Твоя младшая сестренка такая...

Кира скучающе пинала камешек, пока лошки-одноклассники наматывали круги по стадиону. Она в третий раз за месяц смогла убедить физрука, что не может заниматься «из-за женской физиологии», поэтому бакланила около трибун. Повезло, что Нина Владимировна ушла, мымра бы обязательно докопалась, что месячные так часто не могут идти. Манда с ушами, с ней физра постоянно была первой в понедельник, кто вообще на такое придет? Она гоняла жуть как, ходила в каком-то несуразном спортивном костюме явно советских годов и ловила за школой курильщиков. У них с Кирой была взаимная неприязнь еще с первой сигареты за углом в сентябре. Чуть не подпалив розовую челку зажигалкой, мелкая курильщица краем глаза заметила надвигающуюся училку, но сбежать не успела. Пришлось писать объяснительную. Да пошла эта дура нахер. Вон Руслан бежит, все время поправляет то хвост, то выпадающие наушники. Пробегая мимо, он хотел дать сидевшим на скамейке пять, но от прогульщицы получил средний палец в рожу, понял намек и потрусил дальше. А вот подруга Дашка в самом конце плетется, у нее отмазаться не вышло, так что тоже занимается в своих коротких шортах. Будьте уверены, сразу после урока она побежит переодеваться в юбочку японской школьницы и поправлять макияж. Нет, Даша хорошая, но из-за ее любви к аниме часто подвергалась насмешкам, и ее приходилось защищать, потому что сама за себя постоять она не могла. В кармане джинс заорал телефон. Кира поморщилась, но взяла трубку, потому что звонила сестра: — Че надо, старикашка Лизка? — Ага, и тебе привет. Я после егэшной подготовки на репетицию, у нас концерт в клубе скоро. Я тебя умоляю, поешь дома нормально. И хватит курить, у тебя уже 4 пачки в комнате валяется! — старшие сестры такие, вроде, заботливые иногда, а вроде, вы периодически деретесь за ее брендовые шмотки. — Дане привет, а пачки не выбрасывай, я коллекцию болезней собираю, — урок подходил к концу, скоро уже на матешу, контрольную писать, но можно успеть сбегать покурить. — В организме, что ли? Все, пока, щас уже звонок будет. Пузатый физрук отпустил ее одноклассников пораньше, и толпа потных девятиклассников с орами и смехом отправилась в раздевалку. Но не все, конечно. Часть отделилась и пошла за школу, а за ними и Кира. На перекур есть минут 10, потом на контрольную, а в монологах старшей сестры-химбио было что-то про обострение внимания из-за норадреналина, выработку дофамина, серотонина, какой-то глутамат и прочую муть, так что сигаретка сейчас очень кстати, может получится написать работу на слабую четверочку. Какой-то ублюдок выше чуть ли не на 2 головы крикнул Кире: «сиськи зачет! Или это пуш-ап, а?». Она уже хотела дать ему по морде, но тут зачем-то вмешался Руслан: — Рот на минус, отброс. — А че, она баба твоя, что ли? Вроде, отшивает тебя весь год, лошпед! — кажется, этот чел был из 10 «Б», только недавно присоединился к курящей компании и еще не знал всех правил их тусовки. Руслан спокойно затянулся и продолжил под улюлюканье остальных: — Еще одно слово, и я тебе третий сосок прожгу. — Борзый дохера? — десятиклассник подошел к нему ближе, явно с нехорошими намерениями. Кажется, назревала типичная драка из-за девчонки. — Слышь, осади, придурок. Она наша подруга, не заткнешься, будешь потом неделю кровь со своего паленого шмота отстирывать, — подошел еще один приятель Киры. Против новоиспеченного курильщика с повышенной наглостью несколько подростков, шансы не равны. Немного подумав, он бросил окурок и ушел, сопровождаемый ухмылками. На самом деле, репутация у Киры сомнительная не только среди учителей, но и в школе. Кто-то считал ее шлюхой, кто-то просто дурой, но пара друзей все равно имелись. Отчасти благодаря Руслану и сестре в 11 классе, отчасти благодаря милому личику, ну и фактор стреляния у нее ее дорогущих сигарет присутствовал. В любом случае, девушку все устраивало, хотя слухи все равно бесили. Прозвенел звонок. Бычки полетели в специально заботливо кем-то оставленную для них банку от энергетика, а старшеклассники побрели на уроки. — Но сиськи и правда классные, — бросил кто-то напоследок, на что Кира лишь закатила глаза. На контрольной они писали пробник ОГЭ, до экзамена меньше 2 месяцев, поэтому училка постоянно их грузила, что уже подбешивало не самый сильный в алгебре и геометрии класс. И так на нервах, первый государственный экзамен все-таки. Кто-то дополнительно готовится к поступлению в шарагу, кто-то просто хочет тусить, ведь на дворе теплый апрель, а в теле бушует дух юности. — Ковалевский, я прекрасно вижу наушники даже за твоими шикарными длинными волосами! Собери в хвост хотя бы, косоглазие будет. Романова, телефон в рюкзак. Напоминаю, пишем без перемены, у вас 2 урока на это, — Александра Михайловна ходила по рядам и на всех зыркала. Руслан и Кира, которым она сделала замечания, переглянулись и синхронно тяжело вздохнули. Нет, ему-то математика легко давались, он явный физмат, а вот Кира не могла решить, какой маршрут надо выбрать этим хреновым Юле с дедушкой. Еще и кто-то ручкой судорожно щелкает, достали, а из столовой несло котлетами на все этажи школы. Даша решила уже почти половину своего варианта, ну, правда, пару заданий списала, пару наугад, но в целом неплохо, так что устроила себе перерыв и поправляла стрелки. Александра Михайловна решила проявить какую-то женскую солидарность, поэтому игнорировала подводку и зеркало на парте. — Дашка, ты в столовку пойдешь, когда нас выпустят наконец-то? — шепнула ей Кира. Она уже минут 10 мечтала о пицце из буфета, но одной пробираться сквозь очередь мерзких детей из началки влом. — Не, ты че, я же на диете, — отозвалась подруга, — сходи с Русланом, он тебе хоть сам этот твой кусок теста с колбасными обрезками испечет. — Дура? Видела его аудио на странице? — Девочки, не болтаем! Уже пол урока прошло, — вмешалась учительница, — Романова, ты хоть что-то решила? — Да, решила, что куплю ответы, — буркнула она и уткнулась в свой листок. Нет, что-то она в итоге решила, но так как Александра Михайловна пристально следила, чтобы Кира не доставала телефон, шансы на хорошую оценку стремились к нулю. Впрочем, ее это не волновало. Куда больше ее волновали отросшие корни и Даня из группы сестры. Ну а че, высокий кудрявый басист, еще и постарше, почему бы и не влюбиться? Только одевается странно, какие-то рубашки и классические брюки, вся их группа недопанков из-за этого бесится. Но в целом, классный парень, только Киру не замечает. Как бы к нему подобраться… — Ребята, сдаем работы, — резко раздалось от учительского стола. Большинство отдавали ей свои листки с мрачным лицом, только Руслан, грезивший о карьере ядерного физика, шел и лыбу давил, ну и еще пара задротов выглядели вполне довольными. Ладно, плевать, надо бежать очередь в столовке занимать. В столовую на обед стеклись голодные школьники из всех классов, те, у кого урок был на 4 этаже, как у Киры, изо всех сил пробивались сквозь толпу счастливчиков, занимающихся на первом рядом со столовкой. Она оставила Дашу выбивать борщ и не внушающие доверия котлеты с пюре, а сама побежала к буфету. — Да я завтра занесу 40 рублей, обещаю! — ныл какой-то пятиклассник. — Ну значит завтра свою сосиску в тесте и получишь, — сурово ответила буфетчица, — следующий. Руслан, тоже стоявший в очередь, докинул бедному ребенку денег (мажор, что ли?) и попросил себе соломку с солью. — Какой ты добрый. Благими намерениями дорога в ад выстлана, вдруг он отравится этой сосиской? — вставила замечание Кира, оплачивая долгожданную пиццу. — Зато не ноет больше, — коротко ответил он и растворился в толпе. Когда девушка вернулась к подруге, та вяло ковыряла картофельное пюре. Так ничего и не съела, только проверяла, упадет ли оно, если перевернуть тарелку. Не упало. Кира давно бросила попытки уговорить вечно худеющую Дашку нормально есть, поэтому хмыкнула и попробовала суп. Ого, сегодня даже нормальный, особенно, если пиццей заедать. Раздался звон посуды, упавшей на кафельный пол. Наступило мгновение тишины, которое резко сменилось бурными аплодисментами. Никто не знал, кто и зачем придумал хлопать разбившимся стаканам и тарелкам, но такая традиция имелась давно и везде. Кто-то даже успел на видео снять, щас выложат в подслушано школы. Когда-то это группа в «ВК» реально была классной, но сейчас основной хайп администраторы ловили на слухах и украденных из других пабликов мемах. А жаль. Следующим уроком (последним!) была химия. Шутки про «а мы будем варить самогон» достали не только молодого учителя-практиканта, но и школьников, поэтому они просто каждый раз проверяли, через сколько минут Никитка (а называли бедного препода только так) начнет терять терпение и грозиться позвать завуча. Недавно девятиклассники поставили рекорд, 7 минут от звонка до угроз. Разумеется, им хотелось установить новый. — Таким образом, окислительно-восстановительная реакция… Что за шум, коллеги? Мне что, кричать на вас? Давайте уважать друг друга все-таки, — Никитка нервно поправил очки и продолжил, — так вот… В этот раз они решили в дополнение к остальному попробовать прикол с партами. Суть заключалась в том, чтобы незаметно постепенно двигаться с ними в сторону, чтобы под конец урока все слились в одну, и ждать, пока учитель заметит. Это займет много времени, но у них у другие развлечения есть: кидаться бумажками, сидеть в телефоне, слушать музыку (но в наушниках, не настолько обнаглели еще), болтать, доедать обед, качаться на стульях… А кто-то вообще спал. Препода подростки не особо уважали, только пара зубрил, сдающих химию. — А вот у меня такой вопрос… — начал главный отличник класса Миша, чем-то похожий на самого Никитку. — Встал, — закончил кто-то с последней парты, после чего немедленно раздался гогот пубертатников и тихие комментарии: «на Никитку?», «да не, у Миши не встает обычно», вызывающие новые волны смеха. Дальше больше. Пока покрасневший отличник пытался дальше мямлить, у кого-то зазвонил телефон и на весь класс начал орать гимн России. Все подскочили с серьезными лицами. — Коллеги, что происходит? — Всем встать, гимн играет, — объяснили девятиклассники, с трудом сдерживая хохот. — Уважаемые коллеги, ну это уже ни в какие рамки не лезет! Я вынужден сообщить об очередном сорванном уроке завучу, — сегодня Никитка потерял терпение за 5 минут, новый рекорд. — А я уже здесь, — голос стоящей в дверях завуча Елены Васильевны не предвещал ничего хорошего.