Селфхарм

Красный цвет резко ударил в глаза и отдал волной легкого раздражения в голову. Что на деле перестала соображать еще после третьего шота. Опираясь на слабые подсчеты, можно сделать вывод что Руслан влил в себя больше семи. Еще ситуацию добивало что он на чужой хате, и Кашина, ради которого он сюда и приполз, рядом не было. Вместо этого его под руку затащила в комнату не знакомая брюнетка. Возможно, они разговаривали о чем-то пока сам Тущенцев мешал флеш в пластмассовом стаканчике вместе с каким-то дешевым алкоголем. О том что на утро голова в конец откажет работать лучше молчать. Картинка перед глазами плыла. Не получалось даже толком разглядеть лицо особы, от которой ему в трезвом состоянии бы точно стало тошно. Он не чествовал своих рук и вряд ли вообще отдавал отчет всем этим действия. Но все тот же красный цвет спальни, точнее светодиодной лампы словно шептал бежать оттуда пока он и вовсе не потерял контроль над собой. Словно ошпарясь кипятком тот все же отдергивает руку и слишком резко поворачивается в сторону уже почти закрывшейся перед его лицом двери. За которой мельком показался силуэт Дани. Твою мать. Ничего не сказав и тем, более не объяснившись перед всё той же девушкой, что выглядела на деле не менее пьяной чем сам Руслан, он выбежал в коридор тут же теряя координацию в пространстве. В уши орала музыка, казалось, бас буквально бил по мозгам, размазывая шаткий рассудок в сопли. Все тот же силуэт только ускользал из-под ладоней. Как же хотелось кричать. Оставить в этой прокуренной квартирке все что мешает ему спать ночами и зачастую трезво мыслить без капли горючего в крови. Но он ведь даже не услышит своих же воплей. Запнувшись об чью-то куртку в коридоре и поцеловавшись с линолеумом, только от вида которого хотелось блевать, Руслан все же выбежал на лестничную площадку. –Кашин блять – Сердце бешено стучало, а скуренные в ноль легкие давали о себе знать. Он подошел ближе к парню, что остановился с занесенной на ступеньку ногой. Руслан положил свою голову к нему на плече, слегка прикрывая глаза. Но, не получил никакой реакции в ответ. Лишь сам непонимающе посмотрел. Немой вопрос повис чем-то колким в воздухе. Вся недосказанность между ними душила обеих. Но вот только рыжий взглядом со стороны вообще не спешил это исправлять. Все и так устраивает? Руслан бы не удивился, но не может все оставаться так. Он точно зол и настроение падало с каждым новым пустым стуком пальца рыжего об связку ключей в кармане. Нельзя игнорировать то, что происходит постоянно и по кругу то, что нравиться им обоими. По крайней мере Тущенцев устал игнорировать такие спасательные разговоры обо всем и ни о чём сразу. Когда ты выдаешь свои секреты, за которые и себе не грех вскрыть глотку, но не получаешь в ответ осуждения противных лекций или даже тяжелого вздоха с косым взглядом. Когда вроде ты должен разозлиться на какую-то либо выходку, но просто не можешь. Когда ты искренне считаешь себя плохим человеком, и в ответ тебя не пытаются переубедить в том, что остаётся фактом или глупо перевести тему, слиться. Вместо этого следует лишь родное, понимающее молчания или глупый звонкий смех, без доли подтекста осуждения. — Не стоит. Раздался тихи шепот сверху. Кашин отдернул руку, следом вовсе отстранясь. Виновато глядя под ноги в сторону брюнета. Он точно собирался что-то сказать, но так долго подбирал слова. Тущенцев не знал взорвётся ли он вот вот или расплачется. – Тебя там кажется, блять, ждут. Единственное желания что возникло в эту секунду у Тущенцева – врезать себе и посильнее. Чтобы одним ударом выбить все выпитое за вечер. Чтобы не вспоминать его вообще. Удалить этот короткий диалог из их сюжетки и не возвращаться. Он слишком долго думал или тупил. Кашина и след простыл. А тот только начал оправдываться. Извиняясь перед разрисованной нецензурными словами синей стеной подъезда. Допился. Пора завязывать. Кашин пулей вылетел из пятиэтажки, запинаясь об свои же ноги и даже не пытаясь удержать равновесие. На дворе глубокая ночь. Плюсы быть двухметровым амбалом все же присутствовали. Он спокойно ощущал себя в совершенно тишине, в прохладном ночном воздухе, разглядывая абсолютно чистое, сейчас, звездное небо. Которое привлекло его внимание в общем лишь на пару секунд. Он быстро переключился на пачку сигарет. Правда достать одну из них на деле проблематичнее чем казалось, ибо руки дрожали, перед глазами все плыло, а слезы так и норовили навернуться на глаза. Один вопрос сейчас крутился где-то рядом, но при этом слишком далеко, чтобы дать на него ответ. «Почему?». Почему он вообще хотел заплакать? В Какой момент свернул не туда и зачем ему это все вообще? Он искренне желал самого лучшего для Тущенцева. Почему-то сейчас казалось, что ему хорошо и вовсе без общества Кашина. Всего час назад стоя в малюсенькой ванной, после того как половина того, что оказалось сегодня у него в желудке, успешно улетело в унитаз, он оглядывал себя в зеркало. Из-за разводов пол лица было размазанным, но такого искреннего отвращения как тогда, Даня еще ни разу к себе не испытывал. Волна тошноты накрывала сверху, добивая и так отвратительное состояние рыжего. Руки подрагивали, взгляд зацепился на татуировке, что разместилась на тыльной стороне ладони, а после метнулся к собственному лицу. Синяки под глазами, неправильно острые скулы и впалые ямки у щек. За последнее время он очень похудел. Кашина в принципе всегда преследовало напряженно отношение с едой, но сейчас он в край запутался. Присутствие Тущенцева слишком по-разному отражалось в его жизни. Сейчас он брел по улице в сторону своего дома, даже не задумываясь о вызове такси. Нужно хорошенько проспаться пока он сам не натворил дел, о которых позже будет жалеть. В общем он отрубился возле дивана, залезть на который волшебным образом у него вышло лишь во время самого сна. Утро в конечном итоге стало самым сложным уровнем из всего произошедшего вчера. Ибо открывать глаз у самого Дани не было никакой мотивации или желания. Казалось, болела каждая косточка этого потрепанного тела. Про голову и вовсе легче промолчать. Честное слово последнее, о чем после такого пробуждения минимум следующий месяц будет думать Даня — так это алкоголь. Он накрылся одеялом с головой матеря про себя все подряд, но в конце концов все же поднимаясь со своего логова. Пить хотелось жутко. Оглядевшись по сторонам, он все же убедился, что у себя дома, и он к слову давно не убирался, а не помещало бы лишний разок. Рыжий глянул на часы, пол третьего и совсем не кстати вспомнил что Илья звал его к себя на стрим хату сегодня к шести. Ещё там точно будет Руслан. Слишком много минусов, но просто не прийти он как будто не мог. Да и что скрывать, он вовсе не против провести лишний часок в такой компании. Он написал Илье что точно будет, и буквально через полчаса об этом пожалел. Ровно в ту минуту как взглянул на себя в зеркало. Пиздец. Его как будто танк проехал, да и не один. Что делать он не знал. Но в конце концов, привел себя в относительный порядок. Пойдет, куда он блять денется. — Выглядишь так словно тебя всю ночь ебали — поприветствовал Кашина Коряков, пропуская в квартиру — Залетай, стрим мы уже запустили – Пропел тот, и скрылся с глаз. Пока рыжий разувался с соседней комнаты уже слышался родной голос. Сейчас он резко пожалел, что не остался дома, при этом совсем не находя объяснения резко возникнувшему чувству. Но слиться, даже не показавшись он, конечно, не мог. Ну с богом, в которого тот, к слову, не верил. Руслан завис в телефоне, потягивая электронку, на Кашина тот лишь метнул быстрый взгляд. Обиделся. Еще, кажется, пробормотал о том, что с солями рыжему пора завязывать. Кашин только хмыкнул на это, в попытке перекрыть неприятный осадок, беспокоивший его где-то из внутри. Сразу начиная рассказывать очередную глупую историю, которая, к слову, всех отвлекла. Они, кажется, даже вступили в нормальный диалог. По крайней мере Руслан не готов был его задушить одним взглядом. Победа. И в принципе вечер прошел удачно. Перекрывая все те панические атаки что еще вчера не давали ему спокойно дышать. Неожиданно ему пришло уведомление из инсты, которые он обычно отключает. Оно оказалось от Лизы. Неред, к слову, давно пропала из его жизни. Просто неожиданно исчезла, в который раз оставляя Кашина в раздавленном состоянии. Паника накрыла его волной. Он уже и не слышал, о чем говорили друзья и, тем более что писали в чате. Он лишь смотрел в экран телефона. Она, кажется, поставила ему лайк на давнейшую фотографию и что-то под ней написала. Вдумываться в смысл букв не было не малейшего желания. Пока он еще держал себя в руках, сказал парням что-то и закрылся в ванной. Она не была похоже на помещение, в котором тот загибался вчера. Но в общем вайб ему точно не по душе. Тот умылся холодной водой. Прогоняя любые воспоминание о девушке и убеждая самого себя в том, что все осталось прошлом. Не в этом году точно и он просто не должен переживать по этому поводу. Ведь причины то толком и не было. Послышался стук. Твою мать – Дань, это я, ты там как – Все тот же родной голос бил по больному. Даже сейчас он заметил, что не все в порядке. Не послал его просто нахуй как обычно поступают обожаемые Кашином друзья. Ну вот что ему делать? Кашин открыл щеколду, но не дверь на себя потянул уже сам Тущенцев. С четким непониманием и тревогой входя в помещение. Кашин сел на край ванной. Кожа парня словно побледнела, хорошо подчеркивая Серые тени на лице и мешки под глазами. Руслан это никак не прокомментировал, вставая напротив и опираясь об стену за ним. После Брюнет кинул ему в руки полотенце и повернулся в сторону выхода. – Погна хоть покурим – Бросил тот покидая помещение и двигаясь в сторону входной двери на лестничную площадку. Кашин не стал сопротивляться. Не в его правилах. Уж точно не сейчас. Чем там занимается Илья с Денисом в их отсутствие никого не волновало, как ни будь переживут. Брюнет усаживается на ступеньках, вытаскивая из кармана пачку сигарет с зажигалкой. Кашин такие не курит. Слишком крепкие, но сейчас выпендриваться и говорить что-то против не было никакого желания. Он спокойно взял протянутую папироску, после чего к нему наклонились что бы ее зажечь. Парень не заметил как засмотрелся на чужие руки. После переводя взгляд на хмыкающего Руслана. Тот в прочем сделал две затяжки и на третей притянув собеседника за подбородок к себе, поцеловал, выпуская дым в чужие губы. Руки быстро нашли себе место на кофте, хотя одна в дальнейшем неплохо устроилась на колене. А после они вернулись в квартиру и закончили стрим под очевидные комментарии по типу «что, уже поебались?» К этому можно было привыкнуть. Кашин вновь вернулся в свою квартиру. В этот раз его провожал Руслан. И Они опять шли пешком. Назвать это чувство романтичным язык не поворачивался, но все же в этом что-то было. Но они так и не поговорили. Это тревожило больше всего. Не хотелось, чтобы в конечном итоге все происходящее оказалось для Руслана лишь временным развлечением. Такое бы было сложно пережить. Даже если бы он и справился. На телефон пришло сообщение от Тушнцева, вспомнишь солнце вот и лучик. На деле тот ответил на какой-то отправленный видос из тик тока. Кажется, просто угорал. Даня слабо улыбнулся и побрел спать. Пребывание в мире морфея оказалось недолговременным. Парень буквально вскочил из-за очередного кошмара. Толком выспаться у того не получалось давно. Но он с этим ничего благополучно не делал. Забивая на свое здоровье полностью. Правда находиться в комнате сейчас не хотелось. Он побрел в ванну. Открыл кран чтобы теплая вода бежала тонкой струйкой, умылся и взял в руки телефон. Буквально через несколько минут тот был отвергнут, скучно. Кашин метнул взгляд на шкаф что висел справа от зеркала. Открыв его, в небольшой серенькой коробочки, кажется от каких-то конфет, лежали парочка новых бинтов, перекись водорода, какая-то мазь и лезвия. Их там было несколько, одно кажись даже с ржавчиной, хотя обычно Кашин сразу их выбрасывал. Обычно воспоминания о самоповреждении вызывали некое отвращение, сейчас же ничего. Взяв одно, он покрутил его в руках с интересом разглядывая и вспоминая один тренд в тик токе что сам не так давно высмеивал на своем стриме. Глянув на время, Даня все же зашел в Телеграм. Пол второго, но тущенцев в сети. Он особо не удивился и больше ни секунды не думая – написал.

|DKNASASAI|

Рус, выбери: круг, треугольник или сердце?

[1:46]

|Cmh| Что за хуйня? Ты время видел неуч? [1:46] Кашин на секунду застыл, его рыжую голову посетила мысль о том, что он мог видеть даже те же нарезки со стрима Дани, молчу уже, а самом тренде. Но следующая смска все же позволило сердцу взять перерыв. Ибо выпрыгивать в двадцать так себе идея. Cmh Бля ну пусть будет сердце [1:47]

|DKNASASAI|

От души

[1:47]

Кашин положил телефон на край раковины, вновь кидая взгляд на лезвия и беря его руки. Оставлять следы на запястьях очень тупо. Но сейчас он, честно говоря, не думал. Да и на деле, как только холодный метал коснулся кожи, оставляя глубокую линию, а сам Даня едва поежился от запаха крови, думать вовсе расхотелось. Вырисовывать силуэт сердечка на деле оказалось труднее. Кровь сочилась и раны, но тот ее успешно игнорировал. Лишь смыл водой по окончанию. экран телефона загорелся, оповещая о новом сообщении. Кашин открыл их с Русланом переписку. |Cmh| Стой блять я знаю эту хуйню Даня я твой рот ебал бляяяядь [1:49] |Cmh| Скинь мне фото запястий Даня, сука зайди в сеть [1:49] |Cmh| Я сейчас приеду [1:50] Сердце пропустило несколько ударов. Что отвечать Рыжий даже предположить не мог. Пиздец. Точный. И Он по всей видимости скоро будет здесь. Ехать ему все же не далеко. Вот сейчас паника накрыла его волной, вновь вспоминая все не самое приятное о ванных комнатах за его жизнь. Пытаясь набрать в легкие побольше кислорода, тот залил новый порез перекисью. Забинтовывать сейчас не лучшая идея, сразу привлечёт внимание. Хотя он и без того, его уже ой как привлек. Лезвие отправилось в мусорный мешок, а коробка в шкаф, на свое место. Даня все же попытался наврать ему о том, что это тот пересидел в тик токе, а у Кашина все замечательно. Но в сеть собеседник больше зайти не соизволил. Неудивительно. Рыжий метался по квартире, пытаясь найти себе место. Как вариант, конечно, просто не пускать брюнета на порог, но его после такой выходки точно придушат. Еще обнадеживал тот факт, что конкретно на руках, у Дани почти ничего нет. Это правда мало сообразительно кромсать самые открытые части тела. Остаётся надеяться лишь на то, что его не начнут шпынять. Это он еще толком о его биполярке и проблемах с едой не знает. Кашин вновь чествовал себя виноватым. Да и с Тущенцевым порой тяжело, но чтобы прям такое комбо собрать. Из размышления его выбил стук в дверь. Бляяять. Да Кашин. Все же пустил его на порог. Руслан стоит под подъездной дверью в дом Дани. Матеря это рыжее недоразумение всеми нецензурными словами, что только знал. Он никогда так не был благодарен своей бессоннице. Только из-за которой и был в сети. Конечно, обвинять в чем-то самого Кашина было просто смешно, так что самое адекватное до чего додумался сам Руслан так это припереться к нему домой. Точнее он просто добежал. Три двора не много в такой ситуации, правда ко всему еще и полетели проклятья в сторону сигарет и никотина в принципе. Может все-таки поход в спортзал не такая уж и хуйня. Ему все-таки открыли, повезло хоть подниматься не так высоко, третий этаж тот осилил. Влетая квартиру, он сразу уставился на Даню. Понимая, что вовсе и не знает, как ему вести себя дальше. Они ведь, по сути, даже не в отношениях, хоть и все что между ними происходит давно заходило за порог дружбы. – Я твою мать ебал – он обнял его за плечи, опуская свою голову тому на шею. Конечно, Тущенцев имел ввиду что очень переживал за него, но тот и так это понял. Сам Руслан мог лишь радоваться тому, что от него не отстраняются, и не матерят. Нет, не довольств по типу это не твое дело, и ты все придумал. Его даже не прогоняют, наоборот. Даня аккуратно привлек его внимание к себе, приподнимая лицо за подбородок и поцеловал. – Дань, покажи руку – Снова заговорил тот, но уже даже без мата. Руслан как никто понимал, что вряд ли бы рыжий занимался всей этой хуйней ради привлечения внимания. Его вообще сложно записать в таких людей. Сомнений о том, что самому Кашину было тяжело, нет, поэтому последнее что он действительно мог себе позволить – так это материть этого запутавшегося кота. Ну что делать, рыжие тоже люди.