Дахем

Что такое страх смерти? Это страх того, что больше не будет как прежде? Или может больше пугает то, что будет после смерти? В таком случае это страх неизвестности, не так ли? А что, если больший страх вызывает то, что произойдет не с физической оболочкой тела, а с сознанием?  У каждого человека есть свои тонкости в этом страхе, если он у человека действительно есть. Кто-то строит свои теории о загробной жизни, а кто-то предпочитает верить в те версии, которые уже были очень хорошо продуманы другими людьми. Тогда этот вопрос начинает затрагивать религии и вероисповедания.  В христианстве Господь решает где будет находится душа умершего до страшного суда — в раю или же в аду. В католичестве также присутствует суд Божий, но перед этим не идёт рай или ад, а лишь вечность. В буддизме верят в перерождение душ из тела в тело. В исламе принцип довольно схожий с католичеством и христианством, лишь термины другие используются.  Но не смотря на все это человек всегда додумывает неразрешенные до этого мелочи для себя. Каждый человек уникален в своих мыслях, а мысли, как всем известно, вещь материальная.  В последнее время приступы дереализации обострились и стали чаще. На все сто процентов он был уверен, что это связано с прекращением употребления прописанных ему таблеток. Они перестали приносить свой эффект, но без них становилось совсем худо. Многие говорили ему, что это просто надо перетерпеть, а дальше все станет лучше, но никто не предупреждал его о том, что в голову станут забираться мысли о суициде. Нет, они никогда не были планами, только глубокими самокопаниями и рассуждениями. Сам парень был скептиком и атеистом, не видел загробной жизни в принципе, но в последнее время все чаще задумывался о ней.  А что, если я уже мертв, просто человеческое сознание не способно принять этот факт и упорно игнорирует его строя для себя же иллюзии о продолжении жизни? А что, если после смерти не будет ничего? Лишь сознание в вечности. — Где-то давно он читал теорию человека (явного сторонника версий о существовании параллельных вселенных), что наших физических оболочек бесконечное множество, только каждая из них ждет свой черед получить сознание. По версии писавшего все это каждый раз, когда мы остаемся на волосок от смерти мы на самом деле умираем в этой вселенной, но продолжаем жить в другой, и поскольку новая вселенная становится для нас новым домом мы не замечаем изменений. То есть в нашем мире тебя могла спокойно сбить машина, но переселившись в другого тебя ты бы воспринял это так, будто водитель успел затормозить, но на самом деле переселение уже произошло. И в новом мире все может быть кардинально по другому, например там могут быть неизвестные доселе существа, но тебя бы это уже не удивило.  Как раз эта теория не оставляла в покое Рому последние несколько недель. Много размышлений, собственных догадок и самокопаний. На все это уходило много времени, но, благо, сейчас его у него было предостаточно.  Даже у бессонницы есть свои преимущества, только вот, они перекрываются огромными минусами.  На телефон пришло новое уведомление. Рома опять забыл выключить его на ночь, эта привычка давно с ним. А вдруг напишет кто-то важный? Вдруг по работе? Вдруг чрезвычайная ситуация?  Но сейчас все оказалось не так серьезно. Писал лучший друг — Давид. С ним он был знаком ещё со школы. Они сидели за одной партой, вместе прогуливали уроки, жили в одном доме, творили всякую дичь тоже вместе, некоторые учителя даже сравнивали их с Гарри Поттером и Роном Уизли из-за цвета волос парней, Рома был брюнетом, а Давид рыжим, и их способность быть не в то время не в том места. Весь подростковый период они провели бок о бок, помогали друг другу буквально во всем. И завоевать девчонку, которая кому ни будь из них понравиоась, и с моральными трудностями, и с финансовыми, и от ментов удирать. Какое-то время даже квартиру вместе снимали, но потом разъехались.  На дисплее гласило короткое «спишь?»  Пальцы быстро забегали по клавиатуре набирая сообщение «нет, третью ночь заснуть нормально не могу»  От друга последовало «я наберу?» и не дождавшись ответа он нажал на кнопку звонка.  —Дарова, ну ты как? — Прокуренным голосом спросил Давид. — Вообще уснуть не можешь?  —Да говно все, вырубаюсь на минут пятнадцать максимум, а потом опять просто лежу, — включив громкую связь и положив телефон рядом с собой на подушку ответил Рома — надоело уже. —А таблетки чего не пьешь?  —Не помогают уже совсем. Дозу пробовал увеличить — не сработало.  —Сходи к своему врачу, пусть новые выпишет. А то совсем не дело вот так тебе разлагаться у себя же в квартире, — В голосе парня слышалось неподдельное волнение за друга. —Мне все равно рано или поздно пришлось бы от всех препаратов отказаться, так вот я подумал и решил, что лучше раньше, чем позже, поэтому в пизду их. Не могу всю жизнь только на таблетках жить. —Ну да, тут ты тоже прав в какой-то мере, — кивая про себя он согласился — слушай, я могу к тебе приехать, если хочешь, а то сегодня весь день проспал, так что сейчас спать не хочу и нечем заняться. Может посмотрим с тобой что нибудь, глядишь, ты и уснешь. Сначала внутри Ромы что-то остро запротестовало. Словно шестое чувство подсказывало, что не надо сейчас чтоб кто либо был рядом. Словно он мог не намерено втянуть кого-то во что-то нехорошее. Даже не то, что нехорошее, а ужасное и непоправимое. Но парень никогда не доверял своим предчувствиям. Они всегда подводили его, из чего он усвоил урок: думать и принимать решения головой, а не импульсами сердца. И в итоге тот согласился принять гостя. —Захвати по дороге сигареты, у меня в пачке последняя осталась. *** Звонок в дверь, быстрый взгляд в глазок, в котором показались распущенные рыжие патлы, щелчок замка. Все это осталось смутными образами в сонном сознании. Роман плохо помнил, как разлил некрепкий алкоголь по бокалам, достал закуску, включил телевизор и прочие мелочи. Все это покажется совершенно неважным завтрашним утром, когда он поймет, что все же уснул за просмотром, за собирается в магазин за кофе, разбудит и позовет за компанию Давида, а когда будет спускаться по ступенькам вниз поймет, что что-то не так.  В этот момент уже придется полностью прийти в себя.  Это не его лестница. Это не его подъезд. Это не его дом.  Несколько десятков секунд должно уйти на осознание этого. Друг все ещё рядом и тоже не понимает, что именно происходит. Попытка вернуться обратно, на несколько пролетов выше, оканчивается неудачей. Каждый этаж похож на другой словно две капли воды, словно парней кто-то очень ловко разыгрывает и они попросту бегают по кругу.  В голову брюнета пришла интересная мысль. — А когда я успел умереть?