new year's happiness

Утро 31 декабря ничем не отличалось от других для Данилы. Его день начался с привычной рутины: подъём, умывание, завтрак и мучительная работа над альбомом, который, казалось, обречён на вечное существование в черновиках. Закончив утренние процедуры и взглянув на свои растрёпанные волосы, Кашин задумался: с кем бы он мог встретить Новый год? Лера — близкая подруга рыжего, ака его бывшая — была занята чем-то своим, судя по её коротким отрывистым ответам на сообщения. Остальные друзья, которых он обзвонил, также имели свои планы, более важные, чем встреча Нового года с 28-летним юношей, застрявшим в творческом кризисе и одиночестве. Честно говоря, Даня совершенно не переживал по поводу отсутствия планов на Новый год. Он посчитал это даже плюсом: дополнительное время можно было посвятить своей работе. Возможно, даже удастся наконец-то провести стрим. Одиночество в этот вечер виделось ему не как грустный факт, а как удачная возможность сконцентрироваться на личных занятиях.

[***]

День пролетел незаметно, словно его и не было. До Нового года оставалось меньше часа. На деле же, день рыжего, прошёл совершенно бесцельно. Кашин провалялся в своей комнате, бездумно пролистывая ленту тик тока. Он списал это на недавний конец тура и необходимость отдохнуть. В бесконечном потоке видео мелькали нарезки из его собственных стримов, фотографии, упоминания его имени, случайные мемы; с некоторых он даже посмеялся. Продуктивность равнялась нулю, но, казалось, это его нисколько не беспокоило. Так вот… Вернемся к настоящему времени. Данила не утруждал себя особой подготовкой к празднику. Он ограничился покупкой какого-то недешевого алкоголя и доставкой еды на дом, чтобы хоть от голода концы не отдать. Парень сидел на кухне, ожидая, когда уже по телевизору закончится занудное пение каких-то треков по типу шоколадки, и начнётся новогоднее обращение президента. После этого рыжеволосый думал, можно будет наконец-то отправиться в свою берлогу, забраться под одеяло и погрузиться в глубокий сон — идеальное завершение ещё одного, ничем не отличающегося от других дней дня. В его планах не было ничего особенного, никакого торжества или радости, только обыденная усталость и желание выспаться. В моменте Даня услышал какой-то звук. Естественно, сначала он подумал, что это ему по голове стучат. Однако стук повторился, на этот раз более отчетливо и уверенно. Тогда до него дошло: это стучали в дверь. Кто-то прямо в канун Нового года решил нанести ему визит? Серьезно? Он нахмурился, недоумевая, и почувствовал легкое беспокойство. Рыжий совсем не ожидал гостей и совершенно не был к ним готов. Но и оставлять человека за дверью в такую ночь показалось ему невежливым поступком. Данила двинулся в сторону входной железной двери. Даже не смотря в глазок, он повернул ключ. Услышав характерный щелчок, дверь распахнулась. Парень увидел то, что не ожидал видеть точно. Перед ним стоял силуэт чуть ниже ростом, чем он сам. Такие родные карие глаза, сливающиеся с подъездной темнотой, устало направили взгляд на рыжего. Каштановые волосы были растрёпанны и покрыты небольшими слоем снега из-за метелистой погоды на улице. Ну конечно, не май месяц на дворе. Блять, Руслан. Кашин застыл в дверном проеме. Воздуха резко перестало хватать, будто все дыхательные пути как на зло перекрыли. Даня хотел было провалиться сквозь землю, раствориться, исчезнуть, но тело окаменело, он не мог даже пошевелиться. В голову внезапно ударил обжигающий жар, несмотря на пронизывающий холод подъезда. Все замерло. Время остановилось, растянувшись в бесконечную мучительную паузу. По ощущениям прошла целая вечность. Десять минут? Нет… Даже двух не прошло. Напряжение, густое и липкое, витало в воздухе. Рыжеволосый не знал, что ему делать: начать диалог, захлопнуть дверь или впустить нежданного гостя? Все мысли смешались в противную настоявшуюся кашу. Вопросов было неимоверно много. — Пустишь, не? — прозвучало от Тушенцова совершенно спокойным и уверенным голосом. Кашин продолжал неловко тереться в дверном проеме, будто пытаясь раствориться в косяке. Наконец он выпрямился и твердо проговорил: — Заходи. Так легко пустить на порог своего дома бывшего друга, с которым не было никакой связи уже 4 года? Честно, Даня сам не знал, как у него язык повернулся что-то сказать. В горле отдавало неприятной сухостью. Он не знал, что именно движет им, но уверенность в своём выборе, несмотря на всю его необъяснимость, была непоколебима. Руслан же на это просто кивнул и вошел в квартиру, попутно стягивая с плеч короткую черную куртку. Из-под нее торчала черная зипка, кажется, из его новой коллекции мерча. Интересно. На улице давным-давно суровая зима, а он все также ходит в своих дутых вансах. Неужели совсем не боится простудиться? Данила и сам не заметил, как начал пристально рассматривать шатена, тупо залипая своими чистыми голубыми глазами. За прошедшие годы тот действительно изменился. Повзрослел что-ли. — Долго пялиться будешь? — без упрека, скорее со смешком спросил Руслан , стоявший уже около минуты в коридоре и ожидавший, когда Даня подаст признаки жизни. Не может же он позволить себе делать, что хочет в чужой квартире. Это все еще его бывший друг, так что расслабляться не стоит. Кашин промолчал, лишь закатил глаза и недовольно вздохнул. Он махнул головой, указывая, чтобы тот прошел за ним. Уже на кухне к рыжему пришло осознание того, что он сделал, но было уже поздно. Не может же он выгнать Руслана из дома вот так просто? По крайней мере, не мог. Воспитание не позволяло так поступить. — Ты чего пришел-то? — Данила облокотился на стол и включил телефон, чтобы проверить, сколько времени он потратил и сколько вообще осталось. На тусклом экране с непримичательнымм обоями высветились цифры: 23:56. — Поговорить хотел, — Руслан следом зашёл на кухню, оглядывая помещение, а затем перевел взгляд на Даню. Он неуверенно остановился около стула и потер переносицу носа своей татуированной рукой, закатывая глаза от очередного тика. — Валяй, — сухо кинул другой, пожимая плечами. Уж точно не так он хотел встретить Новый год. Да лучше даже в одиночестве. После в комнате повисла глубокая тишина, нарушаемая лишь тихой речью Владимира Владимировича из телевизора. Тушенцов нерешительно шагнул к Дане. На Даниле было базовое серое худи, которое нереально шло ему. Внезапно даже для самого себя, Руслан повернул Кашина за подбородок своей крепкой рукой и притянул к себе, смыкая их губы в короткий поцелуй. Оба ощутили жар, пронизывающий их тела. Шатен быстро отстранился и стыдясь посмотрел в кристальные глаза Дани, который распахнул их так, будто сейчас они вытекут. Ну да, не каждый же день тебя может засосать бывший друг, с которым вы не пересекались который год. — Сорян. Я, наверное, пойду, — Руслан развернулся, готовый бежать из этой квартиры и больше никогда сюда не возвращаться, но его руку резко и крепко перехватили, притягивая ближе к себе. — Придурок ты, Русь, — усмехнувшись, прошептал Кашин и затянул в поцелуй, но уже более глубокий и нежный. Он слегка прикусывал нижнюю губу Руслана, языком гуляя во рту «бывшего друга». На кухне стало жарко, прямо как в бане. Тушенцов не был тормозом, он отвечал также с любовью. Сердце бешено колотилось, пульс участился, а волнение достигло предела. «С Новым 2025 годом!» Парни неспеша отстранились, выдыхая горячим воздухом. Они смотрели друг другу в глаза, не моргая, будто боялись, что это все сон, и стоит лишь одному отвести взгляд или моргнуть, как все мигом исчезнет. — Дурак, — смущенно, но с ухмылкой промурлыкал Руслан, заключая Даню в объятия. Тот шмыгнул носом и обнял в ответ, кладя свою голову шатену на плечо. Все таки не сон.