Позорная съёмка.

Арсений только приехал на площадку. Стас уже ждал всех, как и всегда он приехал первый. До начала оставалось минут тридцать. Антон подъехал чуть позже, чем Арсений. Следом подъехал Поз. Ну, и как всегда, последний приехал Сережа, что не удивительно уже. Всё, что они успели — это только поздороваться. Все разбежались по гримёркам, где их ждали стилисты и гримёры. Когда все были готовы, Стас всех начал звать в центральную точку всей площадки, где проходили сами съёмки. Они переговорили основные моменты и важные темы этого шоу. Ребята всё поняли. До начала осталось пять минут. — Так, сегодня у нас очень серьезные съёмки. Она будет длиться примерно десять часов. Перерыв раз в два часа. Если вам что-то сейчас надо, то у вас есть пара минут и начинаем. — объяснил Стас. Этой возможностью воспользовался только Серёжа. И, встав с места, куда-то ушёл. А вот Антон очень зря, что не подумал. Съемки начались. Шоу оказалось достаточно интересным, и все были вовлечены. Всё проходило более, чем хорошо. Так пролетел первый час. Сейчас Антон начинает чувствовать тяжесть в низу живота. И, пока никто особо на него внимание не обращал, аккуратно приподнял край своей футболки и оценил состояние. Ремень слегка давит, но визуально всё хорошо. И чувствует он себя тоже нормально. Чуток лишнего поджимает, но не критично. Пока можно потерпеть. Не стоило пить столько жидкости перед съёмками, но так как на улице +30, по-другому не возможно. Во время само́й съёмки они могли пить воду, стоящую в бутылке рядом с ними. У каждого есть такая возможность, поэтому в воде себе никто не отказывает. И даже Шастун, мочевой пузырь которого не горит желанием принимать жидкость, ещё с этой надо разобраться. Антон начинает рефлекторно ёрзать и всё чаще менять положение, тем самым пытаясь найти более удобное положение, чтобы на мочевой пузырь не было лишнего давления. Давление ещё создавал ремень, который Антон зачем-то надел, хотя сюда не особо вписывался, а теперь ещё и мешал, но он был под футболкой. Дима замечает странное поведение Антона, какую-то рассеянность и явный расфокус на шоу. Антону пока что, по его мнению, надо подумать, как избавиться от неприятного давления, а не думать о шоу. — Шаст, ну чё ты извился весь? — поинтересовался Поз, понимая, что это всё равно вырежут. — Ничего не извился. Просто мышцы затекают. — отвечает Антон с ноткой не скрытого отчаяния, понимая, что почти спалился. Дима видимо догадался в чём именно заключается смена поведения Шаста, поэтому с ноткой издёвки и толикой сарказма добавил: — « Если отлить прижало — встал, вышел, пошёл. Тебя ж тут не держат насильно с ножом у горла.» Антону стало очень стыдно. Спалился, блять. Поз с Серёжей начали смеяться. Арсений слегка улыбнулся, но смеяться не стал, он прекрасно понимает Антона, сам был в подобных ситуациях. И лишь Стас за кадром остался с таким же каменным лицом. — Ну что вы пристали к нему? — начал вступаться Арсений. Он пододвинулся чуть ближе к Антону и что-то тихо сказал на ухо. — Шаст, всё хорошо? — спрашивает Арсений — волнуется. — не обращай внимания, но если тебе…ну, надо выйти — ты выйди, нам в целом без разницы, а Стас человек — поймёт. — Да всё у меня нормально, с чего вы взяли, что мне надо куда-то выходить? — Шастун ярко-видно начал отнекиваться. Ну что ещё оставалось делать, если пусть и его друзья, но они поняли, в чем проблема Шастуна. Он явно не смог никак этого скрыть. Даже от собственного парня не получилось… Вот он — настоящий проёб. — Да с того, что ты под столом меня уже раз пятнадцать пнул, потому что резко каждые двадцать секунд положение меняешь. Расфокус какой-то словил. Я тебе «Шаст, твой ход», а ты только через время реагируешь. Ну надо же посерьёзнее как-то, Тох. — закончил говорить Поз и с украдкой посмотрел на Арса, который начал переживать за поведение Антона. Реально спалился. — Реально, Шаст. Уже все всё поняли, до всех всё дошло. Нет смысла врать. Давай ты либо разберёшься со своей проблемой, либо не будешь этим отвлекать нас? — добавил Матвиенко, смотря на очень смутившегося Шаста. Блять, ну это позор. — Да я не… — не успел ещё как-то оправдаться Шастун, как Арсений подскочил со своего места и, за локоть подхватив Шаста, удалились из павильона. — Арс, что ты… — его снова перебили, только не действиями, а словами. — Антош, что это было? Почему ты себя начал так вести? — спросил Попов, перебив Антона. — Да я ничего же… Чего вы на меня накинулись со своими упрёками? — обидчиво спросил Антон, заметя, что ответит вопрос на вопрос. — Ну я же ничего тебе не сказал, Тош. Они тоже в какой-то степени правильно сказали. Ты действительно отвлекаться стал сильно и постоянные твои ёрзанья атмосферы не добавляли. Просто скажи, почему ты просто не встал и не вышел, если тебе надо? Просто сказал бы, что надо выйти и всё. Две минуты ничего не сыграют. — ответил Арс, смотря Шастуну прямо в глаза. — Я… Даже если я бы хотел выйти, то… — оправданий на этот раз не было. — Да, вы правы. Но ведь я не ребенок, чтобы бегать в туалет каждые пять минут, я могу немного подождать, чтобы всё сделать на перерыве. — честно признался Антон, который чувствовал, как по его щекам разливается красный цвет. Как же стыдно, пиздец. — Отчасти ты тоже прав, Тош. Ты — не ребенок, конечно, но ты ведь человек, у которого есть потребности и в этом нет ничего такого. — пытался поддержать Арс. — Арс, это самая позорная съёмка в моей жизни. Мне так стыдно, что я… — Антон не знал, как продолжить это предложение. Он не понимает: за что ему стыдно? — Что ты повел себя как маленький? — спросил Арс, и получил кивок. — Тош, успокойся пожалуйста. Всё хорошо, об этом все забудут через час. Поэтому можешь спокойно и сам об этом забыть и забить. А ещё, вроде как, тебе хотелось отлить, а не полчаса точить лясы. — напомнил Арсений, и очень зря. Антон кивнул и помчался в сторону туалетов. Закончилось всё хорошо. Антон успокоился и ребята тоже. Проект сняли. Главный вывод: не допускайте ошибок, которые могут вам навредить и всё делайте вовремя. Не стесняйтесь сказать о потребностях, потому что это нормально.