Вечер

В богато убранной комнате горел свет и слышались голоса, на дворе была уже ночь, но в здании было тепло и уютно. У большого шкафа копошился длинноволосый эльф. - Нет, ну всё таки ты поступаешь ужасно - блондин бросил на стол стопку исписанной бумаги - То и дело уходишь, маски вообще-то наш общий проект, а такое чувство что мой личный- Эграссель надул щёки и посмотрел на Ло - Да и я по тебе скучаю... Брюнет отвёл взгляд, он сидел на кресле около десертного столика. - Будто бы я сам доволен таким раскладом. С удовольствием путешествовал бы с тобой если бы ты не был таким домоседом - шатен закинул ногу на ногу - У нас есть возможность побывать во всех точках вселенной, а ты выбираешь горбиться над экспериментами. - На мой взгляд, это не менее интересно - эльф вытащил шпильку из пучка, и золотые, как пшено, длинные волосы рассыпались по плечам и спине. - Ну, может как ни будь я попутешествую с тобой.... И Эграссель начел развязать пояс на своих одеяниях. Была снята накидка расписанная скинтом, рубашка, штаны. Какой он? Изящный? Нежный? Величественный? Эти слова описывали только крупицу всей красоты эльфа. На Эгрессе остались только чуть просвечивающие панталоны, через которые было совсем немного видны очертания тела. Обнажённый, аристократично бледный, по худым плечам будто бы жидкий скинт струились волосы, никакие слова не могли описать его великолепия. Эльф наклонился над ящиком в поисках одежды. - Ну и где мой халат? - Эграссель рылся в открытом шкафу в поисках ночнушки. Волосы опадали ему на лицо и он, снова, и снова убирал их за уши. - Нету. - эльф грустно повернул голову в сторону Ло, рассматривая что-то за его спиной. Наконец, увидев, он улыбнулся и быстрыми, легкими, бесшумными полупрышками очутился около брюнета, ему показалось что эльф даже не подошёл, а просто вырос перед ним. Вытянувшись в струнку над мироходцем, он потянулся за ночным халатом лежавшим на нескольких стопках книг, которые для чего-то были выложены из общего шкафа на пол прямо за кресло. Ло как околдованный смотрел на идеальные, будто бы высеченные из мрамора, лучшими скульпторами древности, ключицы над ним. Такие аккуратные, худые и хрупкие. Эграссель разогнулся с бледно зеленым, кружевным халатом в руках, который он видимо в утренних сборах бросил на книги. Прелестное тело закрыла ночнушка, делая его не менее бесподобным. - Расскажешь мне ещё о своих приключениях? - расчесывая волосы гребешком со столика спросил Эгресса. - Только если ты расскажешь мне ещё о своих экспериментах. Длинноухий мягко и застенчиво улыбнулся. - Там рассказ не на 5 минут. - Ну ничего, у меня тоже не короткий. Хочешь я посижу с тобой пока ты не заснешь? Как раз и обсудим все. - ему не так хотелось рассказывать как слушать прекрасный голос блондина и смотреть на его милое, радостное лицо, он так скучал по нему, каждый раз когда он приезжал навестить друга у него в голове крутилась лишь одна мысль "Как я мог уйти куда-то без него?" но потом снова надоедали непримечательные будни Архея, снова сердце шатена жаждало приключений и снова он уходил в одиночестве, ведь Эграссель будет работать на счастье своего народа ценой всего себя. - Я только за, но не хотелось бы, чтобы ты поздно лёг спать - не успел мироходец перебить эльфа как он продолжил - Может поспишь со мной? И Эгресса из подлобья посмотрел на него. Ло показалось что он тонет в бездонно глубоких изумрудных глазах. Длинные, пышные ресницы как крылья прекрасный, неведомый науки, птицы спасали от неизбежной смерти в зелени больших, грустных очь. Шатен будто в тумане улыбнулся, встал и пошёл в спальню за другом. Как же тот был богоподобен, такой нежный, мягкий и в тоже время готовый стоять стеной за свои принципы и дорогих ему людей. Счастью брюнета не было границ, за что такому как он судьба даровала это чудо? Воспоминания нахлынули на Ло быстрой волной, и также быстро отхлынули. Было холодно, по ладонями и коленям стекала кровь из за рта Эграсселя. Неожиданно в памяти всплыло все что было и то чего никогда не случиться. Никогда больше не ощутит он его прикосновений, не услышит завораживающего тихого голоса, не посмотрят на него изумрудные глаза.