Вечеринка

      Камеры их уже не беспокоили. Это стало чем-то вроде шутки, когда у них перед носом срабатывает лампочка. Иногда они даже устраивали соревнования, кто быстрее придёт в себя.       Сегодня был один из таких вечеров. Рев подавил фырканье и хихиканье, зарывшись лицом в свои руки, и всё его тело затряслось, пока он не сдался и не захлебнулся смехом.       — Ты не видишь, признай это! — Засмеялся Эйс, указывая на Дака, когда тот пытался выпрямиться, упираясь кулаками в бёдра и вращая глазами от яркой вспышки за окном бара.       — Я прекрасно вижу. — Он хмыкнул, сузив глаза на Тека, что только усилило смех, поскольку Эйс сидел по другую сторону стола.       У фотографов и репортеров, должно быть, был день в поле, подумал Тек, улыбаясь своим друзьям и глядя в окно на толпы мужчин и женщин с камерами, телекамерами и микрофонами. Хорошо ещё, что он ничего не выпил - надо же подавать хоть какой-то пример, верно?       — Тек Э. Койот! — Крикнула женщина-репортер, пробиваясь к окну.       Окно было их единственным источником связи. Владелец бара уже выгнал их ради своих посетителей и пригрозил вызвать полицию, если новостные группы войдут в его заведение, указав на табличку у двери, где говорилось, что он может отказать в обслуживании любому.       — Тек Койот! — Снова крикнула женщина, и Тек бросил на неё лишь слабый взгляд - только для того, чтобы замереть и уставиться на фотографию, которую она прислонила к окну. — Мистер Койот! Не могли бы вы объяснить содержание этой фотографии? Ходят слухи, что до того, как вы отправили Мастермайнд в тюрьму, у вас с ней были постоянные и довольно серьёзные отношения!       — Почему на этой фотографии ты целуешь голову мисс Вакко-куку? — Пролепетал Дак, прищурив глаза и наклонившись над столом так, что практически лёг на него, чтобы рассмотреть фотографию поближе.       Слэм покраснел и несколько раз тряхнул головой, словно желая выкинуть из головы воспоминания об этой картинке, и вместо этого выпил ещё одну бутылку пива.       Тек тяжело сглотнул и встал из-за стола. Красная рубашка, надетая поверх белой футболки, на мгновение зацепилась за гребень фиолетовых перьев на голове Рева, и он пробормотал слабое извинение дорожному бегуну. Затем он скрылся, отойдя от окна, подальше от фотографии и репортера, которая всё ещё кричал через стекло, требуя его комментариев. Он махнул бармену Чаку, усаживаясь на один из табуретов. У него заложило уши, и он уставился на столешницу, а в животе у него заурчало. Ему действительно не следовало пить этот напиток… но к чёрту. Что может быть лучше, чем напиться из-за того, что какой-то тупой репортер решил расковырять старые раны?       Он кивнул Чаку и взял свой стакан с бурбоном, не спеша вдыхая пьянящий аромат, а затем сделал небольшой глоток. Он был сладким и довольно землистым, задерживаясь во рту и обжигая по пути вниз, проходя по организму и согревая его тело, как только попадал в живот.       Репортеры кричали, Лунатики смеялись, а Тек закрыл глаза, потирая переносицу. То лето было хорошим - учёба, теоретизирование, простое удовольствие от общения с человеком, который с таким же энтузиазмом создавал новые машины и пытался разгадать загадки будущего, одновременно совершенствуя концепции прошлого. До всего случившегося Мэллори была хорошим другом. Она даже была довольно милой до Рождества, но всё изменилось, и он так и не смог понять почему.       Прежде чем кто-то решился сесть рядом с ним, в его бокал пролилась третья порция. Рев играл со своей бутылкой пива гораздо более медленными пальцами, чем обычно. Тек чувствовал, как Рев поглядывает на него каждые две секунды: смех за столом уже утих - несомненно, он с затаённым дыханием следил за тем, переживёт ли Рев эту встречу.       — Итак… — Начал Рев, нервно ёрзая на своём месте.       Он был одет просто убийственно. Он выглядел слишком хорошо для дурацкого вечера в баре. Белая рубашка, роскошный коричневый жилет, подчёркивающий его глаза, тёмные брюки, обтягивающие его задницу и подчёркивающие длину ног, и галстук. Парень действительно носил дурацкий розовый галстук, когда выходил в город. Он выглядел хорошо - чертовски хорошо. Тек даже признал бы, что дважды прошёлся взглядом по его неожиданному наряду в баре. Но беспокойство, которое Рев изобразил на своём лице, заставило Тека снова отвернуться и уставиться в свой напиток.       Рев нахмурился, и Тек наблюдал, как перья на его шее взъерошились, а потом снова опустились. — Так неужели Мастермайнд так плохо целуется, как на картинке? — Хмыкнул он, выжидающе глядя на него.       Тек фыркнул, его губы скривила кривая улыбка, и он повернулся к озорно ухмыляющемуся дорожному бегуну. — Ты не собираешься спрашивать?       Рев пожал плечами и посмотрел на свою бутылку, покрутил её пальцами, а затем отпил, словно только что вспомнил, что именно для этого он её и взял. Он снова пожал плечами и сглотнул. — Я просто подумал, что, поскольку она выглядит нормально, это старая фотография… ещё до того, как что-то случилось с её планом по управлению миром с помощью мозгососания. — Он поковырял этикетку напитка.       Вздохнув и ссутулившись, Тек уставился взглядом в свой стакан с бурбоном. — Да. Тогда она была нормальной. Фотография была сделана почти за год до той презентации. — Он сделал паузу, хмуро глядя на янтарную жидкость, а затем выпрямился и быстрым глотком допил её, жестом попросив Чака налить ещё. Напиток потёк, и он подождал, пока бармен освободит ему место, прежде чем продолжить. — Примерно за полгода до своего плана она начала вести себя неадекватно. Мы встречались всего несколько месяцев, так что не похоже, чтобы у нас были серьёзные отношения. На самом деле, я даже не знаю, можно ли считать это свиданием. Скорее, мы просто общались и разговаривали о всякой ерунде, связанной с машинами и идеями, которые у нас были. Но, в конце концов, я с ней расстался… — Его бровь сморщилась, и Рев наклонилась к нему чуть ближе.       Он был благодарен за это: так вся эта куча дерьма казалась более приватной. Он отпил ещё, наслаждаясь вкусом. Мысли уже путались, но это было желанно и даже долгожданно. — Сначала она была такой нормальной… — Повторил он, качая головой. — Мы расстались в хороших отношениях, поэтому всё ещё работали вместе, когда она… — Он махнул рукой и сделал глоток. — План по высасыванию мозгов вступил в силу. — Его уши опустились ещё ниже. — Думаю, объяснять особо нечего. — Пробормотал он.       — Это просто больное место. — Дополнил Рев.       Тек кивнул, подняв глаза на бегуна, благодарный за понимание.       Рев вздохнул, а Тек уставился на него, наблюдая, как Рев ковыряется в этикетке своего пива, пока не оторвал её от бутылки, как ребёнок в нервном ожидании наказания. Чак протянул Реву свежую бутылку, и бегун смущённо улыбнулся и взял её с тихим «спасибо» себе под нос.       — Ты можешь вернуться к остальным. Я не буду весёлой компанией. — Пробормотал Тек и потёр глаза: от алкоголя его речь замедлилась, а конечности стали тяжёлыми, обоняние и без того было на пределе из-за отказа других органов чувств. От Рева хорошо пахло.       Дорожный бегун рассмеялся и посмотрел на него, зелёные глаза блеснули в ответ. — Нет, я пришёл сюда, потому что здесь был ты. Не очень-то хочется сегодня тусоваться с парнями.       Брови Тека сошлись, и он медленно моргнул, глядя на птицу, который вертел свою бутылку на столе между пальцами. — Я был назначенным водителем. — Он тупо проговорил это и снова моргнул. Он посмотрел на свой напиток и нахмурился. — Ну, был… Думаю, вместо этого я должен отвечать за поездки на такси. — Он окинул взглядом группу - тот факт, что Эйс каким-то образом уговорил Дака танцевать на столе с Лекси, говорил о том, что остальные были навеселе.       Рев захихикал, а Тек уставился на него, и на его губах заиграла лёгкая улыбка.       — Думаешь, Дак попытается отрицать это завтра? — Рев хихикнул, плоть вдоль клюва, не покрытая перьями, покраснела, а глаза расширились.       — Определённо. — Усмехнулся Тек, подталкивая Рева, когда тот допивал своё пиво. Перья Рева распушились и зашуршали от удовольствия, и Тек в ответ фыркнул.       — Надень юбку! — Крикнул Эйс.       Тек услышал позади себя вздох и слабо улыбнулся Чаку. — Я выведу их отсюда. Только сначала допью свою выпивку.       Бармен успокоился и кивнул, когда Дак надел юбку-хулу, откуда она взялась, было абсолютно непонятно, и принялся танцевать с Лекси, а Эйс ухмылялся с глубоким румянцем на щеках и ленивым, сонным взглядом в глазах. Слэм что-то пробормотал рядом с ним, кролик кивнул, и они вдвоём стали рыться в его штанах, предположительно в поисках долларовых купюр.       — Думаю, пора идти. — Пробормотал Рев и спрыгнул со своего места, лишь слегка пошатываясь. Ему удалось удержать Эйса и Слэма от того, чтобы Лекси не продешевила с деньгами, засунутыми ей в штаны, Даку не так повезло. — Пора домой! — Объявил Рев, подняв руки, и помог Лекси сойти со стола.       — Не хочу домой, тетя Эм. Я выиграю! — Ворковал Дак и свалился со стола.       — Мы хотим остаться. — Лекси прижалась к груди Рева, проводя пальцами по перьям на его шее.       — Мы можем выпить дома! — Рев мягко оттолкнул её, передав Эйсу, который был более чем счастлив, что к нему прижалась такая цепкая крольчиха, как Лекси. — Так вы сможете танцевать сколько угодно, а репортёры не будут вас фотографировать! — Он ухмыльнулся, торжествуя над своей пьяной логикой.       Тек улыбнулся, допивая бурбон и хмыкая от богатства этого напитка. Он отставил бокал и достал бумажник, протягивая Чаку расчётную карту. — Извини за всё, что произошло сегодня вечером.       Чак махнул рукой в знак отказа, пропуская карту через барный терминал и протягивая Теку квитанцию. — Вы, ребята, мои лучшие клиенты, даже несмотря на случайные приколы с кроссдрессером. — Он ткнул большим пальцем в сторону Дака, который перекинулся через плечо Слэма, задрав свою юбку-хулу. — Вы, ребята, пришедшие, на самом деле сделали моё заведение более элитным. — Он ухмыльнулся, а Тек хихикнул, приглаживая шерсть между ушами.       — Да, ещё раз извини за это. — Тек расписался, положил карточку обратно в бумажник и направился вслед за пошатывающейся группой. — Увидимся позже, Чак. — Он помахал рукой через плечо.       Они прошли около квартала. Мигающие огни камер, наконец, взяли верх над ними и заставили искать способ скрыться от любопытных репортёров. Эйс попытался сойти с тротуара, чтобы поймать такси, но Тек оттащил его назад как раз вовремя, чтобы его не переехал полуприцеп. Рев замахал руками, добившись, чтобы первое такси остановилось. Они посадили туда самых пьяных из своих друзей, причем Дак сидел на коленях Лекси, как игрушечная кукла. Хотя Слэм выпил, пожалуй, вдвое больше, чем остальные, он лишь слегка пригубил: высокий метаболизм помог ему оставаться относительно трезвым до самого отъезда домой. Он помахал рукой Теку, ворчливо пообещав хотя бы доставить их к дверям Главной штаб-квартиры, прежде чем такси умчалось.       Рев надулся, опустив плечи. — Жаль, что не остановилось такси-фургон. Мы все могли бы добраться до дома… — Ныл он, раскачиваясь на месте.       — Не волнуйся, мы скоро будем дома. — Заверил его Тек, обхватив плечи птицы и прислонившись к нему чуть сильнее, чем собирался. Бурбон начинал действовать на его голову.       — По крайней мере, мне не придётся слушать, как поёт Дак. — Помахал пальцем Рев, его голова откинулась на плечо Тека, а глаза закрылись.       — Маленькие милости, — согласился Тек и махнул рукой, в течение нескольких минут не подавая сигнала такси. Когда такси остановилось, Рев уже висел на нём, бормоча сонные слова и время от времени хихикая, когда Тек поворачивал голову и заставлял усы на подбородке задевать гребень Рева.       Они забрались в кабину, и последние фотографы тут же бросились к машине и стали их снимать.       — Главный штаб Лунатиков. — Хмыкнул Тек, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.       — Конечно. — Таксист посигналил, пытаясь заставить толпу расступиться.       Рев зевнул и привалился к Теку, положив голову на плечо койота. — Думаешь, Слэм завёл остальных внутрь?       — Если нет, то придётся снова пытаться снять Дака с дерева. — Тек вздохнул, устраиваясь в тёплом место, где Рев прижимался к нему. Запахи в кабине одолевали его, пахло кислым: потом и рвотой, но тут появился Рев, и он повернул голову, вжимаясь в перья птицы и глубоко вдыхая их. Рев щебетал, двигаясь лишь настолько, чтобы обхватить Тека за талию.       Его ноздри раздулись, и он снова вдохнул, а затем отстранился, но машина заставила его лицо исказиться от отвращения, и он снова повернулся к Реву и зарылся носом в его шею, одобрительно хмыкнув. Рев неожиданно хихикнул, прижавшись плечом к его носу, и Тек усмехнулся, нарочито потираясь подбородком о шею Рева.       — Щек-котно. — Рев споткнулся на полуслове и потянулся вверх, чтобы прижаться к лицу Тека.       — Но ты хорошо пахнешь. — Тек скулил, слегка выгнув спину в попытке прижать к себе извивающуюся птицу.       Дорожный бегун ещё немного покачался, а потом его руки зарылись в мех вокруг его ушей, и он прижал его к своей груди, откинув голову назад на подголовник. Тек урчал и глубоко вдыхал, его хвост бился позади него. Пальцы Рева начали массировать ему за ушами, и это было совершенно восхитительно, Тек прильнул к нему, и из его груди раздалось ещё одно тихое урчание.       Поездка домой казалась короткой, и не успел Тек опомниться, как они уже распутались и расплатились с таксистом. Рев вцепился в руку Тека и повис на ней, когда они вошли в башню. Первое, что они услышали, была музыка, а затем хихиканье. В общей комнате горел свет, и Тек заглянул туда, чтобы увидеть Лекси в лифчике и юбке, танцующую в центре комнаты, с блаженным выражением лица, которая делала то, что хотела делать до того, как все эти супергеройские штучки захватили её жизнь. Она танцевала. Это был не какой-то распутный танец на шесте, а настоящий танец, подобающий балерине из «Лебединого озера». Эйс пытался присоединиться к ней, используя свои навыки боевых искусств, чтобы приспособиться к её стилю, а Дак лежал на диване и храпел, надев кокосовый бюстгальтер.       Линии её тела были длинными и плавными, движения при погружении медленными, а когда она поднималась обратно мощными. Длина рук и ног, изящный взмах запястья, элегантность поворотов, и она улыбалась. Милая и нежная, совсем не похожая на её решительную и самоуверенную личину, которой она пользовалась, когда злодеи были вдвое больше её. Приглушённый свет подчеркивал её движения, а тень Эйса, стоящего за ней, поддерживающего её уверенными руками, подхватывающего её на руки, вступающего в самый радостный момент, казалась такой же естественной, как если бы она танцевала там одна.       Слэма нигде не было видно, не то чтобы Тек винил его в этом. Теперь, когда они были дома, казалось вполне разумным, что им не нужен присмотр.       Рев хмыкнул, наблюдая за танцем Лекси и Эйса, и его зелёные глаза казались такими тёмными и погружёнными в воспоминания. — Она была бы лучшей танцовщицей… — Прошептал он.       Тек кивнул в знак согласия, его пальцы скользнули по перьям на шее Рева. — Она и сейчас может ей стать… только ей придётся уйти из Лунатиков.       Дорожный бегун кивнул в знак согласия, а затем посмотрел на него, обхватив койота за талию и глядя на него с трепещущим страхом. — Ты собираешься однажды покинуть нас? Твои изобретения удивительны. Ты мог бы работать на правительство или какую-нибудь частную компанию и уже сейчас зарабатывать миллиарды. — Голос его стал тише, пальцы вцепились в одежду, и Тек задрожал: его пальцы только сейчас перестали осторожно поглаживать перья Рева.       — А что насчет тебя? Ты мог бы работать со своим отцом и возглавить бизнес Roadrunner. — Прошептал Тек, медленно моргая, глубина глаз Рева завораживала его.       — Я не очень хорош в том, чтобы заставить свои изобретения работать. — Напомнил ему Рев. — Мои, как правило, съедают собственные глаза.       Тек фыркнул, улыбка искривила его губы. — Это было всего один раз.       — Это было жутко.       — Но ты его починил.       — Ты был единственным, кто заставил его работать. — Напомнил Рев, снова глядя на него со страхом, что он уйдёт.       Брови Тека сошлись, и он покачал головой, а музыка из общей комнаты доносилась до него в виде фонового шума, напоминающего джаз и блюз. — Рев… что ты собирался делать до того, как Лунатики завербовали тебя?       Покачав головой, Рев пошевелил клювом, подыскивая слова. — Я не знаю. Я учился на втором курсе колледжа и всё ещё не знал, кем хочу стать. — Он покачал головой, поднял руку и обвил ею шею Тека. — Единственное, что держало меня на плаву, это память и обещание отца, что если я закончу бизнес-школу, то присоединюсь к семейному бизнесу.       Когда он говорил об этом, всё казалось таким одиноким. Рев немного поговорил о том, что он никогда не был звездой лёгкой атлетики, как его отец и дед. Они вкратце обсудили, что его изобретения были хорошими концептуальными идеями, но его исполнение этих изобретений вряд ли было достаточно хорошим, чтобы покинуть лабораторию. Рев мог написать компьютерный код, способный обвести Тека вокруг пальца, но этот талант он открыл в себе только после того, как присоединился к Лунатикам и получил возможность учиться у самого Тека. По сравнению с ним, который с пеленок знал, что будет зарабатывать на жизнь изобретениями (после того как превратил свой Jack in the Box в мощный Bully Puncher, чтобы его старшего брата не избивали после школы), Рев не имел особых шансов на успех.       — Ну… если мы когда-нибудь не будем нужны и сможем свободно заниматься чем угодно, ты будешь работать на меня. — Прошептал он.       Рев слабо улыбнулся, его пальцы снова запутались в шерсти, медленно и лениво потираясь об основание его уха. — Спасибо, но тебе это не нужно.       Лицо Тека исказилось. — Но… ты лучший помощник, который у меня когда-либо был.       Снова появилась грустная улыбка, его пальцы потянулись за ниткой. — Спасибо, но…       — Я говорю серьёзно. — Тек обхватил его затылок, заставляя Рева снова встретиться с ним взглядом.       Дорожный бегун застыл на месте, глядя на него затуманенными алкоголем глазами, но в них было молчаливое отчаяние поверить ему. Его хвостовые перья внезапно затрепетали и распустились за спиной, а глаза потемнели, когда Рев наклонил голову.       — Ты держишь меня в узде, твои коды - лучшие из всех, что я видел, а твои идеи не превзошли мои только потому, что у меня получается понять, как заставить их технологически работать. — Тек объяснил, сделав небольшой шаг назад, когда Рев сильнее прислонился к нему. — Мы идеальная команда.       — Правда? — Спросил Рев, перебирая пальцами шерсть и наклоняя голову к нему.       Тек кивнул, провёл языком по губам, сердце заколотилось в груди. Зелёные глаза Рева впились в него, заставив его живот вздрогнуть, а хвост завилять. Он кивнул во второй раз, чувствуя, как его язык заплетается, а пальцы скользят под нежными перьями вдоль горла Рева. — Да… — Хрипло ответил он. Улыбаясь и поглаживая его щёку по уголку рта, Рев наклонился вперёд, прижимаясь поцелуем к той стороне рта Тека, где всего несколько секунд назад были его пальцы.       Он слегка вздрогнул от этого интимного прикосновения, и Тек моргнул, глядя, как дорожный бегун снова наклоняется к нему и прижимается к его губам ещё одним поцелуем. Глаза Тека закрылись, и он почувствовал поцелуй, то, как твёрдый, но податливый клюв птицы раздвигает его рот, побуждая к действию языком. Он резко вдохнул аромат птицы и задрожал. Пальцы на шее Рева сжались, внезапно притянув его ближе, а рука обхватила тонкую талию.       Дорожный бегун прижался к нему всем телом, потянув за спину красную рубашку Тека. Койот зарычал, разрывая поцелуй, и стал покусывать его шею, пробуя его на вкус и ощущая его запах. Тек спустил лапы по бокам Рева, разминая его плечи и погружаясь в пространство на спине птицы. Рев чирикнул ему в ухо, взъерошив перья, и Тек погрузился в засушливый аромат своего собрата по пустыне.       Потянувшись к нему, Рев попытался укрыть его, крепко обхватив руками за плечи, и откинул голову назад в тот момент, когда Тек провёл клыками по его горлу. — Как приятно… — Рев вздохнул, его бёдра прижались к бёдрам Тека, перекатываясь по его бедру и прижимаясь животом к передней части брюк Тека. — Сделай это ещё раз… — Прохныкал Рев, хватаясь за затылок и натягивая шерсть. Хвостовые перья разметались за его спиной, широко и маняще раскинувшись. Тек никогда не видел, чтобы он так делал, обычно он был таким гладким и подтянутым, каждое перышко на своём месте, а сейчас глаза тёмные, с зелёным ободком, плоть на клюве красная, дыхание сбивчивое. Тек повёл его по коридору, практически таща за собой птицу.       Рев резко затормозил, улыбаясь весело и возбуждённо. Он отстранился и провёл рукой по животу Тека, зацепив пальцами край его брюк. — Я не так прост. — Он хихикнул, заглянув в глаза, такие робкие и в то же время чувственные, и Тек отключился. Его ножны затвердели, готовясь выпустить эрекцию, уши полностью повернулись к нему, игнорируя всё остальное, кроме бегуна, а руки потянулись к нему, хватаясь за бёдра, но Рева там вдруг не оказалось.       Игриво высунув язык, Рев снял жилетку. — Мип-мип. — Он чирикал и повернулся, уходя от него, и сбросил одежду, заходя за угол.       Раздувая ноздри, Тек последовал за ним, стягивая с себя красную рубашку и оставляя её в нескольких футах от жилета Рева. Он остановился, когда подошёл к разделённому коридору, и посмотрел сначала в один, потом в другой. Тек закрыл глаза, глубоко вдыхая. До него доносились запахи Башни: духи, которыми пользовалась Лекси, гель для перьев, которым ежедневно пользовался Дак, электрический запах барбекю и чипсов от Слэма, пота и моркови от Эйса. Его собственный запах смешивался в коридорах, напоминая, где он был в последний раз, а потом он почувствовал запах: озона, ветра и свежего запаха дождя после бури в пустыне. Он повернул направо, ускоряя шаг.       За небольшим поворотом Тек обнаружил, что галстук Рева отброшен в одну сторону, а его рубашка упала на пол с другой. В бешеной спешке Тек сорвал с себя футболку, почти задыхаясь. За другим углом Тек обнаружил штаны Рева, как будто тот просто вышел из них и пошёл дальше. Облизывая губы, Тек боролся со свой одеждой, следуя за запахом Рева, по пути снимая ботинки, и, обогнув очередной угол, выпутался из собственных штанов, стягивая с ноги последнюю штанину.       Без одежды была определённая свобода. Теку стало щекотно, шерсть по центру спины встала дыбом, а хвост забил по воздуху.       Вспышка хвостовых перьев и внезапное осознание того, что за ним наблюдают сзади, предупредили его о крадущемся появлении бегуна. Он повернулся, резко и стремительно, но тут же получил ещё один толчок: «Мип-мип!», от которого он подпрыгнул и споткнулся о свои ранее сброшенные боксеры. Он тяжело приземлился на спину, больно ударившись локтем, но тут же поднялся и побежал за Ревом, смех пернатого был более чем достаточной насмешкой, чтобы ускорить его преследование.       Рев танцевал вне пределов его досягаемости, время от времени высовывая язык или размахивая хвостовыми перьями, покачивая тонкими бёдрами. Резко остановившись, Тек помчался по боковому коридору, останавливаясь лишь для того, чтобы прихватить несколько своих изобретений для ловли плохих парней. Он работал быстро, гораздо быстрее, чем обычно, прикрепив один из них к потолку в стороне от коридора.       Он услышал его приближение, шум ветра в коридоре и дёрнул за шнур, освобождая сеть. Рев остановился совсем рядом с ловушкой, и ничего не произошло. Ни сети, ни штыря, который должен был освободиться, Тек снова дёрнул за шнур, но тот застрял. Рев повернулся, ухмыляясь и покачивая бёдрами, заглянул через плечо и подмигнул. Тек облизал губы и бросил шнур, спеша догнать его.       Сетка вырвалась и пронеслась над головой Тека. Он тяжело упал на землю.       Рев тихонько засмеялся и повернулся, чтобы помочь ему, но оступился, когда Тек с трудом освободился. С возбуждённым чириканьем Рев бросился вперёд, воркуя ему на ухо: — Сможет ли хитрый койот поймать неуловимого бегуна? — Спросил он, протягивая руку вниз и обхватывая всё ещё твёрдые ножны между ног Тека. — Мммм… надеюсь, что да, — протянул он, а затем повернулся и молнией метнулся прочь.       Спотыкаясь, Тек пустился в погоню, снова сосредоточившись на Реве и его дразнящей заднице.       Рев обошёл все мины-ловушки Тека, и каким-то образом, с растущим вожделением от дальнейших ласк, шёпотом сказанных слов о том, что они могли бы сделать, и поцелуем или тремя, когда он был не в состоянии двигаться, каждый раз Тек становился несчастной жертвой, Реву удавалось самому использовать все его ловушки. К тому времени как он добрался до конца коридора, ведущего в его лабораторию, и поймал в ловушку бегуна (который в это время дразнил его растущую эрекцию между ног), Теку пришлось трижды проходить молекулярную регенерацию.       От вида птицы у него пересохло во рту, язык высунулся, чтобы облизать губы, когда он направился к нему, переводя взгляд с его занятых рук на раскрасневшееся лицо, и Тек потянулся к нему, проводя пальцами по его вздымающейся груди. Потом Рев исчез, уносясь от него, посасывая палец во рту.       Глаза Тека вспыхнули светом, и дверь в его лабораторию распахнулась, столкнувшись со спиной Рева и заставив птицу замереть на месте.       Рев пискнул и успел сделать один шаг вперёд, прежде чем Тек подхватил его на руки и впечатал в противоположную стену.       Тек задыхался, дрожа всеми нервными окончаниями тела, все его чувства были в полной боевой готовности, и всё, что он мог делать, это смотреть, как голова дорожного бегуна падает обратно на стену, как он стонет, низко и нуждаясь, как глаза закрыты, и чувствовать, как длинные ноги обвиваются вокруг его бёдер, втягивая его в вершину своего тела с очередным взмахом хвостовых перьев.       Я поймал его. Тек держал его в своих объятиях, и каждый волосок его тела кричал в триумфе, просил его требовать и владеть им. Повернув бёдра Рева, Тек застонал и упал вперёд, зарывшись лицом в шею бегуна. Он вдыхал медленно и глубоко, вдыхая его запах, пока толкал свои ножны и растущую эрекцию в пернатую попку бегуна.       — Внутрь… — Рев застонал и обхватил его за шею, когда Тек зарычал и впился в его горло.       Оттащив Рева от стены и неся его на руках, не желая дать ему ни единого шанса вырваться, Тек ввалился в свою лабораторию, и дверь захлопнулась за ним, от давления его силы.       Мимолетно подумав, он смахнул всё металлическое и магнитное с ближайшего лабораторного стола и усадил на него Рева, переместившись вместе с ним на стол и встав на колени между его ног. Тек наклонил голову и провёл языком по полуоткрытой эрекции между ног Рева, снова и снова наслаждаясь его пьянящим вкусом.       Вскрикнув, Рев выгнулся навстречу, отчаянно хватаясь руками за его плечи, но всё, что это дало, это руку на его груди, и его толкнули обратно вниз.       — Тек… Тек, да, как это… пожалуйста-ещё-ещё-о-прекрасно-у-тебя-такой-тёплый-язык-и-такие-тёплые-пальцы. Прикоснись-ко-мне-ещё-да-да-к-моему-хвосту-прикоснись-к-моему-хвосту-ох! — Лепетал он, качая головой туда-сюда. Пальцы Тека заставили его замолчать, поглаживая его язык. Рев застонал, и Тек заурчал, проводя языком по его эрекции, по животу и, наконец, по центру груди птицы. Он понюхал основание его шеи, прижался к горлу, наслаждаясь свистящими мольбами птицы, обхватившей его пальцы.       Койот поцеловал его в щёку. Они ласкали друг друга, выгибаясь и прижимаясь друг к другу. Рев обхватил плечи Тека, крепко прижался к нему и раздвинул ноги. Тек застонал, взял в руки эрекцию Рева и свою собственную, стал тереть их друг о друга, скользить друг по другу, горячие и влажные, толкаясь вместе и стремясь к финишу. Рев впился в его губы, целуя его шею, целуя его веки, впиваясь в его горло, когда его бёдра двигались, а затем он снова целовал его, его большой палец тёрся об их кончики, смешивая смазку.       Рев резко отдёрнул руку от их скользящих членов, и его хвостовые перья снова распустились, а бёдра выгнулись, когда он придвинул свой зад вплотную к члену Тека, прижимаясь к нему.       Задыхаясь, Тек смотрел на него расширенными глазами и бил хвостом по воздуху. Его эрекция подскочила и скользнула сквозь перья к нежной плоти птичьего крестца. Рев ворковал и провёл руками по рукам Тека, обхватив их для поддержки, когда тот снова выгнулся дугой.       — Рев… — Он задыхался, его спина выгибалась, бёдра толкались и скользили по ним. Тек хотел его, эта мысль переполняла его, желание брало верх над разумом, но он должен был быть уверен.       — Ох… так приятно… — Рев обхватил его руками, несколько раз чирикнул, когда его глаза закрылись, и он наклонил бёдра, чтобы провести эрекцию по животу Тека. Он размазался по нему, его аромат смешался с его ароматом, и Тек зарычал, наклоняясь вперёд, чтобы укусить и поцарапать клыками шею птицы. Ему следовало бы не торопиться, но запах Рева…       Через минуту это уже не имело значения. Тек поспешно налил в пальцы масло для швейных машинок и стал массировать отверстие Рева, проталкиваясь в него, растягивая его настойчивыми круговыми движениями. Хвост Рева распускался и время от времени шлёпал по столу, колени раздвигались всё шире, а пальцы ног бегуна выгибались на скользком лабораторном столе. Он стонал и охал каждый раз, когда пальцы койота проникали в него и втирали масло в его тёплое нутро.       Тек заставил себя подождать, пока хотя бы два пальца легко войдут в Рева, и только после этого сдался, намазал себя, пристроился к жаждущим бёдрам бегуна и вошёл в него. Зубы сомкнулись над воркующим горлом Рева, едва касаясь его кожи, и дюйм за дюймом он брал его. Щебетание и вздохи взъерошили шерсть на его бровях. Пальцы вцепились в мех и потянули. Дрожащие бёдра приподнялись и потерлись о его бока, обхватывая его талию и притягивая к себе, даже когда он приподнялся навстречу, и Тек зарычал, обхватывая Рева снизу, притягивая его ближе и вставляя последние несколько дюймов в твёрдое, обжигающее тепло, которое схватило его за яйца и сжало. Рев застонал, выгнулся дугой, его тело завибрировало.       Может быть, алкоголь притупил его решения, а может быть, это была какая-то эмоция, которую Тек проигнорировал или принял за нечто меньшее, и только алкоголь позволил ему узнать её сейчас, но он поцеловал птицу, погрузившись в Рева, словно впервые окунувшись в жизнь. Он двигался и проникая в каждый дюйм его тела, ощущая каждую мышцу, которая извивалась и напрягалась под ним, вместе с ним, танцуя в симфонии удовольствия, пронизывающей их тела, и он застонал, когда перья и мех зашелестели по его губам.       Рев застонал и обхватил его за шею, пытаясь прижаться к нему, их тела двигались всё быстрее, каждый толчок прокатывал по ним всплески удовольствия, взрываясь в нервных окончаниях и покалывая каждый дюйм тёплой и скользкой кожи.       Горячие ладони провели по его плоти, перья хвоста разлетелись веером и ударились о его бёдра, а Тек изогнул свой хвост, проведя им по боку бегуна. Рев застонал и откинул голову назад, разрывая поцелуй, рука дёрнула его за уши, бёдра затряслись, а эрекция настойчиво тёрлась о живот Тека. Койот заурчал, кусая птицу за плечо, протаскивая клыки сквозь перья, и вдруг перевернулся, тяжело упав на спину и моргая на Рева.       Рев взял руки Тека в свои, медленно отрывая их от своего тела с разочарованным стоном. Он развёл их в стороны, разводя руки в стороны, а затем склонился к нему, целуя его грудь и взъерошивая перья, пока его хвост не расправился и не лёг поперек ног койота. Хохолок Рева тоже стал немного выше и полнее. Рев щебетал и крутил бёдрами, его брови сходились вместе, и он поднял голову настолько, чтобы смотреть на него, словно ожидая, надеясь на что-то.       Он задвигал бёдрами, всё глубже погружая свой член в жар Рева, и Тек заурчал. Дорожный бегун вскрикнул и откинул голову назад, задыхаясь и дрожа на его руках. Тек освободил свои руки от рук Рева и сел, обхватив птицу за талию, накрывая его тело так сильно, как только мог, положив руку ему на плечо, а другой зарывшись глубоко в хвостовые перья, перебирая их и сильно прижимаясь задницей к его бёдрам, с экстазным писком в ухе. Он целовал его горло, голодный и грубый, клыки тянулись к перьям. Он приподнял Рева, а затем снова опустил его на свою длину, и перед глазами вспыхнули звёзды. Рев вскрикнул и прижал его голову к своей груди, двигаясь вместе с ним, повторяя его движения, и вскоре он уже подпрыгивал на его коленях, направляемый только рукой Тека, и дёргался в экстазе.       Чем больше двигался Тек, тем больше щебетал Рева, его стоны становились всё громче. Его крики становились всё чаще, и он умолял, мягко и медленно, каждое слово сопровождалось каждым толчком. Его живот напрягся, и Тек застонал, его узел покалывал и нагревался, готовясь набухнуть.       — Рев… — Он заскулил, задвигался сильнее, впиваясь в горло и хватаясь за бедро птицы, обхватывая его так крепко, что под перьями образовались синяки.       — Тек… тек… — Чирикал Рев, прижимаясь щекой к его щеке и обнимая его за шею ещё крепче.       — Я не хочу… причинять… тебе боль… — Тек задыхался, сильнее прижимая Рева к своим коленям.       Ворча и извиваясь, Рев коснулся своим лбом лба Тека. — Не хочешь… отдать мне всё…? — Он взмолился и тяжело опустился на колени.       Тек зарычал, прижимаясь к его бёдрам, и закричал, его узел вздулся внутри Рева, и птица задыхалась, прижимаясь к нему, когда узел заполнял его, фиксируя его, и это было так восхитительно. Дыхание Тека вырвалось из его тела, и он затрепетал, прижимаясь к телу Рева, а рука, пробившаяся сквозь перья, пробежала по спине и обхватила его плечо.       Рев извивался, его рот был по-прежнему открыт, а глаза плотно зажмурены.       Потянувшись между ними, Тек обхватил кулаком тонкую, но длинную эрекцию Рева и стал её дрочить, натягивая и заставляя Рева издавать воющие крики. Дорожный бегун извивался и крутил бёдрами, натягивал узел Тека, терся о его длину, и это было похоже на фейерверк, взорвавшийся в его сознании.       Тек застонал, крепко прижимая бегуна к своему телу, когда оргазм прорвался сквозь него. Он прижался к Реву, вдыхая его запах, чувствуя, как выделения птицы выливаются на него, переполняя его ещё больше. Сжатие вокруг его узла усилилось, и он выгнулся. Тек снова вырвался наружу, жестко и отчаянно впиваясь в птичье тело, заполняя его кишки и захватывая его. Он прижался лбом к лбу Рева, открыв глаза и наблюдая, как дрожь наслаждения проносится по птице, словно американские горки блаженства, на которых они катались вместе.       Он несколько раз дёрнулся, прижимаясь к Реву, когда последние капли оргазма хлынули в него, обтекая его налившийся узел. Рев оправился первым, чтобы накрыть его лицо и поцеловать, дразня языком и приглаживая шерсть на лице.       Они вместе задыхались, вместе вдыхали воздух, вместе прикасались и ласкали друг друга, Тек прервал поцелуй, чтобы по-настоящему посмотреть на него и заглянуть в зелёные глаза, такие широкие и честные, что у него защемило сердце. Тек спрятал лицо на плече Рева, крепко обнял его и зарылся рукой в массу хвостовых перьев, которые всё ещё лежали у него на коленях.       Рев вздохнул и обнял его, поглаживая по шее, склонив голову и потрепав по ушам.       Прошло некоторое время, прежде чем узел Тека наконец ослаб настолько, что он смог вытащить его, и тогда они, шатаясь, слезли со стола и, спотыкаясь, добрались до кушетки, которую Тек держал в своей лаборатории. Они развалились на ней, сначала бок о бок, но в конце концов свернулись калачиком, а Тек уткнувшись носом в живот Рева, вдыхая их совместные ароматы и засыпая под ленивые круги на его шее.

***

      Это было похоже на следы хаоса и разрушения. Перья тут и там, одежда, разбросанная по коридорам, несколько изобретений, брошенных в сторону, и сеть, лежащая посреди коридора. Дак сначала подумал, что Рев просто ленится, но потом увидел большую красную рубашку и ботинки, которые точно не принадлежали бегуну, а затем штаны, испачканные маслом, слишком длинные в ногах и широкие в бёдрах для птицы.       По дороге в свою комнату Дак поднял на них бровь, перешагнул через перегоревший и слегка поврежденный замораживающий луч, а затем тупо уставился на свою дверь с неясной вмятиной в форме койота. Закатив глаза и тут же пожалев об этом, так как боль в голове снова напомнила ему о похмелье, Дак вошёл в свою комнату и сбросил с себя юбку-хулу, хмуро глядя на неё. Он понятия не имел, почему на нём была эта юбка, когда он проснулся. Наверное, этот идиотский кролик нарядил его из-за какого-то прикола, чтобы сфотографировать и запятнать его хорошую репутацию.       Переодевшись и надев солнцезащитные очки (никогда не было оправдания тому, чтобы не быть стильным, даже с похмелья), Дак направился на кухню, чтобы приготовить себе своё знаменитое средство от похмелья. Споткнувшись о наполовину вывернутые брюки и ещё раз о пару туфель, Дак зарычал, потом застонал и схватился за голову. — Кажется, эта шавка наконец-то съела моторный рот! — Он пнул ботинок через холл и за дверь кухни.       — Не так громко. — Прошептала Лекси, её глаза были по-прежнему закрыты, а голова лежала на руках.       Эйс приподнял свои солнцезащитные очки, чтобы посмотреть на Дака, его глаза были красными, а в руке был его собственный похмельный напиток. — О чём ты говоришь, Дак? — Он хрипел, его голос был низким и хриплым.       Дак нахмурился и стряхнул с ноги пару боксеров, указывая на одежду. — Это. Она повсюду. — Он открыл холодильник и достал банку томатного сока и другие ингредиенты для своего лекарства.       Лекси потёрла глаза и медленно и осторожно села на стул. — Что? — Спросила она, немного повысив голос.       — В коридоре перья. Это достаточно ясно для тебя? — Дак зарычал и хлопнул миксером по стойке.       Все застонали от боли и склонили головы, ожидая, пока гудение в голове прекратится.       Прошло несколько минут и мучительное кручение миксера, прежде чем все попытались вспомнить, о чём они говорили раньше.       — Dabgrua be thuna? — Спросил Слэм, входя в зал и указывая через плечо, приподняв бровь.       — Да, понятия не имею, что это за перья. — Дак слабо рассмеялся, потягивая свой напиток. — На моей двери даже есть вмятина!       Лицо Слэма исказилось от удивления, он был куда более собранным, чем остальные, потому что, судя по всему, не страдал от похмелья. — Thugbu grubana Rev?       — Ну, моё перо точно не голубое.       Эйс нахмурился. — Да ладно, ребята, вы же знаете, каким Рев становится, когда совершенно пьян. Он, наверное, бегал голым.       — Whrud hubav dwghi, buet gesv Tech? — Слэм согласился, только поднял бровь на своего лидера.       Кролик моргнул, и даже Лекси подняла голову от этого вопроса. Где был Тек? В начале ночи койот упорно твердил, что отвезёт их домой. Ну что ж, они были дома, но если Тек не был пьян, то где же он? Никто его пока не видел.       С другой стороны, был уже почти полдень. Возможно, он уже работает.       — Sudmak rabneskri geroi, bar skig ghowe picture Mallory rekfdi kiss-kissy. — Вспомнил Слэм, постучал пальцем по подбородку, обдумывая сказанное, а затем направился в кладовку и принялся опустошать её на завтрак, ну, на обед.       Лицо Дака стало пепельным, а лампочка зажглась. — Вот чёрт… точно! Тот репортёр показал Теку ту фотографию.       — Ага, — отозвался Эйс, кивая в знак согласия и смутно припоминая, как Тек ушёл из-за стола в бар.       Дак почесал голову: если Тек действительно напился, а никакой бегущей птицы ещё не было… что же произошло?       Эйс первым вышел из-за стола, покачиваясь на месте от нахлынувшего на него головокружения, и направился по коридору. Утка был рядом с его пушистым хвостом.       Он просто знал это! Дак всегда говорил, что однажды эта шавка сойдёт с ума и съест одного из них. Вероятно, он пытался поджарить мозги бедной птички после того, как они вернулись домой. Рев, вероятно, был накачан наркотиками и бежал со скоростью обычного бегуна, не надеясь спастись от голодного хищника. Он так и видел это: разорванные останки, молочные глаза мёртвого товарища, разложенные на полу в комнате койота, как на пиршестве.       — Боже мой, он съел Рева! — Закричал Дак, хватаясь руками за голову.       Лекси заскулила от его крика и потёрла висок, подняв на него бровь. — Не думаю, что он его съел.       — Но посмотри на эту вмятину в стене! Они, наверное, дрались друг с другом!       — Потише, Дак. Сейчас мы всё узнаем! — Прошипел Эйс, отмахиваясь от паникующей птицы, и потянулся к двери лаборатории, где, казалось, заканчивался след разрушений.

***

      Он просыпался медленно, в тепле и безопасности, вжавшись в диванные подушки. Рев чувствовал, как несколько его перьев прогнулись и вылезли наружу, но ему было всё равно, было хорошо. Ему было хорошо.       Изворачиваясь и пытаясь забраться под одеяло, Рев нахмурил брови и на мгновение испытал досаду, потому что не смог натянуть одеяло на плечи. А нога застряла. Он надулся и попытался снова, зарываясь пальцами в густой мех, чтобы попытаться натянуть его на себя…       Глаза Рева открылись, и он уставился в потолок, усеянный проводами и экранами компьютеров, а также различными приспособлениями. Голова немного болела, гудела так, как бывает при лёгком похмелье, и он посмотрел на свою грудь. На нём спал Тек, уткнувшись носом в его бедро и положив руку ему на грудь. Голова Рева откинулась назад, лёгкие потянулись за воздухом, а в голове бешено крутились сотни вопросов, пока в один момент не наступила ясность. «Мы идеальная команда.» В голове всё завертелось, головная боль отступила на второй план, и он сосредоточился на единственном очевидном факте - они с Теком переспали.       Тяжело сглотнув, Рев снова переместился и посмотрел на Тека: шерсть взъерошена, в уголке рта застыла слюна, а уши развесились в разные стороны.       Он почувствовал, как по коже разливается румянец, а на руках и груди поднялись перья. Застенчиво протянув руку, он пригладил волосы между ушами Тека и провёл пальцами по шее. Рев покраснел ещё больше. Чем больше он вспоминал об их совместной ночи, тем сильнее вздымался его живот. Чем дольше он размышлял над ситуацией, тем больше нервничал, потому что этот сценарий был таким, о котором он не мог и мечтать.       В тот момент он чуть не лишился чувств, решив, что такого больше не случится, во всяком случае, в трезвом виде. Он с трудом приподнялся и медленно потянулся, усаживаясь так, чтобы койот лежал на его ногах и плотно прижимался к животу и бёдрам. Его спина протестующе заныла, и он вдохнул, переместившись и ощущая остаточную боль в теле. Гребень Рева вздыбился, приподнялся ещё немного, но нервы взяли верх, и он тут же опустился на голову. Погладив мех Тека по плечам, Рев вздрогнул и прикусил нижний клюв, чтобы изучить его, почувствовать его и вспомнить вес Тека, как койот так естественно изгибался вокруг него.       Рев не удивился, когда начал замечать признаки пробуждения Тека. Это пугало его, и ему хотелось убежать, но он также боялся того, как уход может быть воспринят… и всё ещё оставалась надежда, что, если он останется, между ними может быть что-то большее.       Он всё же лёг, прикрыв глаза рукой, чтобы успокоиться, притвориться спящим, отрицать, что только что наблюдал за дремотой койота, что угодно. Перья распушились по телу. При первом же стоне и прикосновении носа Тека к его животу и далее к промежности. Рев задыхался, а Тек дёргался, морщась, когда открывал глаза настолько, что мог смотреть на живот Рева.       Тек лежал очень неподвижно, его пальцы перебирали перья Рева, пока тот приходил в себя. Через его плечо Рев увидел, как его хвост проснулся и зашевелился в самом ленивом вилянии, которое он когда-либо видел. Но вот всё прекратилось, и Тек ещё немного посидел, потирая глаза и лицо, пока не смог по-настоящему посмотреть на него, и удивлённо моргнул, его ноздри расширились, снова вдыхая аромат, который лежал между ними, и Рев практически увидел, как мозг Тека резко включился.       Рев не сомневался, что он выглядит запаниковавшим. Он и сам чувствовал то же самое, судя по тому, как быстро билось о рёбра его собственное сердце. Тек смотрел ему в лицо, понимание приходило медленно, и, когда всё встало на свои места и он пришёл к тем же путаным воспоминаниям, что и Рев несколько минут назад, Тек отпрянул назад, оттолкнувшись от него, коленом подставив под бедро Рева, чтобы попытаться сесть обратно.       Рев схватил его, тревога захлестнула его, как часы, отсчитывающие время до его гибели. Его ужасало то, что им с Теком придётся говорить об этом, но ещё больше он боялся, что Тек запаникует ещё больше и придёт к какому-нибудь выводу, который будет не так уж далек от истины. Руки Рева вцепились в плечи Тека, не давая ему сбежать с дивана и заставляя оставаться на месте.       Ноздри койота снова раздулись, его взгляд метнулся между ними, а затем вернулся к Реву, его глаза расширились.       Пальцы Рева переместились с плеч Тека на его шею. У него свело живот от того, что он так нагло зарылся пальцами в шерсть Тека. Тот уставился на него по-совиному, румянец сошёл с его лица, а перья плотно прилегали к телу. Всё, что Рев мог делать - это смотреть на него, отчаянно надеясь, что он увидит в его страхе что-то такое, что даст Теку понять, что, хотя всё произошло не так, как должно было, это не было нежелательным.       Что он должен был сказать? Рев вынудил его к этому по всем пунктам. Он целовал его, он соблазнял его, он… даже секс, он поощрял всё до этого момента, и даже сейчас он заставлял Тека оставаться там, где он был. Рев высвободил пальцы, но не смог удержаться от того, чтобы в последний раз провести ладонями по ключицам. Клюв Рева открылся, и он несколько раз моргнул, впервые за несколько лет не зная, что сказать.       Он пошевелился, и Рев снова поднял глаза к лицу Тека, наблюдая, как койот застенчиво приглаживает волосы на своей голове, а янтарные глаза смотрят на него, гораздо более расслабленные, чем раньше. — Привет… — Прошептал Тек.       Рев нервно улыбнулся, его холка медленно поднималась от облегчения. — Привет…       Внезапный крик паники из-за двери заставил их обоих отпрянуть друг от друга и встать у дивана, и это было соревнование, что отвлекало больше: тот факт, что некоторые из их товарищей явно находились за пределами лаборатории, или то, что они оба были обнажены друг перед другом. Рев мог поручиться только за себя, потому что его мысли были заняты именно последним. Воспоминание о том, как Тек стоял там без одежды и только для его глаз, он, несомненно, собирался смаковать очень долго.       — Боже мой, он съел Рева! — Крикнул Дак с другой стороны двери.       — Эээ… — Тек заколебался, потом поднял руки вверх, и его сила вспыхнула: замки на дверях встали на место, а ручка заскрипела и затрещала.       — Но посмотри на эту вмятину в стене! Они, наверное, дрались друг с другом!       — Так… — Пролепетал Тек, и на его щеках заиграл румянец. — Я думаю, они хотят войти.       Рев кивнул, выходя из задумчивости. — Ах, верно… — Он окинул взглядом комнату и бросился бежать, не замечая ничего, кроме лёгкого ветерка, когда он спрыгнул с балкона и на огромной скорости побежал вдоль стены здания к своему собственному балкону и спальне. Забежав внутрь, он торопливо натянул одежду и с трудом влез в штаны. Внезапно он остановился, уставившись на футболку в руках. Рев потянулся к себе за спину, пропустил пальцы сквозь перья хвоста и прижал ладонь к заду. Он закрыл глаза и задрожал от ощущения сырой и ноющей боли, вспыхнувшей внутри него, от его сильного давления. Ему это очень понравилось, это было как клеймо, о котором никто не знал, никто не видел, только он или Тек.       Отмахнувшись от фантазий, Рев отругал себя за дневные грёзы. Он ещё не знал, что всё это значит. Натянув рубашку и стараясь идти без заметной хромоты, он заспешил по коридорам, и вот уже группа людей пытается открыть двери лаборатории, пытаясь набрать все возможные коды. — Что-происходит-ребята?       — Тек съел Рева! — Кричал Дак, колотя в дверь. — Я так и не попрощался с пернатым! — Всхлипывал он.       Рев был очень рад, что его лицо покрыто перьями - они скрывали то, что он краснеет, и мимолетное воспоминание о талантливом языке Тека, исследующем… различные территории на юге.       — Мы проверяем Тека. У него повсюду изобретения, и некоторые из них разбиты… — Эйс остановился и подмигнул Реву. Слэм издал радостный крик и обнял Рева, который зарычал и попытался вырваться.       Лекси слабо засмеялась при виде его, потом поморщилась и схватилась за голову. — Ой… Я рада, что ты жив. Пойду-ка я спрячусь под кроватью. — Она хныкнула и практически уползла.       Дак не проронил ни слова. Более того, он решительно старался не смотреть на него и не показывать, что всего несколько минут назад волновался. — Хорошо, что ты встал до полудня. — Хмыкнул он.       Улыбнувшись Слэму, а затем Эйсу, он зашагал вперёд, стараясь быть самим собой, стараясь вести себя так, будто ничего необычного в том, что он действительно находился в лаборатории не 69,3 секунды назад, нет. — Так-ты-пытаешься-попасть-в-лабораторию-и-увидеться-с-Теком? Я-могу-помочь! Я-помог-запрограммировать-большинство-кодов-в-штаб-квартире! Я-могу-перепрограммировать-этот-замок-в-кратчайшие-сроки! — Ухмыляясь, он подошёл к панели управления и начал яростно набирать текст на миниатюрном компьютере. Он специально вводил случайные коды и фальстарты, чтобы дать Теку больше времени, но даже для Рева он не мог тянуть слишком долго, и вот замки щёлкнули, и Рев, толкнув дверь, вошёл внутрь, причём довольно быстро, чтобы скрыть ноющую ковыляющую походку, которую он чувствовал.       — Тек приятель? — Позвал Эйс, оглядывая комнату.       Слэм сморщил нос, когда вошёл, а потом снова фыркнул. Его лицо перекосилось, и Рев почувствовал, как на лбу выступил холодный пот. Он посмотрел на тасманского дьявола и переступил с ноги на ногу.       — Здесь пахнет ногами. — Дак нахмурился и отшвырнул с дороги тряпку с жиром, которая упала на стол, за которым они с Теком проводили большую часть времени.       — Эй, Тек? Мы не видели тебя с утра. — Позвал Эйс, заглядывая в одну из больших машин в лаборатории.       Слэм снова принюхался к воздуху, потом удивлённо моргнул и надвинулся на Рева, открыв рот, но Рев рванулся вперёд, схватил Слэма за губы и зажал их, бросив нервный взгляд на Эйса и Дака, чтобы убедиться, что они ничего не заметили. Рев яростно помотал головой, и широко раскрытыми глазами уставился на Слэма, дрожа от страха и отчаянно желая, чтобы тасманиец не проболтался о том, что он только что обнаружил по одному только запаху. Даже его перья вздыбились от волнения.       — Тек? Ты здесь? — Эйс нахмурился и положил руки на бёдра, прежде чем двинуться дальше в огромную комнату.       Слэм нерешительно кивнул, и его отпустили, но он выглядел немного ошеломлённым. Он снова оглядел комнату, посмотрел на Рева, обвёл взглядом помещение. Его взгляд остановился на лабораторном столе, снова на Реве, а затем громко рассмеялся и вышел из комнаты, в глазах дьявола появился весёлый блеск.       — Эй, собачье дыхание, ты ещё жив?       Рев вздохнул и пробрался дальше в лабораторию, присоединившись к Эйсу и Даку, которые обходили оборудование и машины. Дак остановился, чтобы осмотреть один из реактивных самолётов, над которым работал Тек для группы, когда Рев заметил его первым: его ноги и хвост торчали из-под одной из машин. Подтолкнув Эйса в рёбра, Рев перепрыгнул с ноги на ногу и оскалился в ухмылке, которая, как он надеялся, была настоящей, а не фальшивой, как 250-долларовая купюра.       — Эй! Тек! — Эйс позвал снова, и Тек выкатился из-под машины: грязная футболка, свободные и замасленные штаны, наушники на ушах. Он сел и снял их, невинно моргая на троих.       — Привет, ребята. Извините, не слышал вас. Я всё утро работал внизу. — Он улыбнулся, поднялся на ноги, стряхнул с себя пыль и отложил инструменты в сторону. Рев затаил дыхание, наклонив голову в тот момент, когда койот нагнулся, и его хвост лениво покачивался в воздухе.       Эйс фыркнул и сложил руки, ухмыляясь Даку. — Видишь? Я же говорил. Тек никогда бы не съел своего доброго друга Рева!       Лицо Тека исказилось, и он посмотрел на Дака, сразу же нахмурившись. — Может, я и койот, но я не позволяю своим низменным инстинктам брать верх. — Прорычал он, протискиваясь мимо Дака и не удостоив Рева ни единым взглядом.       У него свело живот, и Рев напомнил себе, что это притворство. Они смогут поговорить позже, когда не будет зрителей.       — Точно! — Дак насмехался, сложив руки на груди. — Тогда почему твоя одежда повсюду, а изобретения сломаны по всей Башне? Я даже нашёл в них перья Рева! — Он указал пальцем, в его глазах читалось обвинение.       Тек просто поднял бровь на Дака, позволяя тишине сделать за него работу, прежде чем заговорить. — Ты закончил?       Дак закатил глаза.       — Рев был немного пьян прошлой ночью. — Объяснил Тек, глядя прямо на Дака. — Алкоголь замедлил его, но он всё ещё бегун, и даже в состоянии опьянения он был очень быстр. Мне пришлось задействовать многих моих малышей, чтобы попытаться поймать его, пока он не успел причинить себе вред. — Он объяснил, наконец посмотрев на Рева, безмолвно прося поддержки. — Рев - довольно… дружелюбный пьяница, а также глупый пьяница. Он всё время пытался уговорить меня поиграть в игры.       Он на мгновение уставился на него, потрясённый тем, какие последствия имело его последнее предложение. Надувшись от негодования, Рев выдавил из себя смешок и, почесав затылок, посмотрел на койота. — Да… дружелюбный. Я-вошёл-в-комнату-Тека-в-один-момент-и-сумел-заставить-его-играть-в-одевалки-как-мою-личную-куклу. — Он сузил глаза, его хохолок поднялся, а хвост громко взъерошился. — Я-думаю-Теку-нравилось-когда-ему-указывали-что-делать.       Тек слегка побледнел, но не настолько, чтобы Дак заметил, а Эйс бросил на Рева растерянный взгляд, но из-за похмелья он просто не хотел сейчас разбираться со всём этим. — Ну что ж, тогда я попробую план Лекси. Спрятаться в постели кажется мне хорошей идеей.       Улыбнувшись Эйсу, Тек кивнул, помахав ему рукой. — Хорошо, и я уберу за собой, не волнуйся, — и посмотрел на Дака, который потирал всё ещё пульсирующую голову.       — Так что, чёрт возьми, ты дал Реву, чтобы у него не было похмелья? — Он хныкал, глядя на бегуна так, словно это он был виноват в том, что тот всё ещё чувствовал последствия того, что накануне вечером надрался в стельку.       Рев моргнул и открыл рот, из которого вырвалось очень интеллигентное — Эээ…       — Вода. — Тек поднял голову, уставившись прямо на Рева. Утки могло бы и не быть, если бы он уделял ей столько внимания. — А теперь мне нужно поработать. Громкая работа.       Ворча, Дак махнул рукой на койота и ушёл. — Здесь не уважают, даже когда пытаются спасти жизнь товарища… — Его голос зазвучал глухо, и в тот же миг Тек поднял руку к двери, захлопнул её и плотно закрыл.       Рев снова надулся, его перья вздыбились, а гребень зашелестел на голове. Его кулаки опустились на бёдра, не решаясь снова оскорбить Тека. Он не хотел этого. После того как они проснулись, он на миг подумал, что, возможно, всё будет хорошо, что во второй раз в жизни его желание исполнится. Но одного было достаточно. Он должен был это знать. Не стоило рассчитывать на многое.       Койот на мгновение отложил гаечный ключ в сторону, не сводя с него янтарных глаз. Приближаясь, Рев сдерживал раздражение, злость, обиду… он должен был это сделать. Если он хотел иметь хоть какую-то надежду пройти через это с достоинством.       Тек уставился на него, остановившись перед ним так, что между ними оставалось не более фута пространства. Его уши дёрнулись, чтобы прислушаться к двери, а затем вернуться к Реву, затем его хвост опустился, повиснув за спиной, и он нервно сглотнул. Рев наклонил голову.       — Итак… Думаю, у нас есть несколько часов, прежде чем они снова начнут меня проверять. — Сказал он, отводя глаза. — Эм… Нам, наверное… — он сделал паузу, глядя на Рева, потом снова отвернулся.       Гнев испарился и сменился смущением. Неужели и впредь между ними будет такая неловкость? Рев переступил с ноги на ногу. — Я-может-быть-был-пьян-но-я-не-был-настолько-пьян-чтобы-играть-с-тобой-в-игры. Я… я-правда… — Он тяжело сглотнул. Что он должен был сказать после этого? Неловкость и без того была чрезмерной.       Тек потёр переносицу и прикусил уголок губы. — Ну…       Рев покраснел и сложил руки на груди, защищаясь. — Погоня была жаркой. — Он пробормотал, упираясь пальцами ног в пол.       Усмехнувшись и заставив Рева посмотреть на него, Тек улыбнулся, тоже смотрящий на свои ноги. — Это было довольно… стимулирующе.       Перед Ревом стоял нервный до-лунатик, аспирант-учёный, а не Тек Э. Койот, супер гений и выдающийся изобретатель. Рев мог представить, как очки с толстыми стёклами на носу делают его янтарные глаза намного больше и глупее. Он задавался вопросом, видит ли Тек в нём того же самого студента, которым он был, когда они впервые встретились, не имеющего никакого направления в жизни. Первые три месяца после падения метеорита он был лишён большинства перьев, и если бы не Задавия, он бы до сих пор пытался оплатить медицинские счета. Рев нашёл своё призвание в жизни только после того, как бросил школу, чтобы учиться вместе с Теком.       Молчание закрутилось вокруг них, забирая всё, кроме воздуха, который они делили между собой, нагревая пространство и стягивая их грудь, словно невидимая нить связывала их.       — Прости… — Рев сглотнул, и его перья упали и легли гладко на кожу.       Тек некоторое время смотрел на него, высунув язык, чтобы облизать губы. — П-почему? Это я должен извиниться. Я был не так пьян, как ты.       Опустив взгляд и кивнув, Рев попытался скрыть ледяной комок, который только что опустился у него в животе. — Я-извиняюсь-за-то-что-втянул-тебя-во-всё-это. Не-волнуйся-я-не-позволю-этому-помешать-команде. Это-была-всего-лишь-одна-ночь-верно? Это-не-повод-мешать-нам-работать-вместе-как-мы-всегда-делали. — Он улыбнулся, слабо и неискренне, и Рев знал, что это видно. Ему не следовало удивляться. С какой стати Тек хотел бы иметь рядом с собой такого человека, как он? Он знал, что временами раздражал его, но, в свою защиту, он делал это только потому, что ему нравилось наблюдать за тем, как Тек выходит из себя из-за него.       — Нет, я не это имел в виду…       — Я-должен-пойти-в-душ-и-что-нибудь-съесть. Я-вернусь-позже-и-посмотрю-есть-ли-что-нибудь-что-я-могу-сделать… — бормотал он, шагая к двери, стремясь поскорее уйти и оставить эти чувства позади, или хотя бы позволить себе оплакать потерю того, что могло бы быть, в безопасности душевой.       Рука Тека схватила его за локоть, остановив, и он уставился на неё расширенными глазами. — Я… я сделал тебе больно?       Лицо Рева исказилось в замешательстве. Как он мог ответить на этот вопрос, не будучи честным?       — Ты странно ходишь. Я не… я не должен был делать этого, — прорычал он, глядя на бёдра Рева, словно ожидая увидеть кровь и повреждения.       — Я-не-ранен. — Настаивал Рев, вырывая свою руку из его хватки. — Мне-просто-больно. — Он надулся и тут же покраснел. — Просто-отопри-дверь-пожалуйста. Я-уйду-от-тебя-подальше.       Он выполнил просьбу - Тек махнул рукой, дверь открылась, и Рев вышел, чувствуя скованность в спине и смело шагая, пытаясь скрыть тот факт, что томительная боль, которая была так прекрасна всего несколько минут назад, теперь стала ножом в сердце, потому что напоминала о том, что прошлая ночь была ошибкой.       Рев тяжело сглотнул и как можно быстрее поспешил по коридорам, чтобы добраться до своей комнаты и спрятаться там на некоторое время. Он не ожидал такого, из всех возможных вариантов развития событий он думал, что в его действиях будет что-то большее, чем простое отмахивание от него. Он остановился, прижав руку к стене коридора, удерживаясь на ногах и пытаясь вспомнить, как дышать.       — Рев?       Дорожник вздрогнул и резко обернулся, глядя через плечо на Тека в конце коридора. Паника запульсировала в его теле, оставив ему только инстинкты борьбы или бегства. Он побежал, медленными и эмоциональными шагами пытаясь выбраться оттуда. Прикусив нижнюю часть клюва, Рев слышал, как койот преследует его, не отставая и настигая. Ему просто нужно было добраться до своей комнаты, закрыть дверь и отгородиться от боли, как он всегда делал.       Но тут его схватили руки, надежно обхватили и притянули к широкой груди. Одна рука обхватила его за плечи и шею, не оставляя другого выбора, кроме как прислониться к нему спиной, увядая на месте, а рука вокруг его талии напряглась, прижимая его к себе.       Рев подавил всхлип. Зажмурив глаза и тяжело сглотнув, Рев на мгновение сосредоточился на том, чтобы не заплакать. Он был взрослым дорожным бегуном - он не должен был чувствовать себя таким слабым. Прошло ещё мгновение, и лоб Тека прижался к его плечу, прежде чем он вздрогнул и обхватил его руками, не понимая, цепляется ли он за него или готовится оттолкнуть. Тек крепче прижался к нему, повернув голову, чтобы уткнуться в его шею, и Рев растаял ещё больше. Дрожащий вздох сотряс его тело, и Рев вцепился в руку Тека.       — Ты мне очень-очень нравишься… — Голос Рева был едва слышен, хотя, судя по тому, что ухо Тека висело рядом с его ртом, койот наверняка его услышал.       — Ты мне тоже нравишься. — Прошептал Тек в ответ.       Рев покачал головой, его лицо снова исказилось, и он повернул его голову к себе, прижавшись щекой к щеке Тека. — Нет, ты мне очень-очень нравишься. Я бы не стал делать этого прошлой ночью, если бы ты мне не нравился.       Тек молчал, а Рев отвернулся, его живот скрутило так сильно, что ему казалось, будто кровь в его жилах заменяет только боль, а кости трещат и ломаются от отчаяния.       Поцелуй коснулся его щеки, и Рев пошатнулся, внезапно оттолкнув руки и желая вырваться. — Не надо…       — Думаю, ты мне тоже всегда нравился… Просто до вчерашнего вечера я не понимал, в каком смысле. — Тек сжал его руки, удерживая на месте, прижимая к своему телу.       Голова Рева откинулась назад, слегка повернувшись, так что его клюв прижался к виску Тека. Он замер, его разбитое сердце болталось в груди, словно осколки стекла, застывшие во времени. — Я-действительно-хочу-с-тобой-встречаться.       Пальцы Тека потёрлись о его бедро, глубоко дыша в его сторону. Каким бы тёплым и твёрдым ни был этот момент, он причинял боль. Он хотел этого, а Тек - нет… Рев резко вдохнул и открыл глаза, когда его закружило, и он оказался лицом к лицу с Теком, а руки койота обхватили его щеки. — Хорошо.       Фыркнув и отведя глаза в сторону, Рев коснулся его рук, переплетая пальцы с пальцами койота, и тот мягко оттолкнул их от своего лица. — Ты не должен ничего исправлять. Я сам начал…       — А я не хочу исправлять. — Тек покраснел, его большие пальцы вцепились в пальцы Рева, прежде чем тот успел опустить руки. Рев уставился на их руки, сердце его снова заколотилось, и новый прилив ужаса охватил его.       Вступив в его пространство, покраснев ещё сильнее, поджав хвост, Тек ткнулся носом в уголок клюва Рева. Поймав его взгляд, дорожный бегун потянулся навстречу.       — Рев, я бы очень хотел посмотреть, к чему это приведёт.       — Почему? — Прошептал он, его руки всё ещё крепко сжимали руки Тека, не желая отпускать их, даже когда тот начал обхватывать его за талию.       — Потому что… ты мне нравишься. Кто может быть лучше чтобы… — Рев наблюдал, как потеплели и окрасились его щёки под редким мехом вдоль морды, — …чтобы влюбиться, чем твой лучший друг?       Рев улыбнулся, слабой и водянистой улыбкой, и его пальцы сжались у него за спиной. Боль внутри него потеплела, превратившись в целое чувство, чувство блаженства, которое вдруг стало для него обещанием новых и счастливых воспоминаний.       — Я бы хотел этого. — Прошептал он, хотя его трясло. Он не хотел, чтобы эта внезапная надежда исчезла.       Тек улыбнулся, немного испуганно, немного нервно, но кивнул, глядя ему в глаза, высвобождая одну из своих рук, чтобы в свою очередь прижаться ладонью к плечу Рева. — Я тоже, — заверил он. Тек заколебался, и у Рева свело живот, хотя на этот раз страх рассеялся, а в голову ворвалось пьянящее, тревожное чувство, от которого закружилась голова.       — Ты-можно-поцеловать-меня-сейчас. — Пролепетал Рев умирающим голосом.       Ещё одна улыбка, мягкий смешок, и Тек наклонился, целуя его, надёжно прижимая к себе, а Рев прижался к нему, тая, цепляясь за одежду, и чирикал во всё горло. Это был хороший поцелуй, решил Рев и обхватил Тека за шею. И это было начало. До прошлой ночи он искренне считал, что его фантазии так и останутся фантазиями, а сегодня утром, когда Тек сказал ему, что это только игра, его надежды рассыпались. Он думал, что это останется лишь воспоминанием. Но этот поцелуй, окутавший его теплом меха Тека, этот поцелуй, последовавший за словами согласия и желания попробовать, этот поцелуй был обещанием, подтверждением того, что не только он испытывает подобные чувства. Рев храбро щебетал, давая понять, что счастлив, а Тек урчал в знак согласия, перебирая пальцами хвостовые перья Рева, нажимая на больное место…       И Реву это нравилось. Он любил его. Им просто нужно было время, чтобы исследовать эту новую часть их жизни друг с другом. И, возможно, несколько внеклассных занятий на стороне. Рев не хотел так просто отказываться от этих поцелуев и ласкающих рук.       Рев отстранился, его перья взъерошились, и он задрожал, глядя в потемневшие глаза с золотой оправой. — Мип-мип. — Он задыхался, крепко прижимаясь к меху Тека.       Тек кивнул, облизывая губы.       Это было невысказанное, то, чего они оба хотели, но что не нужно было озвучивать. Рев повернулся и побежал по коридору, а Тек шёл за ним по пятам и время от времени проводил пальцами по перьям хвоста. Они столкнулись у двери, ударяясь друг о друга, ощупывая друг друга, пытаясь открыть дверь, когда их губы столкнулись, и они ввалились в спальню. Силы Тека сжали и заперли за ними дверь. Из спальни донёсся гулкий стон одобрения, и в течение всего остального дня за ним следовали новые.       Одежду в коридорах так и не забрали.       ~Конец~