Песня райской птицы

      — Располагайтесь. Я закончу с работой, и мы обсудим планы.       Сайно оставил их в небольшом доме. Несколько комнат, часть из которых оказались гостевыми. Минимальный декор и только самая необходимая мебель.       Кавех сразу предположил, что это временное жилище. Генерал Махаматра часто находился по службе в самых отдалённых уголках Красных Песков и следить за домом не было времени. Так же Кавех был уверен, что это не единственное имущество Сайно, и он привёл их сюда специально: можно не думать сильно о гостеприимстве, а свободные комнаты для ночёвки имеются.       — Не против, если я первым займу ванную комнату? — спрашивает Кавех, когда аль-Хайтам ставит свои пожитки возле тахты в центре зала.       — Иди.       Кавеху очень хотелось наконец избавится от осевшей на коже песчаной пыли и мнимой крови. Только красоты Органы перебили возбуждённый количеством людей вокруг голос Увядания. Сейчас оно неприятно, словно кошки, скребло внутри. Вот же проклятие: несколько пустынников ему уже мало.       Кавех покопался в своих вещах, нашёл чистый комплект и отправился в ванную комнату. Аль-Хайтам проводил его взглядом и материализовал одно из зеркал памяти. Отслеживать активность Увядания, когда Кавех молчит, очень тяжело, а применять магию проблематично: Увядание его поглотит, да и Кавех заметит вмешательство.       «Реакция в городе — Отрицательно. Причина: Предположительно хорошее настроение Кавеха. Пометка: Органа представляет архитектурную ценность.       Вывод: Состояние Кавеха влияет на реакцию Увядания. Первичное предположение: выгодный симбиоз.»       Закончив запись, аль-Хайтам взмахом руки убрал зеркало и откинулся на небольшую спинку тахты, устремляя взгляд в потолок. Простые витражные вставки из золотого и белого, люстра в виде закрытого цветка, а может плода. Кавех бы рассказал, чем именно вдохновлялся архитектор, но сейчас им нужно выяснить, куда держать путь, а не рассуждать о дизайне. Чтобы аль-Хайтам не говорил, он был реалистом и не верил в удачу. Это лишь спонтанное решение, которое он принял на эмоциях из-за истощения, и в которое сам уже начинал почему-то верить. Тем больше его удивляло, что Сайно согласился им помочь.       Тишину комнаты прервали негромкие звуки. Растолкав вещи, в воздухе завис Мехрак. Тот отключился перед въездом в город. Кавех сообщил, что раньше, когда артефакт чаще бывал рядом, иногда он входил в режим сна, чтобы восстановить энергию. Аль-Хайтам предположил, что из-за связи с магическим ядром Кавеха, тому необходимо периодически подключается к нему. А припоминая об отсутствии влияния Увядания от Мехрака, несложно предположить, что так он обеспечивает безопасность окружения, пока копит силу.       — Можешь ещё отдохнуть, — сказал аль-Хайтам, когда Мехрак поднялся повыше в воздухе и стал осматриваться. — Мы останемся здесь на ночь.       Артефакт подлетел к тахте и опустился рядом, прижавшись тонкой стороной к ноге аль-Хайтама. Мужчина лишь глянул на Мехрака, пытаясь разгадать, о чём мог думать искусственно созданный разум. Тот всего-то издал какие-то звуки и вызвал небольшую проекцию. Аль-Хайтам сразу узнал её.

✤✤✤

      — И поэтому ты решил обратиться ко мне?       — Я видел ваши показательные выступления на последнем публичном мероприятии и посчитал, что вы сможете помочь.       — Не обращайся ко мне на вы, а то я чувствую себя старым. Просто Кавех будет достаточно.       Кавех показательно вздохнул и потёр переносицу. Он совсем не ожидал, что к нему обратиться кто-то с даршана Хараватата. Обычно это студенты с Кшахревара обращались к тем, чтобы разобраться с правильной магической формулой или раскрыть очередной секрет древнего артефакта. А тут ещё и мальчишка с виду на пару лет его младше, с серыми волосами, которые скрывали один глаз, да ещё и с кипой книг в сумке.       — Хорошо, Кавех.       — Аль-Хайтам, верно? — когда тот кивнул, Кавех продолжил. — Ещё раз. Тебе нужно повысить эффективность атакующего заклинания за счёт атаки сразу нескольких целей?              — Всё верно.       — Амбициозно, — протянул Кавех. — Хорошо. Показывай, что умеешь.       Кавех указал на небольшой механический манекен. Он часто использовал эту каморку в доме Даены, из-за чего остальные студенты негласно назвали её домом Светоча. Кавех никому не отказывал в помощи, а потому стащил сюда все нужные тренировочные вещи для любого из даршанов.       Аль-Хайтам встал напротив манекена и поднял руку, приготовившись атаковать. Быстрый взмах и зелёный луч за мгновение оказался в одной из активных точек. Манекен издал звук, подтверждающий попадание и достаточную силу удара. Аль-Хайтам повернул голову на Кавеха, ожидая его реакции. Кавех пару раз моргнул, осмысляя произошедшее.       — Хорошо, эм, а есть что-то не настолько точечное? — с небольшой опаской спросил Кавех.       Аль-Хайтам кивнул и повторил, кажется, те же действия, но площадь поражения в этот раз оказалась больше. Только вот звук от манекена сообщил, что сила удара стала ниже.       — Ага, я понял.              На самом деле Кавех пока ничего не понял, но его подсознание видимо было уверено, что ответ они найдут. Во-первых, атака очень быстрая, во-вторых, сосредоточенная, в-третьих, при увеличении площади атаки теряется только сила.       В единственном окне каморки вспыхнул солнечный зайчик. Он отразился от части металлических и стеклянных поверхностей, ненадолго освещая всё помещение.       — Придумал! — воскликнул Кавех, чем заставил аль-Хайтам дёрнуться от испуга.       Небольшой магический пас и рядом с манекеном появилось несколько гладких овальных поверхностей, которые давали слабые блики.       — Попробуй ударить сильнее, но прицелится вон в то верхнее зеркало, — юноша указал на зеркало слева от головы манекена.       Аль-Хайтам послушался и выстрелил в указанное зеркало. Тонкий луч быстро отразился от зеркал и, нарисовав своеобразную звезду, прошил манекен магической энергией несколько раз.       — Это... — у аль-Хайтама не нашлось слов, когда манекен издал звук пару раз, оповещая о множественной атаке.       — Я подумал, раз твой снаряд имеет такую высокую скорость, почему бы не заставить его, как свет, отразится много раз и тем самым создать иллюзию множественной атаки, м?       Кавех улыбнулся и переставил зеркала, изменив угол их отражения. Он сам пустил небольшой шар: тот не обладал такой же скоростью, как луч аль-Хайтама, но с лёгкостью очертил новую фигуру.       — Единственная проблема — рассчитать удачный угол отражения, что в реальном бою обычно затруднительно.       — Я посещаю лекции Кшахревара и разберусь с расчётами, — тут же уверил его аль-Хайтам. — Если создать несколько стабильных комбинаций, то не придётся каждый раз всё просчитывать.       Кажется, не он один здесь гений. Кавех не выдержал и потрепал аль-Хайтам по голове, как делал с многими студентами младше него, когда они достигали успеха после его помощи. Если такие идеи посещали эту серую голову в таком возрасте, каким великим магом тот вырастет?       Аль-Хайтам слабо улыбнулся и попытался избежать дальнейших прикосновений. Он осторожно пригладил растрепавшиеся прядки, возвращая свою причёску на место. Другие сказали ему, что в подобных условиях он навсегда останется заложником одной цели в бою, но этот юноша только что доказал, что это совершенно не так.

✤✤✤

      Из воспоминаний аль-Хайтама вывел звук открывшейся двери. Кавех растирал влажные волосы полотенцем, чтобы немного их подсушить. Выглядел он уже не таким потрёпанным, как до похода в ванную комнату. Широкая рубашка с вырезом-галочкой легко легла на тело, а лёгкие штаны шли волной от неспешных шагов.       — О, Мехрак, проснулся? Что это ты перебираешь? — Кавех подошёл ближе и заглянул в проекцию. — Система отражателей? Какая древность.       — Не такая уж, — прокомментировал аль-Хайтам. — Полагаю он увидел, как я атаковал пустынников и нашёл это в твоей памяти, раз вы связаны.       Кавех лишь неопределённо пожал плечами и сел на тахту по другую сторону от Мехрака. Он откинулся на спинку и скинул полотенце на плечи.       — Кажется, что это было в другой жизни, — выдохнул Кавех.       — Мы просто были очень юны. Мне только исполнилось четырнадцать.       — Ты насколько хорошо запомнил тот урок?       Аль-Хайтам промолчал. Да, в его памяти тот день отложился очень хорошо. Не только потому, что открыл для него новые возможности в боевом применении магии, и подтолкнул к нестандартному пониманию магических формул. А ещё потому, что тогда Кавех выглядел, как сбежавшая с неба звезда, с сияющими в закатных лучах светлыми волосами и сверкающим взглядом красных драгоценных камней.       — Эй, я с тобой разговариваю.       — Я пользуюсь зеркалами до сих пор. Так как ты думаешь, хорошо ли я его запомнил?       — Мог бы просто сказать да, — пробурчал Кавех, складывая руки на груди.       Между ними повисла долгая пауза. Казалось, что не было тех нескольких лет разлуки: они просто вновь начали цапаться по пустякам из-за разных взглядов на жизнь.       — Да, я хорошо запомнил твой урок, — прервал тишину аль-Хайтам и поднялся с тахты.       Кавех завис не несколько секунд, которых хватило, чтобы аль-Хайтам взял комплект чистых вещей и скрылся в ванной комнате.       — Погодите, что?       Мехрак пару раз пискнул и поднял светящиеся глазки на Кавеха. Артефакт явно не понял в чём суть брошенного вопроса и ожидал объяснений. Но у Кавеха их не было. Он сам не знал, что сказать на это. В прошлом аль-Хайтам бы так не сделал, может быть только в подростковом возрасте, когда они встретились.       В груди неприятно сжалось. Увядание всё ещё не успокоилось и красноречиво подсказывало все действия аль-Хайтама. Кавех резко отвернулся, зажмурив глаза. Данное действие снесло Мехрака и он плюхнулся на тахту. Артефакт тут же поднялся и вновь издал звук, похожий по интонации на вопрос.       — Всё хорошо, не переживай, я просто утомился от дороги по пустыне, — быстро пробормотал Кавех, ероша ещё влажные волосы рукой. Глаз он при этом не открыл.       Мехраку того оказалось достаточно и он продолжил заниматься своим делом, каким бы оно не было. Кавех заставил себя думать о чём угодно, только не о месте где он находился, и в особенности не думать об аль-Хайтаме. Увядание неприятно скребло, но с каждым разом попытки становились всё ленивее.       — Кавех? Что-то не так?       Кавех тут же обернулся. Аль-Хайтам стоял в светлой свободной рубашке с большим вырезом и в тёмных широких штанах. Кавех тяжело сглотнул стараясь не смотреть не выглядывающие из выреза мышцы и поднял глаза.       — Нет-нет. Просто немного разыгравшееся Увядание, не более, — а ведь он даже не соврал.       — Как это проявляется? — спросил аль-Хайтам таким тоном, что любой бы почувствовал себя объектом исследования.       — Просто обостряется чутьё и оно будто скребёт внутри, — ответил Кавех, хоть и поежился от пронзительного взгляда бирюзовых глаз.       Аль-Хайтам призвал зеркало памяти и тут же сделал запись, даже ничего не ответив. Мехрак отвлёкся и своего дела и подлетел в воздух. Его зелёная магия прошлась лучиками по зеркалу, чем привлекла внимание обоих мужчин. Издав парочку утвердительных звуков, артефакт создал несколько уменьшенных копий зеркала, но без текста и радостно закружил вокруг них.       — Кажется, он научился новому трюку, — высказался аль-Хайтам, убирая зеркало памяти. — Кавех, ты не смотрел, есть ли здесь еда?       Кавех пару раз моргнул, пытаясь уследить за хронологией мыслей, а после отрицательно помотал головой. Ему почему-то даже не пришла идея зайти на кухню и пошарится по кладовой. Аль-Хайтам кивнул головой в сторону прохода и без лишних слов отправился туда.       Они нашли вяленое мясо и немного булгура. В ящичках оказались различные специи, которые могли долго хранится. Из всего этого на пару они сделали скромный ужин. Кавех взял на себя обязанность заварить хороший травяной чай и сейчас разливал ароматный напиток по чашкам.       — Спасибо, — сказал аль-Хайтам, принимая глиняную чашку.       Они легонько соприкоснулись пальцами, но ничего не произошло. Кавех не обратил бы на это внимание, сфокусировавшись на деле, но ощущение чужой прохладной кожи осталось с ним. К большому удивлению, Увядание молчало, будто уснуло. Затишье перед бурей? Попытка забыть об осторожности и переступать грань дозволенного? Кавех решил об этом не думать: лучше он насладиться ужином.       Сайно вернулся, когда они мыли за собой посуду. Он успел пустить шутку про то, что они домохозяины и правда "расположились", что начали заниматься бытовыми делами. Красноречивая тишина намекнула генералу, что нужно переходить к следующей теме.       — Я принёс карту и если вы закончили, мы могли бы обсудить, куда нам направляться.       Они прошли в небольшой кабинет, где имелся стол. Сайно развернул карту и положил небольшие брусочки по краям, чтобы пергамент не свернулся обратно.       — Пока я возвращался, размышлял и пришёл к мысли, что нам буквально нужен храм.       — Храм? Вот прям храм, где молятся богам? — уточнил Кавех.       — Именно.       Сайно ничего не объяснил, а принялся бегать глазами по карте от названия до названия, расчерчивая взглядом всю пустыню. Он ткнул в один из храмов, находящихся на западе от Органы.       — Храм Тота нам не подойдёт, я был там по делу, и уверен, что ничего мы не найдём.       Сайно прочертил пальцем линию до следующего храма, останавливаясь на названии. Не удостоив тот внимания, он двинулся к следующему. Его рука остановилась на востоке от Органе, возле дорог ведущих в Изумрудные Тропики.       — Земля нижнего Сетеха, — проговаривает Сайно. — Храм Германубиса может нам подойти.       — Почему? — интересуется аль-Хайтам.       — Германубис был жрецом и выступал в истории как фигура мудрейшего из мудрейших. К нему обращались за советом: говорят даже сам Царь Дешрет просил помощи жреца. Пусть Германубис в божественном пантеоне не особо значим, но всё же он имеет своих последователей.       Сайно провел линию трактов, которые огибали место, где располагался храм. Не так далеко от путей, есть свой оазис, если, конечно, верить карте. Чем не идеальное место, чтобы без лишних глаз и ушей заниматься своими делами?       — Небольшой приток паломников, поставки ресурсов, тайна деятельности жрецов, закреплённая законом, — перечислил Сайно, скрестив руки на груди. — Как по мне, самое удачное место, чтобы спрятать тайные знания и сохранить реальную историю.       Спорить с этим умозаключением никто не стал. Что аль-Хайтам, что Кавех считали эти размышления вполне реальными, да и других зацепок у них нет. Если не повезёт — придётся довольствоваться текстами из дома Даены.       — Выезжать будем рано, караван "Золотое Крыло" как раз должен отправиться в Тропики с товарами, — сказал Сайно. — Присоединимся к моему посыльному. Отдыхайте, я соберу нам вещи.       Кавех подхватил оставленный в гостиной рюкзак и отправился в одну из комнат. Комнату рядом занял аль-Хайтам. Он занёс свои вещи и остался стоять в проходе.       — Тебе нужна энергия для Увядания, — негромко произнёс аль-Хайтам, когда Кавех уже хотел закрыть дверь.       — Потерпит, — буркнул мужчина, хватаясь за ручку.       Ему помешали. Аль-Хайтам схватился за край двери и остановил её. Его взгляд был слишком серьёзным, чтобы со спокойной душой его игнорировать.       — Ну что ещё?       — Сейчас ты в крупном городе, но рядом с тобой не так много людей. Минимум полдня ты проведёшь в близком контакте с окружающими. Уверен, что сможешь удержать над ним контроль?       Кавех хотел выдать что-то наподобие: "ну до этого, как-то же я выживал в Тулайтулле." Но в то время, он вынуждал Увядание голодать да и сам был по большей части нелюдим и раздражён, что к нему никто и не приближался.       — Какое у тебя решение? — Кавех чувствовал себя проигравшим. — В пустыне не так много источников.       Аль-Хайтам просто протянул свободную руку в приглашающем жесте. Кавех тут же отшатнулся, как от огня и замотал головой.       — Нет-нет-нет! В прошлый раз оно выжрало тебя почти досуха!       Кавех прикрыл рот. Привлекать своими криками ещё и внимание Сайно не хотелось.       — Я верю, что в подобных условиях у тебя всё лучше получается контролировать Увядание и ты не захочешь меня убить.       Кавех глянул за плечо аль-Хайтама, но его встретил лишь пустой коридор. Он выдохнул и кивнул в сторону другой двери. Всё внутри кричало сказать «нет», но Кавех заглушил эти мысли, соглашаясь с предложением.       — Не хочу волноваться о том, как ты доберёшься до постели.       Они вместе переместились в другую комнату, и аль-Хайтам лёг на кровать. Та была достаточно большой для одного человека. Можно сказать, что они вполне могли бы уместиться на ней вдвоём, в обнимку. Кавех тут же откинул эту мысль, зацепившись за строгий орнамент на спинке. Ровные линии, острые углы, глаза-звёзды. Да, лучше думать о дизайне.       — Достаточно убедительно лежу в кровати? — поинтересовался аль-Хайтам, закидывая на себя расшитое покрывало.       Кавех сначала хотел выдать что-то в ответ, но лишь тяжело выдохнул и перевёл взгляд на раскрытую руку. Увядание проснулось, закопошилось где-то в груди, но не выпускало свои шипы. Тонкая линия зелёного света, рядом переплетённые вены. Взгляд на грудь: мирно стучащее сердце и ровно пульсирующий источник магии.       Осторожное прикосновение к коже. Кавех даже замер на мгновение, когда не почувствовал обычной реакции Увядания. Он осторожно взялся за руку и только успел поднять глаза, когда заметил, что веки аль-Хайтама дрогнули. Явно от боли, ведь в это самое мгновение, Увядание удосужилось вгрызться в представленное «лакомство».       Кавех внимательно следил за тем, как теряет яркость магический источник. Он отнял руку, когда решил, что этого достаточно, чтобы аль-Хайтам успел восстановиться за ночь.       — Завтра будешь в порядке? — на всякий случай уточнил Кавех.       Всё же в прошлый раз им пришлось сражаться, после того как Кавех не специально чуть не выжал мужчину досуха. Удивительно, что несмотря на всё это, аль-Хайтам чувствовал себя достаточно хорошо. Неужели за несколько лет, что они не виделись, он так вырос в силе?       — Буду, — коротко ответил аль-Хайтам, устало хлопая веками.       Кавех ещё несколько секунд смотрел как ровно бьётся чужое сердце и, наконец, решил вернутся в свою комнату. Ему ещё нужно устаканить свои мысли, прежде чем поспать несколько несчастных часов.       В этот раз им не так сильно повезло. Повозки и яки были полностью загружены оттого на каждом небольшом привале они сменялись с караванщиками ради каких-то минут отдыха на животном. Путешествовать с генералом махаматрой и двумя магами караванщикам очень понравилось. Глава почти всю дорогу занимал Сайно рассказами о всех последних сплетнях: разбойники, тракты, новые союзы. Кавех не был уверен, запомнил ли махаматра хотя бы что-то из того разговора, потому что нос шакала часто гулял по округе.       Они распрощались с караванщиками, когда въехали в песчаный горы Земли нижнего Сетеха. К этому времени поднялся ветер и пришлось сильнее кутаться в ткань скрываясь не только от солнца, но и песка. Сайно сверился с картой и повёл их дальше, через ущелье.       Ветер завывал, гуляя между горами из песчаника. Продвигались они медленно. Даже простое магическое заклинание от аль-Хайтама не могло защитить глаза от всего песка. Мужчина умалчивал, что поддерживать его на Кавехе было затруднительно, а тот и не замечал, высматривая через Увядание возможного врага.       Где-то справа с горы сорвался какой-то всполох. Кавех не успел заметить, что это было, а потому остановился, всматриваясь через песчаное облако. Аль-Хайтам заметил это и замедлил шаг.       — Кавех?       В серо-рыжем мареве блеснула вспышка. На место, где ещё мгновение назад стоял Кавех, приземлилась искрящаяся стрела. Никто не успел ничего сказать, как Кавех бросился вперёд и схватил Сайно за плащ. Стрела вонзилась в песок прямо перед ними.       — Удивительная реакция! — прозвучал голос, перекрикивая ветер.       В руках Сайно появилось копьё, а аль-Хайтам взмахнул мечом. Кавех сделал несколько шагов назад. Мехрак в его руках тихо пискнул, предупреждая, что готов помочь.       Ещё одна стрела полетела в их сторону. Обострившиеся чувства вновь воспользовались знаниями и просчитали траекторию полёта. Лучник будто намеренно пустил стрелу так, чтобы она никого не задела. Любой обычный человек сошёл бы с линии огня, но Кавех не шелохнулся и не предупреждал компаньонов.       — Значит магия, — послышалось через песчаную завесу. — Зачем вам Храм Германубиса?       — Мы путники и пришли воздать почести мудрейшему из мудрейших! — выкрикнул Сайно.       — Ложь! — просвистело вместе со стрелой.       Кавех не успел даже слова вставить, дёрнувшись к генералу. Но тот взмахом копья отбросил стрелу в сторону, пустив по воздуху сноп фиолетовых искр.       — Дальше вам не пройти.       Сайно бросился на голос, скрываясь за песком. Аль-Хайтам с Кавехом поспешили следом, но почти тут же остановились, когда заметили чужую драку. Песка в воздухе здесь оказалось меньше, а потому силуэты можно было разглядеть без применения магии.       Лук перешёл на спину, а в руках напавшего блестело копьё. Белая накидка взлетала вверх с каждым ударом, а из под капюшона выглядывали заплетённые каштановые волосы. Сайно напирал: он явно превосходил мастерством владения копья, но одержать вверх никак не мог. Снопы фиолетовых искр электрической магии пускали громыхающее эхо по всему ущелью.       — Как? — выдохнул Кавех, внимательно следя за вспыхивающими разрядами.       — О чём ты?       Аль-Хайтам попытался применить заклинание отслеживания, но стремительные удары сменяли формулы одну за другой. Уследить за ними было практически невозможно.       — Их магия идентична.       На лице Кавеха застыла эмоция неверия и удивления. Он бы с радостью показал аль-Хайтаму, что видел, но даже не представлял, возможно ли это, в особенности без вреда. Был всё же плюс у Увядания, маленький такой, незначительный, но позволяющий различать, что угодно.       — Все же знают, что даже у близких родственников есть различия, — начал Кавех, пытаясь объяснить свои слова.       Аль-Хайтам кивнул. Магия индивидуальна, даже если все исполняют одно и тоже заклинание. Интерпретация, написание, произношения, действия и самое главное источник. Потому всегда можно распознать какой маг сотворил заклинание и потому те, кто творил противозаконные вещи, пытались всё скрыть.       — Но у них... Такое ощущение, что они используют один и тот же источник. Как мы с Мехраком. Но я не вижу линий связи, каждый имеет своё магическое ядро.       В этот момент звонко звенит сталь и копья разлетаются в разные стороны, выбитые из рук. Драка не замирает ни на мгновение. Лишились оружия, оба творят заклинания. В ущелье наконец наступает тишина.       У обоих на головах морда шакала, руки завёрнуты в ленты с иероглифами древнего пустынного наречия, а когти сверкают всполохами молний.       — Откуда у тебя это!? — выкрикивает белый шакал.       — С рождения. Откуда у тебя сила Германубиса!? — грозно спрашивает Сайно.       — Она принадлежит мне по праву, а ты значит вор!       Белый шакал не успевает бросится в атаку: перед ним возникает зелёная стена. Аль-Хайтам после заклинания спешит за подорвавшимся Кавехом.       — У вас один источник! — говорит он на бегу. — Будто бы вы пользуетесь одной и той же силой.       — Разве такое возможно? — Сайно сжимает и разжимает когти в нетерпении.       — Один источник...       Белый шакал в задумчивости опускает голову, а после и вовсе разрушает заклинание. Каштановые волосы с проблеском серых прядей развевает ветер. Зелёные глаза бегают по песку, будто бы читая на нём скрытые тексты.       — Возможно, — выдаёт он после затянувшейся паузы. — И это неправильно. Даже не так, это опасно.       Сайно не стал держать своё заклинание и тоже сбросил когти. Он поправил свою физическую маску шакала. Бой сошёл на нет, как и поднявшийся ветер, будто бы знаменуя точку в этом противостоянии.       — И что будем делать, м? — спрашивает генерал, вытаскивая из песка своё копьё.       — Нужно ознакомится с текстами и обсудить это со старейшинами. Отпустить я вас не могу.       — Всех? — уточняет аль-Хайтам, поравнявшись с Кавехом. Его меч также исчез.       — Всех. Я Сетос, — отвечает парень. — Но я всё равно должен знать, для чего вам Храм Молчания. От этого зависит ваш статус пребывания там.       Вот оно. Этому Сетосу известно, что они ищут Храм Молчания, хотя Сайно сказал именно о храме Германубиса.       — Мы, я — аль-Хайтам, с Кавехом, — мужчина указал на них. — Ищем информацию об Увядании. Нам нужно разобраться, можно ли его излечить. Сайно нас лишь сопровождал.       — Если бы не мы, — вставил Кавех. — Вам бы не довелось встретится.       Сетос дал себе время подумать, по его бегающим зелёным глазам можно было заметить, как он или вспоминал какие-то факты или приходил к своим выводам.       — Хорошо, я попрошу допустить вас в архивы, господин секретарь, в благодарность, что привели к нам генерала махаматру. — Сетос хмыкнул, когда удивил присутствующих своими познаниями.       Он бросил взгляд на Кавеха, будто бы глазами говорил, что и о нём знал достаточно, но вслух обращаться к Светочу Кшахревара не стал. Сетос махнул рукой, призывая последовать за ним.       — Думаешь я добровольно отправлюсь в твою ловушку? — интересуется Сайно, не сдвинувшись с места.       — У тебя нет выбора, — Сетос легко взмахивает рукой, указывая наверх.       Он явно не один и именно на это и был намёк. Среди песчаных скал не видно силуэтов, но их невидимые луки уже давно готовы натянуть тетиву. Сайно лишь хмыкает, понимая, что бессилен в данной ситуации.       Они прошли дальше по ущелью и вышли на открытое плато. Небольшой храм сливался с песчаными скалами и лишь редкие золотые элементы вместе с цветными узорами позволяли его заметить.       Кавех обратил внимание, что хоть здание и было высоким, но содержать в себе целую тайную организацию с огромным хранилищем знаний не должно было. Судя по взгляду аль-Хайтама тот разделял похожие мысли.       Огромные двери, словно пасть шакала раскрылись перед ними, впуская в приятный полумрак с запахами тлеющих углей и пряностей.       — Прояви уважение мудрости Германубиса входящий в обитель его познания, — благоговейно произнёс Сетос.       За ними закрылись двери, оставих их в темноте. Вспыхнули магические огни в медных чашах и перед глазами проявилась большая зала, гораздо больше, чем то, что было видно снаружи храма. В самом конце на скромном троне восседала большая статуя в маске шакала с копьём в одной руке и табличкой в другой. Германубис.