Бессмысленное существование

Бань Юэ открывает глаза и видит перед собой все тот же белый больничный потолок. Сколько она уже тут находится? Она давно сбилась со счета. Голова поднялась с шершавой подушки, а ноги елозили по полу, в надежде нащупать мягкие тапочки, которые вопреки всем надеждам так и не появились. Наконец осознав очевидное, ноги замерли на холодной плитке, а руки сжали грубое одеяло, что больше походило на простынь. Когда она уже сможет пойти домой? Неужели их совсем совесть не мучает называться больницей, а предоставлять тюремные условия? Ей было слишком жалко ни в чем неповинных людей, купившихся на этот дешевый обман. А ведь они искеренне верили, что тут им помогут. Она была в палате совсем одна. Хотя, нет, кажется, по стене прополз таракан. Или это были побочки от таблеток, которыми их тут буквально травили. Даже поговорить было не с кем, дни казались вечностью. Единственным развлечением было уставиться в одну точку, по сотому разу прокручивая в голове все воспоминания. Конечно, еще можно было повоображать, как бы могла сложиться ее жизнь по-другому, но что-то в голову совсем ничего не шло. Однако, кто знает, кто бы мог оказаться ее соседом по комнате в этом чокнутом месте, может, это и к лучшему. Персонал полностью соответствовал условиям этой "больницы". Они были очень грубыми, могли материть пациентов и даже поднимать на них руку. Им дело до них не было. Кормили тут, по ощущениям, отбросами. Матрас был тонкий, твердый, а пружины впивались в ребра. Да и спать не получалось. Ее либо мучали кошмары, либо бессоница. Третьего не дано. Но в последнее время все начало улучшаться. Ей постоянно казалось, будто ночью ее кто-то касается. Чьи-то теплые, успокаивающие, такие родные руки гладили ее по голове, по спине, по плечам, по щекам. Но каждый раз, когда она открывала глаза, не видела ничего кроме когда-то белых больничных стен. С появлением прикосновений и сон ее наладился. Будто этот кто-то оберегал ее от кошмаров, хоть так и не показался. Это продолжалось больше двух недель. Поначалу, оно хоть и приносило только пользу, но действительно беспокоило Бань Юэ. Она не могла понять, это вправду побочные эффекты от таблеток или она действительно начала сходить с ума? А, может, ей это просто приснилось? Она, конечно, знала, что с психикой у нее не все в порядке, но не настолько же, чтобы видеть галлюцинации! Она перепробовала уже все методы избавления от этого, которые только могла придумать в таких ограниченных условиях. Но это, ожидаемо, не помогло. Все же, вскоре она смирилась. Это не то, что приносило неудобства, даже наоборот. Поэтому свыкнуться с этим не составляло труда. Самое сложное было признать и принять свой поехавший рассудок. Но с этим принятием жить стало легче, гораздо легче. Совсем скоро нежные прикосновения начали сопровождаться снами. Прекрасными, теплыми, комфортнымм снами, снами, после которых не хотелось пробуждаться. В них она вновь могла заглянуть в глаза давно погибшей подруги, едининственного ее когда-либо любимого человека, ее возлюбленной, в них она была жива, в них Бань Юэ была любима. В них все было прекрасно, так прекрасно, как не было уже давно. Особенно в этом проклятом месте. Ей хотелось спать и спать, спать и спать и никогда не просыпаться. В целом, учитывая количество развлечений здесь, она могла бы себе это позволить, если бы вообще могла заснуть днем. К сожалению, днем эти дарившие покой прикосновения не появлялись. Еще спустя время, она начала замечать ее силуэт, сидящий на соседних кроватях и смотрящий в никуда. Но как бы она не подрывалась, как бы не бежала к ней, как бы не желала дотронуться, стоило ей протянуть руку, и она пропадала. Буквально расстворялась в воздухе. Ровно так же, как когда они еще общались, задолго до того, как Бань Юэ попала в больницу. Она просто пропала, и Бань Юэ так и не успела сказать ей самое важное, то, что не давало ей покоя больше нескольких месяцев. И вот, открыв глаза, она в очередной раз увидела ее. Только на этот раз она не сидела, а стояла напротив плотно закрытой двери в палату. Точнее, стояла на коленях. Ее ноги давно были безвозвратно сломаны. На этот раз, Бань Юэ не стала подскакивать, ограничилась простым обращением: — Сюань Цзи? Девушка, услышав знакомый голос, обернулась. Это даже удивило Бань Юэ, она не проигнорировала ее, не пропала, а отреагировала. В ее глазах была такая теплая, струящаяся нежность. Она медленно подползла к ней, не спуская с нее глаз. — Бань Юэ.. Она тут же протянула руку и.. Сюань Цзи не пропала, Бань Юэ действительно почувствовала под своими пальцами чужое плечо, она отчетливо ощущала ткань одежд, кожу под ними, кость, ключицу.. Она словно трогала живого человека. Это даже ее напугало. Она не понимала, как это возможно. Она отказывалась верить, что ее "галлюцинации" так прогрессировали. Да и не очень-то верила, что такое может быть галлюцинацией. Особенно такой реалистичной.. В призраков она, вроде, тоже не верила. Они не сводили друг с друга глаз, пока Бань Юэ пыталась придумать этому хоть какое-то объяснение. До этого она так желала к ней прикоснуться, но никогда бы не подумала, что это действительно произойдет. Все же, через пару минут, забив на здравый смысл, она бросилась к ней в объятия. Впрочем, какая разница? Зачем пытаться найти разумное объяснение, если перед ней сейчас стоит самый дорогой для нее человек? Она сидела на коленях Сюань Цзи и крепко-крепко прижималась к ней, положив голову на ее плечо. Та, в свою очередь, обвила ее руками и еще крепче прижала к себе. Сидели они так минут пять точно. Потом Сюань Цзи чуть отстранилась и положила руку Бань Юэ на затылок, медленно и нежно поглаживая. Вдруг, Бань Юэ на одном дыхании вывалила все, что, по-видимому, терзало ее все это время: — Сюань Цзи.. Сюань Цзи!.. Ты.. Ты тут! Я не знаю как, но ты тут.. Я так скучала по тебе! Я думала о тебе все это время. Мне тут так плохо. Я чувствую себя ужасно, я чувствую себя заключенной. Как будто я отдуваюсь за то, что натворила что-то ужасное.. но я ничего не делала!.. Со мной обращаются, как со скотом.. Тут очень грубые работники, отбросы вместо еды, твердый матрас, тонкое колючее одеяло.. по ночам меня мучают кошмары.. и у меня даже нет семьи, которая могла бы мне что-то принести.. или с которой можно было бы хотя бы поговорить.. Я так хочу домой. Я хочу выбраться отсюда. Я хочу умереть. Мне кажется, я схожу с ума..., — начало она полностью протароторила, а потом стала говорить медленно, запинаясь, с паузами, как будто такая душевная речь давалась ей непомерными усилиями. — Моя милая, милая Бань Юэ.. Я тоже тебя люблю, — ее собеседница залилась краской, это было слишком неожиданно. — Бедная, сколько же ты натерпелась.. А насчет последнего.. это вполне возможно осуществить. — А? Что?.. — Иди со мной. Так ты сможешь сбежать отсюда. И они больше никогда тебя не найдут. Никто больше не будет издеваться над тобой, никто больше не засунет тебя сюда. Так мы сможем быть вместе. Навсегда. Так ты сможешь увидеть свою мать, — Последнюю фразу она прошептала ей на ухо. Бань Юэ остранилась от нее, уперевшись спиной в кровать. Она сейчас действительно предлагает ей умереть? Вроде, она секунду назад сама сказала, что хочет это сделать, но слышать из ее уст, как она не просто предлагает, а буквально уговаривает ее убить себя было так.. страшно. Ей резко захотелось убежать, но было некуда. Так она и сидела, вглядываясь в лицо своей возлюбленной, видимо, в надежде прочитать ее мысли, из мертвых же воскресить как-то получилось. Она не решалась что-то сказать. Точнее, даже не знала что. Она не знала, как на такое должна реагировать. Сюань Цзи улыбнулась и поцеловала ее в губы. Похоже, она решила лишить ее остатков рассудка.

***

Вскоре, они словно и вовсе забыли тот странный диалог. Бань Юэ продолжала гнить в кровати, а Сюань Цзи начала появляться все чаще и чаще. Все больше и больше времени они проводили просто обнимаясь, лежа вместе на маленькой больничной койке и говоря по душам о давно минувших днях. С Сюань Цзи становилось краше даже в этом прогнившем месте. Это продолжалось довольно долго. Пока наяву все было прекрасно, сны постепенно сменялись с теплых воспоминаний с ее возлюбленной при жизни на сцену ее смерти и то, как она протягивала ей руку, умоляя пойти с ней. Там ей будет гораздо лучше. Там она сможет быть счастлива. Там ее никто нигде не будет удерживать. Там она увидит маму. При этом в жизни на эту тему она не проронила больше ни слова. Но самое страшное то.. что чем больше времени проходило, тем заманчивее звучало это предложение. Казалось бы, непонятно каким образом, но ее возлюбленная была рядом с ней, это все, о чем она мечтала, она должна была быть счастлива. Она правда была. Но только сначала. Потом же, не смотря на присутствие Сюань Цзи рядом, ей снова становилось все хуже и хуже. Ее снова тошнило от этого места. Ее снова все стало безумно раздражать. Она снова почувствовала то отчаяние, ту безысходность. Она снова начинала желать умереть. Смерть казалась единственным выходом.

***

— Сюань Цзи, а что.. будет после смерти? — Хм, после смерти? Я.. не могу тебе сказать. Ты должна сама все увидеть. Все, что я могу тебе сказать это то, что там ты.. будешь счастлива. Ты точно будешь счастлива. И я буду счастлива быть там с тобой. Ты же знаешь, я не должна тут находиться. Похоже, она вовсе не забыла. Просто ждала, пока та сама заговорит об этом. Она будет счастлива, если умрет... а ведь... и вправду. Она заточена в четырех стенах с ужасными условиями и единственное, что хоть как-то помогло ей ненадолго сохранить рассудок была ее погибшая возлюбленная, которая неясно из-за чего вообще появилось. Бань Юэ боялась, что стоит ей не принять какое-то лекарство или наоборот, принять не то, и она пропадет. А если она умрет.. этого точно не случится. Она станет свободна. Сможет жить вместе с Сюань Цзи. А может и встретить свою мать. А если, вдруг, после смерти ничего не будет.. то она, хотя бы, наконец прекратит свое бессмысленное существование. Лучше умереть, чем жить так.

***

И вот, во сне, как миллион раз до этого, она стояла перед ней с протянутой рекой. И в этот раз Бань Юэ действительно протянула руку в ответ. После этого все было как в тумане. Когда она очнулась в более менее ясном рассудке, она стояла на крыше. Она сама толком не помнила, как она тут оказалась. Казалось бы, она давно все решила, она так долго думала об этом. Но сейчас, в этот роковой момент, она не могла сделать шаг. Все ее нутро желало этого, но будто бы что-то где-то в глубине души по-прежнему цеплялось за жизнь. По-прежнему боялось смерти, по-прежнему верило, что смерть — не выход и все еще можно исправить. Она ведь как-то сюда пробралась, а значит, отсюда можно сбежать, так? ... Но куда идти после этого? У нее нет дома, нет семьи, нет друзей, нет знакомых, нет денег, нет ничего. А если она вернется назад в детский дом, то ее побег сразу обнаружат и вернут ее назад. Но все равно же что-то можно сделать, да? Да?.. ... Она ведь всегда боялась высоты.. она действительно.. сделает это? Разве это то, как она поступает? Разве ее мама гордилась бы ей, видя ее сейчас? Она всегда говорила всем, что не бывает безвыходных ситуаций, что всегда все можно исправить, что есть ситуации в жизни, которые нужно просто перетерпеть и все обязательно наладится, что смерть — не выход. Разве это то, как ей нужно поступить? ... Призрачные руки снова гладили ее плечи, словно намекая, что она слишком долго мнется, что нужно доделывать дела до конца. ... — М-может.. не надо?.. — Бань Юэ начала отступать назад, но Сюань Цзи удержала ее за руки. — Но ты ведь так этого хотела, разве нет? — ладонь провела по голове, — Даже спрашивала меня об этом. Неужели, ты не хочешь быть рядом со мной? Ты меня не любишь? — Я-я!.. Люблю, конечно.. н-но я- Сюань Цзи потянула ее еще ближе к краю: — Я ведь желаю для тебя только самого лучшего, так будет лучше для тебя, я хочу, чтобы ты была счастлива. Тем более, думаешь, никто не заметил твой побег? Думаешь, тебе так просто сошло это с рук? Знаешь, что с тобой сделают, если ты вернешься? Хочешь снова быть запертой в четырех стенах, но на этот раз под носом у врачей? Думаешь, если ты вернешься, у тебя получится снова сбежать? Это твой последний шанс. Подумай, как ты долго этого хотела, как ты долго об этом размышляла, как тебе тут было плохо. А если я исчезну? Как ты будешь тут жить без меня? Думаешь, когда тебя выпишут, все станет лучше? ... ... ........... Бань Юэ слышала, чувствовала, как она начинает раздражаться. Разве Сюань Цзи и раньше.. так себя вела? Но стоило ей вслушаться в то, что та говорила, как в ее душе вновь поселилось сомнение. А ведь она.. была права. И чем больше Бань Юэ думала об этом, тем сильнее разбивалась о жестокую реальность. Она перестала сопротивляться и снова сделала шаг вперед. Она посмотрела вниз. Того самого страха высоты.. не было? Может, она так долго тут стоит, что уже привыкла к этому виду? Она снова прокручивала в голове все те воспоминания, не дающие ей спать месяцами, и решимости прибавлялось все больше и больше. Кажется, Сюань Цзи снова что-то говорила и опять гладила ее. Но она не слышала. Не слушала. Она вытянула вперед ногу, все так же видя под ней пропасть. Закрыла глаза, глубоко вдохнула. В очередной раз прокручивала в голове слова Сюань Цзи, все самые ужасные воспоминания своей жизни, чтобы точно не передумать, чтобы точно не жалеть. Сюань Цзи поцеловала ее в губы. Она сделала шаг. И жалеть, действительно, стало поздно.