоит возразить против его плана, против этой дьявольской задумки!.. Она признает честно: хотела бы остановить короля — не пришла бы сюда.       Её правитель гладит её по напудренным щекам и по узорам платья на спине. В голове у Натали кто-то бьёт в церковный колокол, с каждым ударом, с каждым движением её любимого властителя выкрикивающий протяжным звоном слово «шанс». Она знает, что вместе они идут на грех, на страшный грех, на кровавую сделку с дьяволом в попытке обдурить судьбу... В опасности кроется удовольствие, а в презрении прячется любовь — в это верят порхающие в животе Натали бабочки, уже много лет как дополняющие дворцовую энтомологическую коллекцию.       Советница короля знает: его указы и придуманные впопыхах правила заставят страну пролить много крови. Но она не станет спорить, нет, ни за что. Её синее платье отлично сочетается с его позолоченной красной мантией: её спокойствие разрушает в щепки его жажда азарта и риска.       Король отдаст в жертву демону хоть всю Францию, если это вернёт в мир живых королеву. Пусть горит, пусть полыхает и кричит, если он принесёт солнцу зашедшую за горизонт луну, коли дьявол приведёт к подрастающему принцу мать.       Натали знает своего правителя лучше самой себя. Она знает, где надавить и как обратить на себя его холодный взгляд. Каким образом растопить весну в уставших серых глазах. Натали уже много лет нашёптывала ему отгадки на сложнейшие государственные проблемы, и он принимал её слова за свои собственные.       Советница повернёт все решения короля так, как ей будет угодно. Придаст новый смысл кровавой сделке с дьяволом. Заслужит доверие юного принца.       Натали смотрит на сидящую на седом парике корону, пока её любимый позволяет ей находиться в близости его объятий. Париж или даже Франция? Небольшая цена за то, чтобы он стал её королём, чтобы она стала его королевой.       Габриэль отстраняется от неё, но ненадолго.