Послушная

Увидев сообщение от Ангелины в телеге, я открыла его трясущимися руками. Это было в её стиле: пропадать на несколько недель после наших встреч, а потом вновь резко появляться в моей жизни. «Не спишь?» Как же, Ангелина. Как же я усну, когда я только решила обдумать свою жизнь и всё-таки бросить все эти встречи.  «Я еду, золотце. Порадуй меня.» Я вздохнула. У Ангелины был чёткий свод правил для встречи с ней: не наносить помаду, не надевать каблуки, выглядеть для неё хрупкой и всегда быть послушной.  Когда мы только познакомились в анонимном чате, я поняла, что она точно не будет мелочиться. Она искала себе как раз такую, как я: бледнокожую, темноволосую, худую, с тонкими запястьями. На первой встрече на мне была бордовая помада, которая через 10 минут была размазана по всему моему лицу, а то, что осталось у Ангелины на пальцах, она размазала по моей шее. А что я хотела? Я добровольно попала в то положение, в котором нахожусь сейчас. Её груша для битья, её личный антистресс. Мужчины непослушны и могут загаситься в последний момент, а я была для неё интересным экспериментом. А такие девушки, как Лина и Вера, могли дать отпор. Я же не могу. Да и не хочу, если честно.  В этот раз я выбрала красный комплект белья и ждала её у порога.  Дверь была открыта, так что Ангелина зашла без стука. Как только она сняла обувь, её пальто было сброшено на пол, а я была прижата к стене мертвой хваткой. От неё пахло смесью чего-то алкогольного и жжёного.  - Соскучилась я, девонька, - и с этими словами она поцеловала меня. Ангелина никогда раньше меня не целовала. Обычно, она сразу тащила меня на кровать, но в этот раз она мало того, что нежнее обычного обняла меня за талию, так ещё и поцеловала. Она прикусила мою нижнюю губу, а потом её губы жадно впились в мои. Я целовала её в ответ и буквально таяла в её руках.  Она перестала целовать меня и взяла моё лицо в свои руки. Ангелина осматривала меня так, будто видела впервые: - Вот такая покорная мне и была нужна. Всё терпела: пощёчины, воск, укусы, удары плёткой… И не пикнула. Ты хорошая девочка. Надо же и тебя как-то радовать, а то один кнут и никакого пряника. - Я и так рада, что вы здесь… - прошептала я, - больше мне и не нужно.  От неё несло алкоголем. Пьяная она, вот и добрая.  Ангелина хищно улыбнулась мне, обнажая свои белые зубы. Ими она и вцепилась мне в шею. Её рука перехватила мои руки и подняла вверх, прижимая запястья к стене. Её вторая рука залезла мне в трусы. Своими пальцами она начала ласкать меня, но пока Ангелина входить в меня не собиралась.  - Стони громче, девочка, - она приказала мне своим низким голосом, - тогда ты и получишь желаемое. Ангелину надо слушаться. Своим большим пальцем она начала ласкать мой клитор, что заставляла меня буквально кричать громче. Мне так хотелось выпрыгнуть из своего тела: насколько я не знала, что делать с этой волной эйфории и возбуждения, которая на меня накатила.  Теперь она не была такой нежной. Ангелина вошла в меня грубо и бесцеремонно одной рукой, а другой сжала мой подбородок, буквально впилась в него своими ногтями.  - Золотце, твоё лицо так и напрашивается, чтобы я отвесила пару пощёчин. Как раз отличная тренировка, чтобы потом применять это на Левине, - она хмыкнула и, не прекращая быстро и грубо входить в меня пальцами, она отвесила мне сильную пощёчину. В голове всё зазвенело. В глазах стало мутно, но отключиться это тождественно капитуляции. А Ангелина очень не любит капитулирующих.  Вторая пощёчина уже не казалась мне такой больной. Возможно, и первая была не больная, а такая реакция была из-за шока.  Между тем, колдовка вытащила из меня пальцы и приказала:  - Открой рот, девонька, - и я открыла. Её пальцы оказались у меня во рту. - На, оближи, - она даже не скрывала, что получает от этих слов удовольствие. Её пальцы оказывались у меня во рту всё глубже. Мне казалось, что они вот-вот достанут до горла. Ангелина отпустила меня и пошла за своим чемоданчиком. Взяв его одной рукой, другой она взяла меня за волосы и очень больно дёрнула за собой: - Пошли, девочка, - она толкнула меня в спальню. Я отлетела прямо на кровать и чуть не ударилась головой.  - Красивое, красное… Для меня, - она жадно облизнулась, - и я не просто сниму его с тебя. Я, - она подошла ко мне ближе, - его на тебе порву.  Из своего чемоданчика она достала серп и разрезала на мне лиф. Мне бы очень хотелось возмутиться, но тогда, боюсь, я сама отхвачу этим серпом.  Ангелина срывает с меня последний элемент одежды. - Раздвигай ноги, сучечка, - коварно улыбается Ангелина, - я соскучилась по твоей узкой дырке. Она кусает меня за шею, потом целует меня в губы. Второй поцелуй за ночь - на рекорд идём, не иначе.  Её пальцы вновь входят в меня. Грубо, бесцеремонно, жёстко.  - Господи, девочка… - Ангелина шепчет мне на ухо, - почему ты такая узкая? Расслабься для меня, моя маленькая… - свободной рукой она гладит мои волосы, - отпусти себя. Отдайся мне. И я стараюсь для неё. Я хочу, чтобы Ангелина была довольна. Впервые со мной она проявляет хоть какие-то элементы нежности, и от такого нового ко мне проявления я стремлюсь быть лучше для неё.  Ангелина достала из меня свои пальцы. Я попыталась поднять голову, чтобы понять, куда он пошла, но она повернулась ко мне и пробормотала: - Лежать и не двигаться, девочка. Это мой приказ.  Я закрыла глаза. Шум в ушах стоит невероятный. Мне казалось, что прошла вечность, пока она рылась в своём чемоданчике. Её голос разрезал эту тяжёлую тишину: - Поднимись, - я приподнимаюсь на локти. На Ангелине был черный фаллоимитатор. В руках она держала бутылёк с жидкостью. Смазка.  - Будь хорошей девочкой и возьми его в рот. Если будешь проявлять себя хорошо, золотце, - она взяла меня за подбородок, - я позволю тебе смазать его смазкой, чтобы тебе не было больно. Если нет - войду грубо и без смазки. Выбор за тобой, девочка моя.  Без дальнейших промедлений, она взяла меня за голову. Резиновый член оказался у меня во рту. Не могу сказать, что женщины с членом меня привлекают, но пока есть понимание, что член ненастоящий, то его наличие у меня во рту меня особо не беспокоит.  Я встаю на колени и придвигаюсь ближе. Ангелина зря времени не теряет: она сжимает мои ягодицы правой рукой и опять впивается в них своими ногтями. Как только я взяла фаллоимитатор в рот, она шлёпнула меня по правой ягодице одной рукой. Второй она держала меня за волосы и постоянно придвигала меня ближе, чтобы я могла заглотнуть всю длину «прибора». Выхода у меня не оставалось, времени на раскачку тоже не было. Пришлось брать весь целиком. Когда я это сделала, я чуть не задохнулась: Ангелина не мелочилась, выбирая размер. Да и у меня не было особой практики.  Но я продолжала стараться. Я буквально давилась им, слюни текли по моему лицу, стекая с подбородка.  - Молодец, девочка, - шептала Ангелина. Она мягко провела рукой по моей спине, спускаясь к ягодице и шлёпнула меня с большим размахом. Вскоре, шлепки стали регулярными. Я чувствовала, как мои ягодицы горят от ударов, но мои стоны заглушал резиновый член у меня во рту.  С последним толчком она буквально сняла моё горло с искусственного члена. Ангелина налила смазку на него и приказала: - Хорошо промазывай. О тебе же забочусь, девочка, чтобы тебе больно не было. Я всё сделала так, как она сказала. Промазала каждый сантиметр фаллоимитатора и раздвинула перед ней ноги. Она раздвинула мои ноги и вошла в меня грубо и резко. Хорошо, что вошла хотя бы не на всю длину.  Ангелина ускоряется, мои тихие стоны переходят в крики. Ей было абсолютно всё равно: с каждым толчком она ускорялась. Её рука легла на мою шею, и своими ногтями она вновь впилась в меня. Ангелина душила меня, в голове становилось пусто и темно. Мысли путаются.  Я бы отключилась, но меня отрезвила пощёчина. Я пришла в сознание. Фаллоимитатор всё ещё был внутри, Ангелина также не сбавляла темп. Но тут, она остановилась. Она вышла из меня, сняла фаллоимитатор и вновь вошла в меня пальцами.  - Кончи для меня, девочка, - шепчет она, - я же чувствую, как ты близка. И она права. Я послушно кончаю для неё. Она улыбается и гладит меня по голове. - Надеюсь, ты не против, что я порезала тебе бельё серпом… - смеётся Ангелина. Смех у неё такой, будто она сам Дьявол. - Я сюда приезжаю не так часто, чтобы ты была против, - Ангелина начала одеваться, - а ты хорошая девочка. Почему терпишь всё это от меня?  Я молчу. А Ангелина смотрит на меня так пронзительно, будто в душу хочет заглянуть. - Вижу, что есть у тебя побуждения всё это закончить. Знаю я, золотце. Чувствовала, что надо появиться у тебя сегодня, иначе больше не увижу. А я бы, - она гладит мои губы своим большим пальцем, - очень бы не хотела такой исход. Такую послушную и терпеливую ещё бы найти.  Я киваю головой. Она и вправду чувствует людей. Меня уж точно, потому что появилась она как раз вовремя.  Ангелина сложила все свои инструменты в чемодан. В глубине я ждала чего-то, что выбивалось из её поведения: объятия, поцелуя в лоб, чего угодно… Но она только ухмылялась и смотрела на меня. - Проводи меня, золотце, - она направилась к выходу. Я пошла за ней.  Ангелина уже почти ушла, но резко повернулась ко мне, взяла за подбородок и осмотрела меня. На моём лице остались отпечатки ладоней от пощёчин, на шее следы от ногтей и зубов. Она хмыкнула и отпустила меня. - До встречи, золотце, - с этими словами она закрыла за собой дверь и ушла. Я слегка осела на пол. Не понимаю, на что я надеюсь, почему именно этот раз будет другим. Но я сама на это подписалась, поэтому я вздыхаю и иду в спальню, чтобы убрать разрезанный Ангелиной лифчик. Жаль этот комплект.  Мои мысли прервал звук уведомления. Мне пришла сумма от Ангелины. Перевод был подписан следующим образом: «На бельё, которое я смогу разрезать без мук совести» Я улыбнулась. Значит, следующий раз всё-таки будет. Эта мысль перебила все мысли про разрезанный лифчик, следы на теле и, в целом, все переживания. Она придёт, просто надо ждать, пока я снова не взвою от отчаяния и не попытаюсь вновь разорвать связь. Тогда она услышит это и придёт снова, я уверена.