Письмо Санте

      В густом декабрьском воздухе витает особенный холод, пронизывающий каждую клеточку тела. Улицы Сеула, покрытые свежим снежным покровом, искрятся под тусклым светом уличных фонарей, создавая волшебный контраст с яркими огнями витрин магазинов. Гармония шумного мегаполиса и тишина зимнего вечера словно сливаются воедино. Пешеходы, укутанные теплыми шарфами и капюшонами, спешат по тротуарам, оставляя за собой следы на белом снегу. Нежный аромат жареных каштанов и сладкого риса наполняет воздух, обволакивая прохожих уютом и теплом.       В предновогоднее время высотки принимают образы новогодних игрушек, отражая яркие огни на стеклянных фасадах. Из окон льются различные цвета: красный, розовый, золотой, зеленый, создавая атмосферу неописуемого волшебства и ожидания.       На небольшой кухне, залитой мягким светом, где каждый сантиметр использован с умом, молодой омега тридцати лет, в домашних бордовых клетчатых штанах и белой кофте с длинными рукавами, предусмотрительно подтянутыми до локтей, стоит у плиты, помешивая сырный суп, который еще утром попросила приготовить дочь. Помимо этого омега планирует нарезать легкий салат, поэтому на другой стороне, на обеденном столе лежат яркие овощи, контрастирующие с нежно-бежевыми стенами, а запах свежей зелени наполняет пространство, смешиваясь с ненавязчивым ароматом лаванды.       Омега откладывает ложку на специальную подставку, закрывает кастрюлю крышкой и возвращается к столу, перед этим захватив прозрачную салатницу. Из гостиной доносятся звуки мультика, включенного по настоянию юной леди, которая на данный момент занята срочным написанием письма Санте.       — Аёнг, — окликает он девочку, видя, как та сидит в позе лотоса на двух подушках перед журнальным столиком, — не горбись, сядь ровнее, — еще не хватало испортить спину.       Когда девочка слушается папу и выпрямляется, омега усаживается на деревянный стул спиной к проходу между кухней и гостиной, и набирает лучшего друга по видео, ставя телефон перед собой.       — Привет молодому папочке, — звучит задорный голос, а после в экране появляется улыбчивый Пак Чимин.       — Что у тебя на голове? — смеется Тэхен, заметив на темных волосах омеги что-то белое. — И я не молодой, — добавляет он, — моей дочери уже шесть.       — Блин, — Чимин тоже устанавливает поудобнее свой телефон, что теперь можно разглядеть его любимую футболку с интересным рисунком полуголого Санты Клауса. — Это мука, я хочу испечь торт, — и двумя руками силится стрясти ее с себя. — И причем тут вообще возраст твоей малышки? Ты-то все равно еще молод.       — Торт? — удивленно вскидывает ухоженную бровь, не отвлекаясь от нарезания перца. — Если мне не изменяет память, то тебе тяжело дается даже сварить обычные макароны. Какой, к черту, торт?       — Хотел порадовать тебя, — чуть дует губы, сам понимая, что, наверное, это была плохая затея.       — Чими, ты мог просто купить его, — мягко улыбается.       — Ну нет, я хотел своими руками, — расстроенно оглядывает свой стол, — прикинь, какой бы у тебя был шок, принеси я этот торт.       — Да уж, не спорю, микроинфаркт был бы гарантирован. Но давай обойдемся без него, мне будет достаточно твоего присутствия, — не совсем идеально порезанный на кубики перец летит в салатницу.       — Тэ, — виновато сводит брови.       — Тааак, — откладывает нож в сторону, но не выпускает его из руки, — что-то мне не нравится вот это вот выражение лица, — указательным пальцем левой руки обводит в воздухе лицо друга.       — Прости, пожалуйста, завтра на работе важная проверка, и начальство строго просит приехать, — зажмурив глаза, быстро тараторит Пак.       — Да ты издеваешься, — пораженно выдыхает Тэхен.       — Я просил выходной, но ты же знаешь, я руковожу отделом продаж, я обязан быть на месте, когда нагрянет проверка.       — Ну отлично, — уже с не особой охотой возобновляет нарезку огурца.       Тэхен относится к тому типу людей, которые, перешагнув определенную черту возраста — в его случае двадцать пять, — больше не грезят праздновать собственный день рождения. Им он перестает нравиться, поэтому они предпочитают тихо-мирно прожить этот день без всяких подарков и шумного празднования. Однако в этом году именно Чимин был инициатором того, что юбилей следует все-таки отметить. Тэхен упирался, слабо аргументируя, что у него нет настроения, да и Новый Год на носу, там и выпьет бокальчик шипучего за себя.       За прошедшие годы омега похоронил сразу двух родителей, распрощался со многими знакомыми, оставив возле себя лишь самого близкого друга, который действительно и в горе, и в радости будет рядом. У Тэхена и коллег нет, с которыми можно было бы разделить завтрашний день, потому что уже привык работать на фрилансе, а не ездить в офис и находиться там с утра до вечера. По сути, он папа-одиночка, бывший муж редко видится с их дочерью, в основном они общаются по телефону, поэтому все тяготы воспитания лежат на хрупких плечах омеги. Тем более Аёнг только в сентябре пошла в первый класс, ей сейчас необходимо особое внимание: разбудить, накормить, отвезти в школу, забрать оттуда, помочь выполнить уроки… Так что работать онлайн — пока что самое лучшее решение.       Ну и, собственно, из всего этого вытекает, что праздновать свой день рождения ему не с кем, кроме как с дочкой и лучшим другом.       Вот был бы у него любимый мужчина… Тэхен не ставил крест на любви, и не разочаровывался в ней, какими бы трудными ни были их отношения с бывшим супругом. Ему по-прежнему хочется найти человека, который поистине разделит с ним абсолютно все и станет тем, в чьих объятиях омега будет чувствовать себя в полной безопасности.       — Ну прости, пожалуйста, — все еще виновато смотрит на слегка сникшего друга. — Тэ, я забегу утром и после восьми вечера буду свободен, можем сходить куда-нибудь, — Чимину правда очень стыдно, он не желает оставлять омегу одного в такой день, но ничего не может поделать с этой проклятой работой.       — Ладно, — вздыхает Тэхен, поднимая глаза, — не парься, в конце концов я же изначально планировал провести завтрашний день дома с малышкой.       — Ну уж нет! — протестует Чим. — То, что меня не будет, не значит, что ты должен тухнуть в четырех стенах, как делаешь это всегда. Возьмешь Плюшку, — так он ласково называет девочку за ее милые пухленькие щечки, — и пойдете гулять. Ясно тебе?! А я позже подтянусь к вам.       — Хорошо-хорошо, как скажешь, — без лишних споров соглашается Тэхен и принимается за помидоры, которые предварительно, конечно же, помыл.       — Ну раз мы все решили, — ударяет ладони друг о друга и потирает их, — расскажи теперь как дела у Плюшки, — и все-таки принимается за тесто, перемещая его с миски на стол, усыпанный мукой.       — А может, не стоит? — с долей скепсиса спрашивает Тэ.       — Еще как стоит, — деловито говорит Чимин, беря в руки скалку. — Так что там?       — У нее все прекрасно, — не прекращает коситься в экран, где омега пытается раскатать тесто на корж. — Попробуй посыпать муку на скалку, думаю, так оно не будет прилипать, — подсказывает.       — О, спасибо! — услышав о таком впервые, пользуется лайфхаком. — Я ж не спрашивал, как она закончила это полугодие?       — У них пока нет оценок, только с января начнутся, — объясняет Тэ. — Но учитель говорит, что Аёнг просто умница, очень старается и проявляет себя.       Ох, Тэхен как вспомнит конец лета этого года… Сколько суеты, сколько нервов и времени ушло на подготовку. И одежду купи, и тетради купи, и папки разноцветные купи, и красивые ручки с карандашами купи, и рюкзачок выбери… Боже, этот рюкзак поперек горла до сих пор сидит. Он думал то, что они быстро его купят, но Аёнг бегала по магазину и все не могла определиться, какой ей больше нравится. Все были красивые, яркие и интересные. Только спустя три часа она пальчиком указала на кофейного цвета рюкзак, на котором был нарисован какой-то мультяшный герой.       Она уже столько этих мультиков пересмотрела… Тэхен их все не запоминает.       А дальше случилось первое сентября, первый день школьной жизни, праздничная линейка, на которую они благополучно проспали, потому что Тэхен работал до двух часов ночи, а малышка просто обожает спать, и если ее не разбудить, то она так и проспит до обеда. В общем, собирались тогда быстро, за сорок минут им нужно было сделать все, чтобы успеть к началу.       Но зато потом нарядные и счастливые они уже стояли среди толпы школьников, их родителей и учителей. Аёнг успешно знакомилась с одноклассниками, пока Тэхен молча в сторонке наблюдал за общительной малышкой и тайком делал первые фотографии своей первоклашки в форме и с большими белоснежными бантами.       Все утихло спустя месяц, когда оба привыкли к новому режиму, а Тэхен наконец разобрался с этим электронным дневником и со всевозможными чатами, которые не замолкают даже на каникулах.       — Ай да Плюшка! — радостно восклицает Чимин. — Вся в папочку, такая же красивая и умная.       И то правда. Кто как не Чимин в курсе того, каким заучкой являлся Тэхен, они ведь все-таки когда-то были одноклассниками. Но Тэхен не был типичным ботаником: серая мышка в очках. Нет. Он вмиг притягивал к себе взгляды, стоило только войти в класс, а в старшей школе ему вообще проходу не давали.       Ну тут и понятно почему. Привлекательный, стройный, с завораживающей квадратной улыбкой, веселый и ко всему прочему с мозгами.       Да! Чимин в свое время ему завидовал. Но только чуть-чуть, больше, конечно, восхищался тому, сколько всего в себе собрал пленитель чужих сердец.       — Надеюсь, у нее и дальше проблем не будет, — тихо говорит Тэхен, слегка придвинувшись к телефону.       — Все будет в порядке, — уверяет Чимин. — Что она сейчас делает?       — Пишет свое первое в жизни письмо Санте, — обернувшись назад, с улыбкой отвечает Тэ. — Мы забыли про него, теперь в ускоренном темпе строчит там.       — Ооооо, — весело тянет Чим, а после мечтательно вздыхает: — Эх, мне бы обзавестись своим личным Сантой, чтобы тоже осуществлял мои пожелания.       — Так в чем дело? — усмехается Тэхен и встает, чтобы достать подсолнечное масло. — У тебя ж кто-то был на примете, — чуть громче говорит он.       — Угу, — угрюмо бурчит Чим. — Только этот кто-то уже неделю не пишет и не звонит.       — Ого, — ошарашенно выдыхает Тэхен, вновь появляясь в камере. — Разве вы… — замолкает и чуть тише добавляет: — не переспали? — и садится, открывая крышку бутылки.       — В том-то и дело, что переспали, но он молчит, а я не собираюсь звонить первым, — вздергивает подбородок, убирая первый корж на противень.       — Понравился? — видит же, что как бы Чимин ни строил из себя равнодушного, ему точно обидно.       — Да, — сдувается Чим, опуская уголки губ.       — Тогда подожди еще денек и напиши сам. В этом нет ничего плохого. Про первый шаг не слышал? — дергает бровью, перемешивая овощи с пахучим маслом.       — Ой, кто бы говорил, — цокает Пак. — Ты сам-то о нем слышал?       — Тшш, — шикает омега, поглядывая за спину и убеждаясь, что дочь все еще сосредоточенно выводит буквы. — У меня не тот случай.       — Да ты чтооо. Ага, у тебя хуже. Живут в соседних квартирах, а нормально познакомиться не могут.       — Мы знакомы, — поправляет он друга и решает еще порезать обычного лука. — Он часто за солью приходит, я тоже порой помощи прошу. Вот, например, пару недель назад у меня кран в ванной прорвало, он прибежал, помог и даже дождался вместе со мной сантехника, — рассказывает так, словно эта история действительно целое достижение в их взаимоотношениях с соседом. — А вот вчера заходил узнавал, правильно ли он варит борщ.       — О, ну да, — с важным видом кивает Чим, — вы прям на новый уровень вышли. Ты начал ему дистанционно готовить. Глядишь, и убираться скоро будешь. Так сказать, мелкими шажками движетесь к цели.       — Не поясничай. Мы никуда не движемся, я даже не знаю, свободен ли он. Может, у него муж и трое детей.       — Да, ипотека и много долгов, — продолжает язвить. — Вы живете на одной лестничной площадке, ты хоть раз замечал его с кем-то? — недолгая пауза, в которой Тэхен задумывается и отрицательно качает головой. — Ну вот видишь. Вряд ли он запер мужа и детей в квартире, — смеется омега. — Только если он не какой-нибудь маньяк.       — Может, они живут на два города, не думал об этом?       — Смотрю, ты подумал. Ну и фантазия у тебя, ТэТэ. Не проще пригласить его на чашку кофе и прямо спросить, чтобы не биться в догадках?       — Нет, Чими. Это должно исходить от альфы. Может, я ему вообще не нравлюсь, — в одну руку берет приготовленный салат, в другую — телефон и идет к столешнице.       — Ты только что мне заливал про первый шаг, — а Чимин тем временем все пыхтит над коржами, ему их надо сделать пятнадцать.       — У нас разные ситуации, — повторяет Тэ. Ставит телефон, прислоняя его к сахарнице, и подходит к холодильнику, ставя туда легкий летний салат. — Вы уже ходили на свидания и переспали. Но хочу тебе напомнить, что первым с тобой познакомился твой Юнги, а не ты.       — Ой господи, — закатывает глаза, — он просто подсел за столик, где я в одиночестве наслаждался своим капучино.       — Это и называется первый шаг к знакомству, — идет к плите, чтобы отключить суп.       — Так, а вы с твоим соседом считай, что знакомы. Давно. Вот что ты о нем знаешь?       — Нуууу, — протягивает омега, закусив нижнюю губу. — Ему тридцать четыре, у него два высших образования. Первое — педагог корейского, он его получил, потому что после школы не знал, на кого поступать, вот и выбрал самое банальное. Второе — ландшафтный дизайнер. Окончил пару лет назад. Сказал, что впервые наслаждался обучением, — издает смешок, больше похожий на идиотско-влюбленный. — У него есть старший брат Хосок, тому тридцать семь, два развода и четверо детей. Брата любит, очень, он когда о нем говорит, прям глаза светятся, — пока без остановки рассказывает, начинает и картошку на пюрешку чистить. — Сейчас они, кстати, редко с семьей видятся. Брат в Германии работает, а родители переехали в Таиланд. У самого две строительные компании. Ммммм, — задумчиво мычит, вспоминая что-то еще, — ну, он любит животных, терпеть не может слишком активный вид отдыха, обожает рисовать, для него это как успокоительное. О, а еще у него аллергия на шоколад и клубнику. Ну, вроде все.       Следует долгая пауза, пока один картофель летит за другим в кастрюлю. Тэхен хмурится и возвращает взор в экран, подумав, что связь оборвалась, так как нет ни единого звука. Но в итоге встречается с округлившимися от шока голубыми глазами и приоткрывшимися губами.       — Ты чего? — не понимает Тэ.       — Ты говорил, что он за солью ходит, откуда вся эта информация? — отмирает и задает интересующий вопрос.       — Несколько раз еще на детской площадке пересекались, болтали, — буднично пожимает плечами.       — На детской площадке? — переспрашивает Чим.       — Ну да. Он, видимо, замечал меня и подходил, — и Тэхен серьезно не видит в действиях альфы ничего такого.       — И нахрена тебе ждать, если ты уже все о нем знаешь? Да я столько о Юнги не знаю, сколько ты о своем соседе. Пиздец!       — Да тише ты! — ругает друга. — Аёнг может услышать. Просто я умею слушать людей.       — Зато ты не умеешь замечать очевидные вещи, — подмечает Чим. — Ты ему точно нравишься. Стал бы он тратить на тебя время, сидя на детской площадке, когда у самого детей нет. И вообще, вы столько общались, неужели про личную жизнь не мог спросить?       — Да я как-то мало что спрашивал. В основном это он проявлял инициативу. Да и лезть в личное как-то невежливо.       — Ну с ума сойти. Я то думаю, что вы только молча друг к другу за херней ходите, а вы уже нихрена и не незнакомцы. Вас и соседями не назовешь!       — Чего это?       — То, что для него ты почти друг, учитывая сколько всего он о себе рассказал. Ким Тэхен, самое время пойти на свидание с этим красавцем.       — Меня никто туда не звал! — последний дочищенный картофель летит в кастрюлю.       — Я в шоке. Да вы должны уже делить кровать на двоих!       — Чимин, с каких пор люди занимаются, — делает голос на полтона тише, — сексом после нескольких бесед длиной в минут двадцать, а?       — Вот скажи мне, если бы не Аёнг, а ты писал бы письмо Санте, что бы пожелал? — задает неожиданный вопрос, переходя на более игривый тон.       — Это еще к чему? — громко спрашивает, промывая картошку и наливая в большую емкость чистую воду.       — Просто ответь, — подождав, когда вода перестанет шуметь, говорит Чим.       — Я не верю в Санту, — для начала напоминает Тэ. — Ну а вообще пожелал бы, чтобы все желания Аёнг сбылись.       Тэхен ставит вариться картошку, убирает с плиты суп и идет к холодильнику, беря оттуда шоколадный сырок. Забирает телефон и снова возвращается к обеденному столу, усаживаясь на стул спиной к открытому проходу.       — Не-не-не. Это понятно, я тоже хочу, чтобы у Плюшки все было прекрасно. Но лично ты, — акцентирует внимание на местоимении, — чего хотел бы?       — Наверное, — его взгляд меняется, появляется улыбочка, — я бы очень хотел оседлать своего соседа, — и тянет уголки губ шире.       — Прям оседлать?       — Угу, я ночами просыпаюсь весь влажный, — откровенничает Тэ, поедая сладость. — Боже, во снах я только и скачу на нем.       — Так преврати сон в реальность, — снова пытается убедить друга перестать держаться в стороне. — Хватит мучиться, когда можно всего то навсего постучать в соседскую дверь, стрельнуть глазками и попросить войти.       — У меня ребенок, Чим.       — А это тут причем?       — Я не хочу одноразовых связей, даже если это такой сексуальный альфа, как мой сосед. Мне нужна взаимность, я хочу понимать, что человек готов к чему-то серьезному.       — ТэТэ, никто с порога не женится.       — Я не об этом. Мне нужен мой человек, понимаешь? Хочу чувствовать в его объятиях уют.       — А сосед твой не пригоден для чего-то серьезного?       — В том-то и дело, что мне комфортно с ним. Мы не проводили много времени вместе, но я все равно ощутил нечто родное. И оттого страшно, я его мало знаю, а успел проникнуться. Он занял все мои мысли…       — Это называется симпатия медленно переходит во влюбленность, — заключает Чимин.       И пока Тэхен не успел испугаться еще больше, к нему подбегает доченька, держа в руках крафтовый конверт, обклеенный новогодними наклейками.       — Я закончила, — сообщает она папе и переключается на светящийся экран. — Привет, Чимин! — радостно подпрыгивает и машет ладошкой.       — Привет, Плюшка! — ответно машет ей омега. — Уже написала письмо?       — Да, осталось, чтобы Санта его забрал, — Аёнг в отличие от своего папы до сих пор верит в чудеса. — Куда мне его положить?       — Милая, — Тэхен ласково проводит рукой по густым каштановым волосам девочки, — можно закинуть его в наш почтовый ящик. Только обуй тапочки, — кричит он ей вслед, когда, кивнув и забрав маленький стульчик, омега убегает вместе с письмом.       — Такая сладкая, так бы и съел, — не удержав своих чувств, говорит Чим. — Ну что, готов разоряться? — посмеивается Пак.       — Для нее мне ничего не жалко. Главное, не забыть достать ее письмо, когда она уснет, — и идет за дочерью.       Пока Тэхен продолжает разговаривать с Чимином, разместившись в пороге, чтобы проследить за дочкой, Аёнг в теплой зимней пижаме и в пушистых тапочках в виде заек ступает по плитке. Омега идет вперед, направляется точно к ящикам, которые для удобства расположены в их тамбуре. Ставит стул и сама осторожно встает на него спиной к поглядывающему за ней Тэхену, прикрывает глазки и произносит трижды:       — Санта приди, Санта приди, Санта приди, — и, отвлекаясь на соседку, что вышла из своей квартиры, здоровается с ней и бросает свой конверт в один из пяти ящиков, которые размещены друг к другу очень близко.       Она верит, что, несмотря на сложность ее желаний в этом году, Санта Клаус исполнит их все, ведь она слушалась папу и училась на хорошие отметки!

❄️❄️❄️

      Помимо людей, которые до безумия обожают Новый Год и во всю готовятся к нему чуть ли не за месяц, есть те, кто без особого энтузиазма ждут его наступления. Не наряжают елку, не вешают гирлянды, не скупают все продуктовые магазины и не бегают за подарками. Словно тридцать первое декабря — обычный день, который плавно перетечет в следующий.       Так и зачем все это?       Какой смысл украшать квартиру, если через неделю можно смело все снимать? Зачем стоять в огромных очередях в супермаркетах, потом тратить время на готовку огромного количества блюд, если они все равно не съедятся за одну ночь?       А смысл все-таки есть, и он кроется в том, что люди создают себе праздник, чтобы расслабиться, временно уйти от проблем и провести время в кругу друзей, семьи или близкого человека.       Чонгук когда-то любил этот праздник и с нетерпением ожидал его, потому что этот день был по-настоящему домашним, веселым и с кучей подарков под елкой. Но это было в детстве, в период, когда вся семья была в сборе, когда в голове мысли скакали от «Вот бы каникулы длились вечно» до «Сейчас бы забить свой живот вооон той вкусной курочкой, приготовленной папой», и когда вера в существование Санты Клауса была по-истине искренней.       Сейчас же, в частности в последние годы, альфа разучился радоваться этому празднику, потому что разделить его попросту не с кем. И данная мысль угнетает еще сильнее, портя мужчине настроение.       Раньше была семья, теперь же все разъехались и рядом никого. И это одиночество он испытывает особенно остро именно в такие вот достаточно семейные праздники. Нет, у него есть друзья и знакомые, однако они не заменяют того, что он хотел бы иметь в Новый Год.       Любимого человека…       Сквозь белоснежную шубу зимы, покрывающую землю, двигается темно-синий автомобиль, оставляя за собой легкий след на заснеженной дороге. Снег, как пушистая вата, прилипает к бамперу, а фары, светя ярким светом, с легкостью рассеивают туман декабрьского вечера. Двигатель, равномерно гудящий, пробивается через ледяной покров, резкие порывы холодного ветра обдувают боковые стекла, но внутри салона размеренно работает печка, распространяя свое тепло.       Чонгук включает поворотник, перестраивается и немного давит на газ, желая поскорее добраться до дома. Сегодня был последний рабочий день в 2024 году, они доделали оставшиеся дела, решили незаконченные вопросы, и альфа всех отпустил пораньше, сократив этот день. На удивление даже сам решил поехать, хотя обычно задерживается чуть ли не до полуночи. Однако он не будет лукавить, устал и довольно сильно. Мечтает скинуть с себя брюки и рубашку, принять душ и наконец лечь спать.       Можно было бы выпить, но эту мысль он придержит до завтра.       Когда салон заполняет мелодия телефонного звонка вместо тихой музыки, альфа немного замедляет темп, чтобы нажать зеленую трубку и начать разговор.       — Сынок, привет, как дела? — родной голос папы побуждает мягко улыбнуться.       — Привет, па, все отлично, вот почти приехал домой, — успевает завернуть на светофоре. — У вас там что, как ты, как отец?       — Да ничего, порядок. Я планирую книгу почитать, а твой отец все не угомонится и уже второй час подряд отчитывает Хосока, — звучит недовольство на том конце провода.       — Что ж такого натворил мой братец? — смеется альфа.       — Мы поговорили с внуками, и те сказали, что Хо стал реже им звонить. Джихен как с цепи сорвался и давай читать свои нотации. Я говорю, Хосок уже взрослый, сам разберется, но Джи все равно полез. Ну, собственно, чего я тебе рассказываю, ты прекрасно знаешь отца.       Да, Чон Джихен мировой мужчина, он не привык совать нос в личную жизнь своих детей, не раздает непрошенные советы и уж тем более не говорит, как надо, а как не надо. Но есть у него одна слабость — и это его четыре внука, которые живут вдали от него и родного отца.       — У Хосока сейчас полный завал в компании, мне кажется, он поэтому стал меньше о себе напоминать, — говорит Чонгук, заезжая во двор. — Мы с ним вчера созванивались, он сказал, что собирается разгрести работу и съездить к детям.       — Да это я тоже слышал, — вздыхает омега, — но Джи не успокоится, пока не убедится, что вставил твоему брату мозги на место.       — Тогда я сочувствую Хосоку, — усмехается Гук.       — Вот появится у тебя ребенок, он и тебе начнет лекции зачитывать.       — Но у меня их нет, так что пока могу отдыхать, — паркуется возле подъезда.       — Кстати, а ты ни с кем не познакомился? — аккуратно задает вопрос.       — Пап, не начинай, — глушит машину и ставит на ручник. — Ты узнаешь первым, не переживай.       — Извини, просто прошлые твои отношения закончились год назад, и я подумал…       — Папа, — голосом дает понять, что тема закрыта.       — Ладно-ладно. Я чего звоню-то, думал, может, прилетишь в январе на несколько дней? День рождения отца отпразднуем все вместе, м?       — В принципе можно. Я попробую отложить некоторые встречи и прилететь.       — Чудесно, — Чонгук чувствует, что папа сейчас улыбается.       — Пап, я приехал, очень устал, поэтому давай уже завтра созвонимся, — забирает ключи и, открыв дверцу, выходит на улицу, тут же устремляя взгляд на детскую площадку.       — Конечно, дорогой, отдыхай. Спокойной ночи, целую.       — Спокойной ночи, и я тебя целую. Отцу передавай привет, — и, отключив вызов, тяжело вздыхает, так и не найдя глазами конкретную фигуру. Ставит машину на сигнализацию и, набрав нужный код на домофоне, исчезает в подъезде.

❄️❄️❄️

      Если честно, то Чонгук никогда не верил в то, что существует любовь с первого взгляда. Он приверженец того, что сначала нужно познакомиться, узнать друг друга получше и только после всего можно задуматься о влюбленности и уж тем более любви. Но семь месяцев назад, когда в соседней пустующей до этого квартире появился обворожительный, ни на кого не похожий омега с ребенком, альфа понял, что серьезно влип. Они лишь поздоровались и назвали друг другу свои имена, а Чонгук уже представил, как бы этот омега смотрелся на его холостяцкой кухне в его футболке.       Ну не бред ли?       Чонгук думает, что бред. Но, топчась на месте, как неопытный подросток, и все не решаясь нажать на дверной звонок чужой квартиры, мужчина все же осознает, что ему с каждым разом становится труднее держаться подальше от Ким Тэхена.       Те нечастые моменты их общения постоянно крутятся в голове альфы. Чонгук не любит растрачивать свое время, тем более послерабочее, на разговоры, в которых по сути нет смысла, обычная болтовня. Но, замечая омегу на улице, он не может не подойти и сам не понимает, как начинает говорить без умолку.       Может, он уже достал Тэхена, а тот из вежливости продолжает его слушать? Омега редко что-то о себе рассказывает. Чонгук лишь знает его возраст, то, что тот создает дизайн различных сайтов, собственно, зарабатывая этим себе и дочери на жизнь, и то, что по субботам он обожает пересматривать один и тот же фильм «Мой любимый враг».       На этом информация обрывается, больше омега ничем не делился. Слушал, очень много слушал, но на этом все.       Можно ли подумать, что альфа не заинтересовал его?       Чонгук предпочитает не строить догадки, считает, что они оба два взрослых человека и если одному что-то не нравится, то об этом можно вполне сказать второму.       Еще Тэхен обладает какой-то запредельной красотой. Ее тяжело описать, стоит раз увидеть омегу перед собой, и вы поймете, про что говорит мужчина.       Утонченные черты лица, аккуратный прямой нос с милой изюминкой в виде родинки на его кончике, раскосые глаза, один из которых имеет двойное веко — и это так необычно, но при этом абсолютно не портит внешность омеги, — ухоженная кожа без недостатков, алые, чуть припухлые губы, которые иногда покусывают; острые ключицы, часто привлекающие внимание альфы, когда он находит повод зайти в квартиру Тэхена, и подтянутая фигура с длинными стройными ногами.       Тэхен создан с любовью настоящими скульпторами.       И самое главное, что не покидает Чонгука — взгляд. Такой внимательный и глубокий. Умеющий пронизывать душу и доставать из ее глубин все самое сокровенное.       Кажется, Чонгук сошел с ума, ведь невозможно влюбиться в человека, с которым толком и не беседовал, но все равно смог очень многое подметить…       Это уже не симпатия… Это что-то опаснее, то, что в состоянии дать крылья и без предупреждения отобрать их.       Однако палец, застывший в воздухе, все равно нажимает на дверной звонок, оповещая хозяина двухкомнатной квартиры, что к нему пришли.       Чонгук сперва слышит детское:       — Папочка, я открою.       И усмехается. А за ним следует чуть приглушенное, но не менее звонкое:       — Аёнг, нет!       Но уже поздно, дверь чуть приоткрывается, и внизу появляется темная макушка. Чонгук с полуулыбкой смотрит на девочку, одетую в светло-голубые джинсы и оверсайзный зеленый свитер без горла с новомодными потрепанными дырками на рукавах. На талии закреплен пояс, как бы завершая образ и делая его более стильным.       Маленькая модница.       Омега поднимает свои глазки-бусинки на альфу и смешно вытягивает алые губки. Чонгук ей шире улыбается, забавляясь детской реакцией, и не успевает ничего сказать, как рядом возникает объект его неспокойного сна. В глазах плещется волнение (видимо, за дочь, которая открыла дверь) вперемешку с облегчением и явным удивлением.       Чонгук не хотел бы так открыто и бессовестно рассматривать Тэхена, но непроизвольно проходится взглядом снизу вверх.       Бесспорно, альфа потерял способность вести диалог.       Белого цвета брюки-клеш отлично очерчивают идеальные изгибы бедер, подчеркивают и безумно аппетитные ягодицы, на которые мужчина смог посмотреть, бросив быстрый взгляд в зеркало напротив. Полупрозрачная того же оттенка рубашка с какими-то красивыми узорами заправлена за пояс, благодаря чему есть возможность позалипать на безупречную фигуру и, скользнув выше, даже суметь разглядеть… Стоп, что?!       У Ким Тэхена проколоты соски?!       «Не-не-не», — мысленно качает головой мужчина, пока в реальности он почти невозмутимо продолжает оглядывать всего омегу, а во рту расстилается пустыня «Сахара».       И он уже слабо замечает и длинную изящную шею, на которой красуется невычурная серебряная подвеска, и прекрасное лицо без доли макияжа, не считая блеска на губах, и прямые, уложенные в один пробор волосы…       Ничего больше не интересует, кроме тех штук, что призывно торчат через рубашку, вынуждая прикрыть глаза и глубоко вдохнуть.       «Боже, ну и как тут теперь спать? Бессонницы мне гарантированы», — пробегает мысль и, мужчина делает еще один вдох.       — Папа, — тихонько зовет девочка, дергая за кусочек брючной ткани, — а что с нашим соседом? — и снова смотрит на Чонгука, похоже, не собирающегося открывать свои глаза.       Тэхен следует примеру дочери и тоже глядит на альфу, приподняв при этом бровь. У омеги только два вопроса.       Во-первых, что могло произойти у мужчины, что он пожаловал к ним в два часа дня, если учитывать, что обычно он заглядывает по вечерам.       А во-вторых, почему он на него так странно смотрел и молчал?       Тэхен подмечает, что альфа сегодня в своей повседневной одежде, без классических брюк и рубашек. Все по-простому: джинсы и бежевого оттенка пуловер, виднеющийся из-за расстегнутой утепленной джинсовки; на ногах обычные массивные кроссовки.       Омега первый раз его видит таким… Простым? Не знает, какое слово подобрать. Даже, когда у Тэ чуть не случился всемирный потоп, Чонгук прибежал к нему в рабочей одежде, поэтому посмотреть на альфу в другом виде еще не удавалось.       — Кхм-кхм, — не сильно громко прокашливается он, решая все же вернуть мужчину обратно на землю. А то и уснуть так можно. — Чонгук, у тебя что-то случилось?       — Да! — слишком резко отвечает альфа, наконец распахнув глаза и сразу уставившись ими в чужие.       — Что? — помедлив, спрашивает Тэ.       «Почему ты все еще не в моей кровати и я не ласкаю тебя своими руками?» — очень хочется задать этот вопрос, но вспоминает о девочке, что продолжает смотреть на них, и о том, что как-то неудобно подобным интересоваться, до этого не сходив на свидание.       — У меня начались выходные, не хочешь… — прочищает горло, кинув короткий взгляд на малышку. — Пришел спросить, не хотите составить мне компанию и сходить в кино?       «Чего???» — все, что сейчас в голове Тэхена.       — В кино? — во всю светится девочка и получает утвердительный кивок.       Под немного (много) ошарашенный взгляд Тэхена Чонгук присаживается на корточки с улыбкой заводя с малышкой мини-беседу.       — Любишь кинотеатры?       — Очень. Мы с папочкой и иногда с Чимином ходим туда по выходным. Правда, не всегда удается, — надув губки, говорит чистую правду девочка.       «Чимин… Надо будет спросить, кто это», — быстро проговаривает про себя альфа.       — Мультики нравится там смотреть? — задает второй вопрос, догадываясь про ответ.       — Да! — радостно восклицает малышка, всплескивая руками.       — Попкорн?       — Обожаю сырный.       — Напитки?       — Вишневый сок или спрайт. Но папа не разрешает его пить.       — Первый ряд?       — Да, не люблю, когда кто-то перекрывает мне обзор, а потом мне приходится сидеть на тех специальных подушках, — морщится она.       — Будет сделано, медвежонок, — прозвище само по себе вылетает из уст мужчины. Он так порой называет Тэхена в своих мыслях, потому что тот похож на очаровательного медвежонка. И так как девочка внешне похожа на своего папу, ей очень подходит.       Чонгук ласково клацает по маленькому носику, вызывая легкий смех у ребенка, и вновь становится в полный рост.       Тэхен чуть-чуть (нет) в шоке. Нет, то, что у его дочери подвешен язык, он знает и не удивляется, что она спокойно только что разговаривала по сути с незнакомым ей человеком. Но то, что Чонгук вел с ней разговор абсолютно расслабленно и не напряженно…       Дело в том, что, когда они встречались на площадке во дворе их дома, мужчина ни разу не перекинулся с Аёнг словами, когда та подбегала к родителю, что-то постоянно спрашивая. Банального «Привет» не звучало от альфы, а тут столько всего…       — Так согласен провести этот день со мной? — басистый голос врывается в сознание омеги.       «Вот так просто? Пошли в кино и все?» — думает Тэ.       — Х…хорошо, — заторможенно кивает он. — Мы вообще собирались пойти погулять, но раз так, то можно и в кино. Дай нам минут пятнадцать, и мы спустимся.       — Отлично! — и перед тем, как омега закроет дверь, с ехидством добавляет: — Я надеюсь, ты наденешь топ под рубашку, а то, боюсь, от тебя никто глаз не оторвет, — усмехается и под недоуменное выражение лица уходит.       Тэхен внимательно прослеживает удаляющего мужчину и хмурится, переваривая сказанное.       Топ?       И тут до него доходит… Он опускает свои глаза и вспоминает, что, когда Аёнг побежала к двери, Тэхен в тот момент как раз примерял рубашку, чтобы посмотреть, подойдет ли она к образу и его настроению, и, позабыв обо всем, стоял тут и светил своим секретиком.       Тэхен давно так не краснел…

❄️❄️❄️

      Приведя себя и дочь в порядок, убедившись, что в квартире вся техника выключена (у Тэхена просто мания все перепроверять по сто раз, а то не дай бог вернутся, а внутри потоп или пожар), надев верхнюю одежду и обязательно со скандалом натянув на голову Аёнг шапку, они спускаются на лифте, и омега, не теряя время, сразу печатает своему работающему другу:       Кому: Чими       Мы с Аёнг идем в кино. Не знаю, во сколько вернемся, так что езжай сразу домой, а твой шедевральный торт съедим завтра.       Чимин его все-таки приготовил и, как обещал, доставил шедевр кулинарного искусства точно в семь утра, когда Тэхен хотел вообще-то выспаться. Они его еще не пробовали, но Чимин сказал, что желательно перед этим съесть активированного угля. Мало ли. Он не несет никакой ответственности.       Уже выйдя на улицу и ощутив морозный ветер, Тэхен решает написать еще одно смс:       Кому: Чими       Нас Чонгук позвал.       И убрав телефон в карман красной, словно спелая вишня, шубы, берет за руку дочь, направляясь прямо к Чонгуку, облокотившемуся спиной о собственный автомобиль.       — У тебя нет детского кресла, — утверждает Тэхен, подойдя к альфе.       Усмехнувшись, Чонгук отталкивается от машины и открывает заднюю дверь, демонстрируя самое настоящее кресло для детей.       — Тадаааам.       А Тэхен вскидывает на него вопросительный взгляд, мол: «У тебя есть ребенок?»       — У меня четыре племянника, — точно! Тэхен только сейчас вспоминает об этом факте из биографии мужчины. — Когда они выросли и разъехались со своими папами по миру, Хосок отдал мне его в надежде тоже когда-нибудь стать дядей.       — И почему ты с ним ездишь? — уже сидя на пассажирском сидении любопытствует Тэ, поглядывая в зеркало заднего вида и наблюдая за весело крутящейся Аёнг.       Его дочь радуется буквально всему.       — Не знаю, — пожимает плечами, — может, у меня тоже есть такое желание, — ждет, когда машина немного нагреется.       — Стать дядей? Аёнг, прекрати! — отвлекается на дочку, которая слишком перевозбудилась и уже начала дергать ручку предусмотрительно заблокированной дверцы.       — Стать отцом, — поправляет омегу Чонгук и сразу обращается к малышке, чтобы их внезапный разговор о детях не стал неловким и смущающим для Тэхена. — Ну что, готова к мультику? — правда, он не знает, к какому, так как не смотрел афишу, но Аёнг, видимо, будет счастлива любому.       — Даааа!

❄️❄️❄️

      Дальше все происходит за гранью чего-то нереального и дико непривычного. Для Тэхена, разумеется. Потому что если судить по Чонгуку, который беспрепятственно помогает Аёнг выбраться наружу, поставив ее на покрытую снегом землю, и за что получает благодарный чмок в щеку, то этих двоих вообще ничего не смущает.       Девочка становится между ними и берет обоих за руки, в расслабленном виде направляясь внутрь огромного торгового центра, куда их привез Чонгук. Они сразу попадают на первый этаж, где большое количество людей, создавая шум своими разговорами и смехом, оккупировало все пространство, придя сюда за разнообразием покупок за день до Нового Года. Аёнг, не отпуская взрослых, с замиранием сердца смотрит на необъятных размеров елку в самом центре, словно никогда подобного не встречала. В ее зеленых глазах появляются отблески света, они начинают сиять, как самые настоящие звезды, стоит примагнитить свой взгляд полный искреннего восторга, к ярким большим шарам, разноцветным лентам и мишуре.       Они направляются к эскалатору, который поднимет их на третий этаж, и Аёнг сама не успевает за собой, как она уже с открытым ртом разглядывает витрины магазинов с изобилием игрушек, одежды и еще кучей всего разного. Она останавливается на том, где приметила розового мишку, и планирует после мультика уговорить папу купить его.       — Иногда я удивляюсь, — забравшись на движущуюся вверх ступень, говорит Тэхен рядом стоящему Чону, — этот ребенок, — кивком головы указывает на малышку, — бывал уже здесь… Да где она только не была, но всегда с таким неподдельным интересом все рассматривает. Все-таки дети, в отличие от нас, взрослых, умеют находить радость в мелочах.       — Не могу не согласиться, — поддерживает его альфа, пока они идут к следующему эскалатору. — Моему младшему племяннику пять, так он радуется даже когда говоришь, что привезешь ему обычную шариковую ручку.       — Он просто не знает, что значит шариковая, — по-доброму усмехается Тэ. — А у детей знаешь какая фантазия, он там, наверное, придумал, что это что-то прикольное, красочное и круглое. То, с чем можно будет поиграть. И ты что, серьезно подарил племяннику ручку?       — Нет, конечно, — смеется мужчина, снова беря в свою широкую ладонь маленькую миниатюрную. — Я отправил ему крутую серию тачек.       Чонгук помнит, как ему набрал Феликс — бывший муж брата — и передал телефон Суёну, а тот так благодарил, не прекращая свой сумбурный монолог об этих машинках. Альфочка очень любит дядю Гу, он всегда дарит крутые подарки.       Три билета оказываются в руках альфы через минут десять после того, как Аёнг из двух представленных мультиков выбирает «Холодное сердце», ведясь на красочную обложку и красивую принцессу на ней. Затем в темпе покупают два сырных попкорна (Чонгук тоже предпочитает его) и один сладкий для Тэхена, три разных напитка и сразу идут к нужному залу, потому что показ начнется совсем скоро.       Пока Аёнг с большим удовольствием уплетает свой вкусный попкорн и уже около получаса наслаждается просмотром вполне себе увлекательного мультика, Чонгук и Тэхен, сидящие по бокам от нее, не прекращают бросать друг на друга задумчивые, а порой красноречивые взгляды.       Тэхен едва заметно улыбается и ловит себя на мысли, что ему очень даже комфортно проводить время вот так втроем. Да, непривычно, но и свиданий (он очень надеется, что это оно) у него давно не было, и уж тем более с человеком, который бессовестно проник в сердце, сам того не зная.       Чонгук же думает, что хотел бы забрать этих двух омег к себе и окутать всей имеющейся нежностью и любовью, а потом собраться в гостиной, взять вкусняшки и устроить киномарафон.       Они оба чувствуют одно и то же и будто оба прекрасно осознают, что небезразличны друг другу. Что это не просто поход в кинотеатр двух хороших соседей, а нечто особенное и важное.       Только Тэхен хотел бы знать, что сподвигло Чонгука начать действовать, если раньше альфа лишь дарил им недолгие беседы и мимолетные кричащие взгляды, в которых омега иногда сомневался, думая, что это его бурная фантазия разыгралась.       Но когда мужчина аккуратно целует в макушку девочку и затем пересаживается ближе к Тэхену, без стеснения переплетая с тем пальцы, омега понимает, что ни черта это была не фантазия, а обычная чужая осторожность. И сейчас до одури приятно вот так держаться, почти не скрывая своих довольных улыбок.       Спустя еще продолжительное время, когда уже и они заинтересованно пялятся в экран, у омеги пиликает телефон, и он даже слегка дергается, совсем забыв, что не выключил звук. Нехотя высвобождает свою свободную от попкорна руку и достает смартфон, решая посмотреть, что там.

От кого: Чими

Сосед????? Вы на свидание??? Что я пропускаю из-за этой гребаной проверки, которая имеет нас тут по полной уже не один час.

      Тэхен беззвучно посмеивается, так, что у него начинают дергаться плечи. Он уже представил, как после напечатанного и отправленного сообщения друг с мученическим стоном ударяется головой о сложенные руки.       Кому: Чими       Да-да, он самый. А еще мы тут держались за руки, пока ты не написал.

От кого: Чими

Боже, я все испортил. Немедленно пошли меня нахер и убери телефон!!! Потом обо всем доложишь! Я хочу знать все в деталях.

      Кому: Чими       Вместо того, чтобы послать, я пожелаю тебе удачи и поскорее закончить этот день. И обязательно всем поделюсь с тобой, ты же мой лучший друг. Люблю тебя.

От кого: Чими

Ты невероятный. Я тоже тебя люблю, спасибо. И тебе отлично провести свой день рождения!

      Тэхен убирает телефон, в этот раз отключив звук, и возвращает свою ладонь альфе.       — Экран в другой стороне, Чонгук, — взглянув на мужчину, подмигивает игриво.       — Почему ты не сказал, что у тебя сегодня день рождения? — шепчет с нотками возмущения.       — А вот подсматривать тем более плохо, Господин Чон, — шуточно ругает он альфу, почему-то даже не злясь на него. Хотя он не любит, когда кто-либо сует нос в его личное пространство. Такое как телефон, где он может писать всяко разное.       «Зато теперь я знаю, кто такой Чимин, и мне гораздо спокойнее», — думает про себя Чонгук, совсем немного раскаиваясь за свое поведение.       — Так почему? — допытывается он.       — Потому что не праздную его. Хотели с Аёнг сегодня погулять, но ты позвал сюда. Я не отказал, и вот мы здесь. Мне без разницы, день рождения это мой или обычный день, в любом случае спасибо за составленную компанию, Гук, — мягко называет альфу и тянется оставить ощутимый поцелуй возле краешка губ, не касаясь их самих.       Это определенно свидание!

❄️❄️❄️

      На ничем не укрытом столике стоят два безалкогольных мохито и один апельсиновый сок. Посередине на круглом подносе — почти доеденная пицца с ветчиной, аромат которой до сих пор наполняет воздух уютной пиццерии.       Уставшие, но по-прежнему не желающие расходиться, по велению голодного ребенка Чонгук и Тэхен нашли место на втором этаже, где можно было посидеть и набить свои желудки. Альфа отправил омег делать заказ, а сам отправился на поиски цветочного магазина. У него не было с собой никакого подарка, потому что ему не дали времени подготовиться, но оставить Тэхена без ничего в день рождения он не мог себе позволить.       Он купил пышный букет из белых пионов, подумав, что с сегодняшним образом омеги он будет смотреться гармонично, и когда приветливая девушка-омега завернула цветы в стильную крафт-бумагу, альфа пошел дарить его имениннику.       Тэхен, который не ожидал такого жеста от мужчины, отвел смущенный взгляд, после чего принял букет из нежнейших цветов, шепнув по секрету, что это его любимые. Удовлетворенный тем, что смог угодить, Чонгук оставил свою верхнюю одежду висеть на крючке рядом с шубой омеги, подозвал официанта и попросил временно поставить букет в воду, пока они будут здесь кушать.       Пока они терпеливо ждали пиццу, Аёнг решила оторваться от игры в папином телефоне и с невинным азартом начала делиться своими эмоциями от просмотренного мультика. Воодушевленно рассказывала о полюбившихся сценах и забавных моментах, жестикулировала и умоляюще просила устроить на этих выходных еще один такой же поход.       Чтобы не обнадеживать девочку пустыми обещаниями и при этом не расстроить, Чонгук ответил мягко, но с явным намеком для Тэхена:       — Если я буду свободен и твой папа даст разрешение, то, возможно, придем сюда еще разок, — и, подмигнув довольной малышке, перевел взгляд на удивленного напротив омегу.       Чуть позже, после того как Аёнг хорошенько объелась и ей принесли клубничное мороженое, которое она все же выпросила у родителя, и она снова отвлеклась на увлекательные гонки в телефоне, Чонгук с Тэхеном завели диалог, который плавно перетек в достаточно что-то личное.       — Тэ, могу задать вопрос? — он мельком смотрит на девочку, удобно устроившуюся в уголке у окна и не обращающую внимание на двух взрослых.       — Да, конечно, — и омега успевает словить этот короткий взгляд, брошенный на его дочь.       — Где отец Аёнг? — Чонгук не решался поинтересоваться ранее, но сейчас это кажется чем-то правильным и необходимым.       — Он за границей, переехал в Лондон из-за работы, — спокойно отвечает Тэ, отпивая из трубочки свой мохито. — Мы с ним поженились, когда нам было по девятнадцать. Глупыми были и без памяти влюбленными. Нам тогда казалось все таким легким и простым в плане любви, о будущем вообще не думали, — предаваясь прошлому, Тэхен вспоминает его с ностальгической улыбкой. — Мы быстро поженились, у нас не было роскошной свадьбы, расписались, отметили в кафешке и на этом все. Но на тот момент мы действительно были самыми счастливыми. Почти сразу после окончания универа у нас родилась Аёнг, и спустя год мы развелись.       — Устали? — догадывается Чонгук.       — Видимо, да. Мы не были готовы к ребенку, это точно. Хотя весть о беременности не была чем-то шокирующим, мы этого ждали и хотели, — переводит дыхание и смачивает горло, после чего снова продолжает: — Наверное, наши ожидания не совпали с реальностью, которая свалилась на нас после рождения малышки. Аёнг была очень капризным ребенком, часто плакала, просыпалась по ночам и не давала нам с бывшим мужем спать. Все это вытекло в кучу бессонных ночей, круги под глазами, неопрятный вид, потому что мне действительно было некогда за собой нормально следить, и, естественно, появилось раздражение. И у меня, и у него. Ко всему прочему я еще и не смог выйти на работу, фрилансом тоже не мог заниматься, потому что дочь и дом буквально были только на мне.       — А как же твой муж?       — Миншик работал, много работал. Сейчас я думаю, что он прятался там, пропадая до самой ночи, пока я сходил с ума дома. В общем, через время у нас и близость пропала, а в один из дней он пришел и сказал, что полюбил другого, — Чонгук не удивлен, в принципе, по рассказу уже становилось понятно, к чему ведет омега. — Я не кричал и истерик не закатывал. Либо сильно был измотан, либо уже на тот момент у меня тоже к нему не осталось каких-то глубоких чувств, кроме привязанности. Либо все вместе. Мы и правда последнее время жили просто как соседи, так что развелись быстро, без споров, судов, дележки и прочей муторной херни.       — Если он живет не в Корее, как он видится с дочерью? — хмурится альфа, краем глаза поглядывая на Аёнг, которая занята своим делом и совершенно их не слушает.       — Миншик хороший отец, и я благодарен ему за то, что мне не пришлось подавать на алименты, чтобы обеспечить жизнь нашей дочки. Все-таки первое время мы выживали только благодаря его деньгам, мне надо было время, чтобы найти работу, — Тэхену так комфортно вести подобный разговор с мужчиной, что, откровенничая, он не замечает за собой напряжения. — В плане финансов к нему вообще вопросов никаких. Всегда пришлет деньги на Аёнг, если я попрошу добавить, никогда не откажет. Они часто созваниваются по видео, общаются, но Аёнг скучает. Очень. Пока он не переехал, они виделись, проводили время вдвоем. Она очень любит отца, но Миншик прилетает только по праздникам, и то не всегда, — не сговариваясь, Чонгук с омегой бросают полный сочувствия взгляд на малышку.       — Вы с ним об этом не разговаривали? Все-таки ребенку нужен и отец, — озвучивает свою мысль Чон. — Мой брат тоже живет отдельно от своих детей, и я понимаю, что это трудно, и для них, и для него, хоть он делает вид, что все в порядке и в этом нет ничего сверхъестественного.       Хосок не любит говорить о своих чувствах, держит их при себе, возможно, поэтому его два брака развалились… Ну и еще из-за его чрезмерного трудоголизма.       — Да, соглашусь, жить вдали от собственного ребенка — сложно. Мы не раз поднимали эту щепетильную тему, но Миншик пока что не может вернуться, и это его право. Я не лезу туда, куда не стоит, где я чувствую, что может разразиться конфликт, поэтому данный вопрос оставляю на его совести. В конце концов я всегда напоминаю ему, что ежедневные звонки не заменят живого общения с Аёнг.       — Извини за наглость, — медлит альфа, — а вы с ним…? — сам не знает, что конкретно хочет спросить.       — Мы с ним близкие друг другу люди, — зато омега все сразу понимает и без проблем дает свой ответ. — У нас общая дочь, мы с ним навсегда останемся семьей. Но никаких романтических чувств между нами нет и не будет. Мы родители для нашей Аёнг, и наше общение не заходит дальше нее. Я не лезу в его личную жизнь, он в мою.       — Прости, я не хотел, чтобы ты оправдывался передо мной, учитывая, что ты совсем не обязан все это рассказывать мне.       — Не переживай ты так, — посмеивается омега, — если бы я не хотел, то ты бы ничего от меня не услышал. Тем более я же вижу, что тебя беспокоил этот вопрос, — уже мягко улыбается он. — У меня никого нет, я абсолютно свободен.       — Спасибо за ответ, — дарит ответную улыбку.       — Тогда и я спрошу то, что волнует меня, — и, получив вопросительно приподнятую бровь, говорит: — Что насчет тебя? У тебя были или есть отношения?       — Ну очевидно, что если я здесь с вами, то у меня нет никого, — лицо мужчины озаряется усмешкой. — Хотя в данный период я бы обозначил свой статус: «Все сложно». У меня были попытки создать нечто большее, чем обычные ночевки друг у друга, но как-то не сложилось.       — Есть причина?       — Все не то. Знаешь, я очень люблю работать, могу сутками сидеть в офисе, и не было того омеги, к которому мне хотелось бы бежать домой. Ради которого я бы мог забить на все эти чертовы документы.       — А сейчас? Ты сказал, что все сложно. Почему?       — Сейчас я четко осознаю, что хочу семью. Хочу знать, что меня ждут дома, по мне скучают. Хочу любить, — кажется, будто он целую вечность смотрит в эти карамельные глаза, в которых отблескивает мягкий свет от ламп, и он падает в самую глубину своего бьющегося чувства. — Буду честен, — прокашливается, — не хочу, чтобы ты думал, что наша прогулка дружеская или что-то по типу того.       — Наша прогулка не дружеская? — со смущением в голосе спрашивает Тэхен, предугадывая следующие слова альфы.       — Если ты не против, будем считать это нашим первым свиданием.       — Совершенно точно не против, — да он мечтал об этом! — Только почему ты медлил и решил сегодня меня пригласить?       — А что такое свидание? — одновременно с Тэхеном раскрывает свое любопытство Аёнг, глазками бегая от одного лица к другому.       — Когда люди друг другу нравятся, они хотят ближе познакомиться и поэтому идут на свидания, где узнают все, что их интересует, — Чонгук берет на себя ответственность и сам объясняет девочке.       Тэхен со счета сбился, сколько раз Чонгук его поразил тем, как спокойно контактирует с его дочерью. Словно вообще не волнуется.       — То есть тебе нравится мой папочка?       Тэхен старается подавить лезущую наружу улыбочку.       — Именно так, — а альфа выдерживает этот серьезно-задумчивый взгляд, за которым кроется столько детской невинности.       — Хорошо, — деланно отвечает Аёнг. — Папочке нужен муж, — и как ни в чем не бывало возвращается к своей игре.       Если бы Тэхен пил, он бы сто процентов подавился. Его дочь сведет с ума. Она даже не поняла, как умело смогла смутить своего родителя, что тот, продолжая во все глаза смотреть на нее, заливается краской, избегая прямого контакта глаз с альфой.       — Хочешь по мороженому? — спрятав лукавую ухмылку, переводит тему мужчина.       — Давай.       Оба понимают, что скоро придется разойтись по домам, поэтому, пока есть возможность, они будут тянуть время, разделяя его на троих.

❄️❄️❄️

      Этот день стал одним из лучших в календаре этого года. Никакой робости, зажатости, натянутости и нервозности между ними не возникло. Они болтали без устали, ощущая, как становятся ближе, и понимая, что человек напротив — то, что оба так долго искали.       Аёнг, которая все же выпросила себе того розового мишку у Чонгука, забрав его и папины цветочки, ускакала внутрь, Чонгук же с Тэхеном остались стоять возле двери квартиры второго.       — Еще раз спасибо тебе за то, что украсил мой день рождения своим присутствием.       — И тебе спасибо, что согласился на мое предложение. Но в следующий раз я буду более подготовленным и куплю подарок.       У омеги тепло разливается по телу от осознания, что мужчина все же видит их в своем будущем.       — У меня ведь есть шанс? — все кажется таким правильным, и Чонгук подходит ближе.       — Шанс есть у всех, — тихо говорит Тэхен, совершенно не возражая насчет чужих рук на своей талии. — Главное — вовремя его поймать. Так что да, Чонгук, у тебя определенно есть шанс.       Омега ниже альфы на полголовы, такой хрупкий и маленький в его руках, но при этом уверенный и смелый. А может, аромат сандала ему вскружил голову, что, приподнявшись на носочки, он тянется первым к манящим губам мужчины, попутно прикрывая веки. Чонгук чуть наклоняется, прижимая Тэхена ближе, и жарко выдыхает ему прямо в приоткрытый рот.       Момент, который оба жаждали. Хотели коснуться так, как не касались еще друг друга. Во снах грезили, пока в реальности сдерживались. И вот когда их губы так близко друг к другу, когда до долгожданного поцелуя остается совсем ничтожное расстояние, а в груди сердце отбивает сумасшедший ритм, являясь единственным шумом в царящей тишине подъезда… Они…       — Папочка, мы идем купаться?       … оборачиваются на голос маленькой обломщицы.       — Да, милая, идем, — обреченно выдыхает Тэхен и дарит извиняющуюся улыбку мужчине.       — Все нормально, тебе пора, — он позволяет себе поцеловать омегу в щеку. — Заранее желаю вам сладких снов.       — И тебе спокойной ночи, Гук.       — Пока, медвежонок, — машет он малышке.       — Пока, будущий муж папы.       — Аёнг!

❄️❄️❄️

      В преддверии Нового Года, до которого остается всего навсего девять часов, пространство квартиры наполняется особой предпраздничной суетой: по телевизору идет какой-то сериал, на фоне играет тихая музыка из колонки, слышны разговоры и детский визг, а воздух впитывает в себя вкусные ароматы блюд.       В просторной квартире, где мишура сверкает на елке, что мирно стоит в углу возле дивана, Аёнг, облаченная в изумительное новое платье пудрового цвета, которое они с папой купили еще пару недель назад, радостно вертится под звуки динамичной мелодии. Запыхавшаяся, с румяными щечками и распущенными длинными волосами, которые ожидают, когда Тэхен их заплетет в красивые косички, девочка плюхается на ковер и возобновляет изучение своего подарка — большого кукольного домика, — который ей подарил Чимин, как только пришел к ним.       На кухне же вовсю готовятся ароматные блюда: на плите тушатся говяжьи ребрышки в соевом соусе и кунжутном масле, в духовке запекается курочка — запах такой, что слюни то и дело приходится глотать, — тарелки с несколькими видами нарезок делят стол с приготовленными корейскими блинчиками ньонг, чапчхэ и кимчи.       Тэхен и Чимин, одетые пока что во все домашнее, нарезают салаты и в дружеской атмосфере болтают.       — Не объявился твой Юнги? — после того, как друг излил душу и высказал все, что он думает о своем бесячем старом начальнике и этой долбанной проверке, которая закончилась вчера только в восемь часов вечера, Тэхен принимает решение перейти к более отдаленной от работы теме.       — Писал утром, — недовольно бурчит Чим.       — Так, и? Извинился?       — Я послал его в жопу, — и рука с ножом начинает чуть раздраженнее резать бедный овощ.       — Что случилось? — как можно спокойнее спрашивает Тэхен, следя за тем, чтобы омега ничего себе не отрезал.       — Он написал так, словно ничего не произошло. Будто это не он молчал всю неделю и тупо игнорил меня. Еще хватило наглости намекнуть на секс в новогоднюю ночь! — возмущению Пака нет границ.       — Думаешь, он воспользовался тобой?       — Я в этом теперь более чем уверен! Когда я его послал, единственное, что он мне написал: «Ну как хочешь, дело твое», — передразнивает эту… Скотину!       — Расстроился? — у Чимина что ни парень, то какой-то придурок. Тэхен даже не знает, как тому помочь.       — Немного. Но уже все отлично, я не сдамся, найду свою любовь! — гордо заявляет омега.       — Чими, может, не стоит ее так яростно искать? Вот увидишь, она придет, когда ее совсем не будешь ждать.       — Да? Сложить руки и просто умирать от ожидания? — вскидывает брови вверх, смотря на друга. — Ну уж нет! Я не собираюсь превращаться в тебя или твоего Чонгука. Вы спите в соседних квартирах слишком давно, а на свидание сходили только вчера. Да и свиданием это не назовешь, даже не поцеловались, — показательно закатывает глаза.       — Эй! Он поцеловал меня в щеку, — насупившись, возражает Тэ.       — Не считается. Вам что, по шестнадцать??? Хотя подростки и то порешительнее вас будут.       — В дверях стояла Аёнг, не могли же мы при ней поцеловаться? — хмурится.       — А че, проблема? Вы ж не раздеваться при ней собирались. Господи, сколько отмазок… Вот скажи, вы обменялись номерами?       — Нет.       — Ты узнал, где он будет в Новый Год?       — Нет.       — А чем ты, черт возьми, занимался вчера?       — Я узнал, что у него нет отношений.       Чимин аж зааплодировал. Правда, неискренне.       — Браво, Ким Тэхен! Только ты мог спросить то, что и так было очевидно.       — Кому очевидно? Тебе? Мне вот было не ясно.       — О боже, — с мученическим вздохом запрокидывает голову. — Вот пойди сейчас к нему и узнай планы на сегодня.       — Чимин, человек может быть занят! Может, он уже и не дома.       — Пойди проверь.       — Ты прав, нам с ним надо пару моментов прояснить. Вчера все было неожиданно, и он, и я, видимо, забылись и просто наслаждались временем вместе. Но схожу я к нему завтра! В конце концов, мы с Аёнг не его семья, чтобы он хотел отмечать праздник с нами.       — Ты идиот, — не унимается Чим.       «Возможно», — проносится в голове омеги.       — Ты купил подарок для Плюшки? Че она там хотела?       — Кстати о подарке, — оживляется Тэ. — Купил, первого числа отдам. Но ее письмо куда-то делось, поэтому пришлось покупать совершенно другое.       — Пропало? — на лице Чимина проскакивает удивление.       — Представляешь! Наш ящик был не закрыт, вот думаю, может, кто по ошибке забрал… Ладно, что-нибудь придумаю, потом аккуратно узнаю, что было в письме.       Внезапно по квартире разносится трель дверного звонка.       Тэхен сразу подскакивает и расширяет глаза.       Да! Он бы хотел провести этот Новый Год с Чонгуком. Но он боится быть навязчивым, поэтому очень надеется, что альфа сам не вытерпел и пришел к нему.       — Папа, я открою!       — Нет! Иди сюда!       — Надо было все-таки приодеться тебе, а то как-то неловко, — говорит Чимин, вставая со стула, когда Аёнг заходит на кухню, опустив голову. — Я открою, не ругай ее сильно.       — Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не бежала к двери, если я дома? Аёнг, там могут быть незнакомцы, нельзя вот так просто всем подряд открывать дверь, — отчитывает он девочку, пытаясь звучать помягче, чтобы не пугать. — Чтобы больше такого не было, ты поняла меня?! — понурый кивок головы следует после его вопроса.       Тэхен вздыхает и, отложив нож, который покоился в его руке, присаживается на корточки рядом с дочкой и подцепляет ее подбородок, чтобы та посмотрела на него.       — Я за тебя переживаю, милая, — ласково говорит омега. — Не все люди хорошие, не всех можно запускать в квартиру, поэтому прошу, не делай так больше. И перед тем, как открыть, нужно всегда спрашивать, кто там.       — Хорошо, я поняла, прости, — не переставая дуть губки, она обхватывает шею папы и крепко того обнимает.       — С Новым Годом! — в проходе появляется высокий плечистый мужчина с широкой улыбкой на бритом лице и с подарочными пакетами в двух руках.       — Он еще не наступил, придурок, — буркнув, Чимин проходит мимо альфы и становится около сильно изумленного Тэхена.       — Отеееееец! — на всех порах Аёнг влетает в распростертые руки мужчины, который за миг поставил пакеты, и, схватив девочку, принимает тысячи поцелуев от нее.       — Он же не собирался прилетать, — Чимин складывает руки на груди, исподлобья наблюдая за картиной: «Воссоединение блудного отца и его очаровательной дочки».       — Не собирался, но, видимо, собрался, раз здесь, — отвечает Тэ, приняв ту же позу, что и друг. Только недовольства на его лице не присутствует.       — Что делать будешь? — Чимин недолюбливает Миншика за то, как тот поступил с его ТэТэ.       — Ничего. Он к Аёнг приехал, я рад, что он подумал о ней.       — А Чонгук?       — А при чем тут Чонгук? — поворачивается к омеге, дернув бровью. — У Аёнг есть второй родитель, он к ней прилетел, не вижу тут ничего такого. Я схожу к Гуку завтра, как и сказал.       — Ну допустим.       — Привет, Тэ, — альфа, не отпуская девочку, которая даже и не думает слезать, здоровается с бывшим мужем. — Планы поменялись, решил устроить вам сюрприз.       — Спасибо, сюрприз действительно удался, — тянет уголки губ Тэхен. — Снимай куртку и проходи.

❄️❄️❄️

      Переступив порог двухкомнатной квартиры человека, который ни разу не съезжался с омегой и не делил быт на двоих, можно ощутить неосознанное одиночество. Стены в каждой комнате выкрашены в нейтральный темный оттенок серого, мебель скромна и функциональна: один небольшой шкаф в прихожей, там при входе также висит овальное зеркало, а слева от двери разместился комод; по одной кровати и мини-гардеробной в двух спальнях. Разница лишь в том, что в спальне, где спит альфа, есть еще длинный комод, плазма и рабочая зона; в ванной комнате все как и положено: душевая кабина, раковина, тумбочка сверху, где хранятся зубная щетка и паста, запасной шампунь, на случай, если забудет купить новый, пена для бритья и бритва. Стиральная машинка и унитаз; на кухне — вся необходимая техника вместе с темным гарнитуром, холодильником и круглым обеденным столом, за которым мужчина по утрам пьет крепкий кофе; в гостиной находится удобный диван, на котором Чонгук любит и отдохнуть, и поработать, и поесть, и поспать, и фильмы посмотреть. Короче говоря, была бы его воля, он спокойно смог бы обитать только на нем.       Он купил эту квартиру несколько лет назад, так как она расположена недалеко от его компании, сделал ремонт и ничего тут больше не менял. Единственное украшение — минималистичная картина с одуванчиками.       Когда сюда заходишь, можно почувствовать холод и подумать, что либо здесь вообще никто не живет, либо хозяин мало зарабатывает, чтобы нормально обустроить свое жилье.       Только вот Чонгук не бедный, он просто не видит смысла в этом обустройстве, потому что домой приходит по сути лишь поспать.       Но в нем теплится надежда, что этот Новый Год он отметит не один, пока за окном все также мороз будет рисовать свои узоры, а крупные хлопья снега застилать землю.       — Все не могу понять, куда ты так намыливаешься?       Хосок, сидя в другой стране в своих апартаментах и попивая бурбон, наверное, минут уже двадцать наблюдает, как его брат сначала выбрал самые лучшие трусы, заставив альфу недовольно поморщиться. Затем долго искал одежду, решив надеть черную рубашку, которая обтянула его так, что и через камеру можно разглядеть бицепсы и подкачанную грудь. Натянул брюки, закрепив те ремнем, и засунул свои ноги в какие-то туфли.       Теперь Хосок вынужден еще и смотреть, как Чонгук укладывает свои волосы и буквально купается в одеколоне.       — Если не хочешь, чтобы от тебя шарахались, лучше перестань им обливаться.       — Мне нужно забрать собаку, — говорит Чон, бросая взгляд в экран телефона, что стоит на одной из полок в гардеробной.       — Ты вылизываешь себя ради собаки? — охреневает Хо.       — Это подарок для одной девочки, — едва заметно улыбается.       — У тебя появилась девочка? — чуть не поперхнулся.       — Для шестилетней девочки, — уточняет мужчина.       — Вообще ниче не понимаю. Объяснись.       — Я тебе рассказывал про одного омегу, который мне нравится. Так вот, собака для его дочери, — еще раз проводит пальцами по черным прядям, зачесывая те назад.       — Ваши отношения сдвинулись с мертвой точки? Ты же говорил, что не будешь к нему лезть со своими чувствами.       — Угу, — забирает телефон и направляется в сторону кухни. Есть время выпить чашку кофе.       — Что-то изменилось?       — Я понял, что мои чувства взаимны.

Flashback

      Чонгук и вообразить себе не мог, что его день закончится на такой интересной и занимательной ноте.       Зайдя домой, он, не раздумывая, скинул с себя всю одежду и отправился в душ, где без сожаления провел полчаса своего времени. Освежился после очередного ничем не отличающегося (ну, кроме того, что сегодняшний был сокращенным) от остальных рабочего дня, завязал на бедрах полотенце и, захватив в прихожей почту, пошел в гостиную, на свой любимый диван.       Счет за свет, многочисленное количество рекламы и один конверт с наклейками.       Никаких надписей и прочего. Чонгук сначала хмурился, но все же раскрыл его, достав оттуда аккуратно сложенный лист.       И это был тот самый момент, который перевернул его мысли и многое поменял.

☃️☃️☃️

      Дорогой Санта, это письмо для тебя!       Меня зовут Со Аёнг. Мне шесть лет и я из города Сеул.       Сегодня я впервые пишу тебе свои заветные пожелания и верю, что ты сможешь их исполнить.       Я слушалась папу, часто помогала ему по дому, пошла в первый класс и старалась учиться на отлично. Я даже пазнакомилась с ребятами из класса и теперь у меня есть новые друзья. Они говорят что я веселая.       Санта, я очень хочу щенка. Малинькую собачку, чтобы было с кем играть и проводить время потому что у меня нет ни сестрички ни братика. Пожалуйста, пренести мне на Новый Год щенка. Я обещаю, что буду хорошей хозяйкой для него.       Санта, я знаю что взрослым ты не даришь подарки но если сможешь, исполни мечту моего папы. Он очень добрый и тоже весь год вел себя хорошо. Много работал.       Подари ему красивого мужа. Он должен быть похож на нашего соседа Чонгука. Папе он очень очень нравится и было бы здорово, если бы они поженились.       Мы будем ждать, Санта!

☃️☃️☃️

The end of flashback

      — Охуеть, — во всю ржет Хо. — Ну малая дает! Я представляю выражение лица твоего… Как зовут?       — Тэхен, — весело улыбается Чонгук, допивая свой черный напиток.       — Выражение лица Тэхена, когда он узнает обо всем, — и еще сильнее разражается смехом.       Чонгук и правда побаивался, думал, что омеге не нужны отношения, да и не был до конца уверен, что тот в принципе свободен. Плюс маленькая дочь, своя сложившаяся жизнь. Гуку казалось, что будет неправильно, если он влезет, но и не мог отказать себе в желании хоть иногда видеть и разговаривать с омегой.       Тэхен вел себя слегка отстраненно, и это еще больше наводило Чонгука на мысль, что тот не ищет пару.       Однако благодаря письму, случайно попавшему в его почтовый ящик, он понял, что омега чувствует к нему как минимум симпатию.       — Дааа, брат, ты реально втюрился, раз тебя даже не смущает наличие ребенка.       — Почему меня должна смущать его дочь? Ему не восемнадцать, логично, что у него мог быть брак за плечами и дети.       — Вот я бы не решился на пятого, — шумно вздыхает Хо.       — Во-первых, для начала удели внимание своим четверым, — смотрит укоризненно. — А во-вторых, поверь, когда влюбишься, то и пятого, и шестого захочешь. Только умоляю, прежде чем жениться в третий раз, пересмотри свою жизнь.       — Будешь учить меня? — без злобы звучит вопрос.       — Нет. Лишь хочу сказать, что два твоих брака развалились по сути из-за тебя и твоей больной любви к работе.       — Я зарабатываю, чтобы обеспечить своих детей.       — Им нужен отец, а не твои деньги. Пойми, Хо, что однажды ты наберешь номер старшего, а он больше не поднимет трубку. Ты потерял мужей, не потеряй еще и детей.       — И когда все такие умные стали? — риторический вопрос, который был задан с целью опять скрыть свои эмоции. И Чонгук все прекрасно понимает.       — Ладно, мне нужно ехать, не скучай. И позвони им, они ждут.       — Говоришь так, словно я вообще не уделяю им внимания, — хмуро произносит альфа.       — Но ты стал реже звонить, и они это понимают. Работа никуда не денется. Поменяй уже приоритеты. Все, пока.

❄️❄️❄️

      Чонгук слегка теряется, когда почти в девять часов вечера стоит в прихожей чужой квартиры, держа в руках совсем крохотное чудо с маленькими ушками, светло-коричневой шерсткой и бантиком на шее, и смотрит на какого-то мужчину перед собой.       Щенок породы йоркширский терьер немного крутится и издает звуки, похожие на тявканье.       Чонгук ездил в другой конец города, чтобы забрать его у продавца-омеги, который разводит породистых собак и потом продает их.       — Так вы к кому? — Миншик первый разрушает надоевшую ему тишину.       — Я сосед. У меня подарок есть для Аёнг, — и кивает на собаку.       — Аёнг, солнце, подойди ко мне, — кричит альфа, не двигаясь с места.       Девочка уже с заплетенными косичками, на конце которых закреплены заколки-бабочки, прибегает на просьбу родителя и сразу встречается взглядом с щенком. Она так сильно о нем мечтала и очень надеялась, что Санта исполнит ее желание.       Туда же через несколько секунд подходит и Тэхен, тоже успевший привести себя в порядок и надеть более нарядную одежду. Он чуть ли не открывает рот, увидев мужчину, чьи глаза тут же устремились в него.       Тэхен только не поймет, его шок связан с тем, что Чонгук все-таки пришел, или с тем, что альфа слишком горячо выглядит.       Омега пока не определился, без стеснения сканируя Чона.       А вот Чонгук сразу замечает чужую мужскую руку на талии Тэхена. Он переводит потемневший взгляд на альфу, силясь не пронзить его острым лезвием.       Судя по схожей внешности с Аёнг — это бывший муж омеги.       Да уж, неудобно вышло.       Ситуация-абсурд. Но для всех присутствующих она разная.       Тэхен, не чувствуя руки бывшего на себе, пялится на Чона, стараясь совладать с разбушевавшимися эмоциями.       Миншик, ощутив какую-то странную ауру от этого соседа, рефлекторно положил ладонь на талию Тэ, подумав, что так будет лучше.       И Чонгук, у которого сто мыслей в голове и он не знает, за какую ухватиться.       Смешно.       Если бы Чимин не был занят общением с папой по телефону, то быстренько все бы разрулил.       Только одна Аёнг в нетерпении поднимается с пяток на носки, желая взять на ручки малыша.       — Медвежонок, — берет себя под контроль Гук, присаживаясь перед девочкой, — Санта просил передать тебе его, — аккуратно отдает питомца омеге. — Сказал, что ты очень хотела собаку, и раз хорошо себя вела весь год, то он не мог не осуществить твою мечту.       — Санта прочитал мое письмо? — с полным надежды вздохом вопрошает она.       — Конечно, — кивает мужчина. — Не забывай, что щенку требуется уход и внимание. С ним придется гулять, а еще его нужно будет воспитывать. Справишься?       — Да! — на радостях восклицает Аёнг. — Передай Санте огромное спасибо! — помедлив с секунду, она утыкается губами в щеку альфы, оставляя на ней поцелуй. — И тебе большое спасибо, — и с визгом убегает, чтобы познакомиться с щеночком и провести ему экскурсию, начиная со своей спальни.       Чонгук с грустной улыбкой смотрит вслед малышки, снова кидает беглый взгляд на руку Миншика и наконец поднимается на ноги. Достает конверт из внутреннего кармана пальто и передает омеге.       — Письмо Аёнг Санте, — мужчина думал, что они прочтут вместе и посмеются, но планы умеют быстро рушиться. — Она нечаянно закинула его в мой ящик.       — А я ломал голову, думал, куда оно могло деться. Уже даже купил другой подарок, не желая ее расстраивать, что письмо пропало. Она просила собаку?       — Да, — коротко бросает мужчина.       — Чонгук, спасибо. Не хочешь…       — Мне нужно идти, — внезапно перебивает, — планировал этот день провести дома.       — А, ну хорошо, — уголки губ медленно опускаются вниз. — Тогда с Наступающим…       — С Наступающим…       Тэхен еще долго стоит и пялится на закрытую дверь, за которой скрылся Чонгук, и только потом приходит в себя, сводя брови к переносице и резко опуская голову.       — Что ты делаешь? — с недовольством спрашивает он бывшего, отходя от него на шаг.       — Прости, он каким-то странным показался. Вы знакомы?       — Он мой сосед, конечно, знакомы. Иди к дочери, Миншик, и больше не делай то, чего не следует.       Словив грустное настроение, Тэхен открывает конверт, а затем сложенный листок, и пробегается по тексту, написанному неумелым почерком и с ошибками.       По мере того, как омега впитывает каждое слово, его глаза становятся все круглее и круглее, пока кровь приливает к лицу.       И это прочитал Чонгук?!       — Аёёёёнг, — обреченно стонет омега, понимая, что это полный провал.       Хотя Чимин заценил бы и похвалил Плюшку.

❄️❄️❄️

      Почему он ушел? Почему и улыбки своей не подарил? Все из-за Миншика? Чонгук приревновал? Ревность, конечно, приятна, но почему он ничего не спросил?       Сплошные вопросы вертятся в голове омеги с того момента, как Чонгук, исполнив роль курьера Санты, ушел к себе. Тэхен еще раз пять прочитал письмо дочери, стыдливо прикрывая лицо ладонью.       Как Аёнг додумалась до такого?       Но тут и понятно, Тэхен часто при ней говорил о их соседе, с Чимином не раз болтали о нем. Видимо, омега был слишком очевиден, если даже его дочь собрала пазл и поняла, что к чему.       А вот за последние строчки Тэхен прибьет своего лучшего друга, который вынудил сказать об этом, пока Аёнг была дома. Нужно было предположить, что маленькая лиса может и подслушать их разговор.       Хорошо, что она хоть значение этого слова не знает.       Кстати говоря, Тэхен пожалел, что позволил и Чиму дать прочитать письмо. Тот так ржал, а потом издевательски хихикал, говоря, что даже Аёнг оказалась умнее. Еще друг настоятельно порекомендовал пойти к Чону и во всем разобраться, пока куранты не пробили двенадцать.       Так сказать, разрешить недопонимание и встретить Новый Год уже вместе.       — Тэ? — Чимин, который помогает накрывать на стол в гостиной и уже отнес салаты, застает замершего омегу на кухне. — С тобой все нормально? — накрывает чужое плечо ладонью и моментально вздрагивает, когда Тэхен резко отмирает и всовывает ему тарелки с нарезкой, что сам держал секундой ранее.       — Отееец, ну я хочу на елку, там сейчас весело, — слышит, как канючит дочь, пытаясь уговорить Миншика променять праздничный стол дома на бенгальские огни и холод на улице.       — Солнце, папа ведь старался, готовил. Давай дождемся курантов, а потом сразу же пойдем на елку, м?       Тэхен входит в гостиную, привлекая к себе внимание малышки, которая подбегает к нему, умоляюще смотря на него снизу вверх.       — Папочка, я хочу на елку, мы можем покушать курочку попозже?       И омега совсем не злится, берет ребенка на руки и целует в пухленькую щечку.       — Аёнг, ты не расстроишься, если я отлучусь ненадолго? Вы можете с отцом и Чимином собраться и идти на елку, а я подойду через время.       — А куда ты? — не понимает девочка.       — Мне нужно нашего соседа навестить, — не утаивает Тэ.       — Чонгука? — Аёнг даже просияла, заулыбалась.       — Да, Чонгука. Ну так что, не будешь злиться на папочку?       — Нет. Ты главное возьми его с собой на елку, — говорит девочка. Как-то быстро она прикипела к альфе. Он ей такой подарок преподнес, который сейчас мирно посапывает на диванчике.       — Постараюсь, — еще раз целует довольную доченьку и ставит на пол. — Одень ее потеплее, — обращается к бывшему мужу и получает в ответ молчаливый кивок и внимательный взгляд.       — Не забывайте про защиту, — шепчет ему на ухо Чим.       — Чимин!       — Что Чимин? Наконец-то ты начал действовать. Мы будем ждать вас. Двоих, — с нажимом произносит омега.

❄️❄️❄️

      Чонгук успел послать всех и вся сразу, как вернулся обратно в свою мрачную квартиру. Проанализировал вчерашний и сегодняшний дни, обдумал все, что произошло, и пришел к выводу, что погорячился.       Его реакция была не оправдана, он не удосужился выслушать и поговорить с Тэхеном. Просто сбежал, чтобы не наговорить лишнего. Но будем честны, альфа растерялся, не ожидая увидеть в квартире омег мужчину, который к тому же будет демонстративно обнимать Тэхена.       Как-то не успел он отогнать ревность и включить мозги, чтобы поразмышлять.       И сейчас, стоя уже около пятнадцати минут напротив входной двери, сверля ее серьезным взглядом, Чонгук понимает, что, по сути, даже если допустить ту мысль, что у Тэхена кто-то есть, он ничем не обязан ему, Чонгуку, так как они не в тех отношениях, чтобы объясняться друг перед другом.       Альфа хочет все изменить, он окончательно принимает тот факт, что желает предложить Тэхену стать его омегой. Поэтому он отталкивается от стены и…       Рука замирает над ручкой, когда раздается звонок в дверь.       Чонгук открывает.       — Ты все неправильно понял, Миншик приехал к дочери, не ко мне.       Тэхен теряет кислород, когда ощущает настойчивые губы на своих. Он встречается с черными глазами, разрешает чужому языку проникнуть в рот и, одновременно жарко выдохнув вместе с альфой, они оба, словно под тяжестью собственных чувств, закрывают глаза, пропадая в этом тягучем с привкусом долгого ожидания поцелуе.

❄️❄️❄️

      Щелчок замка, и омега оказывается между стеной и Чонгуком. Одна рука незамысловато поглаживает его спину, другая без боли массирует заднюю часть шеи. Они жмутся друг к другу, не оставляя и миллиметра между их телами. Тэхен теряется в собственных ощущениях, все сужается до одного конкретного момента, в котором есть лишь один человек, что чувственно сминает его губы, мягко лижет нижнюю и снова врывается своим языком, целуя глубже. Вырывает из самих глубин чужой души глухой тихий стон, который ловит ртом, и возвращает его уже своим томным мычанием, когда Тэхен прикусывает его губу.       Они не смеют оторваться друг от друга, пока в легких не начинает жечь, пока не появляется потребность в воздухе, чтобы нормализовать дыхание.       — Я не должен был реагировать, как обиженный подросток, — взяв лицо омеги в свои ладони, касается своим лбом его.       — А я должен был хоть что-то сказать, а не стоять и пускать на тебя слюни, — оба усмехаются.       — Тэхен, я не могу прямо сейчас исполнить желание твоей дочери и стать твоим мужем…       — И не нужно, — нервно смеется Тэ. Он пока не готов к узам брака.       — Но я ведь могу постепенно к этому приближаться?       — Можешь, — глаза в глаза. — Если хочешь.       — Хочу узнавать тебя с каждым днем все больше, — проводит большим пальцем по скуле. — Хочу быть тем, к кому ты можешь прийти и поделиться всем, что на душе, — и по второй щеке гладит. — Хочу иметь право целовать тебя, обнимать и делать приятно, — нежно по носу водит своим. — Хочу, чтобы ты видел в вашем с Аёнг будущем меня, — ласковый чмок в подрагивающие от переизбытка чувств губы. — Хочу, чтобы сказал «да», когда я спрошу… — чуть отстраняется и устремляет взгляд прямо на Тэхена. — Ты станешь моим омегой?       — Откуда в тебе все это? — голос дрожит, он улыбается, пытаясь сдержать слезы.       Ему с альфой по-истине хорошо. Тот случай, когда стоишь рядом с человеком и думаешь, что вы знакомы всю жизнь. Да, они мало друг друга знают, им еще со многим предстоит столкнуться, и ссор, возможно, не избежать. Это нормально. Но именно с Чонгуком кажется, словно все это мелочи, пустяк, который можно преодолеть, главное — слушать, слышать и всегда быть на стороне своего партнера.       С Чонгуком легко. Нет ужасного некомфортного давления, нервозности, раздражения. Находясь с ним, Тэхен не ощущает себя не в своей тарелке, у него не появляются мысли сбежать. Напротив, омега хочет бежать в объятия мужчины, разговаривать с ним часами и наслаждаться заботой, которую тот может ему подарить.       Они как две половинки со своим опытом жизни, нашедшие друг друга спустя некоторое количество времени.       — Что это? — спрашивает Чонгук.       — Все эти слова, такая романтика, — объясняет Тэ, окольцовывая крепкую шею.       — Не знаю. Просто когда смотрю на тебя, слова сами образуются в предложения, и я их озвучиваю.       — Говори почаще, тогда я буду влюбляться в тебя все сильнее.       — Так и планирую, только еще и действиями буду доказывать свою любовь, — Тэхен рассыпается на микропесчинки от заявления мужчины.       — Тогда начнем прямо сейчас, — и ловит немой вопрос на лице Чона. — В письме было кое-что, что ты мог бы выполнить прямо сейчас. Мое желание, которое Аёнг не должна была услышать, но услышала.

Flashback

☃️☃️☃️

      Санта! У папы есть еще одно желание. Если вдруг ты все-таки не сможешь найти ему мужа то может сможешь сделать так, чтобы наш сосед разришил папочке оседлать его.       Я не знаю, что это значит но я хотела зайти на кухню, а там папа говорил об этом Чимину, своему другу.       Мы будем ждать, Санта!

☃️☃️☃️

The end of flashback

      — Ну так что, дашь оседлать себя, альфа? — по-озорному играет бровями.       — С удовольствием.       Чонгук отрывает омегу от пола, тот обхватывает его ногами, скрещивая щиколотки на его пояснице, и они движутся в спальню, попутно целуясь и распаляясь.       Сквозь тихий шепот ночи Чонгук не спеша кладет омегу на заправленную постель, слегка придавливая собой. Полумрак окутывает всю комнату, снаружи сыплется снег, кружась в нежном танце, который создает несильный зимний ветер. Лунный свет пробивается через занавески, мягко освещая помещение и образовывая причудливые тени, двигающиеся по стенам.       Альфа снимает с них одежду, чтобы касаться друг друга еще ближе, еще интимнее, чтобы их голые тела сливались воедино. Тэхен прикрывает глаза и выгибается дугой, когда чужие зубы добираются до сосков и оттягивают прохладный металл.       Невероятно…       — Я хотел этого еще с того самого момента, как увидел тебя на пороге в той прозрачной рубашке, — признается альфа и срывает стон, проделывая все то же самое с другим соском.       — Я… — дышать становится сложнее, облизывает пересохшие губы. — Сделал прокол в двадцать, но редко ношу штанги. Моему бывшему не нравилось.       Тэхена подбрасывает, он не сдерживается и выстанывает громче, когда Чонгук с силой втягивает левый сосок, щипая правый до терпимой боли.       Невыносимо…       — Не говори ни о ком, в частности о своем бывшем, пока сам лежишь подо мной, — и с рыком врывается в раскрытый рот, крепко сминая чужие губы.       — Чон Чонгук ревнивец? — вместо хитрой улыбки Тэхен издает громкий стон, стоит ощутить, как альфа специально задевает его сочащийся член своим коленом.       — Не знаю, раньше я не ревновал. Но с тобой все иначе, так что не советую проверять.       Тэхена просто рвет на мелкие куски, когда альфа грубо засасывает чистый участок под сердцем, а затем снова принимается нежно выцеловывать каждый сантиметр его тела.       Столько всего, Чонгуку мало, он любуется омегой, его самыми разными эмоциями на лице, как тот сводит брови или кусает губы, как дышит, шипит и мычит.       Плоский живот, изгибы талии, округлые бедра… Голова идет кругом от осознания, что теперь он может не только смотреть и гадать, что же находится под одеждой, но и трогать, принося безумное удовольствие обоим.       Чонгук целует, гладит, изучает, дразнит, доводит до сумасшествия.       — Чонгууук, давай же, не могу больше, — это действительно тяжело, хочется ощутить всего сполна.       Лаванда, распространяющаяся по всей комнате и впитывающая в себя нотки сандала, насыщает мужчину и сводит с ума, прося снять весь контроль.       Он переворачивает омегу на живот, плед сминается, Тэхен цепляется за него двумя руками и внезапно развязно выстанывает, когда ощущает юркий язык, выводящий круги меж ягодиц. Чонгук разводит их в стороны, зарывается лицом и откровенно вылизывает пульсирующую дырочку, без брезгливости собирая вытекающую сладкую с горчинкой смазку и смакуя ее во рту.       — Еще, ещееее, — просит Тэхен, забывая и про то, что квартира альфы находится рядом с его.       Он выпячивает задницу, кончик языка скользит внутрь, затем входит полностью, постепенно растягивая узкие стенки. Чонгук быстрее толкается, омега ерзает, поскуливает и сам уже себя трахает, подмахивая бедрами и желая кончить.       Он так давно не получал подобную ласку, что тело реагирует мгновенно, перед глазами плывет, пока член трется о плед. Чонгук, который сжимает аппетитные булочки, под пальцами ощущает как те напрягаются, и он с пошлым звуком вынимает свой язык из промежности.       — Серьезно, я бы не выпускал тебя из спальни и дал бы кончить столько раз, сколько ты пожелал бы, — упирается коленями о матрац и хищно смотрит на блестящую дырочку, ладонью медленно водя по своему твердому члену. — Но сегодня ты получишь оргазм, принимая меня в себе.       Головкой мажет по дырочке и имитирует толчок, от чего оба протяжно стонут.       — Так войди уже в меня, — с нотками раздражения бросает Тэ.       — Какой нетерпеливый омега, — усмехается мужчина, продолжая тереться членом о мокрую промежность.       — Какой нерасторопный альфа, — парирует Тэ и за считанные секунды оказывается сверху, на мощных бедрах.       — Мечты должны сбываться, — лицо озаряет похабная ухмылка. — Давай, детка, ты хотел меня оседлать, так сделай это. Объезди мой член.       Тэхен приподнимается, заносит одну руку за спину и на ощупь находит большой толстый ствол, в предвкушении закусывает губу, и плавно водит по нему ладонью, смотря как альфа стискивает зубы и шипит.       Он медленно опускается на всю длину, часто дыша через нос, и не может сдержаться от томного выдоха, чувствуя, как его распирает внутри, как член давит на стенки, раздвигая их. Чонгук ласково оглаживает его тело, наслаждаясь его красотой, и не помогает омеге, позволяя самому все делать.       Ему уже хорошо просто оттого, что происходит. Оттого, что этот божественный парень теперь его.       Омега раскачивается, не спешит, хочет почувствовать каждую вздутую вену на члене альфы. Он двигается очень изящно, соблазнительно, выполняет волнообразные движения бедрами и насаживается глубоко, доставая до заветной точки, которая прошибает все тело, приводит к немыслимым ощущениям.       Темп наращивается, сначала он заводит руки назад, удерживаясь за ноги мужчины, и продолжает крутить бедрами, приковывая чужой потемневший взгляд и вынуждая рычать. Затем ставит ладони на мускулистую грудь, получая невероятный экстаз от ее упругости, и скачет еще быстрее.       — Твои стоны — музыка для моих ушей, — сбивчиво проговаривает мужчина. — Стони громче! Вот так, умница, все правильно.       И от этой похвалы Тэхен окончально едет, он насаживается глубже, резче, усиленнее. Характерные шлепки ягодиц о пах гораздо тише, чем звуки, которые издает омега, когда головка встречается с простатой, а чужие наглые пальцы прокручивают его соски, играясь с пирсингом.       Кажется, у Чонгука появился кинк, потому что как еще объяснить то, что возбуждение накатывает с новой силой, стоит посмотреть и потрогать темные бусины с этими штангами.       — Ты прекрасный, — не прекращает осыпать комплиментами. — Твое тело самое сексуальное. Я знаю, ты можешь быстрее. Ну же, Тэ! — и, несмотря на дикое гудение ног, омега ускоряется, пока альфа немного ему помогает, двигаясь вместе с ним. — Мой самый лучший. Нравится скакать?       — Дааааа, — он запрокидывает голову, сгорая от острых и таких ярких ощущений.       — Я осуществил твою мечту?       — Господи, даааа, — и надо было слушать Чимина, уже давно бы познал райское удовольствие, прыгая на члене мужчины. — Я устал, Гук, — задыхается он.       Чонгук рывком меняет их местами, запрокидывает обе гладкие ножки на свои плечи и резко входит под новым углом, беря сразу необходимый темп.       Потные, грязные, возбужденные, но сильно влюбленные.       Беспорядочные толчки, шумное и тяжелое дыхание на двоих, пошлые звуки секса, сводящие с ума ароматы и только один момент, когда оба на грани и желают получить разрядку.       — Хочу, чтобы ты кончил с моим именем. Сейчас!       И этот приказ Тэхен не в состоянии ослушаться.       — Гууук, аххх, — он теряет связь с реальностью и изливается себе на живот долго и сильно, пока все напряжение не покидает его тело.       — Только мой, детка, — Чонгук идет за ним, выходит из раскрасневшейся дырочки и доводит себя парой движений руки до оргазма, смешивая свою теплую вязкую сперму с чужой.

❄️❄️❄️

      За окном ленивыми спиралями поднимаются первые искры фейерверков, раскрашивая ночное небо яркими цветами, предвещая приближение скорого окончания года.       В свете мерцающих огней, благодаря которым атмосфера становится волшебной и сказочной, Тэхен стоит в одной объемной черной рубашке альфы, на запястье блестит золотой браслет с бриллиантами, который альфа успел приобрести и уже подарил омеге, и, потягивая вино, любуется завораживающей красотой на улице.       Он чувствует, как счастье разливается по телу, обволакивая каждый орган, и занимает место в самом сердце, что сейчас бьется очень громко.       Чужие ладони обвивают талию и касаются живота, омега слышит горячее дыхание возле своего уха и, улыбнувшись, он оборачивается в кольце рук и смотрит на такого же счастливого мужчину в одних боксерах.       — Через сорок минут бой курантов, я обещал Аёнг, что приду на елку к этому времени, — в тишине кухни его голос звучит по-особенному бархатно.       — Это та, которая в центре нашего района? — уточняет Чонгук.       — Угу, ты же пойдешь со мной? Она очень тебя ждет.       — Кто? Елка? — шутит.       — Аёнг, — слегка толкает альфу в грудь.       — Конечно, пойду, — нежно чмокает в носик. — Тэхен, я не знаю, согласишься ты или нет, но я был бы рад, если бы в январе мы втроем рванули в Таиланд, — брови омеги взлетают.       — В Таиланд?       — У отца день рождения, папа пригласил меня. Составишь компанию?       — А не рановато ли вы, Господин Чон, задумали знакомство с родителями?       Он делает еще один глоток вина, при этом глаз своих соблазнительных не отрывает от мужчины и отпивает максимально медленно, после чего языком скользит меж губ, довольствуясь чужой реакцией.       Чонгук заводится.       — Это будет обычный визит, я же не собираюсь тебе там делать предложение, — говорит Чон, а сам лишь на губы смотрит. — Я понимаю, что тебе пока белый костюм и загс не нужны. Не тороплю. Мы просто отдохнем, — и наклоняется, чтобы аккуратно слизать остатки алкоголя, нагло лишив омегу поцелуя.       — Ну хорошо, скажешь потом дату, а я посмотрю наше расписание. Думаю, несколько дней можно будет выделить.       — Супер! Ну что, идем? Времени не так много.       Бросив красноречивый взгляд на мужчину, Тэхен отставляет свой бокал на подоконник и с улыбкой проказника, опускается на колени.       — У нас ведь есть еще минут десять? — снимает боксеры с альфы и сразу скользит чужой головкой в свой рот.       — Определенно есть, — последнее слово теряется в тихом стоне.

❄️❄️❄️

      Новый Год — это момент, когда подводятся итоги, планы на будущее становятся как никогда актуальными, а мечты способны осуществляться. Шанс повернуть свою жизнь в новом направлении, оставив позади старые обиды и сожаления.       Новый Год — это время сказок, любви, тепла и новых ожиданий.       А еще — это время для любви и чудес!       Вокруг высокой сверкающей елки толпятся куча людей, укутанные в шубы, пуховики, шапки и шарфы. Бенгальские огни в руках вспыхивают, освещая их лица, полные радости и счастья. По округе проносится неповторимый гул, как только куранты отмеряют последнюю секунду уходящего года.       Крики «С Новым Годом!» раздаются со всех сторон, а ликующий свист и смех не собираются замолкать.       Чонгук и Тэхен поворачиваются друг к другу, и в их глазах одно и то же, то, что альфа и озвучивает:       — Спасибо маленькой девочке из соседней квартиры за письмо, адресованное Санте.       — Спасибо, что стал им для нас и исполнил все желания.       Их история не заканчивается, их поцелуй, которым они согревают друг друга, далеко не последний…       И кто знает, быть может, следующий год они будут встречать уже в совершенно ином статусе.