Сонхёк

Сонхва пытался не перебарщивать с алкоголем, но Минхёк наливал снова и снова. Щёки на его бледном лице стали розовыми, а в голове творилась каша. Хотелось быстрее уехать от сюда. — Госп... Минхёк, так что.. ты хотел?.. — Сонхва повернул голову к Минхёку, который уже сидел рядом с ним на диване. — Забей, Сонхва.. просто посиди, поболтай, а?.. — Его ухмылка не сходила с губ, а его рука сразу же оказалась на колене блондина. Сонхва лишь с широко раскрытыми глазами смотрел на него, а после на руку на его колене. — И что ты в этой Джиюн нашёл?.. Есть же я такой красивый.. Минхёк рассмеялся со своих слов и посмотрел на ошарашеного Сонхва. Он в шутку погладил его колено, а после убрал руку и вернул своё обычное выражение лица. — Шучу я. Что ты так перепугался? — Задумавшись, он взял его за подбородок двумя пальцами — Или нет?.. Сонхва лишь наблюдал. Минхёк, хитро прищурив свои глаза, наклонился немного ближе к его лицу и наблюдает за реакцией блондина. Ему нравится смотреть, как быстро меняются эмоции айдола. Такие идеальные черты лица.. такая бледная кожа.. такие... привлекательные губы... Минхёк слегка напрягся от таких мыслей и только сейчас заметил, что всё это время рассматривал губы Сонхва. Он действовал бытро, пока сам не передумал. Он резко врезался в губы айдола и, не дав тому прийти в себя, ворвался языком в его рот. Этот поцелуй нельзя назвать хоть как-то. И вообще, поцелуй ли это? Сонхва сначала пытался сопротивляться, но осознание того, что это всегда будет бесполезно, пришло достаточно быстро. Он не отвечал ему и не расслаблялся, но слегка испугался, что ему это.. нравиться?.. Он понимал, что это было принудительно и никогда не романтизировал такое. Сонхва не понимал сам себя. Почему ему это начинает нравиться? Почему он не сопротивляется до последнего? Что с ним, мать твою, твориться?.. Его это очень пугало. Это полный пиздец. Возможно стоит избегать Минхёка и всё пройдёт само собой? Глупо. Очень глупо. Минхёк с хитрой ухмылкой оторвался от Сонхва. Он всё так же держал айдола за подбородок и ухмылялся. — Даже не сопротивлялся?.. Вот как? Нравится? — Ты с ума сошел... — Возможно... Но только вместе с тобой... Сонхва недовольно посмотрел на него, а тот, не медля ни минуты, резко перекинул того на спину и навис сверху. Он поставил руки по обе стороны от головы блондина. Посмотрев на его лицо, на которое действительно можно смотреть часами, Минхёк наклонился и тихо сказал: — Признаю.. ты очень милый, Сонхва... И я сделаю всё, чтоб ты был моим... Тебе незачем эта Джиюн... —... Сонхва даже не знал, что ответить на такое заявление. Он целовался два раза с другим парнем. С автором песен группы Джиюн. И что ему потом сказать? А если это вскроется? Или кто-то узнает, а потом расскажет ей?.. Сейчас совсем не время об этом переживать. Он сам обо всём ей всё расскажет. Обязательно. Сам. Он не знает, чем это закончится, как она отреагирует. Но он обязан об этом ей рассказать. Заметив то, что Сонхва уже где-то в своих переживаниях, Минхёк слез с него и сел на диван построив скучающее выражение лица. — Ладно. Свободен. Можешь ехать обратно к себе. На минуту Сонхва захотелось ударить его, но вместо того он быстро поднялся, поправил волосы и щабрал свои вещи. Сам Минхёк сидео с таким же лицом, крутя в руках стакан с недопитым соджу. Даже не попрощавшись, он вышел из его квартиры, заказал такси и уехал в свое общежитие. По приезду в коридор сразу же влители Уджин с Дином, но Сонхва на их вопросы отвечал коротко, чтоб те отстали. Он щнал, что Дин рано или поздно узнает куда он ездил, зачем и что делал. Если он, конечно, уже об этом не знает. Следующие дни проходили одинаково. Сонхва старался избегать Минхёка, но когда не получалось, то тот всегда бросал на него двухсмысленные взгляды. А когда у них с Джиюн находилось время на друг друга, он не находил в себе силы рассказать о случившемся. Она сейчас выглядит такой счастливой. Ему не хотелось потом видеть это личико полно отчаяния, ненависти, непонимания, или, даже отвращения. Он был без понятия, как она на это отреагирует. — Сонхва... Его из задумчивости вырвал её голос. Он даже не заметил, что пока она рассказывала что-то о Эдеме, то его мысли совсем о другом. — Ты в последнее время постоянно мыслями не тут. Поделись со мной, что происходит?.. — Она взяла его руки в свои и сжала, смотря ему прямо в глаза. Ему было больно выдеть их. Было больно даже от мысли о том, что он сейчас собирался сделать. Но так нужно — Джиюн... Нам нужно растаться... Он смотрел куда угодно, лишь бы не ей в глаза. Они наполнились слезами, а руки отпустили его. — Почему?.. Всё же хорошо было... Скажи почему.. может ещё что-то можно исправить... — Нет, Джиюн. Уже ничего не исправим... Так нужно... Так будет лучше для нас обоих... Она смотрела, вглядывалась в его глаза, надеясь увидеть хоть какой-то знак, что это глупая шутка или ещё что-то... Но нет. Он не шутил. Совсем. Она возмутилась и отошла от него на несколько шагов. — Не тебе решать, что будет лучше для меня!.. Просто расскажи, что случилось?.. Что не так?... Она вглядывалась в его лицо, пытаясь поймать его взгляд, но тщетно. Взяв себя в руки, она успокоилась, пытаясь не дать слезам скотится по щекам. — Джиюн... — Я поняла тебя. Ладно. Раз уж ты так решил... Да будет так... Она развернулась и быстрым шагом ушла из комнаты оставив Сонхва одного со своими мыслями. Он сел на ближайшее кресло и спрятал лицо в руках. Он сам был в отчаянии. Он не понимал, что делает и что делать дальше.