И тут появляется он...

      Маршрутка затормозила посреди дороги. Водитель, матерясь под нос и закуривая на ходу, открыл дверь и выбрался наружу. Задремавший в дороге Егор зевнул, протер кружок на замерзшем окне и попытался разглядеть, что там такое происходит. Водитель с кем-то долго ругался, усиленно жестикулируя, ему отвечали не менее эмоционально, но в темноте было плохо видно второго человека. Через минуту все стихло, открылась дверь салона, и внутрь вошло тощее всклоченное существо во всем белом. Единственное свободное место оказалось рядом с Егором, и существо с максимально недовольным видом опустилось в кресло. В тусклом свете новогодний гирлянды, что украшала салон, Егор кое-как рассмотрел тонкое загорелое лицо с красивущими голубыми глазами. Курносый нос брезгливо сморщился, полные губы поджались, надменный взгляд прошелся по всему Егору. Внутри неприятно кольнуло.              — Че? — спросил Егор резко.              — Хуй через плечо, — ответило существо истеричным тенором и отвернулось.              Хлопнула дверца. Водитель сел за руль, воняя сигаретами на весь салон, и они поехали дальше. Егор поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, и снова задремал. Ехать предстояло еще целых два часа по заснеженной трассе. Нос Егора щекотал запах сладковатого парфюма, исходящий от рядом сидящего человека, что никак не мог усесться и шуршал своими одеяниями, сбивая весь сон.              — Да усади ты уже свою жопу, — буркнул Егор, не поднимая век.              — И как я на этой хуйне сидеть должен? — возмутился пассажир, не прекращая возни и раз за разом толкая соседа локтем.              — Ты вообще чьих будешь? — спросил Егор, окончательно просыпаясь и гадая, как этот лебедь белый залетел в их маршрутку.              — В смысле? — тонкие брови нахмурились. — Я Серафим.              — Ну а кто ж еще, — фыркнул Егор себе под нос. — Меня Егор зовут.              — Понятно, — Серафим снял куртку и, сложив в несколько раз, подложил себе под зад.              — В первый раз в маршрутке едешь? — в шутку спросил Егор.              — Да, и, надеюсь, в последний, — Серафим скривил лицо и уткнулся в экран телефона. — Так, блять, а где интернет?              — Мы в дороге, сеть плохо ловит — обычное дело, — пожал плечами Егор.              Новый знакомый его очень забавлял. Таких вот цацочек, зацелованных в попу, Егор встречал нечасто, что не могло не радовать. Впрочем, иногда довольно интересно понаблюдать за такими персонажами со стороны. Сам Егор был простым и скромным программистом, звезд с неба не хватал, при этом совсем не бедствовал. Внешность имел приятную, не сказать, что красавец писаный, но и далеко не урод. Егор выглядел как обычный мужчина, коих тысячи. Серафим же был совсем из другого теста. Золотой ребенок, про таких еще говорят: «родился с серебряной ложкой во рту».              — Как же тут воняет, — пожаловался Серафим, натягивая ворот белоснежной футболки на нос.              — Это общественный транспорт, а общество не всегда может оказаться приятным, — глубокомысленно изрек Егор. — Что ж ты не на личном транспорте, если тебе фу?              — Машина сломалась, — глухо отозвался капризный ангел Серафим. — Водитель ждет эвакуатор, а мне срочно ехать надо, у меня съемки.              — И что ж это за съемки такие под Новый год? «Голубой огонек?»              — На хуй иди, гомофоб сраный! — разозлился Серафим.              — А что сразу гомофоб? Я, между прочим, очень даже гомофил, — усмехнулся Егор. — «Голубой огонек» — это шоу такое новогоднее по ТВ. Хотя откуда тебе знать такие слова, как ТВ. Сколько тебе, семнадцать?              — Двадцать три! — Фимочкины глаза полыхнули огнем.              — Моя ж ты лепота, — сказал Егор с умилением. — Так что там за съемки у тебя?              — Фотосессия. Я модель.              — Батюшки, — изумился Егор. — Настоящая модель!              Серафим надул губы и отвернулся, обхватив себя руками. На дворе было тридцатое декабря, стоял хороший мороз, а печка в маршрутке еле работала. Неудивительно, что белый лебедь задубел без куртки. Егор только собирался посоветовать ему достать куртку из-под зада, как раздался громкий хлопок. Маршрутку повело в сторону, водитель длинно выматерился и, затормозив, ударил ладонями по рулю.              — Приехали, на хуй, — сказал он, хватаясь за сигареты и открывая дверь. Выйдя наружу, он обошел машину и пнул заднее колесо. — Ебаный рот, колесо лопнуло.              — Так поставьте запаску, — крикнул Егор, вставая с места и перелезая через Серафима. Открыв дверь салона, он спрыгнул в сугроб и пошел к водителю. — Менять колесо будете? Могу помочь, если надо.              — Было бы на что менять, — проговорил водитель, сплевывая и оглядываясь по сторонам. — Ща звонить буду, один хуй мы тут надолго.              Звучало не слишком обнадеживающие. Вздохнув, Егор вернулся в маршрутку и передал пассажирам слова водителя. Народ стал возмущаться, да вот толку от этого не было. Они застряли посреди дороги — деваться некуда, если только пешком идти до ближайшего населенного пункта и там искать ночлег. Оставалось только ждать новой маршрутки.              На часах было почти десять. При хорошем раскладе их заберут через час-полтора, потом еще час добираться до Энска, а это значит, что дома Егор окажется уже после полуночи. Впрочем, какая разница, все равно его там никто не ждет. Уже три месяца Егор был один, и, если бы накануне он не разругался с родителями, то остался бы на праздники у них. Планы изменились, и Новый год из семейных посиделок превратился в очередной вечер в одиночестве.              — Блять! — ругнулся Серафим, бегая глазами по экрану телефона.              — Опять сети нет? — зевнул Егор, собираясь скоротать время во сне.              — Съемки отменили. Фотограф заболел.              — Ну, бывает, что поделать, — пожал плечами Егор.              — И что я тогда тут делаю? — Серафим вытащил из-под себя куртку, накинул на плечи и выскочил из маршрутки.              — Эй, дурик, ты куда собрался? — Егор зачем-то поперся за ним.              Парень быстро шел по обочине, вытянув руку, как будто пытаясь поймать попутку. Вот только в такое время в этой глухомани никаких попуток быть не могло. Егор догнал его и схватил за плечо, останавливая              — Стой, куда ты идешь?              — Домой.              — Тогда тебе в другую сторону, — усмехнулся Егор.              — Блять! — парень развернулся и пошел в обратном направлении.              — Малой, не дури, давай вернемся? — попытался достучаться до него Егор. — Так ты точно нескоро уедешь, в маршрутке хотя бы печка есть.              Серафим сделал еще пару шагов и остановился. Плечи его опустились, ладони сжались в кулаки. Подойдя ближе, Егор положил руку ему на плечо, приобнимая и легонько встряхивая. Парень посмотрел на него хмуро, но как ни странно, не отстранился. Егор все же убедил его вернуться и даже уступил свое место у окна. Минут пятнадцать Серафим пытался дозвониться сначала до менеджера, потом до родителей, но сеть по-прежнему ловила плохо.              — Тебе есть где ночевать? — спросил Егор слегка обеспокоено.              — Сниму номер в… — Серафим умолк и судорожно пошарил по карманам куртки. — Блять, в машине оставил.              — Можешь у меня переночевать, если хочешь, у меня есть свободная комната, — предложил Егор.              — Я тебя первый раз в жизни вижу, — парень глянул на него искоса и отвернулся.              — Мое дело предложить, — развел руками Егор и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза.              Засыпал он всегда быстро, независимо от обстановки и уровня комфорта. Вот и сейчас он снова задремал, сквозь сон чувствуя, как что-то тяжелое опускается на плечо.              — Через полчаса вас всех машина заберет, — сообщил хорошую новость водитель.              Егор проснулся и, повернувшись к окну, уткнулся носом в пушистые светлые волосы. Фыркнув, он чуть отклонил голову назад и взглянул на спящее лицо Серафима, что так уютно устроился на его плече. Ну точно ангел. Аккуратное кукольное личико, ухоженная кожа, длинные ресницы, тонкий прямой нос, нежные губы. В такого и влюбиться можно с первого взгляда, но лучше не надо. Подавив желание украдкой поцеловать спящего ангела, Егор легонько подул ему в лицо и тихо позвал по имени. Серафим смешно наморщил нос, замычал и нехотя открыл глаза.              — Мы приехали? — спросил он сонно.              — Мы еще даже не уезжали, машина будет через полчаса.              — Ну и нахуя ты тогда меня разбудил?              — Сказать, что нас заберут. Ты спи, спи, — Егор чуть потрепал его по волосам и подавил вздох.              Все-таки до чего хорошенький парнишка. Такого бы в постель и няшить. Закусив губу, Егор любовался на него и думал, что будет жалко с ним расставаться. К чему эти пустые надежды и мысли о несбыточном? Они из разных миров.              — Сделай так еще, — пробормотал Серафим, потираясь щекой о его плечо.              — Что? — не понял Егор.              — Погладь по волосам.              — А, хорошо.              И Егор послушно гладил его по волосам, пока не приехала новая маршрутка. Пассажиры перетащили вещи, расселись по местам и наконец продолжили путь до Энска. Серафим больше не спал, да и Егору как-то не спалось. Когда появлялась сеть, парень пытался дозвониться до кого-нибудь, но, по тому, как он злился и кричал в трубку, было ясно, что его не слышат. Егору не хотелось оставлять его одного — сто процентов попадет в неприятности, а ты потом мучайся совестью. Уже поздно, на улице мороз и не факт, что в гостинице найдутся свободные номера.              — Слушай, у меня на дверях защелки стоят, — сказал он, наклоняясь к парню, — закроешься, выспишься, а утром дозвонишься, куда надо.              Серафим посмотрел на него исподлобья, пожевал губу, повертел в руках телефон и, вздохнув, еле заметно кивнул. Расценив это как согласие, Егор улыбнулся и почувствовал легкое волнение в груди. Остаток пути он думал, как приведет Серафима домой, заварит чай, чтобы тот согрелся, застелит чистую постель в своей комнате, а сам пойдет на диван.              Как и ожидалось, до Энска они добрались в первом часу ночи. Дом Егора находился недалеко от вокзала. Он попросил водителя высадить их на одной из остановок, и через пять минут они оказались в квартире. Серафим осмотрелся настороженно и только потом разделся и прошел на кухню.              — Чай будешь? — спросил Егор, набирая воду в чайник.              — А покрепче нет ничего? — Серафим присел с краю стола и зевнул.              — Можно и покрепче, — Егор поставил чайник на место и полез в холодильник. Там нашлась почти целая бутылка джина и коньяк. — Что его высочество изволит пить? — спросил он, показывая ассортимент.              — Коньяк, — сделал выбор гость.              — Коньяк так коньяк, — Егор достал стаканы, открыл бутылку и плеснул на донышко. — Еды у меня нет, есть только шоколад, хочешь?              — Нет, — буркнул Серафим, хватая предложенный стакан и залпом выпивая. — Налей еще.              — Как скажешь, — Егор налил ему еще и все-таки достал шоколадку. — Хочешь поговорить? Или…              — Кем ты работаешь?              — Я программист, — ответил Егор, выпивая коньяк и наливая еще.              — Сколько тебе лет? — продолжил допрос Серафим.              — Тридцать три.              — Один живешь?              — Да.              — Я тебе нравлюсь?              — Да, — ляпнул Егор честно, хотя собирался соврать.              — Так чего ты ждешь? — голубые глаза смотрели с вызовом, и Егор пытался понять, всерьез ли все это или его просто проверяют.              Все же решив рискнуть, Егор придвинулся ближе и потянулся губами к губам Серафима. Тот сидел неподвижно и ждал, но в последний момент увернулся от поцелуя и прыснул.              — Ты серьезно повелся на это? — губы парня скривились в ухмылке.              — Вот ты маленький засранец, — покачал головой Егор и, налив себе полный стакан коньяка, убрал бутылку в холодильник.              — Эй, а мне? — возмутился Серафим.              — А ты идешь спать, — сказал Егор спокойно.              — С хуя ли это?              — Я хозяин, я так решил.              Ангельское личико помрачнело, взгляд стал обиженным, губы капризно надулись. На Егора подобные штучки не работали, поэтому он продолжил пить, как ни в чем не бывало. Сердито сопя, Серафим схватил кусочек шоколадки и положил себе в рот. Похоже, что спать он не собирался. Провокатор мелкий. Это Егор такой сдержанный и порядочный, а будь на его месте кто другой…              — Ладно, можешь поцеловать меня, — сделал ему одолжение Серафим.              — Не хочу, — ответил Егор равнодушно и причмокнул губами, смакуя коньяк.              — Хочешь, — возразил Серафим, сверкая на него глазищами. — Все хотят.              — Малыш, без обид, у тебя милое личико и хорошая фигура, но люди видят в тебе просто красивую пустышку.              — Неправда, — выдавил сквозь зубы парень и, резко выбросив руку, вырвал стакан из рук Егора и выпил одним махом.              Надо же, как задело. Видать, Егор попал в самую точку. Он мало что знал про Серафима, но легко мог предположить, что он пользуется своей внешностью и статусом, чтобы получить желаемое. Такие красивые куклы радуют глаз и умиляют, но мало кто по-настоящему воспринимает их всерьез. До этого Егор всего лишь по-доброму потешался над ним, но тут не удержался и ткнул носом в суровую правду жизни.              — Думаешь, ты лучше меня? — лицо Серафима вновь приобрело выражение надменное и пренебрежительное. — На себя посмотри, мужлан неотесанный.              — Фу как грубо, — Егор потянулся к холодильнику и снова достал коньяк. — Что-то еще мне скажешь?              — Да пошел ты, — Серафим вскочил на ноги и метнулся в коридор. Зашуршала куртка, зашаркали по полу кроссовки.              — Ну и куда ты? — поинтересовался Егор, неторопливо поднимаясь и следуя за ним. — Что за истерика в час ночи? Пойдем, я тебе постелю лучше.              — Обойдусь, — пробурчал Фимочка, хватаясь за ручку двери.              Уйти ему, естественно, никто не дал. Егор схватил его за плечи, прижимая спиной к стене и заглядывая в глаза. На него в ответ смотрели букой, а потом вдруг обняли за шею и поцеловали. А дальше все как-то получилось само собой. Они целовались жадно и страстно, Егор стаскивал куртку с Серафима, а тот цеплялся за него руками, вешался на плечи и терся всем телом. От этого Егор разом растерял всю свою сдержанность и порядочность. Три месяца без секса, и тут такое тонкое-звонкое чудо само себя предлагает. Как тут откажешься? Подхватив Серафима на руки, Егор отнес его в спальню и, уложив на кровать, устроился сверху. И снова были жаркие поцелуи и волнующие прикосновения, а еще сладкие вздохи и постанывания прекрасного ангела. Избавляя его от одежды, Егор с удовольствием касался ладонями тонких изгибов, ласкал теплую нежную кожу. Серафим был идеальным с головы до ног, такого действительно хотел бы любой. Вот же Егору повезло.              Поцелуев стало недостаточно, они оба хотели большего, вот только под рукой не оказалось ни смазки, ни резинок. Нехотя отстранившись, Егор обвел взглядом безупречное обнаженное тело и, не удержавшись, наклонился и лизнул торчащий маленький сосок. Серафим тихо охнул, закусил губу и прикрыл глаза. Быстро поднявшись, Егор заглянул в ящик комода и добыл все необходимое. Он вернулся к парню, еще разок поцеловал манящие губы и, проведя ладонью от груди до паха, сжал твердый красивый член. Протяжный стон заставил кожу Егора покрыться мурашками. Губы его заскользили вниз по тонкой шее, по плечам и груди, оставили дорожку из поцелуев на животе и накрыли головку. Приоткрыв рот, Егор медленно вобрал член наполовину, одновременно выдавливая смазку на ладонь. Колечко ануса сжалось, когда подушечка пальца коснулась его, погладила и осторожно надавила. Тугие мышцы разомкнулись, и палец плавно погрузился в мягкое и горячее нутро. Не переставая сосать член Серафима, Егор очень бережно и тщательно растягивал узкий зад и предвкушал момент, когда его член окажется внутри. Когда два пальца могли скользить без проблем, он еще немного помассировал парню простату и, отстранившись, быстро надел презерватив.              — Ты самый сексуальный ангел, — прошептал Егор, потираясь носом о висок Серафима и вдыхая пьянящий запах.              — Я знаю, — выдохнул парень, обнимая его за плечи. — Трахай уже.              Егор понял его тонкий намек и, устроившись между стройных бедер, толкнулся членом внутрь. Ему было тесно, жарко, сладко, хотелось войти сразу и до конца, но он ждал. Ждал, когда ногти перестанут впиваться в кожу. Ждал, когда смолкнет болезненный всхлип.              — Я у тебя первый? — спросил Егор напряженно.              — Херню не неси, — фыркнул Серафим, облизывая искусанные губы. — Ты у меня первый только в этом месяце.              — Тогда я продолжу? — на всякий случай уточнил Егор.              — Давай, — Серафим кивнул и прикрыл глаза. — Только медленно.              Задача оказалась сложной, но посильной. Подавшись бедрами вперед, Егор не спеша, сантиметр за сантиметром, стал продвигаться вглубь. Серафим всхлипнул и, сжав пальцами свой член, стал быстро дрочить. Наконец Егор вошел до конца, чувствуя, как на лбу выступил пот. Мышцы заныли от напряжения, в паху немного тянуло, член со всех сторон окутывал приятный жар, анус сжимался и давил на основание. Лицо Серафима стало еще прекраснее: нежный румянец на скулах, затуманенный взгляд, приоткрытый рот, язык, скользящий по нижней губе. Наклонившись, Егор с чувством поцеловал его и начал осторожно двигаться. Серафим сладко застонал, отвечая на поцелуи и елозя задом на постели. Пришлось задрать ему ноги повыше и увеличить амплитуду толчков. Так член входил легче и глубже, доставляя максимальное удовольствие им обоим. Егор пробовал входить под разными углами, внимательно наблюдая за реакцией парня и запоминая, в какой момент его стоны были особенно громкими и тягучими. Сам он старался не издавать лишних звуков, чтобы не упустить ни секунды Фимочкиного удовольствия.              Такие страстные и чувствительные партнеры Егору попадались редко, что немало огорчало. Этот грациозный лебедь, этот нежный ангел в его постели умел отдаваться по-настоящему, искренне, до конца. Лицо его замирало в блаженной истоме, глаза закатывались, стоны лились чарующей песней. Финальные ноты были особенно хороши. Лишь после того, как Серафим кончил, Егор с чистой совестью отпустил себя и, сделав еще несколько торопливых движений, также достиг оргазма. Упав на подушку, он стянул презерватив и пару минут восстанавливал дыхание. Серафим обнял его, укладывая голову на плечо и уютно сопя на ухо. Вот и как его теперь отпустить?              — Серафим… — проговорил Егор хриплым голосом.              — Можно просто Фима.              — А-ха, ну… это…              — Ближе к делу, Егор, — поторопил его парень.              — Ты выйдешь за меня?              — Ты дебил? — Серафим поднял голову и посмотрел на него своими невероятными голубыми глазами.              — Ладно, ладно, — улыбнулся Егор. — Останешься со мной на Новый год?              — Если мы проведем его так же, как сейчас, то останусь, — Фима довольно хмыкнул и игриво куснул его за губу.              — Можем хоть весь следующий год так провести, — сказал Егор с воодушевлением.              — А не до фига ли ты захотел? — Серафим вскинул брови и улыбнулся краешком рта.              — Не, это я еще скромный.