поцелуи в шею для гладкой и здоровой кожи

      джисон не любит календарные праздники. ему не нравится ограничивать себя рамками, не нравится радоваться и веселиться в отведённые для этого дни. это не прикольно. но везде есть плюсы. рождество — отличный повод провести время с минхо только вдвоём.       с загруженным графиком редко выдаётся возможность остаться наедине. максимум завтракают вместе в молчаливой тишине, потирая сонные глаза, но это не то же самое, что ходить на свиданки или хотя бы просто проводить вечера перед телевизором.       минхо часто возвращается поздно, а джисон и вовсе зачастил ночевать в студии, чтобы не тратить утром время на путь к агентству. не то чтобы это долго и не стоит ночи в обнимку с минхо, но недосып играет слишком злую шутку с ним.       джисон иногда ловит себя на мысли, что раньше было легче, хотя всё казалось таким непонятным, оттого и сложным. он чётко помнит, как после выматывающих тренировок полночи гулял с минхо, а после ещё высыпаться умудрялся. возможно, просто был моложе. на что только не способен организм в затянувшемся пубертате, когда сердечки в глазах ярче звёзд на небе светят.       джисон из романтичных парней. и он очень скучает по прошлому, в котором у них с минхо было время друг на друга. не то чтобы теперь его нет, но теперь его меньше, и это чувствуется.       у джисона уже отчётливо заметен дефицит внимания минхо, у него даже кожа перестала быть такой гладкой от недостатка касаний. или он придумывает? в любом случае скучает.       джисон любит праздники, любит веселье в компании друзей, но спонтанно, а не по графику. он даже свой день рождения отмечает спустя пару недель после, дожидаясь выходных или просто момента, чтобы быть в ресурсе. для него это в порядке, и минхо знает. ему тоже нравятся такие раздвинутые рамки. это ново и прикольно.       только на календаре двадцать четвёртое, и джисона как никогда ярко пронзает ощущение праздника. не потому что минхо ещё неделю назад развесил мишуру и гирлянды по их общаге, не потому что из каждой микроволновки звучат рождественские песни, а потому что уже вечером они с минхо будут сидеть на диване в обнимку, есть салатики и жечь бенгальские огни. но последние два пункта — это так, атрибутика. без огней и салатиков тоже было бы классно. главное, что с минхо. остальное не так уж и важно. можно с пиццей, можно с колой, а можно с ведёрком мороженого в середине января под фильм о летних каникулах. или без фильма. это всё детали.

💔💔💔

      на часах шесть, на столе море еды, и джисон обходит его уже в третий раз, крадя очередной кусочек бекона. ему кажется, что он делает всё незаметно, но минхо замечает краем глаза и, когда хан отворачивается, тоже что-нибудь быстро бросает себе в рот. как будто не напробовался, пока готовил.       минхо выглядит мило в мягком свитере с оленями, в шапке с бубенчиком на конце, с мишурой на шее. джисон подходит к нему со спины, обнимает за талию, совсем немного приподнимая низ кофты, скользя по бокам пальцами, пока не цепляет их в замок. нос колет колючий «шарф», но джисон всё равно проводит им по кусочку голой шеи между свитером и мишурой.       минхо выкладывает овощи, которые нарезал, на красивое блюдце, и расслабляет руки, откладывая нож и отодвигая досочку. он запрокидывает голову назад, на плечо джисона, и молча стоит, ждёт, когда внезапный прилив нежности пройдёт. а джисон вообще не чувствует, что это пройдёт. ему хочется сгрести минхо в кучку и не выпускать из рук все выходные. и если бы не урчащий живот, так и сделал бы.       джисон целует его куда-то за ушком и отпускает, отходя в сторону, позволяя закончить накрывать стол. ему кажется таким комфортным просто молчать рядом с минхо, пока на фоне шумит телевизор, пока за окнами едва слышны радостные крики и хлопки салюта.       джисону иногда кажется, что они уже просто всё на свете обсудили. это немного пугало ещё пару лет назад. ну как это так? обо всём поговорили и теперь неловко молчать, жуя губы? так никогда, кстати, не было. было страшно, что будет, но не было.       джисон никогда не ищет тему лишь бы не молчать, не пытается поговорить лишь бы о чём-то. не с минхо. и это ощущается как что-то прекрасное. он просто обнимает его за плечи или целует куда-нибудь. в висок или в локоть. ну вот что под губами, туда и следует чмок. и так хорошо сразу. а если минхо ещё и в ответ целует, то как будто поговорили. не словами через рот. но касания — это ведь тоже диалог.       — ты чего застыл? — спрашивает минхо, открывая шампанское. — есть будем?       джисон кивает и в момент оказывается на диване в позе лотоса. забирает один из бокалов и смотрит на минхо снизу вверх, пока тот тоже садится рядом. они молча протягивают руки, стукаясь бокалами, и коротко чмокают друг друга в губы вместо поздравлений вслух.       джисон тянет в рот кусок сыра, накладывая себе в тарелку что-то вкусное и, пока минхо ищет канал, где показывают «один дома», кормит его с рук закуской, чтобы не скучал. хан довольно мычит, смотря ему в глаза, и это даже больше, чем сказать «очень вкусно». он целует минхо в щёчку, как бы благодаря за его старания на кухне, а тот кривится, вытирая пальцами масляные губы, которые только что оставили след на его лице.       джисон улыбается и сосредотачивается на еде, периодически посмеиваясь над забавными моментами фильма. его бедро очень удобно располагается на коленке минхо, и хотя кажется, что ближе уже некуда, он всё равно двигается ближе. конечно, ведь диван в почти два метра такой тесный.

💔💔💔

      на часах только девять, а они уже все дела переделали. подарками обменялись, пачку из-под бенгальских огней опустошили, до отвала наелись. пришлось даже пуговку на джинсах расстегнуть.       джисон лежит на его плече, пока минхо перебирает прядки его волос, время от времени целуя то в лоб, то в макушку.       — я сейчас лопну, — жалуется джисон.       — а как же десерт?       — ты про себя?       — я про кексики в духовке. тёплые ещё.       джисон поднимает голову и изгибает брови.       — ты что, с ноября из кухни не вылезал?       минхо улыбается глазами и плечами жмёт, мол, а что такого? джисон думает, что за жизнь столько не готовил, сколько минхо — за полдня. он поджимает губы, и его ладони съезжают с талии минхо назад, прижимаясь к пояснице.       — пойдём спать?       — спать? ты шутишь?       — а что? я уже сыт. осталось выспаться. и тогда это точно лучшее рождество в моей жизни, — лениво объясняет джисон, упираясь подбородком в грудь минхо и смотрит вверх взглядом просящего почесать себя за ушком пёсика.       — разве ты его хоть когда-то отмечал? — сомневается минхо и гладит его по щеке ладонью.       — ну конечно. с семьей, правда. хотя... ничего и не изменилось получается, — говорит джисон немного смущённо и ждёт, пока до минхо дойдёт и его взгляд из непонимающего превратится в изумлённый.       — ты имеешь в виду, мы типа семья? — переспрашивает он чуть тихо.       — ага. только без типа. или ты так не думаешь?       — думаю.       джисон тянется к его губам и оставляет на них звонкий чмок. он сжимает минхо в руках крепко-крепко, трётся щекой о его плечо и мягко прикрывает глаза.       — пойдём валяться, м?       — да, — хрипло отвечает минхо.       поднимаясь, джисон замечает его слегка розовые кончики ушей.

💔💔💔

      джисон лежит на минхо, закинув на него и руки, и ноги. он, чёрт возьми, мягче любой подушки. а хан уже отвыкать стал. и от того, как уютно спать рядом с минхо, и от того, насколько удобная их кровать. в отличие от маленького диванчика в студии.       джисон лежит и думает, что бо́льшего счастья с ним не случалось в жизни, но ему и не нужно. он лезет пальцами под свитер минхо, медленно проводит ладонью по его торсу, как будто пытается прощупать каждую клеточку его кожи.       джисон щупает минхо за бока, пересчитывает пальцами его рёбра, тихо хихикая в плечо, и тянется выше, оглаживая мышцы груди. он тычется губами ему в шею, высовывает кончик языка.       — ты разве не спать хотел? — хмыкает минхо, лёжа на спине с закрытыми глазами. он похож на игрушку-обнимашку в цепких руках джисона.       — ну какой спать? время-то детское, — цокает он.       минхо смеётся и поворачивается на бок, чтобы посмотреть в глаза джисону, чтобы провести пальцами по его скуле.       — ты не белка, ты лиса.       — а ты красивый, — парирует джисон.       минхо ведётся на комплимент, расплывается в улыбке и притягивает джисона к себе для поцелуя. его тёплая ладонь проходится по шее к плечу, вызывая мурашки, и джисон плавится под касаниями. он позволяет себе немного понежиться под руками и губами минхо, а после нависает сверху, подминая его под себя.       джисон удивляется себе, откуда вдруг столько энергии, если ещё пять минут назад было тяжело дышать, но руки уже снимают с минхо одежду, оставляя обнажённым под заинтересованным взглядом, и остальное совсем неважно.       джисон целует его в коленную чашечку, касается губами внутренней стороны бедра и тянется выше. обводит языком тазовую косточку и проходится кончиком носа по низу живота.       минхо выдыхает со стоном, наблюдая за тем, как джисон влажно обвивает головку члена губами. он зарывается пальцами в его волосы и слабо давит на макушку. а джисон и так хорошо справляется, берёт член в рот до основания, плавно двигая головой, вынимая его почти полностью и снова опускаясь до конца. он умело высовывает язык, доставая кончиком до мошонки, и гладит ладонью внутреннюю сторону бедра, иногда нарочно проходясь пальцами между ягодиц.       минхо нежно дрожит под ним, а мурашки на его коже приятно ощущаются под подушечками пальцев, и джисон мурчит с членом во рту, водя руками по его ногам, иногда надавливая на коленки кончиками недлинных ногтей.       джисон вынимает из-за щеки головку члена и тянется мокрым языком ниже, обводя яички и накрывая им пульсирующую дырочку. он давит на бёдра минхо, заставляя развести их пошире, и вылизывает нежное колечко мышц.       джисон чувствует, насколько тугая дырочка под языком. как же давно в ней не было ни языка, ни пальцев. про член лучше вообще молчать. и джисон пиздец не хочет молчать, хочет почувствовать эту сводящую с ума узость, но тратить баснословные двадцать минут на растяжку кажется адской затеей в таком ленивом, пусть и возбуждённом состоянии.       джисон просовывает руки под бёдрами минхо, разрешая себя ими задушить при желании, и решает просто довести его языком, пряча лицо между мягкими половинками. он не отпускает, когда минхо хнычет, что не выдержит долго. продолжает слюнявить и без того давно мокрую дырочку, толкает внутрь кончик языка, заставляя колени сладко подрагивать, и иногда отстраняется, чтобы нежно чмокнуть колечко мышц.       минхо кончает, только касаясь члена, не успевая даже сжать в ладони. джисон отстраняется, чтобы поцеловать его в бедро, и слизывает с головки капельку спермы.       минхо не берёт пары минут, чтобы отдышаться. он привстаёт на локтях и тянется к прикроватной тумбочке за резинками и смазкой, но джисон перехватывает его руку, когда он уже цепляет принадлежности пальцами, заставляя отпустить.       — что? — минхо смотрит искренне непонимающе. — не хочешь взять меня?       — не-а.       — что не так? — его голос звучит встревоженно.       джисон отрицательно мотает головой и сжимает собственный член в руке, всё так же сидя между раздвинутых ног минхо.       — джисон?       — мне лень. я просто хочу кончить, — морща нос, неловко признаётся он.       — ты шутишь?       — можно твою руку? так будет быстрее.       минхо смотрит ему в глаза без капли доверия ещё несколько очень долгих секунд и всё-таки кивает, улыбаясь мягко, но слегка насмешливо.       — можно даже губы, — говорит он, принимая положение сидя.       — руки будет достаточно.       минхо притягивает джисона к себе для поцелуя и обвивает его член ладонью. хан шумно выдыхает ему в губы, в наслаждении прикрывая веки, и укладывает локти на его плечах, прижимая к себе покрепче, вплетая пальцы в волосы.       минхо просто дрочит ему своей мягкой ладонью и горячо целует в губы, вылизывая нижнюю, кусая её. джисона хватает всего на пару минут. он изливается в чужой кулак, глотая раздирающий горло стон, и разрывает поцелуй, прижимаясь щекой к щеке минхо.       — охренительно, — выдыхает он прямо в ухо ли. тот смеётся ему в шею.       — не хочешь ещё? — спрашивает шёпотом.       — о, нет. я уже устал.       джисон давит ему в плечи ладонями, укладывая обратно на кровать и ложится рядом. минхо тянется за салфетками, пока хан не накрыл их одеялом, а после сам лезет с объятиями.       — если честно... я теперь снова есть хочу.       — ты серьёзно? — смеётся джисон.       — я чувствую, что кексики сейчас будут как вишенка на торте, который мы только что съели.       — чёрт. — джисон резко открывает глаза и с укоризной смотрит в стену. — реально теперь кекс хочу.       — пойдём пожрём?       — убедил.

💔💔💔

      они стоят абсолютно голые на кухне и хомячат кексы, громко причмокивая.       — божественно, — с набитыми щеками и губами в крошках говорит джисон. — я сейчас язык проглочу, блин.       минхо улыбается с полным ртом выпечки, а джисон переминается с ноги на ногу, потому что пол холодный.       — давай кексы заберём в кровать?       — тоже замёрз?       — ага.       джисон хватает противень и быстро перебирает босыми пятками по паркету прямо к спальне, а минхо неторопливо идёт следом и вдумчиво смотрит на его голую задницу. вкусно.       это он про кексы.       или нет.