Грабли

Честно говоря, Руслан очень жалел, что перед этим не успел напиться в стельку, ибо количество алкоголя, которое он в себя влил, не хватало даже для того, чтобы минимально притупить боль. Но его опять же, никто не спрашивал. Перед глазами все плыло, он потерял координацию в пространстве, только чувствовал привкус метала во рту, разбил щеку, а вот с носом помог тот тип. Либо ему показалось, либо стало тише. Парень открыл глаза, быстро Прохлопав ресницами собравшиеся слезы и попытался сфокусироваться на лицах перед собой. Картина интересная, точнее сам Кашин, что оттощил от него причину побоища, и направившийся в сторону Руслана. — Блять, уберись — он очень хотел протестовать, получалось так себе, да и возможно, это самообман. Почему-то от осознания того, кто перед ним стоит и что он ему помогает, на душе становилось теплее. Руслан ненавидел себя за это, хотелось врезать смачную пощечену, которая бы выбила всю дурь из головы, и если необходимо прописать такую же Дане. Но у него банально не был сил. Тущенцев соврет если скажет что сейчас, в обществе рыжего чуствует дискомфорт, если закрыть глаза на все внутрении убеждения и принципы, его всё устраивает, и конечно, это совсем не то, чего он хочет от самого себя. — Да тише ты, он тебе все лицо разквасил — Кашин помог второму подняться, и придерживая его за руку, потащил в сторону уборных. Сам Руслан кажется забыл — изначально он шел к рыжему чтобы предъявить кое о чем, но сейчас, конечно, не до этого. Нужная дверь, внутри никого и тихо. Музыка лишь отголосками доноситься с зала. Шатен доплелся до раковины, и облокотился на неё двумя руками, сплевывая ярко красную слюну. Кран с холодной водой послужил спасением. Наконец-то умывшись, стерев красные розводы с лица, он поднял глаза и посмотрел на себя в зеркало — Пиздец — Волосы торчали в разные стороны, губы приобрели ярко красный оттенок, на верхней виднелась гематома. Подобная история с носом, хоть бы не сломал. Одним словом жених, правда кому такой сдался хороший вопрос. Руслан и так не в восторге от своего внешнего вида, а сейчас он слишком трезвый, чтобы не обращать на это внимание. Возможно, ему и правда следовало остаться с Настей и спокойно, правда скорее скучно, провести вечер. Зато это все очень... Тущенцев не успел подобрать нужное прилагательное, как сзади послышался смешок. — Ну спасибо, пидрила — Сейчас во всем хотелось обвинять никого иного как самого Кашина. Почему он вообще здесь оказался, зачем вступился и сейчас заставляет испытывать чувство вины, хотя это вообще последнее о чем шатену хотелось бы думать. Так ещё и та история с фотографией. Точно, фотография. Он резко переменился в лице, хлопая себя по карман, прикладывая все усилия, чтобы вспомнить где лежит телефон. Все таки его вынимая, Руслан обнаружил длинную трещену, тянувшуюся через весь экран нового Айфона — Твою мать — Дальше запас нецензурных слов увеличился в математической прогрессии, но был остоновлен Кашином, который все таки подал голос — Тебе телефон дороже матери и собственного ебальника? — Он кинул оценивающий взгляд на вещь в чужих ладонях — Обычная царапина, а истерику развёл как школьник в пубертате. Рыжий держал дистанцию в размере двух шагов, что вообще-то крайне мало. Правда больше не позволяло помещение. Да и его это вряд ли заботило. — Завали — Руслан открыл чат с незнакомцем, фотографию тот не удалил, не до конца ясно хорошо это или плохо, но парень ткнул экран в чужое лицо, сам не довольно закатывая глаза — А теперь объясни мне пожалуйста, какого хуя? — Кашин уставился в телефон, явно помня больше, но вряд ли собираясь всем делится с оппонентом — я в душе не ебу кто догодался это сфотографировать — Ну нихуя себе, а объяснить почему вообше пришлось фотографировать ты не хочешь? То, что я нихуя не помню, не значит, что можно скосить под дурочка и я все прощу за красивые, блять, глазки — Голос срывался на полукрик, ведь кричать по настоящему тому просто не хватило бы сил. Особенно на Даню. Тот к слову выглядел растерянно, ему самому вряд ли все это нравилось, но честно, Руслан уже давно не понимал Кашина как человека, да и не собирался когда либо начинать — От меня ты чего хочешь? Я, блять, не виноват во всех твоих проблемах, перестань скидывать всё на меня — Что? — Оба замолчали — Младшему просто надоел этот бессмысленный и полный ненависти диолог, он хотел другого, как бы это глупо не звучало. Он понимал, что всё, что между ними происходит не правильно, но самому то как поступить, или просто ничего не делать? А Руслан? Он устал, запутался, конечно сейчас легче всего послать рыжего на три веселые буквы и поскорее убежать на улицу, скурить сигарету и вызвать такси до дома. Потом пару дней отоспаться и вернуться к Шпагиной. Заново и заново. Так правда проще, но не сейчас. — Я виноват, но я этого не хотел, а тебе лишь бы скинуть на меня всех собак — в голосе сквозило обидой. Кашин отвернулся к раковине, включил воду тонкой струёй и умыл лицо. Послышалось стук дверь и гневные комментарии, суть которых крутилась около того, что парни уж слишком долго занимают помещение. Никто не обратил внимание — Дань.? — Руслану хотелось услышать что-то ещё. Что угодно, но лишь бы с чужих уст. Пусть это будут обвинения с оскорблениями, или даже проклятья, все ничего, но лишь бы не тишина. Он даже больше не смотрел в его сторону. А тущенцев резко снова перестал ненавидеть второго. Он понимал, что просто не мог, а заставил себя эта делать, лишь бы не думать и оставить все как есть. У него снова не получилось. — У тебя кровь из носа опять пошла, поехали домой, нужно раны обработат — Кашин ткнул его в плечо, закрыл кран и направился к двери, лишь на пару секунд оглянувшись, проверить, что за ним идут. Тущенцев правда пошел, он надеялся, так правда будет лучше. Спокойный, приглушённый жёлтый свет сменился на ярко синий и фиолетовый. По ушам снова долбила музыка, кажется это был какой-то фонк. Никого из друзей рядом не оказалось, по крайней мере Руслан пытался найти хоть одно знакомое лицо в толпе через которую пробирался к выходу, но у него не вышло. С цены больше недоносились хорошо изученые пьяные бредни того же Ильи. Правда сейчас шатен точно не собирался кого-то искать, как бы ему не хотелось наткнутся на того же приятного Эльдара и уйти с ним под глупые, но главное бессмысленные разговоры. Кашин открыл тяжёлую входную дверь и оба вывалились на свежий воздух. На улице морозно и кажется наконец то пошел лёгкий снег. Эта зима в приципе им не баловала, то тепло, то наоборот жуткий холод, из-за которого грязь и слякать замерзала, а после пачкала новые кросовки и штанины черных джинс или спортивок. Парни отошли буквально на пару метров от входа в заведение, и пока Даня залип в телефон, Руслан вспомнил о существовании никотина, а точнее сигарет. Только спустя пол минуты поиска, он все таки смирился с тем, что у него их с собой не имеется и выругался себе под нос, переводя внимание на рыжего — Сиги есть? — Ему в ответ только кивнули, даже не отрывая взгляда от занятия, Кашин достал пачку и зажигалку из кармана лёгкой куртки, передавая второму. Шатен же не понимал зачем вообще здесь стоит и чего ждёт, давно нужно было уехать домой и больше не вспоминать об этом дне. Спокойно продолжая этот год так, как он планировал. Вместо этого, Руслан лишь достает из пачки одну папироску и закуривает. Хоть что-то сегодня радует и на этом спасибо. Кашин наконец убрал мобильник в карман и повторил действия за старшим, на улице все ещё зима, так что руки не хило замёрзли и покраснели. Правда его жалобы вряд ли кто-то будет выслушивать. — зачем ты это делаешь? — Между затяжкой, спокойно произнес шатен, глядя при этом четко себе под ноги. Холодно, да и обувь не самая подходящая, только он мог додуматься надеть осенние кросовки. — Что делаю? — Данила искренне не понимал что самому Руслану здесь может быть не ясно. Он никогда не был идиотом, наоборот, способный же "мальчик". Ему начало казаться, что его просто не хотят слышать. Возможно, нужно было остаться дома в обнимку с дотой или стримом на крайняк. Раз, два три, бычок улетел в снег, а Тущенцев развернулся и сделав шаг вперёд сорвался на крик. Кажется, теперь, терпение и в правду лопнуло. — Да ты заебал! Сколько можно притворятся что между нами все нормально? Это ты меня разлюбил и бросил! Нахуя теперь опять лезешь в мою жизнь? Или что спидозные шлюхи больше не удовлетворяют, нагулялся так можно обратно бежать, а Руслан все простит?! Хуй тебе, вали обратно откуда пришел! — он толкнул его рукой в плечо и кажется правда собрался развернутся и уйти. Почему он вообще должен слушать все это враньё? Да так бы было легче, осознавать, что тебя бросили всегда больно. Но лучше он поплачет пару дней, чем растопчет всё, что осталось от его гордости. — Ты блять под солями? Какие нахуй шлюхи, что ты несёшь? Это ты сразу начинаешь истерить. И я бы никуда не ушёл, только вот нахуя тебе такой проблемный как я, когда есть Настенька — Даня точно собирался добавить что-то ещё, но ему просто не хватило дыхания и кажется к ним подъехало такси. Белая машина и яркий свет от фар завершил их диолог. Оно, наверное к лучшему. — Блять, у тебя опять кровь пошла — Кашин подошёл к Руслану, задрав его голову к верху, достал салфетку из кармана, до этого спиженную из какой то кафешки, вытер кровь и заткнул ей же ноздрю. — Поехали быстрее, пока живой ещё — Тущенцев не мог ослушаться, он вообще больше ничего не мог и не хотел. Слишком много за сегодня. Лишь обошёл машину и сел на задние сидения, Кашин занял место рядом с водителем, наверное оно и лучше. Пальцы околели от холода, он их уже не чувствовал, старался держать салфетку, не заляпать бы кровью салон авто, а то никогда с водилой не расплятяться, и скорее бы уже куда нибудь доехать. Лечь спать, а утром думать легче, наверное. Машина остановилась, а по пути парень успел три раза заснуть и проснуться в непонимании где он вообще находиться. Чуть паничку не словил. Руслан молча выполз из машины, аккуратно закрывая за собой дверь и отходя на два метра поодаль. Наблюдая со стороны за Даней, тот по всей видимости удостоверил водителя в том, что оплата прошла и попрощался с ним, так же вылезая и кажется глядя на самого шатена. Они приехали в дом где живёт Кашин, а раньше парни какое-то время жили там вдвоем. Знакомый подьезд, такой же лифт и родная дверь. От этого места не осталось ни одного плохого воспоминания, и очень бы не хотелось их создавать. — Проходи, разувайся и в ванну, пока все в своей кровише не заделал. — Руслан в ответ лишь закатил глаза, но то что сказал младший сделал, только потому, что это самый логичный вариант его действий, а не потому, что так сказал он. Всё ещё с трудом верилось где он находится, всего пару дней назад тот клялся и божился самому себе, что в сторону рыжего больше не посмотрит. Он ведь не раз пытался сделать хоть что-то, он правда верил в их отношения, но сдался, а этот видимо ожил из пепла. На деле Даниле вообще не свойственно такое поведение. Обычно он просто избегает, банит и игнорит. Самая надёжная цепочка действий и работала всегда, но очень бесила Тушенцева, оправданно конечно, не только у него вызывали вопросы подобное поведение, но, что поделать, вот он весь Кашин. Руслан открыл дверь в ванную комнату, небольшое помещение, которое заполняли душевая кабина, унитаз, раковина с тумбочкой и стиральная машина. Так же прямо перед ним на всю стену красовалось зеркало. Все таки посмотреть в него пришлось. Чёрное худи уделанно пятнами крови, а мерч, вообще-то, вещь не из дешёвых, но это последнее что его волновало, тем более когда бренд собственный. Припухшие губы, все тот же нос, кровь из которого вроде как перестала хлестать. Кажется парочка царапин возле брови и какие-то мелкие синяки. На деле это выглядело серьезнее и отвратительнее что-ли. — Еле нашел ебучую аптечку — Даня показался в дверном проёме, зашёл внутрь кладя вещь на стиралку и открывая ее, вынул бинты, перекись водорода, ещё какую то мазь — Ты умойся сначало, засохшую кровь нужно смыть — Голос стал слишком спокойным, тяжело определится это раздражает Руслана или наоборот, заставляет сердце чаще биться. Заботливый Кашин редкое событие, но очень приятное. Шатен уселся на закрытый стульчак, потому что другой опоры попросту не было, рыжий подошёл ближе и присел рядом на карточки. В руках смоченный антисептиком ватный диск. Татуированными пальцами он взялся за чужой подбородок, крутя в нужную сторону, а второй принялся наконец обрабатывать мелкие ссадины и синяки покрупнее. Нос же возглавлял список проблемных мест сейчас. Сам Руслан в этот момнет, казалось даже не дышал. Он мог врать сколько угодно, но сосредоточенный, домашний Кашин — предмет исскуства, не меньше. Больше не хотелось на него злится, кажется за эти двадцать минут манипуляций он забыл все обиды, лишь бы эта ночь не заканчивалась. — Все, считай как новый, перестанешь курить всякую хуйню, так вообще взлетишь — рыжий поднялся на ноги, убрал всю испорченную вату, сунул аптечку в тумбочку и кажется принялся умываться. Глядя в зеркало на себя, а после и на отражение Руслана. Тот, кажется уже засыпал. Кашин закрыл воду, вытер лицо полотенцем и утащил дружка в зал, там он постелил ему на диване. Шатен и правда отрубился, Даня закрыл шторы, накинул на него плед и ушел спать, хотя наступления утра, он точно не ждал.