«Птичья нежность двух отстранённых людей.»

В Мондштате вечер. Обжигающие солнце становится всё ниже и ниже, уступая своё место ледяной луне. Небо превращается в малиново-жёлтое полотно с белёсыми облаками, словно какой-то художник приложил руку к написанию столь шедеврального лживого Тейватского небесного холста. Жители Мондштата ещё не собираются расходится по домам, но магазинчики и прилавки закрываются, лишь таверна работает всю ночь. Отличное время, чтобы немного выпить, обсудить проблемы с такими, как и ты, порассуждать о разном, да и в целом остудиться после тяжёлого дня. Вот и капитан кавалерии с известным бардом так считают. В таверне «Доля ангелов» достаточно мало людей. Два приятеля, если их так можно назвать, сидят за столиком, что ближе всего к барной стойке и попивают из пузатых кружек пиво, пенка которого заманчиво вздымается над краями. На удивление, в этот раз они ведут себя довольно тихо, не выкрикивая разные фразы и озорно заливаясь смехом, а просто беседуя о чём-то. По всей видимости, тема интересная. Именно поэтому Дилюк Рагнвиндр, многоуважаемый владелец таверны и винокурни, время от времени кидает взгляд на лицо барда и синюю макушку капитана, который уселся спиной в сторону стойки. Металлические элементы рыцарской формы Кэйи игриво поблёскивали от огней таверны, настолько же игриво, как и сам парень. Когда Рагнвиндр поставил до блеска начищенный бокал на деревянную полку, то его взгляд заострился на обладателе анемо стихии. Этот взгляд не имел подтекста, но всё же забавно, ведь когда Венти заметил на себе взгляд Дилюка, то что-то быстро прошептал сидящему напротив Кэйе, после чего тот оглянулся назад через плечо, заостряя своё внимание на «брате». Через мгновение капитан говорит : «Что-то волнует, Господин Дилюк? Не станете же просто так сверлить своих посетителей взглядом?», - Кэйа говорит это своим обычным насмехающимся тоном в голосе, а в ответ Дилюк лишь покачивает головой, в конце концов отворачиваясь от них и продолжая заниматься своими делами. Альберих улыбнулся, видя заинтересованность этого недотроги. Время медленно шло, на постукивания часовой стрелки уже никто не обращает внимание, некоторые посетители «Доли ангелов» уходили в состоянии опьянения, а другие засыпали прямо сидя за столом. А ведь их потом придётся будить и выгонять из таверны. Не самое любимое и приятное занятие. В один из моментов Дилюк нерасторопно выходит из-за стойки, поправляя передник своего костюма, направляется на второй этаж, конечно же привлекая внимание двух парней, сидящих в немного пьяном состоянии. Их глаза сопровождают владельца таверны до лестницы, а потом и до второго этажа, после чего Венти смотрит на своего собеседника с хитрой улыбкой и лёгким прищуром глаз, кажется готовый выдвинуть свою идею, пришедшую на ум. И да, это именно так, ведь он начинает еле слышно шептать свою задумку капитану: «Иди-иди, отвлеки его, как ты умеешь, а я пока возьму нам винишко.» , - Говоря это, Венти облокотился на свою руку, ставя локоть на стол и внимательно глядя на рыцаря. Выразительные глаза барда игриво сверкнули, лишь доказывая, что Венти желает повеселиться и вслед за пивом угомонить ещё и бутылочку популярного вина. От этого Кэйа немного приподнял бровь не скрытого за повязкой глаза, выражая небольшое удивление словам Венти. Как же, воровать у своего же "брата"? Конечно он не обидется. Вот только после этого на его лице сразу появилась маленькая ухмылка, поддержавшая задумку барда. Он встал со стула, поправляя плащ и начиная медленно идти вслед за уже скрывшимся Дилюком на второй этаж, но перед этим бросив фразу: «Только мне оставь, а то я знаю, что твоё пристрастие к алкоголю не меньше моего.» Глухие шаги практически не слышны, лишь деревянная лестница немного скрипит под ногами рыцаря. Заходя на второй этаж, Кэйа замечает, что тут никого нет, кроме пустующих кружек, бокалов и запаха различного алкоголя. Рагнвиндра не было, но Альберих действительно знал, что тот находится в постоянно запертой комнате таверны, именно поэтому направился туда. Он подходит близко к двери, некоторое время стоит, продумывая свои действия, после чего лёгким движением руки пару раз стучит костяшками по твёрдой древесине. За дверью слышен недовольный выдох, через несколько секунд дверь открывают. Лицо Дилюка как обычно не показывает эмоций, только если лёгкое удивление. Он думает, что догадывается о том, зачем пришёл Кэйа. «Что тебе нужно?»- спрашивает аловласый мужчина, скрещивая руки на груди. В ответ ему говорят: «Хотел бы немного поговорить с тобой. Ну знаешь, просто поговорить, как раньше или что-то типа того.», - Альберих долго не думал над тем, что скажет, поэтому выдал первое предложение, что пришло на ум. На удивление Дилюк отошёл в сторону и пропустил Кэйу в комнату, а тот в свою очередь не обделил её оценивающим взглядом. Непримечательное помещение склада, а возле стены рабочий стол с каким-то бумагами, ничего необычного, но всё равно ненадолго заостряется внимание на манящих бутылках одуванчикового вина и паре бочек с пивом. Синевласый мужчина смотрит на Рагнвиндра, немного прикрывая веки, от чего форма его проницательного синего глаза становится острее, ромбовидный зрачок чуть-чуть расширяется. Он проходит чуть дальше в комнату. Места в ней немного, но как-то всё равно. Кэйе нужно лишь как-то отвлечь внимание, чтобы правильно провернуть идею Венти, который скорее всего уже забрал две бутылки вина и бесследно сбежал, подобно ветру, оставив рыцаря одного разбираться с этим. Кэйа определённо помнит, что с Дилюком же уже были немного спорные моменты наедине, когда капитан был действительно пьян, но это всё равно оставалось лишь между ними, так чего же стесняться на сей раз? Альберих сосредоточен на эмоциях красновласого мужчины, еле заметно улыбаясь уголками рта. Совсем скоро Дилюк не выдерживает тишины и спрашивает: «О чём именно ты хотел поговорить? Или это просто очередной раз, когда тебе не хватает внимания? Обычно это происходит, когда ты сильно напиваешься, а в этот раз вы с бардом выпили немного», - После слов он приподнимает бровь, показывая малость заинтересованности. -«А ты разговорчивый сегодня.», - лелеющим голосом подметил Альберих. Павлин, замечает, что Феникс так и желает быть физически поближе к нему, ведь то и дело уменьшает дистанцию между ними. «Павлин» и «Феникс» - так они ласково называют друг друга наедине, основываясь на своих ассоциациях. В какой-то степени это очень мило и символично. Альберих ставит одну руку себе на бедро, отвечая: «Может быть мне и не хватает внимания, что с того? Не всегда же я должен быть нетрезв, чтобы хотеть побыть рядом с тобой. Понимаешь, мне нравится видеть, как твоё хмурое лицо немного краснеет, это хоть какое-то разнообразие. Даже не важно злость это или смущение.», - Кэйа старается заболтать Дилюка и вывести на действия. В последствии он радуется, ведь это начинает получаться. Дилюк медленно подходит к Кэйе, пока между ними не будет короткого расстояния в несколько сантиметров. Да уж, "нагло" ворвался в личное пространство. Следующие слова винодела слышны отчётливо. «Побыть со мной? Если бы нас слышали люди, они бы повели пальцем у виска, считая твои слова странными.», - какое-то время они смотрели друг другу в глаза, но всё больше складывалось ощущение, словно Кэйа смотрит то куда-то сквозь Дилюка, то прямо в его нутро. Необычное чувство. Глаза этого молодого Павлина всегда завораживают. Так и хочется узнать, что же скрывается за этими взглядами. По идее, можно было уже давно закончить отвлекать винодела, но постепенно рыцарь входит во вкус, да и давненько он не чувствовал себя любимым, хочется просто ласки с близким человеком. Никому не помешает немного повеселиться, не так ли? Теперь своими тонкими пальцами он касается чужих, нежно проводя вверх по ладони, доходя до основания перчатки с неизвестными намерениями. На это Дилюк медленно переводит взгляд чуть ниже, проходя им до конца выреза на груди Кэйи и возвращаясь, а потом говорит : «Если ты хочешь, чтобы я снял перчатки, просто скажи.», - эти слова в последствии проигнорировали, аккуратно отдёргивая руку. Он придвигается ещё ближе к рыцарю, уже своими кончиками пальцев касаясь его бёдер. Плотная ткань почти что обтягивающих штанов достаточно гладкая. Действия не решительны у обоих мужчин. Боязнь оттолкнуть останавливает. Они росли вместе, как братья, а сейчас вытворяют не пойми что, как будто бы между ними было или есть что-то большее... Хотя да, между ними было многое: поцелуй по-пьяни, неловкие шутки и действия, от которых не по себе обоим. Но только недавно они поняли, что любят друг друга гораздо более, чем "брат" "брата". Неловкую тишину в комнате прерывает голос Кэйи : «Я обещаю, что всё, произошедшее здесь, останется между нами. Неважно что это будет.», - после этих слов Рагнвиндр, уже не стесняясь, кладёт свою руку на чужое бедро, совсем немного прижимая к себе и мягко поглаживая. Нежность сочилась сквозь выстроенную хладнокровную личность. Мало похоже на объятия... Кэйа отвечает взаимностью и заводит свои руки на спину винодела, скрепляя в замок. Их лица близки друг к другу, они просто перекидываются взглядами, пока вдруг Дилюк не начинает вести свои пальцы вверх по позвоночнику капитана, заставляя того немного прогнуться от щекотки, при этом задевая ткань плаща. «Сними свою накидку.»,- единственная фраза, которую произнёс аловласый мужчина, оставляющая после себя вопрос "зачем?". Понадобилось немного времени, чтобы накидка, состоящая из плаща и полюбившегося узнаваемого меха, лежала на одной из полок с вином, накрывая несколько бутылок. Кэйа снова ухмылялся уголками рта, заостряя всё своё внимание на лице Рагнвиндра, но при всём этом в голове капитана таилось чувство любопытства насчёт того, как далеко может зайти такое веселье. Он считает эту ситуацию предельно интересной. Дилюк снова подходит вплотную и заставляет Кэйу двигаться назад, чтобы тот оказался прижат ногами к небольшой бочке. Не столь приятно, но Кэйа с каким-никаким доверием смотрел то на мужчину напротив, то куда-то мимо, зрительный контакт немного смущал. Если винодел приблизится к его лицу ещё немного, то капитану придётся постараться не упасть. К счастью, Рагнвиндр укладывает свои руки за спину Альбериха, удерживая от нежелательного падения. Через рыцарскую форму чувствуется некое согревающие и успокаивающие тепло рук обладателя пиро стихии. На лицах мужчин видно лёгкий румянец, который со временем становится виден всё больше. Красноволосый винодел решает переместить свои руки ниже, к пояснице Кэйи, от чего тот не сдерживает равновесия и падает задницей на небольшую бочку, которой были скованы его движения ногами. Слышно приглушённый звук падения. Теперь "пострадавший" с небольшим недовольством смотрит на Дилюка, который в свою очередь выглядит так, словно и добивался чего-то подобного, ведь через мгновение тот наклоняется ближе к лицу Кэйи, хватая за подбородок и резко впиваясь своими губами в чужие, заставав его врасплох. Поцелуй длится примерно минуту, похожую на вечность, после чего Дилюк отстраняется. Виноделу определённо нравилось видеть капитана таким. Да и по лицу самого капитана не скажешь, что ему не нравилось, скорее даже наоборот. В данный момент этим двоим хочется лишь одного - близости друг с другом. -«Неплохо...», - тихим томным голосом говорит Кэйа, как бы оценивая чужие действия и медленно проводя большим пальцем по нижней губе. Он, словно кошка, глядит Рагнвиндру в глаза снизу-вверх, продолжая сидеть на средней по размеру бочке, окружённой с одной стороны полками с алкоголем, а с другой ещё парой бочек уже размером поменьше. Феникс снимает перчатки, а затем, с некой любовью начинает прикасаться тыльной стороной пальцев к лицу Павлина. Нежные ласки заставляют Кэйу желать мурлыкать, как кот, чтобы его гладили ещё дольше, дабы эта ласка длилась как можно больше. Дилюк присаживается на стоявшую рядом бочку, похлопывая себя по ноге, подзывая к себе партнёра. Синевласый с удовольствием усаживается на колени к виноделу, приобнимая его и прижимаясь головой к его плечу. Руки обоих прикасаются к телу своего партнёра напротив, излучая недостающую заботу. Комнату заполняет томное дыхание двух парней. Они даже и не знают, что им чувствовать в данный момент. Комок эмоций сопровождает их, не разрешая сказать ни слова, а только сосуществовать рядом. Люк запускает свои руки в синие волосы своего любимого, ощущая их мягкость. Ровно то же самое делает и Кэйа. На самом деле Павлин так и жаждет расцеловать парня напротив, но не знает какая будет реакция, потому и не рискует. В конце концов, когда желание окончательно возьмёт верх, капитан расцелует каждый дюйм лица своего возлюбленного. Прямо сейчас это и происходит. Кэйа, бережно кладя свою ладонь на щеку Рагнвиндра, прижимается своими слегка опухшими после прошлого поцелуя губами к всё тем же губам аловласого парня, оставляя лёгкий, пропитанный чувствами, 'цмок'. Когда же он отстраняется, чтобы посмотреть реакцию, то видит в глазах партнёра искреннюю любовь и одобрение происходящего. Павлин продолжает еле осязаемыми прикосновениями губ оставлять холодные поцелуи. Их стихии вместе резонируют, из-за чего оба парня ощущают некое спокойствие, находясь рядом. Пламя Дилюка прекрасно успокаивает холод Кэйи, как и наоборот. Пока капитан сидит на коленях у винодела, сам же винодел аккуратными движениями поглаживает его спинку, бёдра, личико, да и в целом всё, до чего может достать. Эти действия успокаивают сразу обоих возлюбленных. Ощущение чего-то тёплого пробуждает внутри Альбериха скрытое угомонённое уже давным-давно желание прижаться к кому-то посильнее, заставляет Кэйу ластиться об тело ближнего. Дилюк смотрит на это исключительно с любовью, медленно начиная прижимать к себе капитана. Даже лёгкий запах алкоголя не отталкивает его, несмотря на обычно явную неприязнь к такому. Ещё чуть-чуть и Феникс захочет закрыть глаза на то, что физически сильнее, обнять ещё крепче, сломав рёбра возлюбленного. Он этого не сделает. Лишь уткнётся носом в шею того, кого бесконечно ценит. Жаль, что нельзя убежать от жизни в объятиях избранного тобой человека. Тогда бы весь смысл жизни состоял в том, чтобы найти того самого, с кем ты готов делить отведённый вам промежуток времени, названный жизнью. Вы бы оба были готовы безмолвно и безвозмездно любить. Как давно парни не чувствовали этих "бабочек" в животе, и прямо сейчас они снова ожили, вынуждая ощущать себя как никогда хорошо. Феникс целовал шею синевласого, медленными "шажками" переходя к ключицам. Сам же Кэйа деликатными движениями пальцев перебирал пряди густых алых волос, таких мягких на ощупь и пахнущих дражайшим в мире для него человеком. Оба готовы нежиться совместно сплошь своего времени, встречая рыжие рассветы с солнечными лучами и малиновые закаты с ранней лунной пеленой.