Иногда я до сих пор слышу его голос

Они вернулись в Пилтовер. Их Пилтовер. Временная аномалия вновь разжевала их и выплюнула на стеклянный пол ядра хэкс-врат, заставив ноги подкоситься, а желудок, и без того пустой, почти вывернуться. Молот, используемый для поддержки, с тяжелым звуком опустился на стекло, как и тело рядом с ним. Мужчина, удержавшийся на одном колене только благодаря молоту в руке, с кряхтением откинул со лба находящиеся в полном беспорядке волосы. Открывшееся лицо оказалось удивительно похожим на повсеместно известное Лицо Прогресса. — Джейс? — Всё нормально, нормально. До странного быстро оправившись и подтянувшись вверх, давняя пропажа Пилтовера со скрежетом потащил своё оружие к выходу. Запертую дверь пришлось сносить тем же оружием. — Напомни мне, почему мы не установили при проектировке этого места нормальный замок? Или хотя бы не поставили лестницу! Вывернутый металл издал множество противных звуков, разносящихся по проходу, пока молот продолжал проделывать в нём достаточное для выхода отверстие. — Это была твоя идея, Джейс. Я говорил о аварийных лестницах, но кое-кто сказал, что только глупец останется запертым наедине с ядром. Мужчина фыркнул, наконец пробираясь через искорёженные слои бывшей двери наружу: — Зато кое-кто всё же открыл несколько лишних тоннелей для "выпуска пара". Всё еще не поставив лестниц! Ответное фырканье, сквозившее особенным акцентом, прервалось толпой миротворцев, очевидно прибежавших сверху выяснять причину продолжительного шума.

***

Джейс, залитый ярким закатным солнцем, стоял посреди собранного по кирпичику зала Совета. Буквально. С сомнением проводя пальцами по золотым линиям сплава на столе, оглядывая столь же очевидные признаки реставрации на колоннах, стяжках потолочного купола и полу, он перевел взгляд в окно, прошептав: — Совет успел настолько лишиться средств, что даже не смог сменить обстановку? Он начал всерьез задумываться о том, как долго их не было в их Пилтовере, что всё стало настолько запущенно. — Думаю, дело не в этом. Не добравшись до сакрального смысла, они услышали, как дверь зала тихо открылась. Джейс обернулся, внимательно оглядывая новоприбывшего с некоторым сомнением: — Мэл..? Изящная женщина, та, кто уж точно никогда не менялась, так же оказалась словно залита золотом по всему её телу. Нет, с Пилтовером явно что-то произошло в их отсутствие. — Джейс. Как это произошло? Она как-то странно осмотрела его повреждённую ногу, в её глазах зрел вопрос, который она не осмелилась озвучить. — Это не важно. На фырканье сбоку он почти смущенно отвёл взгляд от Медарды. Он собирался унести с собой в могилу позорную историю о том, как неудачно упал в другом мире, от чего Виктору пришлось почти словить сердечный приступ в его-то внетелесном виде. А самому Джейсу кое-как искать в переулках бывшего Зауна, в который он свалился, сохранившиеся детали для изготовления ортеза. — Ты изменился. Со мной тоже кое-что произошло. — Джейс, к тебе обращаются. Лёгкий беспомощный вздох вернул мужчину из его стыда, заставив вновь повернуться к рассказывающей о чём-то женщине. Можно сказать, что их разговор тёк довольно дружелюбно для тех, кто не виделся бог знает как долго. Пока Джейс не нахмурился, поймав взглядом столь же чистый и собранный по кусочкам угол зала. — Ты ведь могла спасти всех, почему только я? — Джейс. На вспышку негодования Мэл получила только отвернувшегося Талиса, потирающего пульсирующий лоб. Тонкие пальцы легко отняли его руку, заняв её место, принося облегчение разболевшейся голове. Взглянув на обеспокоенное лицо Виктора, Джейс обернулся, удивительно спокойно продолжая разговор: — Тебе стоило спасти кого угодно, но не меня. Фигура, отливающая всеми космическими соцветиями, словно заключившая внутри себя мириады звёзд, снова заняла место рядом с его плечом, укоризненно смотря на него. Выражение лица Мэл стало сложным, словно она вновь хотела сказать что-то, но не смела.

***

— Ты уверен, что это безопасно? — Конечно нет. Та же лаборатория, те же люди, тот же разговор, но произнесенный наоборот. Оба на короткое время замерли, прежде чем рассмеяться. Джейс оттолкнулся от стола, подъезжая на стуле к доске, глядя на недавно записанные ими формулы, снова убеждённо кивая: — Абсолютно не безопасно, Вик. Белые, излучающие на удивление тёплый свет, волосы всё ещё выглядели до милого смешно, даже когда он парил над столом, осматривая их новое творение. Глядя на вернувшегося к подкручиванию деталей партнёра, он скептически протянул: — Рванёт? — Не должно! Грохот, донёсшийся из лаборатории в сопровождении сизого дыма, напугал несколько проходящих снаружи учеников Академии.

***

Сегодня был знаменательный день. Ну, вернее, для Джейса он знаменательный, потому что это тот день, когда Виктор спас его от самого глупого решения в жизни и вообще сохранил ему эту самую жизнь. Дважды. Учитывая детство. Обычно он ненавязчиво делал маленькие приятные вещи для своего партнёра – готовил кофе слаще (хотя был категорически против него в виду его здоровья), приносил "бесполезный хлам" и расставлял на его столе (после чего приходилось спасать каждое новое растение или чересчур красивую отвёртку от судьбы попасть в утилизацию, а то, что пропало, он молился что всё же было принято), просил встретиться с его матерью... Последнее точно нужно будет когда-нибудь наконец осуществить. Их встреча после возвращения из разрушенного Пилтовера не считается. Сегодня же... — "Список подарков для Виктора". Занимательно, Джейс, оказывается, всё это были подарки. "Хекс-крылья"? Почему ты не обсуждал их со мной ранее? ...он постарается не умереть со стыда. Талис уверен, что это будет лучшим подарком для Виктора. На самом деле Виктор считал лучшим подарком именно этот список, явно составляющий пунктов на много лет больше, чем они собирались работать вместе. И все эти глупые хекс-что-угодно, которые занимали большую его часть.

***

Мэл всё больше и больше странно смотрела на него, в перерывах между сдерживанием своей матери, конечно. Кейт же посмотрела на него так лишь единожды, многозначительно переводя взгляд с двери лаборатории и на него несколько раз подряд, прежде чем всё же закрыть дверь так и не войдя. Вай рядом с ней совершенно бессовестно согнулась от хохота в коридоре. Талис недоумённо отвёл взгляд с чертежей на них, а после на Виктора. — Работай, Джейс, изнеможение ещё не пришло. Джейс с полным понимания звуком вернулся к чертежу, тоже улыбнувшись. С недавнего времени он повесил лист, который давно лежал затерянный в его черновиках, вдруг откопанный Виктором. Он писал это ещё тогда, когда все кому не лень наведывались к ним то в поисках великих умов для помощи, то ради правок в их же проектах для Совета, порядком устав от них.

Режим работы с 6:00

и до изнеможения (изнемогаем в 23:00)

не заходите пока не изнемогли

***

— Так, я правильно написал? — Всё верно. Сегодня день рождения Кейт, и, так как он совершенно точно не имеет лучших вариантов для подарка, – если исключить всё с приставкой "хекс", – Джейс решил испечь торт. Спустя сорок два испорченных варианта им всё же удалось сделать что-то стоящее и даже не пытающееся сбежать с подноса. Оказалось, Виктору в его состоянии противопоказано готовить - всё что-то норовит ожить и убежать на волю. Аркейн действительно непостижим. — Отлично, спасибо, Вик! Тот деловито осмотрел довольно ровно нанесённые слова, которые продиктовал, прикрывая улыбку ладонью, которая, как и лицо, сохранила свой изначальный цвет кожи: — Только не дай мисс Вайолет прочесть это. Талис послушно не стал спрашивать почему, списывая эту прихоть на то, что перевод Заунского диалекта, на котором написано поздравление на торте, разобьёт весь шарм от подарка. Собственно, Вай всё же успела прочесть: — "На год ближе к званию милфа". Хахахаха! Кексик, а тебе пойдёт! После просьбы Кейт перевести, Виктор чуть отлетел от Джейса, позволяя куску торта плавно приземлиться на его лицо.

***

В зале Совета, когда, как оказалось, он должен был присутствовать на собрании, потому что его по каким-то неизвестным ему причинам ещё не исключили из него, Джейс действительно не понимал как бы всем помягче высказать своё намерение уйти. Когда его в очередной раз заставили что-то решать, сомнительно переходя на угрозы, он не выдержал: — Мой напарник умер в этой комнате. Зал погрузился в тишину для всех, кроме Джейса. — Перестань говорить всем, что я мёртв, Джейс. Слова Виктора оказались как раз кстати, как всегда позволив сделать прорыв в своей идее. — Иногда я до сих пор слышу его голос! Виктору хотелось вернуть свою трость и пару раз приложить её к затылку Талиса. Джейсу просто нравилась вся эта ситуация. Члены Совета стушевались. Лицо Мэл стало ещё сложнее, чем всегда. Довольным ушёл только Талис, под тихие ругательства Виктора, которые всё равно мог слышать только он.