Я не буду платить за этот сеанс, Арсений Сергеевич...

Так продлились ещё две недели. Антон сбился со счета, всё вокруг скрутилось в ленту, которая повторялась изо дня в день и сворачивалась в бесконечность. Шастун просыпался от ненавистного будильника, ругался с матерью, с криками выходил из дома. В школе отсиживал уроки, выслушивал выкрики о ЕГЭ, а кудрявый все метался и не знал, что будет сдавать, и на это получал бесконечные насмешки от «друзей», так про себя называл их сам подросток, и ненавидел уже сам себя, потому как все слова в его сторону начали становиться правдой. Шастун начинал влюбляться, да не в абы кого, а в парня — в Гришу, — и все его слова, которые были выкрикнуты в сторону ориентации, стали становиться реальностью и даже у самого юноши вызывали отвращение. Тот много гадал, что же будет, если он кому-нибудь проболтается? Тому же Позову, когда поедет на каникулы. Он потеряет единственного друга? И по итогу что? Останется совсем один в этом угрюмом городе, где его каждый день после школы будут избивать, а тот будет корчиться от боли и с любовью смотреть на рыжего парня, стоящего рядом? Да уж, такого Антон точно от себя не ожидал. *** Парень опять приходит со школы и чуть ли не валится с ног, единственное, в чем Антон смог найти каплю успокоения, так это в курении, но сигареты он не смог бы нигде покупать, да и запах, у них в семье никто не курит и дома всегда хорошо пахнет, а если Шастун заявится в дом и от него будет нести табаком? Ну нет, ещё одних побоев шатену не хотелось, потому кудрявый приобрел электронку: запах посторонний хоть и есть, но выветривается быстро, а эффект тот же. Подросток проходит в свою комнату и без сил падает на кровать, закрывая лицо ладонями. — Даа что ж так все сложно, — тихо стонет юноша, прикрывая глаза. Он пролежал так с полу часа и поднялся, нужно было успеть сделать некие пометки в скетчбуке, пока не пришла мать и не начала расспрашивать, «интересуясь», как прошел день. Шастун открывает тетрадь на нужной странице, на развороте красуется лицо, рядом предметы-ассоциации и пара слов об этом человеке. Конечно, там был Гриша. Ученик взял в руки один оранжевый карандаш, подвел им тени на лице, пряди волос немного, глаза и обвёл надпись на нарисованном рюкзаке, взял другой, и еще один, так же внося детали в рисунок, оживляя его. Класс начал заполняться людьми, а Шастун убрал скетчбук, застегнув молнию на рюкзаке. Со звонком в класс зашёл директор, и все, хоть и нехотя, встали. — Кхм, доброе утро, ученики, сегодня вам нужно пройти психологический тест, результаты будут переданы в нашу районную больницу, прошу отнестись серьезно и отвечать правильно, подробнее вам расскажет Наталья Викторовна, — строгим голосом проговорил мужчина и удалился из класса. — Садитесь, дети, сегодня пройдет психологический… — начал было педагог, тараторя. Кудрявый уже не слушал, он опер щеку об руку и смотрел в парту, скользя взглядом прямо на спины ребят, опускал обратно. Тут на парту шатена прилетела бумажка, скомканная, было видно, что на ней что-то написано. «Блядь, им что, совсем делать нехуй, кто это сделал?» — с недовольной миной оглядел класс, цепляясь за довольный взгляд четверки друг на друга и лишь один пристальный на Антона от Гриши. В мыслях закрутились предположения о записке, подросток потянул к ней тонкие пальцы, разворачивая, прочитал: «Ну что, малыш, готов сегодня конкретно повеселиться? Тебе понравится, не бойся, главное один после школы не ходи, позови своих «друзей» если они конечно есть)». Буквы были не особо выведены, лишь начирканы всей четверкой по очереди. Шатен взял в руки ручку, написал ругательства в уголке листа и сунул в карман. К этому времени на партах всех учащихся оказался лист форматом А4 с тестом, Антона единственного попросили подписать тест, дабы посмотреть, как он влился в коллектив за этот месяц. — Хорошо, я подпишу, — чуть кивнул. — Надеюсь, тебя за это в дурку не упекут, — выкрикнул из-за спины учителя Слава, на что шатен чуть кивнул. Тест тот написал с трудом, потому как на каждый ответ нужно было отвечать с умом и, конечно же, не сильно врать. «Ну посмотрят они, что я плохо влился, ничего не будет», — усмехался кудрявый, думая, как они будут его «лечить», тест он успел прорешать до конца урока и, сдав, ушёл из кабинета. Подходя к расписанию, тот поджал губы. Последний урок вычеркнули, что означало только одно, а именно что кудрявый прямо сейчас пойдет домой, ну сначала, конечно, его затянут в туалет или за поворот. От представлений юношу уже потряхивало сильнее, побои длиной в месяц отразились на Шастуне очень сильно: тот стал шугаться любого резкого движения, что вызвало подозрения не только у отца, но даже у матери подростка. В раздумьях шатен так и стоял на месте, пока не получил «дружеский» удар в плечо. — Тоха, что это мы стоим, ах, какая жалость, не будет одного урока, ну ничего, у нас будет время с тобой развлечься, — проговорил Костя и кивнул головой, приглашая пойти за ним. Антон сглотнул и поплелся следом, он уже даже не старался никуда убегать. Сзади шли ещё трое, каждый из которых по силе раз в семь превышал способности самого шатена. Его завели в туалет, стянули рюкзак и прижали к стене, парень не вел разбору, кто уже и что с ним делает. — О, смотрите-ка, наш новенький курит, — блондин крутил в руке зеленый под парня. — Ой, здорово как, — Гриша вынул из руки Славы под и, открыв одну из кабинок, наклонился к унитазу, обмакивая кончик в воду, вернулся, и взял шатена за волосы. На это кудрявый, как марионетка, упал на колени, этого и требовал Кольчиков, и, прокрутив под в руке, подвел его к губам Шастуна. — На, затянись, — буркнул тот, а юноша зажимал губы и челюсть, ловя рвотные позывы, наблюдая за тем, как с картриджа капают капли. — Я тебе что сказал! — удар по щеке, отчего даже голова непроизвольно поворачивается и лицо моментально краснеет. — Или что? Мне тебе другое предложить?! — уже крикнул рыжий, схватил парня за подбородок и с силой сжал, отчего губы и зубы Антона разомкнулись. «Сука, какого хуя он так близко, что вообще происходит», — думал подросток, когда почувствовал вздох и открыл глаза, глядя прямо в карие напротив, ловя себя на навязчивых мыслях, от которых в животе что-то защекотало, заставляя втянуть живот. — Гриш, только глянь, он на тебя как щенок смотрит, — взмахнул руками Костя. — Давай, сунь ему уже в рот эту дрянь, — прикрикнул Слава. — Да заткнитесь! — бросил тот, получая в ответ удивленные взгляды. — Я его проверяю, — повернулся обратно к Шастуну и поцеловал его. «Какого?» — Шастун замер, как бы ему ни хотелось ответить, он просто удивленно смотрел на закрытые глаза напротив и слышал вскрики, отдающиеся эхом. — Ты что твор… — фраза оборвалась, его перебили. — Фу, нахуй, я щас блевану, — с туалета моментально вылетел Игорь, остальные лишь отвернулись. Гриша отлип от парня, лицо определенно не было довольным, он добивался того, чтоб Шастун сам открыл рот, и впихнул в него, проводя по губам, подик, с которого, хватая воздух, затянулся кудрявый. Услышав характерный звук вздоха, блондин и брюнет повернулись, наблюдая за Шастуном, который кашлял от пара, а Гриша, кинув под, стоял и утирал губы. — Отвратительно, нахуй, — бросил тот и, закончив, глянул на шатена, поднял его за воротник на ноги. — А ему похоже зашло, — продолжил рыжий и, отпустив руки, отошел, оглядев парня с отвращением, из-за чего до шатена дошло просто моментально. Щекотание из живота Антона перешло ниже, и на штанах виднелся бугорок. После осознания кудрявый вздрогнул, прижался к стене, оглядывая одноклассников, боясь дальнейших действий. — Ну малыш просто распереживался из-за первого поцелуя, — усмехнулся Слава, что подхватили остальные. Шастуна слабо отпустила тревога, но на смену пришло смущение, и тот раскраснелся. Если не уточнять, это был его первый поцелуй, именно с парнем. Юноша раньше целовался с девушками, но делал это чисто из-за споров с Позовым, и такие эмоции и реакции организма подросток не наблюдал при поцелуях. Для него это действительно было впервой, и тот мялся на месте, не зная, как себя вести. — Да что ты его прикрываешь своими шуточками! Педик он, у него на девушку даже зрачки не среагируют, то ли дело Гришка наш, –брюнет развел руками. — Смотрел на него щенячьими глазами, а от поцелуя уже штаны щас порвутся, — продолжал Рязанцев. — Да въебите вы уже ему, заебали, я пошёл, — раздражённо выкрикнул Гриша и, накинув рюкзак, вышел из туалета. — Смотри-ка, ушёл любимый твой, — кинул блондин и подошел к Шастуну, который жался к стенке. Кареглазый повёл рукой и погладил кудрявого по волосам, но юноша знал и этот жест, потому зажмурился. Через секунду от поглаживаний не осталось и следа, в волосы вцепились, а и без того дрожащие ноги подцепили, и шатен упал, едва не ударившись головой о батарею. — Слав, давай быстрей, долго слишком возимся с ним, — крикнул Костя. А Соловьев ничего не ответил и резко вдарил ногой по животу, отчего лежащий подросток кашлянул и следом жадно схватил воздух, прохрипев, удар повторился, но в этот раз юноша поджал губы, дабы не издать больше ни звука. *** Антон так бы и лежал на холодном кафеле, но через маленькое окошко стали светить рыжие лучи. «Уже закат?» — мимолетно пронеслось в голове Шастуна, когда тот только открыл глаза. Кудрявый присел, опираясь спиной о стену, и глубоко дышал, он потер уже засохшие дорожки от слез и встал. Вся одежда неимоверно жгла и давила на тело, казалось, что она мокрая и потому такая тяжелая. Зеленоглазый собрал все вещи, разбросанные по полу, и, подняв подик, отсоединил картридж, выкинул его, тут же находя в портфеле второй, поставил его, глубоко затянулся, выдыхая остатки. Юноша сунул электронку в карман и направился прочь с этого места. На улице шатен курил, никого не боясь, делал затяжки и настолько вдыхал все в себя, что изо рта выходила лишь маленькая струйка пара. До дома кудрявый добрался очень и очень поздно, на улице даже включили фонари, а, стоя в лифте, юноша думал уже вовсе не идти домой, потому как его там «ждала» мама. Хлопок входной двери, подросток разувается, а к нему в коридор выходит отец? — Ну и где ты был? — протягивает Андрей, опираясь плечом о стену. — Привет, пап, я гулял немного с ребятами, а ты почему так рано с командировки вернулся? — задаётся вопросом сын, выпрямляясь и стягивая ветровку. –Вот об этом я и хотел поговорить, — тихо сказал старший. — Иди переодевайся и на кухню, — сказав последнее, отец удалился. Юноша, взволнованный словами Шастуна, быстренько ушел в комнату, переодевшись в домашнее, вышел на кухню и, налив чай, сел за стол, глядя на мужчину. –Так что ты хотел сказать? — в недоумении произнес подросток, крутя одно кольцо на среднем пальце. Родитель подвинул бумагу в файлике по столу ближе к Антону. — Это заключение врача, я болен. Это излечимо, но цена, — мужчина вздохнул, — цена очень большая, и за два месяца по прогнозам врачей нам не набрать эту сумму, даже если работать сутками и залезть в долги… Кудрявый опешил и замер, глядя на отца. На глаза навернулись слезы, он даже не мог представить, что может сейчас сказать. Он неизбежно, будь это месяц, два или больше, потеряет единственного по-настоящему дорогого человека на данном этапе жизни. Отец никогда не увидит его выпускной, никогда не познакомится с возлюбленным человеком Антона, никогда не увидит внуков, его никогда не назовут дедушкой, он не встретит старость и вообще никого больше не встретит. Он не узнает всей правды о своем сыне, и никогда больше они не выпьют чая вдвоем, его кабинет опустеет, вещи потихоньку пропадут из дома, но что-то все равно будет напоминать, скрести в сердце о том, что в этом доме, кроме него и матери, был кто-то ещё. Кто-то, чья улыбка всегда радовала парня, чьи глаза передались ему с той же изумрудной яркостью, тот, у кого шатен перенял все привычки и фразы, даже походку, тот, чьей копией был сам подросток. Этот кто-то не пропадет из памяти, из сердца и фотографий, но, к сожалению, пропадет из жизни Антона, что для парня было как пропасть, обрыв, конец всего, что когда-то было дорого! Да пусть он к черту выбросит все вещи, все мысли и чувства, только бы оставить этого человека живым, пусть он не будет иметь такую важность для подростка, но он будет жив. Слеза тихо скатилась с щеки подростка, обжигая кожу и шлепаясь на скатерть стола. — Пап… –шепнул как можно тише и искренне. — Пап, как не заработаем, пап, заработаем, обязательно, ты не умрешь, слышишь, нет, не сейчас, не-нет, пожалуйста, пап, скажи, скажи, что это тупая шутка, скажи, я тебя прошу, — слезы все горячее стали катиться из глаз, падая вниз и стекая по подбородку. — Антон, мне самому это очень тяжело, извини, — мужчина придвинулся, обнимая тощего подростка. Кудрявый обнял мужчину, утыкаясь ему в плечо, всхлипывал, сжимал футболку старшего, что-то шептал, а разобрать можно было только одно: «Пап, ты не умрешь». *** От истерики юношу отец успокаивал долго и аккуратно, поглаживал и нашептывал: — Все будет хорошо, — этим словам младший хотел верить, очень хотел, но никак не выходило, слезы катились из глаз, а навязчивые мысли о том, чего не обратить, лезли в голову, уничтожая парня изнутри. Мать была на работе, о болезни отца она узнала даже раньше самого Андрея. Она не сильно-то и переживала, потому на этот вечер предпочла остаться на ночное дежурство и потому вечером ее не было дома. — Малыш, надо спать ложиться, завтра дома побудешь, — погладил по спине и, чуть отстранившись, сказал отец. — Пап, я-я, мне плохо, я боюсь без тебя, — плакал и твердил шатен. — Ну-ну, я же рядом, все нормально, пошли умоешься, я с тобой посижу. Мужчины прошли в ванную, и парень набрал себе ванную, не думая стянул с себя толстовку, оголяя тело в гематомах, заставив старшего ахнуть. — Антош… Что с твоим телом?.. –раздался голос родителя, и юноша глянул на него. Его словно с небес на землю опустило и так ударило, что заболела голова. — А, да ничего особенного, я-я просто упал, — протараторил ученик, разделся и лег в ванную. — Тох, не обманывай, — строже сказал Шастун. — Пап, это уж точно не важно, — ученик принялся мыть голову, нанося на нее шампунь и размыливая, закрыл глаза. — Ну как неважно, Тош… *** Именно тот день, двадцать пятое сентября; день, когда Антон опозорился перед своими лжедрузьями, открыв им тайну о своей ориентации; вечер, когда он пробыл в истерике часа два, узнав о болезни отца, и не смог удержать в себе тайну о побоях. Лежа уже ночью в кровати, подросток совершенно не находил выхода. Он лежал, без наслаждения пускал пар изо рта, глядел в потолок, казалось, что понемногу все смешивалось и что это не реальность — сон! Казалось, будто кудрявый сейчас проснется в своей комнате в Воронеже, напишет Димке, и они пойдут гулять, и Антон уже не будет переживать, что его кто-то изобьет, что он безответно влюблен и что отец, главное отец, несмертельно болен. Этого шатену хотелось больше всего, хотелось вырвать все изнутри и не чувствовать этой противной боли, не плакать и не бояться. *** Три часа сорок семь минут, за окном уже понемногу светает, а подросток прошагивает в ванную, запирается и, открыв шкафчик, берется за лезвие. Парнишка садится на край ванной и аккуратно водит острым металом по запястью, пуская тонкие струйки крови по рукам. Тот даже ухмыляется тому, что телесная боль настолько хорошо может заглушить все мысли, и в какой-то момент жаждет большего, уже собираясь ударить острием себе по руке, как ручка двери чуть дёргается. — Антон, ты чего там закрылся? Все хорошо? — раздается сонный голос отца. Именно этот голос заставляет быстро включить воду, начать смывать с себя кровоподтеки и забросить лезвие в глубь шкафчика. «Блядь, кровят», — оглядывая порезы, сказал сам себе юноша. — Нет, папа, все нормально, сейчас пойду спать, иди тоже ложись, — выходя из ванной, проговорил Шастун и, пряча руки за спиной, прошмыгнул в комнату. Вряд ли в темноте можно было бы заметить порезы, но все же он решил избежать очередного разговора о своем теле. *** Кудрявый проснулся к двенадцати дня, с ходу натягивая толстовку с рукавами, идет в ванную, умывается и поднимает взгляд в зеркало, обтираясь полотенцем. «Какой же ты урод, Шастун». Ругает сам себя он за внешний вид: волосы от подушки лезут в разные стороны, легкая щетина на подбородке, огромные синяки под краснючими глазами, сам бледный, как снег, а изумрудные глаза за этот месяц будто потухли, стали темными, как еловая ветвь. Эти страшные сутки, боже, Шастун будет ненавидеть эту дату в каждом году. Именно этот день перевернул всю его жизнь. Парень берет телефон и набирает незнакомый номер впервые, и из телефона доносится мягкий женский голос. — Добрый день, вы попали на линию психологической клиники города Санкт-Петербурга «Сириус». У вас есть к нам вопрос? — девушка четко и быстро проговорила заученную фразу. — Здравствуйте, я бы хотел записаться на консультацию к психологу, — охрипшим голосом проговорил подросток. — Хорошо, продиктуйте, пожалуйста, ваше полное имя фамилию и отчество, а также ваш полный возраст. — Да-да, а я Шастун Антон Андреевич, мне семнадцать. — Мг, хорошо. Антон Андреевич, так как вам нет полных восемнадцати лет, мы вынуждены потребовать согласие ваших родителей или же опекунов, достаточно будет передать им трубку. Разговор с ними будет записан, и после этого мы сможем вас записать уже на саму консультацию. — Хорошо, ам, минуту, — шастун немного понервничал, а потом сглотнул, продолжив, оперся о стиральную машину, — извините, а существуют ли какие-либо исключения по поводу соглашения родителей? — Да, существуют в том случае, если причиной обращения пациента к нам являются родители или один из них, подскажите, это так? — Да, дело в том, что я, у меня, в общем, мой отец, он болен, и ему осталось жить немного, и я потрясен этой новостью и боюсь последствий, а тревожить его я не хочу, поэтому можно мне назначить консультацию без его согласия? Потому как, помимо этой проблемы, у меня их много, я боюсь, что один начинаю не справляться. — Хорошо, я вас поняла, заявку вашу приняли, ожидайте, к вам на номер придет смс с информацией о вашей консультации, всего доброго, по любым вопросом обращаться на этот номер, с вами была компания «Сириус», хорошего дня, до свидания, — проговорила девушка, паралельно что-то печатая на клавиатуре. — До свидания, — шепнул юноша, сбрасывая номер и убирая телефон. «Что ж, самое страшное позади, мне теперь помогут, так ведь?» Вновь начал задаваться вопросами Шастун, уходя на кухню, там был отец. Подростку было больно смотреть на позитивного мужчину, какого было ему? Знать, что он неизбежно скоро умрет, вероятно страшно, но он не хотел пугать сына? Или чему причина его настроения? — Антош, садись кушай, я яичницу пожарил, — ставя на стол тарелку, проговорил старший. — Спасибо, пап, люблю тебя, — шепнул юноша и присел за стол. — Да понял я, что любишь меня, ешь давай и хватит сопли распускать, сегодня в парк все вместе пойдем, мама только вернётся с дежурства. — Хорошо, — новость заставила подростка улыбнулся и приняться за завтрак. *** «Сообщение?» — подумал Шастун, потягиваясь, взял телефон с кровати и сел обратно за стол. Неизвестный номер, это наверно с клиники. И вправду, Антон убедился в этом, читая смс. «***» Здравствуйте, Антон. Вы сегодня звонили в клинику «Сириус» с просьбой назначить вам консультацию, верно? Пробежавшись по строкам, кудрявый набрал ответ. «Антон Шастун» — Здравствуйте, да, все верно, я сегодня обращался к вам «***» — Превосходно, значит я буду вашим психологом, меня зовут Арсений Сергеевич, я смогу принять вас сегодня в кабинете нашей клиники в 16.10, вам удобно? Юноша заострил взгляд на имени отчестве абонента, уж больно знакомыми они ему показались, но, отвлеченный мыслями о записи, зеленоглазый не стал напрягаться и вспоминать. «Антон Шастун» — Приятно познакомиться, думаю, мои данные у вас есть. Сегодня в это время я не смогу, у нас запланирована семейная прогулка, возможно ли перенести запись на более раннее время или на другой день? «Арсений Сергеевич» добавил того в контакты юноша. «Арсений Сергеевич» — Другое время могу предложить только через 20 минут, то есть в 12.30, но у нас будет всего полчаса на беседу «Антон Шастун» — Я согласен, сейчас приеду «Арсений Попов» — Ожидаю