Коллега

Лидия никому ничего не рассказала. Но с той же непринужденностью общения, что была раньше, она начала меня изводить на работе и сообщениями. Каждый раз видя меня, она вставляла колкую фразу. К примеру, вчера днем Кира Юрьевна снова зашла ко мне в кабинет делая комментарии к работе и, после того как вышла, в проходе встала Лидия. Очаровательно улыбаясь она сказала: —Задумайся, может тебе переспать с ней, вдруг работа наладится и Кира Юрьевна будет сама исправлять за тобой ошибки. Я сначала дар речи потеряла, но разозлившись ответила: —Ты вроде бы была против гомофобных отношений. Смотри, а то сама пойдешь по статье о пропаганде нетрадиционных связей. Девушка подняла руки ладонями ко мне: —Что ты , я всего лишь дружески помогала коллеге советом. На людях Лидия делала вид, что мы подруги. Доходило до того, что она могла меня обнять в столовой в очереди за едой. На днях она подошла со спины, положила голову мне на плечо и спросила: —Что посоветуешь выбрать рыбу или мясо? Ты тут дольше меня работаешь уже поди попробовала всë. Я не стала еë отталкивать. —Выбирай что хочешь, не имеет значения. —Ну не будь такой неприветливой. Я к тебе за помощью обращаюсь. Раньше ты меня чаем угощала, а теперь я тебе уже не нравлюсь? А сколько она мне писала сообщений. Я думала, она будет меня игнорировать, но она продолжила общаться со мной в сообщениях словно ничего не происходило на работе. Она присылала мне фотографии своей рабочей одежды и спрашивала в чем она выглядит более сексуально. Сначала я злилась, потом приняла ситуацию, а потом решила подыгрывать. Разница только что для девушки это было видимо весело, но мне было от этого грустно. В очередной раз я засматривалась на еë длинные ноги в красных колготках и красных туфлях сначала с вечера на фотографиях, а потом днем в кабинете. Конечно я могла бы не отвечать ей, не реагировать на замечания. Но мне Лидия очень нравилась и эта своеобразное общение было даже увлекательным. А галерея еë частных фотографий в моем телефоне вообще было приятным дополнением. Недавно я начала провоцировать еë сама. Она снова спросила в чем ей завтра пойти, а я посоветовала надеть черные чулки на поясе под асимметричную юбку, которая разрезом оголяла часть бедра. Она молчала, и я подумала, что на этом разговор окончен, но спустя время она прислала мне фотографию в той одежде что я попросила. Из под выреза виднелся паж для крепления. "Так, с этого места можно поподробнее" Подумала я и написала: —Как-то чулки плохо видно, приподними юбку. На что следующее фото было только ног, приподнятой юбки едва прикрывающей бельё девушки. Я рассмеялась и ответила: —Аккуратнее, а то перешлю фотографии Кире Юрьевне. —Ага, и пойдешь по статье о нарушение неприкосновенности частной жизни.