Подруга Дэймона.

Никлаус, стоя в тени колонны, наблюдал за Ариной, которая кружилась в танце с Дэймоном. Её движения были грациозными, как у истинной королевы, а взгляд, устремлённый на партнёра, говорил о полной уверенности и комфорте. Никлаус не мог отвести глаз от девушки, восхищённый её естественным величием. — Её отказ, без сомнения, был шедевром вежливости, — прозвучал голос Элайджи за его спиной. Никлаус повернулся, встретив насмешливый взгляд брата, который сделал глоток из своего бокала. — И в то же время достаточно острым, чтобы напомнить тебе о границах, — продолжил Элайджа, явно наслаждаясь моментом. — Границы? — Никлаус усмехнулся, наклоняя голову. — Арина — исключение, брат. Она не такая, как остальные. — А остальные, — заметил Элайджа с лёгким наклоном головы в сторону, — очевидно, включают в себя Керолайн Форбс, которая, похоже, готова броситься в огонь ради твоего внимания. Никлаус только хмыкнул, наблюдая, как Керолайн решительно направляется к нему через зал. — Никлаус, — начала она, чуть покачивая локонами, словно подбирая самые соблазнительные интонации, — вы позволите мне следующий танец? Её улыбка была очаровательной, но в глазах читалось отчаяние, которое Никлаус мгновенно уловил. Он поднял взгляд, полный едва заметного презрения, и ответил холодно, но с той самой утончённостью, которая всегда выделяла его среди прочих. — Я всегда удивлялся женщинам, которые, не получив внимания одного мужчины, так поспешно бегут к другому. Это… пошло, Керолайн. Её лицо покраснело, и она застыла на месте, явно растерянная. Элайджа, наблюдавший за сценой, тихо рассмеялся, прикрываясь бокалом с вином. — Очевидно, уроки манер здесь крайне необходимы, — добавил он с насмешкой, обращаясь скорее к Никлаусу, чем к Керолайн. Та, не выдержав унижения, резко развернулась и поспешила скрыться в толпе. Никлаус только хмыкнул, вновь возвращая взгляд к Арине, которая в это время, смеясь, что-то говорила Дэймону. — Вижу, твой интерес к Арине становится всё более… глубоким, — заметил Элайджа, подходя ближе. — Арина — загадка, которую я не против разгадать, — ответил Никлаус, не сводя глаз с девушки. Элайджа лишь улыбнулся, поднимая бокал в знак тоста. — Тогда удачи тебе, брат. Но помни, что такая женщина не потерпит половинчатых мер. Никлаус ничего не ответил, но в его взгляде мелькнула решимость, которая ясно говорила: он уже сделал свой выбор.