Последняя капля: о кофе и симпатичной бариста.

      Кофе по утрам был для Кейтлин чем-то вроде воздуха. Конечно, она могла бы готовить его дома: просыпалась она рано, любимая кофемашина отлично работала, а количество разного зернового кофе на любой вкус в ее квартире могло тягаться с любыми пафосными кофейнями города. Но все же, брать кофе по дороге на работу было ритуалом, крупицей чего-то неизменного в водовороте событий, окружающих Кейтлин каждый день. Когда ты помощник прокурора, ни один день не проходит так же, как и предыдущий, и иногда Кейтлин задумывалась, не хочет ли она к чёртовой матери уволиться и найти себе обычную офисную работу, чтобы просто выполнять одни и те же задачи изо дня в день.       Конечно, она понимала, что у неё не получилось бы работать пять-два в офисе. Она бы поработала дня три, потом нашла бы несостыковки в отчётах и разнесла бы к чертям всю контору, уличив её в уклонении от налогов.       Бормоча себе под нос что-то вроде «сегодня и займусь разносом одной такой», Кейтлин дернула на себя дверную ручку кофейни, в которую заходила последние пару лет перед работой, чтобы взять американо без сахара и какой-нибудь десерт. Дверь не поддалась, и Кейтлин дернула сильнее. Когда дверь всё же не открылась, Кейтлин сделала шаг назад, чтобы осмотреть дверь на предмет вывески «перерыв 15 минут», но вместо этого крупными буквами на двери было написано «МЫ ЗАКРЫЛИСЬ».       Повинуясь какой-то дурной мысли в голове, Кейтлин дернула ручку еще раз, будто не веря, что это правда. Это было её любимое место, пусть не с самым лучшим кофе в городе, но с самой уютной атмосферой и приятной бариста, которая наизусть знала, что будет брать Кейтлин, как она будет расплачиваться и что лучше написать на стаканчике.       Положив пальцы на переносицу, Кейтлин обреченно вздохнула. Обычно у нее продумана целая куча шагов наперед, но вот что делать, если закроется любимая кофейня она понятия не имела. Так далеко даже она планов не строила. Эта кофейня находилась в идеальной доступности от метро, и за пройденное расстояние Кейтлин успевала допить кофе и избавиться от стаканчика ровно перед тем, как достать из кармана проездной. Всё её утро было идеально расписано до мелочей, а теперь придётся менять не только маршрут, но и весь утренний распорядок.       — Ладно, — пробормотала она, доставая телефон. — Наверняка где-то рядом есть еще одна кофейня, на которую я просто не обращала внимания.       Карты любезно сообщили ей, что достать кофе можно хоть в соседнем здании, но стоило Кейтлин туда дойти, как она столкнулась с огромной очередью толкающихся студентов, каждый из которых брал для себя, для соседа по комнате, а некоторые будто на всю группу разом. В отчаянии Кейтлин просто осмотрелась по сторонам. Ей просто нужен был стаканчик американо. Вечером она приедет домой, откроет карты на большом мониторе компьютера, найдет новую ближайшую кофейню и построит новый маршрут, но для этого нужно было пережить это утро.       «Теперь у нас есть кофе по утрам!» сообщила ей надпись мелками на соседней от кофейни двери. Кейтлин недоверчиво подняла глаза на вывеску.       «Последняя капля» была тем самым баром, куда эти же самые студенты сбегались после учебы, чтобы залить горечь несданной сессии или пожаловаться на злобных профессоров. Кейтлин знала это место и всегда обходила его стороной — для неё там не было ничего нужного. Если ей нужен был алкоголь, она брала бутылку дорогого вина из семейной коллекции, если нужно было кому-то выговориться — звонила Джейсу, у которого просто не было выбора.       Криво нарисованная чашка кофе, однако, намекала на то, что теперь у них есть что-то, что Кейтлин просто необходимо. Она еще раз посмотрела на очередь студентов, которая стала ещё длиннее и еще яростнее, кинула грустный взгляд в сторону закрывшейся кофейни, и, сделав глубокий вздох, дернула на себя дверь бара.       Звякнул колокольчик. Кейтлин осмотрелась. В тусклом помещении бара не было никого, кроме спящего за одним из столов крупного мужчины, и Кейтлин начала жалеть, что вошла. Деревянные столики были раскрашены голубыми и синими мелками так, что уйти не заляпавшись можно было только если ты ни на секунду не присел. Ботинки прилипали к полу, и Кейтлин надеялась, что это просто разлитый коктейль остался не вытертым с прошлой ночи, а не что-то иное.       Единственное, что Кейтлин показалось приятным, это запах. В баре пахло свежей сладкой выпечкой, хотя нигде не было даже ни намека на её присутствие.       — Доброе утро, — бодро раздалось со стороны барной стойки.       Кейтлин перевела взгляд и на секунду забыла все претензии, которые намеревалась оставить этому заведению в отзывах на всех доступных площадках.       Она привыкла, что все бариста в кофейнях — это милые юные девушки, для которых делать кофе — это подработка, после которой они побегут на учебу или свидание. Она привыкла, что все они, как на подбор, носят бежево-коричневые фартуки, светлые волосы и улыбаются так, будто их щеки прилепили скотчем к ушам — натянуто и совершенно не искренне.       Она совершено не привыкла видеть бариста с пирсингом и андеркатом, в кожаной куртке и с татуировками на предплечьях. Она не привыкла видеть такую улыбку, скорее даже ухмылку, будто она пришла не за кофе, а за…       Кейтлин остановила свои мысли и постаралась привести их в порядок. Конечно, это же не кофейня. Это бар, да еще и не с самой лучшей репутацией. Кого она ожидала тут увидеть?..       — Земля к посетителю, — все с той же ухмылкой произнесла девушка за стойкой. — Вы, может, искали дверь в кофейню? Она соседняя.       Кейтлин приподняла бровь.       — На вашей двери написано, что у вас есть кофе.       Девушка за стойкой взглянула на неё с таким удивлением, будто она понятия не имела, что написано на двери, и это чей-то глупый розыгрыш. Кейтлин уже тоже начала задумываться о таком варианте.       — Есть, — кивнула девушка. — Просто вы выглядите так, будто хотели бы кофе из нормального места.       Кейтлин, конечно, хотела бы именно этого, но тон бариста почему-то задел её.       — Я бы хотела сама решить, из какого места я хочу кофе. Если у вас он есть, то американо без сахара, пожалуйста, среднего размера.       — Хорошо, что-нибудь еще? — неожиданно обыденным голосом ответила бариста. Или она все же бармен, раз это бар? Кейтлин не определилась, как называть ее в своей голове. — Может, кексик к кофе? Мой отец только что испек, они довольно вкусные. С вишней.       Кейтлин хотела отказаться, но поняла, что, наверное, поэтому в помещении так приятно пахло. Она все равно каждое утро брала что-нибудь сладкое к кофе, зачем делать исключение, если ради сохранения утренней рутины она сунулась аж сюда?       — И кексик к кофе, хорошо, — кивнула Кейтлин.       Ухмылка девушки превратилась в искренне радостную улыбку.       — Спасибо, — произнесла она, и Кейтлин в очередной раз забыла, зачем она тут, и что ей потом на работу. Серые глаза бариста завораживали, и почему-то Кейтлин была уверена, что там, под курткой, скрываются руки, которые привыкли таскать ящики с выпивкой, а не нажимать кнопки на кофе-машине.       — За что? — тупо переспросила Кейтлин и отвела глаза, прекрасно понимая, что неприкрыто пялится.       — Вандер, ну, то есть мой отец, всегда очень переживает, что его выпечка недостаточно хороша, но я тебе гарантирую, стоит дать ей шанс, и ты без неё жить не сможешь, — ответила девушка, после чего на несколько секунд скрылась в районе кухни. Вышла она оттуда с пакетиком и маркером. — Что написать на стаканчике? Вандер говорит, так делают во всех кофейнях, и, если мы хотим привлекать утренних клиентов, нужно быть как они.       Кейтлин хмыкнула и не сдержала улыбки, хотя фамильярный тон неприятно царапнул слух. Они не то, что не знакомы, Кейтлин — клиент, и привыкла слышать в свой адрес вежливое «вы», но в данном случае она понимала, что указывать на эту ошибку будет бесполезно.       — Обычно на стаканчиках пишут имена, чтобы не перепутать заказы, но я тут одна, не считая… — она махнула рукой на спящего позади неё мужчину.       — У Лориса сегодня вечерняя смена, не осуждай его, — рассмеялась девушка. — Тогда какое имя мне написать?..       — Кейтлин. А ты.? — Кейтлин осмотрела девушку на наличие бейджика, но не нашла его, зато смогла получше рассмотреть татуировки, которые переходили на шею, дразняще выглядывая из-под ворота футболки.       — Вайолет, но можно просто Вай, — ответила девушка. — Обычно меня тут и так знают, но, кажется, придется попросить сестру смастерить мне бэйджик. Вот, держи, кексик. Кофе сейчас будет.       После этих слов Вай повернулась к кофемашине и, неожиданно для Кейтлин, скинула куртку, обнажая плечи и покрытые татуировками руки. Как Кейтлин и думала, это были не просто бессвязные татуировки, а единый узор, где самое главное было скрыто футболкой. Кейтлин попыталась отвести взгляд, но в конце концов решила, что ничего такого в этом нет. Она просто наблюдала, как ей делают кофе, ничего более.       Взяв банку с кофе, Вай высыпала на небольшие кухонные весы нужное количество, затем, убрав из получившейся кучки пару зерен, пересыпала всё в кофемолку. Кейтлин отметила для себя, что в предыдущем месте кофе уже заранее шел молотым, и почти вся работа бариста ограничивалась нажатием кнопок.       — Мы только недавно завели эту машинку, — сказала Вай, пересыпая молотый кофе в холдер. — Я привыкла к растворимому кофе из пакетиков, но Вандер настоял на том, что нам нужен сюда целый космолёт. Пришлось учиться им пользоваться. Кажется, я столько кофе в жизни не пила, как во время обучения. Зато моя сестра в восторге. Она своего рода кофеиновый наркоман, для неё это топливо.       Взяв темпер, Вай с некоторым усилием надавила на кофе в холдере. На секунду мышцы на её руках напряглись. Кейтлин сглотнула слюну. Сомнения пропали, и теперь Кейтлин была уверена на все сто, что в вечернее время суток Вай помогает с разгрузкой ящиков и легко выносит из бара нежелательных личностей.       — Надеюсь, выйдет хорошо, — Вай ткнула на одну из кнопок, запуская пролив, а затем, вставив холдер в кофемашину, нажала на финальную кнопку. Кейтлин с усилием оторвала вгляд от её спины, сделав вид, что её очень интересует местный антураж. — Оух, забыла кружку.       Вай быстро подставила ёмкость, в которую начал течь кофе, и чуть виновато улыбнулась, потирая затылок.       — Спасибо, что заказала кофе без молока. У меня все плохо с рисунками на пенке, постоянно какая-то сра… Некрасиво получается, короче.       Налив в стаканчик необходимое количество горячей воды и вылив туда свежий кофе, Вай, открыв маркер зубами, что-то там накорябала, пожевывая пластиковую крышечку.       — Вот, американо. Попробуешь?       Кейтлин мгновенно сделала, что ей сказали, и с удивлением обнаружила, что кофе получился неплохим. Не самым лучшим, который она пробовала, но ничем не уступающим тому, к какому она привыкла.       — Хорошо вышло, — сказала Кейтлин и сделала еще один глоток. Теплота кофе приятно разлилась по телу.       — Рада, что понравилось, — радостно улыбнулась Вай, чем напомнила Кейтлин соседского лабрадора. — Оплата картой?       Кейтлин кивнула, и, прикладывая карту к терминалу, не смогла избавиться от мыслей, что вместе с кофе ей понравилось и само зрелище. Может быть эта кофейня, превращающаяся вечером в бар, как принцесса в тыкву, и не самое плохое место. Оно было близко к метро, цены тут были даже ниже, чем она привыкла, плюс кофе оказался весьма хорош.       — Во сколько вы обычно открываетесь? — спросила Кейтлин, делая шаг к выходу.       На лицо Вай снова наползла та самая ухмылка, которая была в самом начале.       — Обычно в восемь, но если у нас будет клиент, ради которого нужно открыться пораньше, то…       — В восемь нормально, — выпалила Кейтлин. — Спасибо. Буду знать.       — Тогда приятного тебе дня, Кейтлин, — еще шире ухмыльнулась Вай и подмигнула. — Увидимся.       Кейтлин кивнула, ощущая себя школьницей, которую позвали на первое свидание. Что это вообще было? Флирт? Доброжелательность? Что-то еще? Пройдя несколько метров вперед (мимо кофейни, очередь в которой меньше не стала), Кейтлин посмотрела на стаканчик, и наконец-то увидела, что на нём написано.       Рядом с её именем Вай нарисовала несколько кексов, а вместо вишенок на креме изобразила сердечки.       — Боже, — выдохнула Кейтлин, прикрыв ладонью лицо. — Со мной действительно флиртовали.              ***       Следующим утром Кейтлин пришла снова, и хотя с одной стороны она убеждала себя, что это — вынужденная мера, пока она не найдет другую нормальную кофейню, с другой стороны она думала, что и эта тоже ничего. И кофе хороший, и выпечка, и бариста.       В этот раз на Вай была ярко-малиновая клетчатая рубашка, рукава которой она закатала до локтей, и кожаные перчатки без пальцев, которые она как раз снимала, когда Кейтлин вошла.       — О, привет, — улыбнулась Вай, стягивая перчатку и разминая пальцы. — Я только вот приехала, не успела переодеться в рабочее.       — Привет, — выдавила из себя Кейтлин, понимая, что все начинается по новой — она старается не пялиться, но проваливается с треском. — Тебе и так очень… идёт эта рубашка. Подходит к твоим волосам.       Вай хмыкнула, оглядев рубашку будто в первый раз.       — Спасибо. Тебе как вчера, кексик?       — И американо.       — Заказ принят, ожидайте~ — произнесла Вай, и сцепив руки и подняв их над головой, потянулась. Футболка под рубашкой поднялась, приоткрыв полоску кожи.       На этот моменте Кейтлин поняла, что проиграла битву. Окончательно и бесповоротно.       В этот раз кофе был даже лучше, чем вчера, а кекс с малиной — слаще, чем вчерашний с вишней. Сторона, которая отказывалась искать другую кофейню, победила.       Тем более, что на стаканчике с кофе снова были нарисованы сердечки.       ***       Утренняя рутина изменилась, и у Кейтлин не было ни одной причины жаловаться.       Путь от «Последней капли» до метро занимал меньше времени, чем от предыдущей кофейни, а стаканчик с кофе был стандартным, и уже на третий день Кейтлин поняла, что не успевает допить его, чтобы выкинуть перед входом в метро. Приходилось стоять рядом с дверьми еще какое-то время, прежде чем кофе заканчивался, и эту несостыковку в плане Кейтлин решила довольно простым способом — начинала пить его прямо там, в баре, оставаясь на лишнюю минутку.       Ей нравилось болтать с Вай перед работой. Ей нравился этот лёгкий флирт, сердечки на стаканчиках, подмигивания и мимолетные прикосновения пальцев. Кейтлин не могла вспомнить, когда в последний раз с ней флиртовал кто-то её возраста, кто-то, кто не пытался заговорить ей зубы, чтобы не получить срок за подделку чеков.       Конечно, Вай могла флиртовать так с каждым посетителем, но Кейтлин ощущала, что именно между ними вспыхивала крошечная искорка.       Ей нравился кофе, нравились кексики, и нравилась Вай.       У Кейтлин не было привычки влюбляться только во внешность, обычно она сразу обращала внимание на характер, но с Вай вышло немного наоборот. Сначала случился тот самый «краш» (о котором Кейтлин думала, что он случается только с подростками, взрослые люди так не умеют), а потом всё постепенно переросло в нечто большее. Взгляды становились дольше, разговоры — глубже, и иногда Кейтлин вообще не хотелось покидать «Последнюю каплю». Ей хотелось послать работу к чертям и остаться пить кофе, слушая, как Вай жалуется на сестру, на отца, на то, как они её все задолбали, но она всё равно их любит. Смотреть, как Вай протирает чашки, как в очередной раз спрашивает, кому вообще может хватать такой крошечной чашечки эспрессо, и как эту чашечку неудобно отмывать.       Но каждый раз, вместо того, чтобы решиться и позвать Вай на свидание, Кейтлин прощалась и шла к метро, чтобы приехать на работу, зарыться в бумаги и ненавидеть весь мир вокруг.       ***       В один из дней Кейтлин решила, что с неё хватит. Работа не приносила никакого удовольствия, сваливала на её голову кучу дополнительных проблем, а в последнее время вынудила ввязаться во внутренние конфликты с коллегами, по итогу которых она оказалась самой крайней. Еще немного, и она застрелила бы кого-то прямо на рабочем месте.       Мысли роились у нее в голове агрессивными осами, кусали обрывками фраз «ты сама виновата», «это же твоя работа» и «что сказала бы мама», и Кейтлин уже не могла их выносить. Был поздний вечер, ей пришлось сильно задержаться, а факт того, что сейчас она вернётся в свою тихую квартиру и останется с мыслями наедине пугал до дрожи в коленках.       Ей нужно было на что-то отвлечься. Заглушить рвущиеся наружу эмоции. Что люди обычно делают в таких ситуациях, когда вариант «зарыться в работу по самые брови» больше не работает?       Ответ пришел к ней довольно быстро в виде небольшой кучки пьяных студентов, вываливающихся из метро вместе с ней. Студенты были громкими, от них пахло кислым пивом, сигаретами и сладким, но они выглядели до того счастливо и беззаботно, что Кейтлин ощутила невероятную зависть. Где была она в этом возрасте? Дома, в бумагах, курсовых, дипломах, отчетах и прочем, что сейчас не имело никакого смысла. Веселилась ли она вот так хоть раз с друзьями? Она хотя бы раз выпивала вне дома, возвращалась навеселе? Конечно же нет. Хорошая дочь никогда не вернулась бы домой пьяной.       — К черту. — пробурчала она себе под нос, быстрым шагом идя от метро до места, которое казалось ей наиболее приятным в этот момент.       Из «Последней капли» доносилась громкая музыка и много голосов. Кейтлин уже почти забыла, что изначально это место — бар, а утром никого нет просто потому, что основной контингент по утрам отсыпается после вчерашнего. Утром все заведение было как будто только для неё. Вай разговаривала только с ней, Кейтлин могла сесть где угодно, все столики были пустыми, и иногда Вай даже спрашивала, какую музыку поставить на фон. Сейчас же все столики были заняты, музыка била по ушам, а Вай, обычно лениво протирающая стаканы, была нарасхват.       Разглядывая людей, Кейтлин понимала, насколько же на самом деле они из разных миров. Обилие красок, разноцветных волос, блестящего в свете ламп пирсинга просто кричало о том, что если бы Кейтлин не была в верхней одежде, все подумали бы, что она пришла с проверкой, и ни один уважающий себя бармен бы ей не налил. Кейтлин захотелось сорвать свои погоны и утопить их на дне самого большого стакана, но пока что она просто стояла посреди бара, наблюдая за Вай, чьи руки настолько быстро справлялись с работой по смешиванию коктейлей, что Кейтлин не успевала понять, где какой ингредиент.       Готовя кофе, Вай делала все медленно и осторожно, будто боясь положить в кофемолку лишнее зернышко, а готовя коктейли Вай почти не смотрела на то, какие бутылки брала, настолько отработанными были ее движения. Это завораживало, и Кейтлин показалось, что она может вечность наблюдать за тем, как Вай работает, будь это приготовление одной чашки кофе или трех коктейлей за минуту. Освещение помещения тоже сыграло свою роль в восприятии происходящего: утром в баре было светло, лампочки горели обычным привычным светом, было уютно и тепло, но вечером свет тускнел, добавлялся неон, подсвечивая рисунки на стенах, которых Кейтлин даже никогда не замечала. Вай будто светилась в этом неоне, и Кейтлин подумала, что сейчас она выглядит еще круче, чем обычно, хотя казалось бы, что круче уже некуда.       Кейтлин сделала над собой усилие и продвинулась вперед, чтобы подойти к барной стойке. Несколько мест оказались свободны, и Кейтлин устало присела на самое крайнее, понятия не имея, что делать дальше. В фильмах посетители баров подзывали бармена взмахом руки и просили налить самого лучшего, но Кейтлин всегда казалось, что это очень карикатурно. Плюс, насколько бы Кейтлин не любила «Последнюю каплю» как кофейню, как бар это заведение все еще вызывало у нее подозрения.       Но не успела она придумать, что же хочет выпить, как услышала:       — А вам чего нали-… Оооу, кексик?       Кейтлин подняла глаза и встретилась взглядом с Вай, чье лицо одновременно выражало беспокойство и заинтересованность.       — Одного в день мне хватит, спасибо, — улыбнулась Кейтлин, запоздало поняв, что Вай совсем не про это. — Ну то есть… Эм… Привет?       Вай улыбнулась ей в ответ, и эта улыбка была лучшим, что Кейтлин видела за последние несколько часов.       — Какими судьбами? — спросила Вай, закидывая на плечо полотенце, которым протирала ладони.       — Я слышала, что люди приходят в бар, когда их достала их жизнь и они хотят залить печаль чем-нибудь покрепче, — выдохнула Кейтлин, подпирая щеку ладонью. — Есть мысли, как это провернуть?       — Ох, детка, — Вай улыбнулась еще шире, — ты по адресу!       Вай взяла какую-то из стоявших позади неё бутылок, шейкер и что-то еще из холодильника под барной стойкой, проделала какую-то магию с переливанием одного в другое, и меньше, чем через минуту перед Кейтлин уже стоял коктейль в высоком бокале с кусочком ананаса и бумажным зонтиком.       — Это не похоже на «что-то покрепче», — приподняла бровь Кейтлин.       — Это пина колада, — объяснила Вай, вставляя в бокал трубочку. — Не уверена, что тебе нужно наливать чистый виски. Начни с чего-то простого.       Оглядев коктейль со всех сторон, Кейтлин сделала небольшой глоток.       — Ого. Сладкий.       — Прямо как ты! — подмигнула Вай. Кейтлин ощутила, как заливается румянцем. — Что-нибудь еще? Если что, сегодня я тут на всю ночь.       — Когда же ты спишь, если утром всегда на смене?..       — Обычно я иду спать сразу после того, как ты уходишь, — пожала плечами Вай. — Не могу уснуть, пока не увижу любимого посетителя с утра. Наслаждайся, если понравится, сделаю еще.       На этой фразе Вай повернулась к другим посетителям, которых откровенно игнорировала последние пять минут, а Кейтлин еще несколько секунд переваривала их диалог, после чего всё же вернулась к коктейлю, который оказался очень даже вкусным.       Спустя еще парочку коктейлей Кейтлин наконец-то поняла, почему люди идут в бары после трудных смен на работе: ей было невероятно легко. Она даже смогла перекинуться с кем-то парой слов, поддержала беседу, хотя и недолгую. Проблема появилась только тогда, когда Кейтлин захотела уйти. Встав с места, она поняла, насколько на самом деле пьяна: комната кружилась, а ноги отказывались ходить прямо, и ей пришлось ухватиться за стойку, чтобы не упасть.       — Кажется, кому-то хватит, да? — раздался голос над самым ухом. — Я провожу тебя. Не хочу, чтобы что-то случилось, я же потом себя не прощу за то, что вообще налила тебе.       Кейтлин ощутила ладонь Вай на своей талии, и хотя ей мгновенно стало очень стыдно за то, что она не стоит на ногах, сказать ничего внятного она не смогла.       — Спасибо, — произнесла она, опираясь на Вай. — Я живу недалеко.       Кто-то крикнул, что Вай обнаглела уходить с рабочей смены с какой-то женщиной, на что Вай развернулась и ответила что-то, что Кейтлин не разобрала, но предложение точно содержало очень много нехороших слов.       Они вышли на свежий воздух, и Кейтлин сделала глубокий вдох. Звездное небо над головой троилось, лун тоже было несколько. Сколько она выпила? Три коктейля? Наверняка это просто ничтожное количество для постоянных посетителей «Последней капли».       — Как ты? — заботливо спросила Вай, не отпуская ее талию даже тогда, когда они начали не спеша идти.       — Легче, — честно призналась Кейтлин, кладя руку на плечо Вай, чтобы проще было двигаться. Со стороны могло показаться, что Кейтлин не пьяна, она просто подвернула ногу или что-то типа того. — Думаю, завтра я не выйду на работу. И потом не выйду. И вообще уволюсь к черту. Что это за жизнь такая, когда почти ничего не радует?!       Вай хмыкнула, поудобнее перехватив руку Кейтлин на своем плече.       — Почти?       Кейтлин вздохнула, взглянула на Вай, а затем перевела взгляд куда-то вдаль.       — Единственное, что радовало меня последний месяц, это очень симпатичная и добрая бариста, которая заботливо делала мне кофе каждое утро.       — Ого, — тихо выдохнула Вай. — Симпатичная бариста, значит?       Кейтлин кивнула, прекрасно понимая, что никогда бы не сказала ничего такого будучи в трезвом уме.       — Очень. А когда она снимает рубашку и остается в футболке, у меня сердце останавливается.       Вай издала странный звук, похожий на хихикание и удивленный возглас одновременно, и чуть сильнее прижала Кейтлин к себе.       — Да, она часто ходит в спортзал, — с нескрываемой гордостью в голосе произнесла Вай. — Если мы, конечно, об одной о той же бариста говорим. О той, которая каждое утро ждет, чтобы сделать американо без сахара?       — И нарисовать кексик на стакане… — едва слышно пробубнила Кейтлин.       — Рада, что мы на одной волне. Мы правильно идем?       Кейтлин осмотрелась, максимально сфокусировав взгляд, и то, что они действительно уже почти пришли скорее расстроило, чем обрадовало.       — Да, мы почти у входа, — с грустью произнесла она, и с еще большей грустью ощутила, как Вай убирает руку с ее талии. Тепло чужого тела пропало, и впервые в жизни Кейтлин ощутила, как сильно в нем нуждалась на самом деле. — Спасибо, что проводила.       — В любое время, кексик, — улыбнулась Вай. — Когда утрясешь рабочие проблемы, может, позовешь ту бариста на свидание? Кажется, ей бы понравилось твое предложение.       Кейтлин захотелось позвать ее прямо здесь и сейчас, но свежий воздух выветрил из ее головы слишком уж импульсивные мысли. У нее впереди еще целый этап проблем с увольнением, и этот ворох негативных эмоций — не самое лучшее, с чем стоит идти на свидание.       — Обязательно позову, — кивнула Кейтлин, неожиданно для себя сделав шаг вперед и проведя пальцами по щеке Вай. Вай же, перехватив ее пальцы, невесомо коснулась их губами.       Все произошло буквально за секунду, и если бы оно продлилось хотя бы еще пару мгновений, Кейтлин не сдержалась бы и выпалила наверняка что-то невразумительное, но Вай отпустила ее ладонь, и сделала несколько шагов назад.       — Я подожду, пока ты зайдешь в дом, и побегу обратно, — сказала Вай, засовывая руки в карманы куртки. — Паудер наверняка рвет и мечет, что меня нет так долго.       После небольшой паузы, она добавила:       — Если что, это моя сестра.       Кейтлин тихонько засмеялась.       — Я помню. Доброй ночи, Вай.       Когда Кейтлин вошла в дом, первым, о чем она подумала было «завтра же пишу заявление». Второй мыслью было «а как пригласить на свидание», а третьей — что завтра она не зайдет в «Последнюю каплю» с самого утра. Так скоро видеть Вай она просто не сможет.       ***       Дальнейшие дни слились в один противный мерзкий комок слухов, домыслов и уговоров. Ей обещали поднять зарплату, ей грозили, что она больше не найдет себе работу. Её умоляли остаться, но Кейтлин была непреклонна. Пусть она не сможет работать в офисе пять на два, но ведь есть и другие интересные работы, незачем загонять себя в рамки. Плюс у ее семьи хватает сбережений, чтобы не бедствовать еще довольно долго, если с работой не будет получаться.       И все эти дни Кейтлин воздерживалась от походов в «Последнюю каплю». Не потому, что перестала пить кофе, или потому что сладкое ей разонравилось, а потому что боялась, что еще не время. Нужно было подгадать идеальный момент, прийти в правильный час, сказать те самые слова. А из слов последнюю неделю она чаще всего говорила «нет» или «точно нет».       Но день настал, заветная бумага с печатью об увольнении была на руках, а старая сим-карта — выброшена в мусор. Сердце готово было выпрыгнуть из груди от радости и предвкушения.       Кейтлин никогда не заходила к Вай в дневное время суток, обычно это было ранее утро, и Кейтлин помнила, что днем Вай спит, но всё равно хотела попытать удачу, поэтому, когда толкнула дверь бара и не увидела за стойкой знакомое лицо, расстроилась не сильно. Наверное, Вай просто спала и видела десятый сон.       Девушка за стойкой с длинными голубыми волосами (Вай говорила, что её зовут Паудер) выглядела скучающе и совершенно не стремилась завести разговор. Чтобы хоть как-то сгладить глупое молчание, Кейтлин сделала вид, что рассматривает витрину с выпечкой, которая по утрам обычно еще пуста. Вай выносила ей свежую выпечку прямо с кухни.       — Кексик? — спросила Паудер, разглядывая маникюр.       — Да? — отозвалась Кейтлин и тут же об этом пожалела.       Лицо Паудер осталось непроницаемым, хотя было видно, как отчаянно она пытается не рассмеяться.       — Кексик, спрашиваю, будете?       Кейтлин захотелось провалиться сквозь землю. Уйти, хлопнуть дверью, упасть дома лицом в подушку и хорошенько прокричаться о том, какая она дурная. Но, как и Паудер, она постаралась держать лицо.       — Ах, нет, спасибо. Вай сегодня… Не здесь?       Если бы в мире существовал конкурс по самому карикатурному закатыванию глаз, Паудер взяла бы самый первый приз, Кейтлин была в этом уверена.       — Вай недавно расквасили лицо, когда она пыталась вывести одного пьяницу на улицу, — равнодушным тоном произнесла она, разведя руками, и, не дав Кейтлин сказать и слова, продолжила, — ничего такого, просто Вай, как обычно, блокирует лицом, так и не научилась защищаться другими частями тела. Так что теперь утром и днем она за кассу не встает, боится отпугнуть посетителей.       Кейтлин попыталась представить, как Вай храбро выводит какого-нибудь отморозка из бара, получает в лицо, влезает в драку… С одной стороны в голове все это звучало круто, с другой — Кейтлин прекрасно понимала, как больно получить по лицу. На рабочих тренировках она частенько получала синяки, ссадины и даже фингалы.       — Мне что-то для нее передать? — учтиво поинтересовалась Паудер, улыбнувшись.       — Передавай ей, чтобы поправлялась, — кивнула Кейтлин, и уже собралась уходить, как Паудер вдруг повернулась лицом в сторону кухни, набрала в грудь воздуха и прокричала:       — Вай, тут твой любимый кексик желает, чтобы твое великолепное личико скорее зажило, чтобы вы могли…       Продолжить она не успела. Вай злобным вихрем вылетела из кухни, накинувшись на сестру, как на самого страшного врага, и Кейтлин даже не успела разглядеть, все ли так плохо у нее с лицом.       Возня под барной стойкой длилась всего несколько секунд. Кейтлин надеялась, что все это не выльется в еще большие травмы, но все обошлось только распущенными косичками и смазанным макияжем Паудер, которая хоть и проиграла схватку — все равно была жутко довольна собой.       Вай показалась из-под барной стойки с несчастным видом голодного кота. Кейтлин наконец-то увидела, что на переносице и на брови у нее были пластыри, но в остальном ничего больше. Если травмы и были, то уже почти зажили.       — Привет, — улыбнулась Кейтлин, и взгляд Вай перестал быть таким несчастным. — Как ты?       Вай потерла затылок и вздохнула.       — Бывало и лучше. А ты? Тебя давно не было, я уже начала скучать.       Паудер сделала вид, что ее тошнит, но Вай либо не заметила этого, либо решила проигнорировать сестру.       — Была занята увольнением, и вот, как обещала…       Вай расплылась в улыбке, а глаза заблестели радостью.       — Хах. Паудер, прости, но до вечера ты дорабатываешь одна. Кажется, намечается свидание.       С этими словами Вай ловко перемахнула через барную стойку, оказавшись совсем близко к Кейтлин. Кейтлин, в свою очередь, хоть и не ожидала такого, отступать не стала, и уверенно взяла Вай под локоть.       — Свидание? — произнесла Паудер таким тоном, будто Вай говорила про оживших динозавров. — У тебя?       — Ну точно не у тебя, — хохотнула Вай, за что получила брошенную в лицо тряпку. — До вечера!       Она потянула Кейтлин на улицу под ругань сестры, и как только за ними закрылась дверь — посмотрела Кейтлин прямо в глаза, выражающие одновременно удивление, восторг и обожание, после чего довольно кивнула.       — Да, выглядишь счастливее, — произнесла она с нежностью в голосе.       — Естественно, — ответила Кейтлин, не отпуская ее руки. Тепло, которое она ощущала той ночью, когда Вай ее провожала, вернулось, и она не хотела так быстро снова его терять. — Я веду свою любимую бариста на свидание.       Кофе был неотъемлемой частью жизни Кейтлин, но она и подумать не могла, что вместе с новой кофейней найдет для себя не только персональную бариста, которая будет знать, как именно она любит свой американо, но и девушку, которая будет знать, где она любит этот американо пить, а когда стоит поменять кофе на какао или пина коладу.       — Уже нашла новую работу? — спросила Вай, когда они немного отошли от «Последней капли».       — Еще нет, — честно ответила Кейтлин. — А что?       Вай загадочно улыбнулась.       — Да так, Вандер попросил меня найти нам… Как бы сказать… Человека, который сможет помочь с расчетами и подсчетами, а то он вечно занят, а мы с сестрой слишком… не про это вот всё. Подумала, может тебе будет интересно… — Вай сделала небольшую паузу, глядя на то, как меняется выражение лица Кейтлин. — Если что, мы готовы платить деньгами, а не только кофе!       Кейтлин хихикнула.       — Это немного не моя сфера, но я готова работать за деньги, кофе и твое внимание.       Восторгу Вай не было предела, а Кейтлин ощутила прилив чего-то очень хорошего, что было похоже на радость и предвкушение. Может быть, теперь ее дни не будут настолько однообразными. Дни, проведенные с Вай, уж точно обещают быть интересными.