Книга 2. Свобода воли - это иллюзия

      Тёмным вечером двое путников приближались к границе страны отвесных скал и морского воздуха. Чем ближе они подходили, тем отчётливее Сато слышала звуки перебранки кучки людей, которых не пропускали через пограничный контроль.       Мари скрестила руки на груди, разглядывая перед собой закрытые пропускные пункты. В этот момент её задел плечом джашинист, пройдя чуть вперёд.       — Эй, какого хера ты творишь, никчемыш? У тебя глаза на лоб повылазили? — будучи совсем не в духе, она оскалилась в сторону временного напарника.       — Да когда ты уже завалишь свою пасть… — раздосадовано выдохнул Хидан, тоже на взводе.       Эти две недели, прошедшие с тех пор, как Сенджу ушла, Мацураси изо всех сил пытался не забить эту суку до смерти. Как видно, его великое терпение дало плоды — она всё ещё жива, хотя это было больше разочарованием для Хидана, нежели чем-то приятным.       — Это ты мне должен спасибо сказать, тупица! Мы сюда добрались только потому, что я помогала, — Сато не уступала ему ни в какой брани. Шаманку тоже изрядно утомило время в одной команде с джашинистом, и сейчас она начинала скучать по дням, когда рядом был Кисаме. Даже Каори с Итачи были куда лучше, чем это недоразумение.       — Да ты заебала, чё психуешь? Мы уже на границе, — искривившись в отвращении, Хидан косо глянул на напарницу.       — Идиот! Всё закрыто, туда не пускают никого, только пеший переход и полный досмотр, — она указала на огромную толпу людей. — Тебя просто так не пропустят, а другого пути у нас нет. Ты ещё та бездарность — ни техник, ни способностей, — фыркнув с презрением, закатив глаза.       У Хидана дёрнулась бровь, и он резко развернулся, встретившись взглядом с ненавистной рожей напарницы. Между ними началась громкая перебранка, которая быстро перешла на личности, а затем и на упоминание семьи. Наконец, завершили они эту тираду так:       — Да чтоб тебя черти ебали, придурошный!       — Да чтоб ты хуем подавилась, ебанутая!       После этого они развернулись и зашагали в противоположные стороны, совершенно не желая сотрудничать друг с другом ни секунды более.

***

      По прошествии долгих скитаний из города в город, в которых Сато растратила все деньги, выделенные на миссию, она всё же добралась до города Юки, о котором и говорил Пейн. Как бы то ни было, шаманка не ощущала ни радости, ни хотя бы малейшего довольства.       «Юху…» — как-то тускло отпраздновала она конец пути длиною почти в месяц.       Путешествие стало для Сато неприятным воспоминанием тогда, когда закончились деньги.       Посему единственным решением своих бед Мари увидела в стационарном телефоне в каком-то мотеле на ночь.       Естественно, первой её мыслью было раздобыть себе гроши для приемлемой жизни, а не выполнение задания Пейна. Тем более её потрясающая команда разбежалась, словно тараканы, хоть Сато и знала, что Хидан тоже где-то в городе. Она определила это по предсказаниям, но не хотела находиться с ним в одном квадратном километре ни секунды, поэтому просто забила на это дело и набрала один знакомый номер.       Гудки отдавались долгим ожиданием, и она от нетерпения крутила толстый провод трубки коготком, угнетая себя мыслями:       «Да какого чёрта ты вообще решила, что он возьмёт трубку… дура».       Уже отняв трубку от уха и намереваясь положить её, в секунду до того, как звонок бы оборвался, она услышала знакомый грубый голос:       — Только один человек может звонить мне с неизвестного номера. Сато, я прав? — выжидающе спросил Хошигаке.       Шаманка чуть не выпустила трубку из рук, перенервничав.       — Тьху на тебя, — выдохнула она. — Напугал, Кисаме! Какого чёрта ты так долго не берёшь трубку? — накинувшись с причитаниями.       — Мало ли мне звонит какая-то влюблённая маньячка, а это всего лишь ты, — с нескрываемой улыбкой проговорил мечник, опираясь спиной о стену.       — Да кому ты тут чешешь, нет у тебя никого, кроме завышенного чувства собственной важности, — оскалилась шаманка.       Ответ не заставил себя ждать:       — И кто же мне это говорит? — продолжил он их привычные препирания, но вскоре изменил тон на более серьёзный и задал вопрос: — Так почему ты позвонила?       Мари немного замялась, но затем пояснила:       — Деньги закончились. Знаешь, я беспомощна: воровать не умею, работать тоже, талантами не одарена, петь и танцевать не моё. Остаётся только побираться, — в полушутливой форме изложила она.       Кисаме на другом конце провода захохотал, и стало как-то приятно на душе.       — Помощи просишь? А где же деньги с миссии? Разве Каори тебе не может занять?       Он был готов поклясться, что после того, как она громко цокнула в трубку, то закатила глаза:       — Потратила я всё. Лидер ваш — мелочный и недальновидный, дал какие-то гроши, которых еле на выживание хватило. Да и вообще, я тут одна, Каори чёрт знает где, а этот сраный джашинист слинял ещё полторы недели назад.       Эта новость удивила Хошигаке и заставила его чуть посерьёзнеть:       — Подробнее давай, что там у вас творится и где ты сейчас?       — Ой… Ну, Сенджу свалила хер знает куда ещё три недели назад, а я с Хиданом проебалась две недели, пока мы не посрались, и, наконец, он свалил восвояси.       Кисаме хотелось уточнить, что она имела в виду под предложением «проебались две недели», но решил, что сейчас не будет тратить на это время.       — Я в городе Юки. Вообще не знаю, что делать дальше. К чёрту Пейна, я застряла в этом грёбанном мегаполисе, где мне жутко некомфортно, так ещё и без денег…       Она обняла себя одной рукой за плечо и вжалась в стенку. Почему-то весь разговор склонился не в ту степь — жаловаться она ему точно не хотела.       Хошигаке понимал, что Сато и шанса против Белого Лотоса не имеет, и в голову полезли мрачные мысли, которые он даже озвучивать побоялся. Попытавшись сохранить твёрдый голос, мечник ответил:       — Деньги я тебе достану. Там был один человек, не вернувший мне должок, скользкий тип, Ханаширо зовут. Но тебе нужно будет сходить в неприятное место. Согласна?       Сато фыркнула, будто у неё был выбор:       — Ради денег я готова и не на такое, — вернув привычный пофигизм.       — Так, а что у тебя дело стало за таким? Клиентов много, — почему-то не сдержался мечник, выдав это как-то через чур язвительно.       — Слышь, ты берегов не видишь? — шикнула Сато, искривив лицо в раздражении.       — Допустим… — он резко перевёл тему. — Тебе в квартал Питто. Найдёшь его по имени, возьмёшь сколько тебе нужно. Скажешь, что от меня.       — А если захочу много? — задала вопрос с какой-то испытывающей ноткой в голосе.       — Твои аппетиты мне известны, не переживай, — услышав её довольный вздох, он невольно задумался о ней. Сейчас её образ слишком ярко вспыхнул в его голове: насыщенные зелёные глаза и лукавая улыбка. И тут он понял — это совсем не та мысль, к которой он должен был прийти в разговоре с ней.       — Отлично, ну тогда… — она осеклась. Что-то останавливало её от того, чтобы положить трубку.       — Слушай, — Хошигаке заговорил сразу после того, как она закончила предложение, — заляг на дно. Тише воды, ниже травы, поняла? Не лезь искать Белый Лотос.       Не то чтобы шаманка строила планы побежать искать кого-то там, но эти слова пробрали её до мурашек. Ей показалось, что сейчас он о ней беспокоился.       — Окей, — просто выдала она, и что-то потянуло её повесить трубку сию секунду и отъехать спиной к стене, тяжело выдыхая.       Кисаме хотел сказать ещё что-то, но услышал только прерывистые гудки и опустил мобильник в карман, развернувшись к выходу из гостиной, где повстречал Итачи.       По его взгляду всё было понятно.       — У нас проблемы, Учиха, — далее последовал короткий пересказ важного, услышанного от шаманки.       Поняв, что на этот раз ситуация усугубилась, напарники приняли общее решение переговорить с Пейном после запечатывания семихвостого, притащенного Дейдарой на днях. Оставалось только надеяться, что за это время дела не ухудшатся.

***

      Пробравшись через все сточные канавы и громадские помойки, видимо, самого неблагополучного района этого города, Сато проклинала и Кисаме, и этого Ханаширо.       — Какая вонючая крыса будет жить в такой выгребной яме? Да у него денег на себя нет, не то что мне… — пробормотала она, уже вроде как придя туда, где, как ей показали предсказания, она должна была встретиться с тем самым незнакомцем.       Скажем так, вонючая улица, залитая дерьмом, выворачивала желудок Мари уже третий раз. В этой «прекрасной» позе, когда она вычищала его содержимое за очередным углом здания, из-за спины послышался высокий голос, схожий с юношеским, и до неприличия противный.       — Так-так, такие цыпочки к нам ещё не забредали.       Позади стоял низкорослый головорез с кучкой своих подчинённых. Они буквально пожирали ножки Сато глазами, совсем не обращая внимания на то, что текло из её рта.       Кое-как уняв рвотные позывы, шаманка повернулась и выдохнула:       — Ну, наконец-то я тебя нашла, — ошарашив толпу таким заявлением. Те переглянулись между собой и недоумевающе уставились на незнакомку.       — Ч-чё? В каком это смысле? М-меня, что ли? — самый первый из них указал на себя пальцем.       Мари безропотно кивнула, подойдя к нему и закинув руку на его плечо. Сам он едва достигал роста её плеча.       — Малыш Ханаширо, я от Кисаме, помнишь такого? — это было очень смело с её стороны, чему шаманка и сама удивилась. Она так просто поверила мечнику, побрела в какую-то канаву и ещё так уверенно заявила какому-то мужику, уверяя его, что он точно слышал имя Хошигаке.       Тот замялся.       — У тебя что, это первый контакт с женщиной? — хохотнула шаманка.       — Н-нет… — замотав головой. — П-просто, что ты сейчас сказала? От Кисаме? — видимо, мужик был слегка заикой.       — Ну да, такой высокий амбал два метра ростом, накаченная груда мышц, носит с собой полутораметровый меч. Он ещё питается кровью всяких людишек, которые обижают его обожаемую напарницу, — вальяжно указав на свою персону.       Все позади как-то съёжились.       «Видимо, Кисаме навёл тут шума, но когда?»       — А-а… Так что ты сразу не сказала, — тон голоса недавнего знакомого изменился и стал мягким. — Мы всегда рады гостям Кисаме. Как его самочувствие, кстати? Чего не заходит? Давненько не видались, — указал он на дверь одного заведения впереди. — Прошу, чего нам тут разговоры вести, заходи, как дома себя чувствуй.       Они прошли в весьма недурное место. Там уже не воняло, и было как-то посолиднее, чем Сато могла себе представить.       Сев за дубовый стол, на котором моментально появились выпивка и закуски, напротив сел Ханаширо, раскрыв рот в довольной, но натянутой улыбке. В его глазах явно читался страх. Видимо, тот хотел решить дела, связанные с Кисаме, поскорее.       Шаманка заговорила первой:       — Да дел много у него, вот и не заходит, — сказала она, запихнув в рот кусок солёной рыбы и хлеб. — Я передам ему, что ты звал.       Выражение лица Ханаширо поменялось и стало ещё более испуганным.       — Да что ты, что ты, кто я такой, чтоб от важных дел такого занятого человека отвлекать. Ты мне лучше скажи, чем могу помочь, да не задерживать просьбу Кисаме, — он и вправду был перепуган. Это смешило Сато: она даже подавилась выпивкой, на которую с такой жадностью набросилась, изрядно проголодавшись за все эти шныряния туда-сюда.       — Да так, денег, — бросила она ему информацию на рассуждение.       — Хух, — благоговейно выдохнул он, будто отвёл душу. — Помочь такому уважаемому человеку… Сколько нужно?       Он так смешно ёрзал на стуле и барабанил пальцами по столу, пока Мари запихивала в рот кусок мяса, раздумывая, сколько ей хватит, и наугад выдав:       — Пять тысяч рё хватит.       Не особо разбираясь в этой валюте, шаманка назвала сумму наугад и заметила, как тот побелел словно лист.       — И он что-то сказал о том, что вы в расчёте.       Как только она добавила это, его лицо резко переменилось, и он раскинул руки, словно радушный хозяин:       — Какие великодушия! Значит, точно в расчёте? Его слова? — уточнил он с лёгким неверием.       — Я что, врать стану? — возмутилась шаманка.       Тут же он замотал руками и головой:       — Что ты, что ты, сейчас…       Щёлкнув своим головорезам, он в течение получаса организовал увесистый мешочек с золотом.       Мари повеселела и решилась пересчитывать такое огромное состояние, о котором даже не подозревала. Не все феодалы имели такие деньги, не то что обычные жители, которым такие суммы и не снились.       — Мы бы не стали обманывать Кисаме, — сказал Ханаширо, повертев головой. Сато чувствовала, что он говорил честно.       Встав со стола, она добавила:       — Ладно, верю. Если что-то не так, думаю, вы там сами разберётесь.       Под улыбчивые прощания хозяина она была выпровожена из этого заведения и благополучно доставлена на границу с более адекватными районами города, годившимися для временного проживания.       Шаманка, если честно, была озадачена тем, как вёл себя Ханаширо. Было видно, что только от одного упоминания Хошигаке у него начинался нервный тик — это забавляло. Мари поставила себе пометку расспросить об этой чудесной истории у самого мечника.       А пока ей нужно было жильё. Приметив интересный мотель поодаль от цивилизации и шумных улиц, она сняла просторную комнату всего за 1 рё на целый месяц. Надёжно спрятав свои запасы в сейф и наложив пару шаманских заговоров, она взяла небольшую сумму и отправилась в город, чтобы развеяться.       Исходив все ноги, шаманка забежала в один из местных пабов, где отовсюду гудела громкая музыка, а народу было не пропихнуться. Усевшись перед барменом и заказав выпивку, она проторчала там чуть ли не до рассвета, болтая всё время с юношей, который внимательно её слушал и подливал виски.       В какой-то момент они оба разговорились, и беседа стала действительно приятной. У Сато не было настроения заигрывать с кем-либо или вытворять что-нибудь, что она обычно делала в присутствии других. Сейчас она не видела в этом смысла, уносясь мыслями всё дальше и вспоминая вчерашний разговор с напарником.       Но из таких размышлений её вырвало знакомое тревожное чувство. Мари зажмурилась и резко встала — голова пошла кругом, и, сделав резкий скачок, она снесла стакан с недопитым виски на пол, разбив его вдребезги. В её голове пронеслось предсказание — то, что случится незамедлительно и с абсолютной точностью.       Сначала вспыхнула паника, и шаманка начала усиленно думать, но затем уставилась на свои руки. Сжав их, она приняла решение: бежать не выйдет. Крикнув бармена, Сато попросила у него ручку и салфетку. Быстро написав всего пару строк, передав их ему со словами:       — Парень, эту записку ты должен сохранить до прихода сюда девушки с короткими золотыми волосами и такими же глазами. Через неделю она сядет на это место, — указав на рядом стоящий стул, — и закажет бурбон. Отдашь ей эту салфетку и не скажешь ни слова о том, что я сейчас тебе рассказала.       Она кинула ему на стол всё, что было в карманах, — 8 рё. Это была огромная сумма для него, и он быстро закивал, сгрёб деньги в охапку и спрятал.       Спустя мгновение она уселась на стул и попросила налить виски. Бармен убрал разбитый стакан и молча занялся своими обязанностями.       Время стучало секундами в голове Сато, и когда слишком ранний посетитель вошёл в двери и сел напротив неё, откинув плащ, из-под него показался меч, ослепляющий своим блеском. Она хорошо помнила эту золотую филигрань.       — Здравствуй, Мари. Давно не виделись, — голос принадлежал никому иному, как Сеиджи Сайго, который сидел, так радушно улыбаясь, что ей захотелось врезать. — Лучше без криков пошли со мной. Не хочу вести силком девушку, мне будет это неприятно.       Этот порыв благородства заставил Сато оскалиться и небрежно фыркнуть. Тут же щёлкнули наручники на её запястьях, и она встала.       — Нам есть о чём поболтать, — сказал он, взяв шаманку за плечи. Мужчина кинул пару купюр на стол, заплатив за выпивку, и вывел её из заведения.