***
В молчаливом утреннем солнце мысли медленно проплывают мимо опущенных в солёную воду ног двух полубогов. Одна молчаливо наблюдает за горизонтом и её глаза задумчивы, а кожа отливает бронзовым светом. Моана глубоко дышит, весь океан и мир кажутся ей бесконечными, а солнце режет глаза. Мауи непривычно молчалив, обычно он всегда разбавляет молчание шуткой или начинает смеяться со всего подряд, но сейчас его тело неподвижно и напряжено. — Не думала, что полубог Мауи может быть таким молчаливым, что случилось? — Моана мягко похлопала Мауи по широкому плечу. Он дёрнулся от этого прикосновения, казалось, по его телу прошлась дрожь. — Нет, Моана, всё нормально, не бери в голову, — коротко усмехнулся Мауи, осознавая, что из-за его слов ситуация только ухудшилась. Может быть, он выглядит глупо прямо сейчас — скорее всего так и есть, он почти видит, как глаза Моаны сужаются и как её голова склоняется в бок, к его плечу, она почти утыкается в него. Наверное, он должен смутиться и сказать что-то ободряющее — но, Боги, это же Моана, перед этой девушкой он не сможет оправдаться. Она докопается до истины, и он, как всегда, будет выглядеть придурком. — Просто знаешь, Моана, я не говорил о таком, и не знаю, как это делается, обычно никто не общается со мной просто из желания — может быть ты не заметила, но многие меня сторонятся, — начал Мауи, но быстро замолк, чувствуя, как разговор превращается в неприятно колющие мысли. Он не хотел выглядеть вот так, особенно перед ней. В этом не было необходимости, если бы он был слегка сообразительней. Моана склоняется к нему и подпирает ладонью подбородок. Наверняка она сейчас напряжена, Мауи редко рассказывает ей что-то личное. И это не очень хорошо, Мауи не хотел волновать её из-за себя, своих чувств, которые он не должен испытывать. Это очень эгоистично с его стороны — окунать её в свои проблемы, он должен защищать ей от придурков, а не становиться одним из них. Нелепый Мауи, зачем он заставляет Моану волноваться? — Ты не сильно напрягайся, Мо, я просто… мм, это не что-то важное, на самом деле я просто чувствую себя странно иногда, но ты не переживай, это пройдёт… наверное, — последнее слово Мауи почти проглотил. Его широкие ладони сцепились в замок и он задумчиво и нервно уставился в океан. Хотел сбежать отсюда, не возвращаться к Моане никогда-никогда, не слышать её волнения и грустных слов утешения — они ему не нужны. То, что ему нужно он получить не сможет. Моана продолжает молчать, возможно, это хорошо — то что нужно в такой ситуации. Мауи не хочет и не может взглянуть Моане в лицо, ведь так всё станет очевидно и она поймёт то, что он не может ей сказать. Она порой знает и понимает его лучше, чем он сам это делает. И это порой вредит ему. Но на Моану хочется смотреть, долго и пристально вглядываться в её лицо, изучать его и думать о чём-то отвлечённом. Не всегда ведь нужно смотреть с какой-то целью? Когда мы смотрим на океан, мы ведь смотрим на него, потому что он красивый — почему на Моану нельзя смотреть так же? Несправедливо! Моану тоже хочется разглядеть и запомнить, пусть она не умрёт и не изменится в лице, однако запомнить её хочется. Просто потому, что это имеет смысл для Мауи. Молчание непрерывно, почти бесконечно и неумолимо, Моана ждёт его шага и Мауи это знает. — Я думаю, что это глупо, Моана! Я веду себя глупо, тебе это хочется услышать? Ну так вот, я глупо себя веду, — Мауи отворачивается от девушки, но тихий смешок сбивает его настрой окончательно. Он оборачивается и, о Боги, Моана игриво склонилась вперёд и с озорством поглядывает на него. Её не сказанные слова витали в воздухе и смешивались с океанскими волнами, безумно было и то, что Мауи почувствовал в этой позе Моаны некоторое смущение. Будто она не хочет верить в то, о чём догадалась. Конечно, она догадывается — но верить или не верить своим доводам в её ответственности. Она ждёт опровержения или подтверждения — их ей может дать лишь Мауи. — Не заставляй меня это говорить, ты всё правильно поняла, — фыркнул Мауи, заливаясь румянцем. Его руки дрогнули и опустились на колени. Как же хочется убежать от этой ситуации, но он не может заставить себя даже сдвинуться с места. Реакция Моаны определит ход его последующих действий. — Океан должен мне, я была права, — голос Моаны был ещё более звонким, чем обычно. Мауи непонимающе повернулся к ней. — С чего это Океан тебе должен? — тупо уточнил полубог, выгибая бровь. Вместе с этим всё его тело как будто расправилось, похожее на натянутую струну или канат. Однако Моана ответила не сразу, ещё несколько секунд она играючись смотрела на Мауи. — Он должен мне, потому что я была права — ты и правда влюблён в меня, — её рука поправляет волосы и Мауи чувствует как его челюсть медленно опускается. — Не стоит оправдываться, на такую девушку как я сложно не запасть — я и правда что-то с чем-то, — Моана уже почти издевается. Неужели Мауи выглядел точно так же в день их знакомства? Моана давится хохотом, пододвигая колени к себе. В этой своей игривости она выглядит очень мило. Мауи замирает от мысли, что был таким очевидным. Как долго Моана знает о его симпатии? Что будет дальше, после этого? И, похоже, он снова был застанут врасплох, потому что Моана успокаивающе похлопала его по плечу, заставляя обратить его внимание на себя. И её улыбка не поменялась. Всё такая же яркая и немного озорная. — Я думаю, что чувствую что-то подобное, но я пока не знаю как к этому подступиться, Мауи, — она щурится, и Мауи может видеть, как её загар отливает на утреннем солнце. — На самом деле я никогда не чувствовала «это», просто всегда знала, что такое происходит со всеми в какой-то момент, но никогда не думала, что это придёт ко мне так внезапно, — она усмехается. Её ладонь чуть подрагивает и Мауи накрывает её ладонь своей, показывая ей, что внимательно её слушает. — Может быть это пока только начало, потому что я пока что не хочу поцелуев или чего-то ещё, но я думаю что хотела бы попробовать развить это вместе с тобой. — Моана отводит взгляд на горизонт, ненадолго замирает, глядя на лучи солнца. — Потому что на тебя всегда можно положиться и доверить всё самое сокровенное, Мауи, — выдыхает она, сталкиваясь с Мауи взглядом. — Если тебя это устроит, то как насчёт того, чтобы попробовать? — выдыхает она. И взгляд больше не отводит. И возможно сердце Мауи замирает и пропускает удар за ударом, может быть, он побледнел или покрылся багровыми испаринами. Может быть прошли века, может быть, он сошёл с ума и всё это ему лишь приснилось — может быть, но не когда ладонь Моаны сжимается на его локте и когда она смотрит на него так пристально и выжидающе. — Конечно, Мо, я только «за», — выдыхает он, ощущая, как сама Моана перед ним расслабляется и начинает улыбаться совсем как до этого разговора — без смущения, весело и беззаботно. Почти сразу же она пододвигается ближе и заключает его в объятия, крепкие и надёжные. Такие может подарить лишь Моана, только такие Мауи и нужны. У них всё ещё впереди, их будущее за горизонтом, там, откуда рождается солнце и там где про них уже слагают легенды. У них целая вечность чтобы понять друг друга и целая вечность, чтобы быть рядом. А больше Мауи и не надо.__
24 декабря 2024 г., 21:39
Останься ближе, чем я могу у тебя попросить — не заставляй меня просить тебя об этой смущающей вещи, Моана, не заставляй меня чувствовать себя придурком, я и без этого им являюсь, но так перед тобой я буду выглядеть ещё хуже, поверь.
Мауи смеётся и его смех зарождается между лопаток и отдаётся эхом в каждом его мускуле и тату, он растворяется в собственной эмоции радости и умиротворения — не это ли то, что он так долго искал? Искал непрерывно, искал веками?
Рядом с людьми он никогда не мог быть спокоен. Все они умрут и покинут его — как он может наслаждаться временем с ними, если это всё равно значит, что все они уйдут раньше, чем он сможет вдоволь проникнуться к ним любовью? У Мауи никогда не было права на слишком долгий контакт — монстры, полубоги, с которыми он не ладит, Боги — все они не особо его трогали и интересовали. Он ими не интересуется, они ему не нужны и он им тоже — не нужен. Вполне предсказуемо, что это происходит, когда не образуешь крепкой связи, не проявляешь интерес, а лишь возвышаешь себя надо всеми — очевидно, никто не будет тобой дорожить.
Это могло продолжаться ещё дольше, ещё век, может, тысячу лет — Мауи не глядел так далеко, но точно знал, что без толчка не будет изменяться.
Однако толчок был безумным, и звали его не прибоем и не именем старого Бога-знакомца — имя ошеломляюще точному толчку было Моана и она была непоколебима. Сильна, решительная, она воплощала в себе Океан, его непостоянство, его мягкость и суровость, его отливы и бушующие ураганы, гладь вод и красоту дна. Она значила многое, и Мауи понадобилось два года, чтобы понять это — безумное время, безумно то, каким глупцом был Мауи.
Его руки сильны, но Моана тянет на себя весло и изворотливо управляет судном, на её губах играет улыбка, она полна решимости покорять шторм, застигший их врасплох — её смех ударяет по ушам и сейчас, возможно совсем немного, она безумно похожа на самого Мауи, упивающегося своей силой. Она хватается за канат и перелетает с одного конца лодки на другой и Мауи почти видит крылья, растущие из её лопаток — волосы, сплетённые в тугой пучок, дают рассмотреть её. Но этот миг не вечен, Мауи ловит летящую в него верёвку и завязывает узел, закрепляя мачту.
Моана не имеет контроля на чужой территории, этот океан не в её власти, но золотая волна, тот путь к другим людям, что её весло создаёт, держит их на плаву и освещает путь.
— Держись, Мауи, шторм пройдёт, а мы останемся, — восклицает Моана и в её глазах Мауи видит золото солнца, а в её улыбке он ловит поддержку. Он и сам начинает улыбаться, чувствуя, как собственные морщинки у лица складываются в лучи, он сходит с ума, раз хочет прямо сейчас зарыться пальцами в волосы Моаны и столкнуться в слишком близком контакте? Пальцами коснуться лопаток и сильных рук и позволить Моане творить всё что вздумается?
— За канат держись, Мо, обо мне волноваться не надо, — свистит Мауи, смеясь. Моана хитро улыбается и сейчас её растрёпанные волосы и накаченные руки кажутся могущественней любой формы Мауи, любого Бога, любого существа, сильней и прекрасней самого океана — потому что это Моана.