Загадочная история в уезде Цзышоу

      Эта история произошла в городском уезде Цзышоу, примерно в середине августа. Сезон дождей давно прошёл, и во всей провинции Хунань господствовала жара и сушь.       Те дни выдались особенно жаркими и душными, и только вечера, благодаря обилию зелени и рек, дарили отдых от дневного зноя. Воздух буквально вибрировал от пения цикад. Это были те самые беззаботные дни летних каникул, которые Лю Сяомин со своей старшей сестрой проводила вдалеке от бетонных лесов большого города, гостя у дедушки и бабушки.       В деревне дни тянулись дольше. Как сахарная патока, они плавно перетекали из ночи в утро, наполненное заботами по хозяйству. Затем в жаркий полдень, такой ленивый и пахнущий бабушкиной стряпней. Ближе к четырём часам вечера, когда дедушка заканчивал работу в своей мастерской, они обязательно шли на прогулку с ним, и всякий раз это было интереснейшее приключение.       Во времена своей молодости, когда голова этого рослого и жилистого мужчины была не столь седа, а по лицу не разбегались глубокие морщинки, он был учителем естествознания в средней школе. Позже, даже преподавал в университете. В этой самой голове был настоящий кладезь знаний и всем этим дедушка щедро делился со своими внучками. Старшая слушала в пол уха, она больше увлекалась музыкой и литературой, а вот Лю Сяомин впитывала новую информацию, как губка.       Однажды, рыбача с дедом и его деревенскими друзьями, Лю Сяомин услышала занимательную историю.       Поговаривали, что на холме, за старым заброшенным храмом, в глубине леса притаились древние развалины некоего строения, возраст которых сложно себе даже представить. Версии были разные, кто-то утверждал, что это поместье какого-то средневекового аристократа, кто-то говорил — святилище древних божеств. Добраться туда сложно, а потому молва ходит лишь из уст в уста. У всех там был какой-то давний знакомый, но никто не видел древних руин лично.       Эта деревенская легенда настолько распалила детское пытливое сердечко, что Лю Сяомин решила той же ночью организовать собственную экспедицию. Зная, что старшей сестрице подобные забавы не интересны, Лю Сяомин не посчитала нужным даже поставить Яньли в известность о своей затее. Бабушка и дедушка так устают за день, что тревожить их ночными прогулками не стоит. Пусть отдыхают.       Лю Сяомин на тот момент было уже одиннадцать лет. Острый ум и смекалка выделяли её среди сверстников. Она была довольно самостоятельна, сообразительна и считала себя очень взрослой. Потому, поставив перед собой цель, шла напролом, будучи полностью уверенной в своих силах и способностях.       Составив в голове план, девочка стала методично и чётко ему следовать. В сарае за домом Лю Сяомин раздобыла старенький дедушкин фонарик, моток верёвки и на всякий случай коробок спичек и складной, давно затупившийся, ножик. У бабушки утащила моточек красной атласной ленты, ведь ночью в лесу легко заблудиться, дедушка часто это говорил. Потому следовало оставлять метки. С кухни были экспроприированы несколько рисовых печенюшек, свежая булочка с пастой из красной фасоли и бутылочка с ягодным компотом.       Осталось дождаться ночи.       Когда в доме, наконец, стихли все звуки, а сестра на соседней кровати тихонько засопела, поддавшись глубокому сну, настала пора действовать.       Натянув старенькие потертые джинсы, футболку и ветровку с капюшоном, Лю Сяомин достала из-под кровати заготовленные заранее кроссовки и красный рюкзачок со съестными припасами и инвентарем для похода.       Ночь была тихая и очень тёмная. Несмотря на безоблачное небо, землю освещал совсем тоненький серпик молодого месяца. С лёгкостью покинув дом через окно, малышка прошмыгнула через огород к калитке, ведущей в сторону полей, а оттуда уже давно знакомой дорогой направилась к старому храму.       Если днём в сельской местности жизнь кипела, то ночами эти места походили на необитаемые земли. Кроме звуков природы ничто более не нарушало тишину. Легонько ступая по утоптанной грунтовой дороге, Лю Сяомин во все глаза любовалась россыпью звезд над головой. В такт шагам, за спиной позвякивала подвеска, прицепленная к рюкзаку. Эту подвеску вырезал дедушка на десятилетие младшей внучки.       Змеевидный дракончик, высеченный из белого дерева и выкрашенный небесно-голубой эмалью, глаза были выполнены из белых речных камушков с кварцевыми прожилками. Эти камушки Лю Сяомин как-то сама же на берегу реки и подобрала, сказав дедушке, что они напоминают ей чешуйки речного дракончика из бабушкиного рассказа. Хвостом он цеплялся за серый витой шелковый шнурок, а в зубах держал колечко с маленьким серебряным колокольчиком, на язычке которого болталась серебристая шелковая кисть. Девочка берегла эту подвеску, как величайшее сокровище, считая её своим персональным оберегом.       Чем ближе становился храм, тем темнее становилось вокруг. Деревьев встречалось всё больше, и вскоре Лю Сяомин оказалась на территории леса, что покрывал почти всю поверхность холма.       Добравшись до храма, девочка несколько раз поклонилась, загадав, чтобы её экспедиция прошла успешно, и она нашла что-нибудь интересное. За храмом лес становился ещё гуще. Подлесок заполонил все проходы между вековыми деревьями. Пришлось достать фонарик и ленточку.       Сердце малышки переполняли восторг и азарт. Странно, но в тёмном лесу, одной, ей почему-то совсем не было страшно. Несчетное количество раз они с дедушкой ходили по этим лесам, и она знала всё о животных населяющих эту местность. Хищников тут не водилось, а люди спят, так чего бояться?       Примерно час девочка побиралась сквозь заросли, двигаясь аккуратно и не забывая оставлять на ветках кусочки алой ленты. Маленькие ножки начали понемногу уставать, ведь приходилось постоянно перебираться через горбатые корни деревьев или огромные валуны, покрытые густым изумрудным мхом. Хотелось присесть и отдохнуть, а мысли о печенье и булочке в рюкзаке не давали покоя.       «Ты уже взрослая! Что за детские капризы. Вот найду развалины, там и перекушу» — строго отчитала саму себя Лю Сяомин. Ещё примерно через полчаса она наткнулась на густые заросли высокого папоротника. Он возвышался над малышкой почти на две головы, такого высокого папоротника Лю Сяомин ещё никогда не встречала.       В этот миг девочка ощутила себя словно в сказке. Сердце радостно забилось в предвкушении, и она двинулась вперед, бережно раздвигая перистые стебли перед собой. Вдруг под ногами Лю Сяомин почувствовала не мягкую землю, укрытую ковром травы, а что-то твердое, гладкое и ровное, посветив фонариком, она увидела каменную плитку, местами потрескавшуюся, но явно узнаваемую каменную кладку тропинки.       Не веря своему счастью, девочка ринулась вперёд. За границей папоротниковых зарослей ей открылась большая опушка. Деревьев тут было мало, но они были очень высокими с необъятными кронами, закрывающими полянку от неба подобно зелёным потолочным сводам. Между мощными стволами, среди высоких трав и диких цветов можно было разглядеть остатки разрушенных стен. То тут, то там в траве проглядывала тропинка, а возможно тут и вовсе некогда была большая мощеная площадка или двор.              Находка превосходила все, даже самые смелые ожидания Лю Сяомин. Огорчало одно, было темно и весь масштаб руин было сложно представить. Переходя от одних развалин к другим, девочка с благоговением касалась холодного камня, который был свидетелем явно не одной эпохи.       На сокрытой со всех сторон густыми зарослями поляне, воздух совсем не двигался, словно застыл. Не было не единого дуновения ветерка, хотя пока Лю Сяомин шла по лесу, время от времени кроны деревьев шелестели листвой потревоженные ночным бризом. Тут-то девочка и заметила одну странность, на опушке стих не только ветер, но и все звуки. Ни ночного стрекота цикад, ни уханья сов, ни писка летучих мышей. Тишина.       За всё время ночной прогулки Лю Сяомин впервые стало не по себе. Она маленькими пальчиками прочистила ушки. Может просто заложило. Нет. Она чётко слышала собственные шаги, шелест травы под ногами. Неожиданно, откуда-то с дальнего края поляны, куда малышка ещё не дошла, послышался слабый звук. Прислушавшись, Лю Сяомин показалось, что голос ребёнка, похожий на плач. Не задумываясь, она рванула в направлении шума.       — Тут кто-то есть? – Громко спросила Лю Сяомин. — Кто ты? Ты потерялся?       Но внятного ответа не получила.       Впереди, в свете луча фонарика было видно относительно сохранившееся здание. Высотой метра в полтора потрескавшиеся и заплетенные плющом стены, крыши не было, но в стене чернел проход, явно ниже человеческого роста.       Голос стал ближе, однако слов до сих пор было не разобрать. Лишь невнятные всхлипы.       — Пожалуйста, не плачь! Я сейчас тебя найду. Не бойся! Ты, наверное, потерялся, но теперь всё будет хорошо. — Лю Сяомин старалась успокоить плачущего ребенка, так как чувствовала себя старше и уверенней.       Казалось, она слышала голос отовсюду. Никак не понимая направления, откуда исходил шум, Лю Сяомин как волчок крутилась на месте и обшаривала округу лучом фонарика. Вокруг были лишь невысокие остатки фундамента, да трава, спрятаться тут было особо негде. Осталось проверить лишь то полуразрушенное здание. Но от чего-то ноги отказывались идти в том направлении.       «Пожалуйста! Откройте!»       Эти звонкие отчетливые слова пронзили воздух и сработали толчком для Лю Сяомин. Она побежала к темнеющему проходу, но споткнувшись о камень, упала и выронила фонарик, который от удара заморгал, а потом и вовсе потух, оставив малышку в полной темноте.       Помня направление, Лю Сяомин осторожно ступая, продолжила идти, не переставая говорить с плачущим ребенком. И вот когда до стены оставалось чуть больше метра, сделав шаг, нога не нашла опоры и Лю Сяомин, вскрикнув, провалилась в какую-то глубокую яму. Стараясь ухватиться за стебли и корни растений, девчушка в кровь разодрала ладошки, но это не спасло её от падения всё глубже в яму. Когда она плюхнулась на дно, в тот же миг ощутила пробирающий до костей холод и сырость. Только сейчас она поняла, почему не смогла ни за что ухватиться, пока падала сюда. Все чего она касалась, было мокрым и скользким. Странно, ведь дождей не было уже почти месяц.       Стихший на время голос, с новой силой стал требовать выпустить его. Теперь Лю Сяомин слышала голос, точно он был на расстоянии вытянутой руки, однако вокруг девочки были лишь земляные стены, она словно оказалась в колодце, диаметром не больше метра. Малышка была уверена, что голос принадлежит мальчику, примерно её возраста. Он видимо колотил в какую-то дверь, так как между всхлипами слышался глухой стук.       С минуту Лю Сяомин приходила в себя, стараясь понять, где оказалась и как ей теперь выбираться. Запрокинув голову, в попытке визуально определить, как глубоко она упала, Лю Сяомин внезапно ощутила на лице влагу. Что-то капало сверху. Это был дождь!       Тёмное небо высоко над головой было затянуто низкими тучами, которые в скором темпе гнал порывистый ветер. В один миг в плотных тучах образовалась прореха, обнажая клочок ночного неба. В колодец на пару секунд заглянул лик полной луны и тут же снова скрылся за завесой свинцовых тяжелых облаков. Под ногами хлюпала вода, сверху брызгал мелкий дождь. Как такое могло произойти?       В этот миг Лю Сяомин стало поистине страшно!       — Э-э-эй! — Голосок дрожал не то от холода, не то от страха, сковавшего юное сердечко.       Ответом был лишь шорох мелкого дождя, шум ветра да глухой стук где-то рядом.       Мальчик притих, и только продолжал неистово колотить какую-то дверь.       — Эй, мальчик! Ты меня слышишь?       Лю Сяомин даже не заметила, как по её щёчкам потекли горячие слёзы.       «Хоть кто-нибудь, откройте эту чёртову дверь» — голос был тихим и охрипшим, а тон стал каким-то будничным, словно ребёнок окончательно обессилел от борьбы.       — Почему ты не отвечаешь мне? Я ведь тебя слышу, значит и ты меня должен слышать! Ну почему, почему?       Она шарила вокруг себя по стенам, но ничего кроме земли нащупать не могла. Что это был за голос, где он находился? Это пугало до мурашек.       Малышка продрогла от холода, вся её одежда была почти насквозь мокрая. Ссадины на ладошках щипали и ныли. Она вспомнила о запасах в рюкзаке, но верёвка была сейчас абсолютно бесполезна, ножик тем более. Выпив компот, и без аппетита зажевав его булкой, она прислонилась к стене и прижала к груди рюкзачок. Тихонько ощупав его в темноте, девочка с ужасом поняла, что талисман дракончик потерялся. Совсем позабыв о холоде и грязи, Лю Сяомин кинулась ощупывать дно ямы руками, но кроме камней и веток в этой грязной жиже ей ничего не попадалось. Потеря оберега и дедушкиного подарка привела её в ужас ещё больший, чем всё произошедшее с ней ранее. Малышка упала на колени и горько зарыдала.       Лю Сяомин плакала так, как ещё никогда в жизни. Всё её личико было перепачкано грязью и слезами. Она звала на помощь, звала дедушку. За громкими рыданиями, девочка не услышала слов, произнесенных где-то рядом: «Кто тут? Кто это плачет?».       Уставшая от волнений, холода и слёз, Лю Сяомин присела на корточки, не выпуская рюкзачок из рук и обессилев, уснула.       Разбудил её шум доносившийся сверху. Протирая глазки, она уставилась наверх. По краю ямы внутрь светило несколько мощных фонарей, слепя Лю Сяомин в глаза. На их фоне темнел силуэт, спускающийся к ней.       — Мин-эр! Мин-эр! Это ты! Слава небесам, мы нашли тебя.       Не успела девочка опомниться, как оказалась в крепких и тёплых объятиях дедушки. От него пахло табаком и потом, хотя он давно бросил курить. Девчушка ожидала, что дедушка сейчас начнет её отчитывать и ругать за безрассудную выходку, но в глазах его стояли слёзы и он крепко прижимал к себе её маленькую замёрзшую фигурку. Должно быть, дедушка очень испугался, пальцы его подрагивали.       Обхватив дедулю за шею, она позволила вытащить себя наружу.       Выбравшись на поверхность, Лю Сяомин обнаружила вокруг ещё человек пять взрослых мужчин, некоторые из них были друзья дедушки, было так же две собаки.       Чувствуя вину, за устроенный ею переполох, Лю Сяомин почувствовала укол совести в груди.       — Простите, — хрипло прошептала малышка, опустив взгляд.       — Главное, с тобой всё хорошо, Мин-эр, — тихо ответил дедушка и прижал девочку к себе ещё крепче.       Внезапно вспомнив что-то важное, Лю Сяомин отстранилась и воскликнула:       — Дедушка, там же где-то мальчик!       — Мальчик? Какой мальчик?       — Он всю ночь плакал и звал на помощь, я пыталась его найти, именно тогда я и провалилась в эту яму.       — Милая, но тут в округе километра на четыре нет ни единой души. Мы искали тебя с собаками, они бы учуяли кого-то постороннего.       — Как же… Но он так плакал… — малышка уставилась на дедушку полными непонимания глазами.       Неужели всё это ей привиделось.       — Хах, должно быть это была какая-то ночная птица. Их голоса часто можно спутать с плачем ребёнка.       Сказал господин Шио, их сосед, что держал дома охотничьего пса по кличке Мо.       — Да уж, провести две ночи в лесу, в полном одиночестве. Ты должно быть очень испугалась, когда заблудилась, тут не только голоса чудиться начнут.       Лю Сяомин не стала продолжать эту тему, она была уверена в том, что видела и слышала, но боялась выглядеть в глазах окружающих сумасшедшей.       Группа людей, удалялась прочь от древних развалин, а Лю Сяомин, сидевшая на руках у дедушки тихонько спросила его.       — Две ночи?       Дедушка как-то странно посмотрел на неё тяжелым взглядом, казалось, за это время он постарел на несколько лет.       — Прости, — крупные хрустальные слёзы покатились по её щекам. — Я не думала, что всё так выйдет.       Дедушка, поджав губы, лишь молча поглаживал продрогшую спинку внучки. Может он и злился, однако сейчас его сердце полнилось облегчением от того, что наконец-то после долгих поисков, он прижимал к тому самому сердцу свою драгоценную кровинку.       О том, что именно с ней произошло, Лю Сяомин решила никому не рассказывать, да и кто бы поверил в эту фантастическую историю. Чувства, терзавшие её душу были столь не определенными, что Лю Сяомин никак не могла понять, довольна она исходом «экспедиции» или же это приключение обернулось полным провалом. Одно она знала точно, голос мальчика навсегда отпечатался в её сердце, и мысли не переставали возвращаться к одному вопросу, что же с ним случилось и «где» это случилось?       Покинув загадочную поляну, Лю Сяомин подняла заплаканные глаза к кронам высоких деревьев. Сквозь прорехи между ветвями, на безоблачном усыпанном звездами ночном небе висел серп холодного молодого месяца.