Лисьи следы у кромки воды

Мужчина рухнул в снег, не смогши устоять на ногах после сильного удара. Иван замахнулся мечом над поверженным противником. Нет, он, конечно, знал, что ему не убить этого человека, ведь перед ним сам Кощей Бессмертный, пусть даже и лишенный половины своих сил. Иван мог лишь серьёзно ранить его, но не убить. Лезвие со свистом полетело вниз. Удара не произошло. Над Кощеем стоял молодой парень. Никита схватился рукой за самое основание лезвия и пытался отвести его в сторону. Тёмно-карие глаза смотрели на Ивана с остервенением, грудь тяжело вздымалась, словно он только что бежал. На снег упали алые капли крови. - Что ты творишь! Это - преступник! Он должен понести наказание за свои поступки. - Преступник он только в твоём мире! В моём же, он самый обычный человек, и моя обязанность защищать таких как он! – Никита продолжал смотреть в глаза Ивана. - Но это и не твой мир, здесь твои правила действовать не будут. - Иван сухо усмехнулся и оттолкнул парня. - Так же, как и твои! – Он достал пистолет и направил его на соперника. Иван тихо зарычал, но всё таки убрал меч в ножны. Никита тоже убрал пистолет и помог Кощею встать и отряхнуться. Бессмертный взял его раненную руку, порывшись в рюкзаке, достал бинт и аккуратно перебинтовал её. Он осторожно наклонился к уху Никиты и тихо зашептал: - Ты зря пуль не трать, они могут нам ещё пригодиться. Парень вопросительно взглянул. Кощей хотел что-то сказать, но его отвлекло карканье воронов. Птицы кружили над ними и медленно садились на длинные ветви высоких лысых деревьев. Никита ,кажется, понял, про что говорил ему Кощей. -Вы, оба, пойдёте за мной. – Иван хмуро посмотрел на незваных гостей. Кощей тихо вздохнул и направился вперёд. Он пропустил слова царевича мимо ушей. Иван был молодой парень, не на много старше самого Никиты, довольно высок, крепок и красив лицом. Его золотые кудрявые пряди порой падали ему на лицо, прикрывая небесно-голубые глаза. Характер у него был вздорным, но он всегда держался собранным и серьёзным, даже сейчас. Одет он был, как из старых русских сказок: Красная рубаха, шуба, подбитая мехом, красные, начищенные до блеска, сапоги. Никита послушался приказа, собрал рюкзак и направился за Иваном. Метель успокоилась. На краю небосвода стали загораться первые звёзды. Озеро, через которое они провалились сюда, не было занесено снегом, лед был идеально гладок и чист, напоминая зеркало, обрамлённое высокими заснеженными деревьями. Лес был довольно редким и вскоре путники вышли на белую пустошь, не имевшую никаких признаков жизни. Идти было тяжело и неудобно. Снег доходил до колен, иногда и выше. Одежда тоже не подходила для такой «прогулки»: в обычном мире сейчас шёл первый месяц осени, поэтому Никита был очень легко одет. Кофта с футболкой не могли его согреть, ног он тоже уже не чувствовал. «Как Кощей не мёрзнет, - пронеслось у него в голове, - Ну, конечно, он же – бессмертный.» Никита усмехнулся этой очевидности. Шли долго. Небо постепенно становилось всё темнее. Иван обернулся, недовольно глядя на отстающего, снял плащ и кинул тому. Никита поймал его и сразу же закутался, поблагодарив того коротким кивком. Дальше путь продолжался так же тихо. *** Вдали показались длинные сизые ленты дыма. Кощей встал. Иван подошёл и к нему и тоже остановился. Никита вопросительно посмотрел на них и подошёл ближе, переводя дух. - Слышишь? – в ответ Никита лишь пожал плечами. - Слишком тихо, - задумчиво произнёс Иван. - Вот это меня и беспокоит. Нам следует быть осторожнее. Иван сделал несколько шагов вперёд стараясь разглядеть в полутьме хоть что-то. Кощей обернулся на Никиту и мягко ему улыбнулся. Сам по себе ,король смерти, представлял высокого худощавого человека, всегда ходившего в строгом костюме и, иногда, в чёрных перчатках. Чёрные уложенные волосы имели пару седых прядей, но на старика он не тянул. Его какие-то безжизненно-серые глаза могли заглядывать в душу человека и находить в ней то самое, сокровенное, что человек всегда пытается скрыть. Не зря он работал в обычном мире психологом. Он был спокоен и сдержан, часто отстранён и холоден в своём разговоре.