Дед Отмороженный

Дед Мороз — это сказочный персонаж, на которого родители могут ловко спихнуть неудачные подарки. Ребенок хотел собаку, а получил игрушечный самосвал? Это Дед Мороз в предновогодней суете перепутал. Вместо говорящей куклы с полным комплектом нарядов под елкой лежит обычный плюшевый мишка? Это тоже дедушкина недоработка, он все-таки уже старенький… Роману Джокеровичу… то есть, разумеется, Александровичу, подобное не грозило. Мама со своей профессиональной чуткостью с подарками всегда угадывала безошибочно, папа тоже не отставал. Как ни крути, а мальчик мальчика всегда поймет, даже если одному из этих «мальчиков» слегка за тридцать, а склонности весьма специфические. Арина Ильинична лишний раз убедилась в этом, когда на прошлый Новый год двое мужчин пяти и тридцати лет соответственно дружно гоняли по квартире радиоуправляемые автомобили, изображая погоню злых копов за честной мафией. Арина, впрочем, это безобразие пресекла самым решительным образом, включившись в процесс воспитания через игру и переписав сценарий, где доблестные полицейские отважно задерживали ужасных злодеев. В этом году Джокер решил переплюнуть сам себя, преподнеся сыну миниатюрную модель черного «Гелендвагена» с подозрительно знакомыми регистрационными номерами и фигуркой крепкого парня в черном для полного комплекта. Фигурка умела снимать и надевать темные очки, заряжать пистолет и весьма артистично размахивать оружием во все стороны, готовясь отражать перекрестный огонь.       — На дядю Шрама похож, — восхитился Ромка, завороженно наблюдая за передвижениями игрушечного человечка. Арина поперхнулась чаем, одарила Джокера убийственным взглядом, но от комментариев воздержалась. Не при ребенке же.       — Хорошо, что не на дядю Витю, — ухмыльнулся Комолов, свято уверенный, что из двух дурных примеров его вариант наиболее безобидный. С этим даже Гордеева поспорить бы не смогла. Но если с подарками все прошло относительно гладко, то остальная часть праздничной программы оказалась под угрозой. Ромка еще за неделю до Нового года прожужжал маме все уши о том, как ждет Деда Мороза. Арина старательно держала в уме пункт «заказать аниматора» в огромном списке предновогодних дел — и, разумеется, забыла. Кроме готовки, уборки и покупки подарков имелись ведь и служебные обязанности, которых перед Новым годом стало только больше — всевозможные годовые отчеты, рапорты, справки, поток обманутых граждан, которых мошенники кинули перед самым праздником… В общем, когда Гордеева спохватилась и принялась обзванивать ивент-агентства, оказалось, что ни свободных Дедов Морозов, ни Снегурочек, ни Снеговиков на худой конец в наличии не имеется.       — Девушка, ну вы бы еще в двенадцать ночи про Деда Мороза вспомнили! — сердито фыркнула в трубку ужасно раздраженная сотрудница очередной фирмы и самым хамским образом бросила трубку.       — И что теперь делать? — вопросила в пространство Арина, как будто надеялась получить ответ от Вселенной. Но Вселенная на такие бытовые мелочи не разменивалась, поэтому промолчала. Гордеева, какое-то время сосредоточенно размышляя, просияла, озаренная очень неожиданной и свежей идеей: — Хотя есть один вариант… Джокера изрядно перекосило. Не нужно было быть Шерлоком, чтобы догадаться, кого товарищ капитан назначила ответственным за спасение Нового года. Как тут без главного супермена Охты! Джокер и так-то Рыжова в силу ряда причин не жаловал, а уж мысль, что тот будет развлекать его сына и его женщину в главный праздник года, и вовсе вызывала скрежет зубовный. Но не зря говорят, что критическая ситуация — лучший стимул для креативности и нестандартных решений. И Комолов без лишних сомнений взялся за телефон.       — Спокойно, Арина Ильинична, сейчас все порешаем…       — Порешаем — это от слова порешить? — не удержалась Гордеева, но Джокер, как подобает настоящему мужчине, пропустил колкость мимо ушей, набирая знакомый номер.       — Алло, Шрам? Дело есть… Когда босс и подельник озвучил задачу, Шрам отчетливо поперхнулся пивом.       — Чего-чего?.. Не-не-не, Джо, братан, извини, только не это! Лучше уж на стрелку в новогоднюю ночь. Комолов тяжело вздохнул, не собираясь отступать так легко.       — Премию дам. Виталя заинтересованно притих, явно пребывая в сомнениях.       — В двойном размере, — добил решающим аргументом Комолов. Шрам считать умел, причем хорошо. Подобная прибавка к жалованью выглядела более чем заманчиво.       — Через сорок минут буду, — отозвался коротко и по делу, прежде чем отключиться.

***

Спустя ровно сорок минут (точность — вежливость реальных пацанов) Шрам стоял на пороге квартиры Гордеевой при полном параде — в красной шубе и шапке, с посохом, мешком и даже белой окладистой бородой. Где в последний день года он умудрился раздобыть столь востребованное одеяние, оставалось загадкой, и Арина была совсем не уверена, что хочет знать ответ на этот вопрос.       — Здравствуйте, детишки, девчонки и мальчишки… — завел Шрам, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Оставалось только надеяться, что никто и никогда не узнает о столь позорном факте его биографии, как роль клоуна на персональном утреннике для сына самой вредной участковой района.       — Ром, к тебе тут Дед Отмороз… Дедушка Мороз пришел, — крикнула Арина из коридора, пока Джокер, прислонившись к косяку, сохранял каменное выражение лица, стараясь не заржать во весь голос.       — Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты! — бойко отозвался Роман Джокерович, и Шрам глухо закашлялся, подавляя смех. Видимо, вспомнил продолжение этого стишка, где дети возмущенно интересуются у нехорошего человека о том, где их подарки.       — Долго шел я по дороге — у меня устали ноги, — пожаловался «Дед Мороз», плюхнувшись на свободный стул и покосившись на празднично накрытый стол с явной завистью — сам он стараниями босса поужинать не успел. Проклятая работа, тут не то что гастрит — нервный срыв заработаешь!.. Но роль требовалось доиграть до конца, поэтому Шрам мужественно продолжил, обращаясь к Ромке: — Расскажи-ка мне стишок — получи конфет мешок! Роман Джокерович, сосредоточенно наморщив лоб, пытался вспомнить хоть что-нибудь из тех новогодних стихотворений, которые они с мамой старательно учили для утренника в детском саду, для чтения в гостях у бабушки, для декламирования у тети Оли, дяди Димы, дяди Геры и тети Снежаны… Но, как назло, на ум ничего не приходило. Единственное, что Ромка смог выудить из недр памяти: случайно услышанный тост дяди Вити на корпоративе, куда они с мамой забежали всего на пять минут. И, ничтоже сумняшеся, Ромка бодро затараторил:

Дед Мороз, послушай:

Есть мечта одна,

И признай, что очень

Недурна она.

Чтобы все китайцы

Мне, как королю,

Скинулись в подарок

Хоть бы по рублю!

      — Сразу видно — Вениамина Сергеевича внук! — одобрил Шрам, на мгновение выпав из своей роли. На этот раз закашлялся Джокер. Арина Ильинична сидела с приклеенной улыбкой, не зная, кого треснуть: Шрама сейчас или Тельцова при первой же встрече. Виталя понял, что обстановка начинает накаляться, и праздничную программу решил поспешно свернуть. После ритуального вручения обещанных конфет и наставлений вести себя хорошо, прилежно учиться и слушаться маму с папой «Дед Мороз» принялся прощаться, на чем свет стоит проклиная составителей идиотских реплик.       — Хорошо мне было с вами, но пора садиться в сани. Ждут меня другие дети — много их на белом свете. Я приду к вам через год, поджидайте у ворот. Наконец совершенно счастливый наследник криминальной империи утопал спать, прижимая к груди ворох полученных подарков. Шрам, наконец-то разоблаченный — то бишь без шубы, шапки и бороды — голодным взглядом уставился на праздничные блюда, с горьким вздохом подумав, что рано или поздно работу ему все-таки придется сменить: со здоровьем не шутят, а почасовое питание, полезный рацион и прочие проявления заботы о себе с их профессией не соотносятся ну никак. Арина Ильинична, перехватив его красноречивый взгляд, тяжело вздохнула и полезла в кухонный шкафчик еще за одним столовым прибором. Если верить примете «как Новый год встретишь — так его и проведешь», весь следующий год ей придется терпеть в своем окружении сомнительных личностей с криминальными склонностями.       — Душевная вы все-таки женщина, Арина Ильинична, — едва не прослезился Шрам, отставив идеально чистую тарелку и принимаясь за следующее блюдо. Приятная компания, хороший алкоголь, вкусная еда, премия в двойном размере… Ну как тут жизни не радоваться?       — А ты говоришь — душная! — Гордеева обвиняюще посмотрела на Джокера. — Слушай, что люди говорят. Комолов ответил своей привычной ухмылкой.       — Я ж любя. И вообще, я имел в виду — правильная, честная, принципиальная и вообще кладезь лучших человеческих качеств. Арина уже открыла рот, чтобы достойно ответить, но тут Шрам начал потихоньку выбираться из-за стола, не желая быть ненужным свидетелем семейных разборок. Он больше к другим разборкам привык… Но это Шрам думал, что тихонько — громко звякнула упавшая ложка, грохнула тарелка, оглушительно скрипнул стул… Виталя непроизвольно вжал голову в плечи и нырнул под стол якобы за упавшим прибором, из своего укрытия покосившись на сладкую парочку, но тем уже было не до него: еще минуту назад готовые сладострастно поругаться, теперь Арина и Джокер увлеченно целовались. Шрам еле слышно хмыкнул и по всем правилам боевой тактики и стратегии бесшумно отступил в коридор. Новый год определенно начинался самым замечательным образом: в желудке приятная сытость после вкусной еды, в карманах приятная тяжесть легко заработанных денег… Что еще для счастья надо? Со стороны кухни что-то брякнуло, звякнуло, скрипнуло… Шрам понимающе ухмыльнулся, делая ставки: как скоро ему придется развлекать в доме Арины Ильиничны уже двоих детишек. И ответ, что нужно для счастья, пришел сам собой. Что нужно, что нужно… Каждому свое!