Первая и единственная часть.
28 декабря 2024 г., 13:12
Поздний вечер. Девушка, лишенная сил, медленно, преступая с ноги на ногу, упорно шла к выходу из пещеры. Из прохода доносилась духота пустыни, которая контрастировала с внутренней прохладой каменных стен. От увесистого рюкзака болела спина, меч, вдруг ставший таким тяжелым, тянул к земле, а взгляд затуманивался. Это было большой ошибкой - не брать с собой никаких припасов, кроме плодов кактуса, которые были найдены за минуты до спуска. На теле еще юной фермерши виделись ушибы, мелкие раны и порванная в некоторых местах одежда.
Выйдя наружу, девушку окутал тяжелый, спертый воздух. Несмотря на позднее время, небо оставалось светлым, усыпанным множеством звезд, а вдали виднелась полная луна. Мелисса ступала кожаными ботинками по прохладному рыхлому песку, а меч в расслабленной руке оставлял за собой длинный след.
Мужчина не сразу услышал шаги в свою сторону. Погрузившись в раздумья, его взгляд за стеклами очков медленно блуждал по водной глади, в которой отражалось то прекрасное, яркое небо, походившее блеском на костюм молодого человека, который был сделан из тонкой мягкой ткани - смеси шерсти и шелка.
Радом с ним послышалось глухое падение. Он, вздрогнув от неожиданности, повернул голову на источник шума. То была его хорошая подруга, с которой он не прочь был поболтать, когда та захаживала в его казино. Выронив меч, девушка остановилась, потирая руками уставшие глаза. Ей было уже не важно, что будет с ее мечом и вещами. Опуская руки, она приоткрыла глаза. Перед ней расплывался приближающий силуэт.
— О, мистер Ки, как мы давно не виделись. — на ее лице появилась уставшая полуулыбка. — Знаешь, я так устала, что готова уснуть где-нибудь здесь! — она развела руками.
Ее слова не вызвали смешка Ки, наоборот, брови его нахмурились, а губы поджались. Ему уже доводилось читать лекции о вреде переутомления. Так она никогда не станет лучше. — Чрезмерная нагрузка, вопреки распространённому заблуждению, не приблизит тебя к совершенству. Хотя твое рвение и похвально, но работать оно будет прямо пропорционально вложенным усилиям! — но в ответ он получал лишь кроткое — Не беспокойся, я знаю меру. —, а меры она не знала. Мелисса думала, что он переживает за ее путь к совершенству, а он переживал за нее.
Ки стоял на расстоянии чуть меньшей метра. Лицо за шляпой было практически не видно. — Что же ты с собой делаешь. Ведешь себя словно маленький ребенок. — нельзя сказать, что мужчина был старше, его возраст все также оставался эфемерным, блуждающим в границах людского времяисчисления, но все же он считал девушку своей духовной ровесницей, слишком они похожи, а разговоры друг с другом были приятны и долгожданны, но ее путь - самый начальный относительно того пути, что был достигнут Ки.
Его оценивающий взгляд прошелся по одежде девушки, всей измазанной в слизи и грязи. Ему захотелось сменить ее одежду.
Лицо Мелиссы было немного поднято вверх, чтобы смотреть на мужчину, а так хотелось заглянуть ему в глаза, сняв очки, но это было бы не тактично.
Ки, державший все это время руки сзади в замке, отнял правую из них и прошелся ею тыльной стороной по горячей скуле девушки. Не заболела ли она? Он начал заправлять ее растрепавшиеся, светлые волосы, в которых были кусочки камней и песка, легкими движениями за уши фермерши.
— Мелисса, я провожу тебя до дома. — это было не ее настоящее имя. Ки однажды, слушая рассказы о её делах на ферме, назвал собеседницу в шутку Мелиссой — вкуснопахнущим растением, которое девушка выращивала для чая. Прошло немного времени, и для жителей городка её имя заместило милое прозвище.
Единственной опорой, что было для нее сейчас — его теплая рука, которая мягко придерживала ее за подбородок большим пальцем, а поддавшись вперед от усталости, она почувствовала мягкую гладкую ткань на плечах пиджака Ки. Фермерша прикрыла глаза. По телу разлилось приятное умиротворение. Мужчина ожидал такого исхода событий, поэтому он мягко приобнял девушку свободной рукой за талию, чтобы та не свалилась на спину, как черепаха от рюкзака, набитого доверху драгоценными камнями... и просто камнями.
***
Мелисса медленно открыла глаза. Ей нездоровилось. По телу била дрожь. Она, опираясь на ослабшие руки, приняла сидячее положение на кровати, поджав под себя ноги. Кожа ощущала тактильно приятное сатиновое постельное белье. У нее дома кровать была заправлена тем, что под руку попадется, и это могли быть даже простыни, которые обычно пускают на половые тряпки. Сонный взгляд сфокусировался, и девушка увидела свои ноги, укутанные в одеяло, по которому лоснился блеклый свет. — Как ты себя чувствуешь? — Мелисса повернулась на знакомый голос молодого человека, сидевшего около кровати в кресле с темной обивкой. Он был без шляпы, его густые темно-фиолетовые волосы ниспадали волнами на плечи, а очки лежали на прикроватной тумбочке. Она встретилась с парой прищуренных глаз Ки, не скрытых за плотными стеклами. Фермерша молча смотрела в ответ. Люди обычно отводят глаза в моменты осознания своей провинности, но как перестать тонуть в этом океане тёмных глаз! Комната озарилась синевой, когда пышные облака проплыли мимо Луны. Проблески света падали через зашторенные вуалью, чьи складки неспеша развивались от порывов входящего ветра, панорамные окна на круглый ковер в центре комнаты. Он был таким большим, что охватывал практически всю территорию спальни кроме углов. Лунный ореол вокруг мужчины дополнял тёплый свет, исходивший от одного включенного бра где-то над головой девушки. Оттенки красиво ложились на его волосы, выделяя волнистые пряди, рубашку и кожу, и сходились воедино, создавая незаметный градиент перехода. Пиджак, уподобившись ночному небу, поблескивал россыпью мелких звезд на спинке кресла. Не получив ответ, Ки сильнее нахмурил брови. Мелисса выглядела нездорово. Он слегка наклонился и прикоснулся ладонью ко лбу девушки. Ему нравилась ее целеустремленность, но не тогда, когда эта черта характера шла вразрез с его требованиями. Девушка потупила взгляд. Ей было неясно: она раскраснелась из-за прикосновения прохладной руки или из-за усиливающегося жара. Только тогда Мелисса заметила на себе нейтрального цвета пижаму из шёлка. Он что, её переодел? Мелисса пуще прежнего раскраснелась, да так, что глаза её заслезились. Ки убрал руку и неодобрительно покачал головой. Она первый раз видит его таким серьезным. Обычно его общение состояло из разговоров о чем-то недосягаемом, подшучиваниями над фермершей или учениями, которые она не принимала в расчет, потому сейчас подбитая лежит на кровати, по всей видимости, этого мужчины, который составляет ей компанию вот уже второй год. — Пожалуйста, ты можешь не оставлять меня одну. — Мелисса бросила молящий взгляд на Ки. — И извини меня. — добавила она совсем тихо, опустив голову. На что Ки, наконец, улыбнулся, будто не он был в шаге от ругательных слов. Девушка выдохнула. Сейчас он казался ей безобидным, надёжным. Он точно не будет уничижать её, отыгрываясь на чужом достоинстве. — Никто не собирается тебя ругать. — Ки, прочитав на лице Мелиссы раскаяние, заверил её в своей временной благонадежности. Он сел на край кровати. Девушка захотела пододвинуться ближе, но мужчина остановил ее жестом. — Тебе нужно лечь обратно в кровать и набраться сил. — Ты же будешь рядом? — только после удовлетворительного кивка, Мелисса легла обратно на нежную перину, обволакивающую девушку мягким облачком уюта и тепла, повторяя каждый изгиб её тела, и подтянула за собой одеяло, которое немного придавливало своей тяжестью Мелиссу, но дрожь не отступала. Ки сидел на кресле, скрестив на груди руки, и внимательно следил за каждым ее движением. — Ки, — Мелисса зарывалась под одеяла от смущения. — мне слишком холодно. Ты бы мог — девушка замолчала, решая, говорить ли дальше или нет. — лечь рядом. Такая просьба привела молодого человека в замешательство. Больше он не прятался за шляпой и очками. Его эмоции можно было легко разглядеть. Удивление так и вырисовывалось на лице. Смотря в янтарные глаза этой девушки, которая даже при болезни была обворожительна, он не мог сказать "нет". И не хотел. — Тогда тебе придется подвинуться. — мужчина заботливо улыбнулся, показывая свои ямочки на щеках. Она послушно отодвинулась, оставляя на большой кровати место для него. Ки был одет в хлопковую белую рубашку и хорошо выглаженные синие брюки со стрелками, и в этой же одежде он аккуратно лег на кровать, разделив с девушкой одно одеяло. От нее так и исходил болезненный жар, а от него чувствовался запах туалетной воды, который Мелисса ощутила лишь тогда, когда мужчина лег на бок и притянул её к себе. Она уперлась головой в грудь Ки, а он приобнял её за спину, прижимая ещё ближе. — Ты же не уйдешь? — спросила Мелисса, сжимая его рубашку. — Я буду рядом. — ответил Ки томным голосом. Мелисса перестала чувствовать озноб, дрожь сменилась на умиротворение, а вялотекущие мысли заиграли где-то в далеке сознания. Тепло, которое удваивала и распределяла между парой мягкая перина, ровное дыхание и крепкие объятья убаюкивали. Послышался щелчок. «Наверное, Ки выключил свет» — мелькнула последняя мысль на задворках сознания Мелиссы.***
Яркие лучи солнечного света падали на лицо. Девушка лениво перевернулась на бок. Ещё немного понежившись в складках теплого одеяла, она села на кровать и потянулась. Мелисса нехотя встала и пошла умываться в ванную комнату. Она прекрасно себя чувствовала, от болезни не осталось и следа: загорелое лицо сияло здоровым румянцем и выглядело отдохнувшим, мышцы не болели после вчерашней вылазки в опасную шахту, а тело не бил озноб. Девушка опустила взгляд. Тут она заметила на себе ту самую красивую пижаму. В отражении зеркала в ванной Мелисса увидела приливающую к щекам кровь. Она позволила себе такое! Как же стыдно! — «Нужно будет все ему объяснить» — решительно подумала Мелисса. — «Как же мне теперь смотреть на него? Благо, глаза он скрывает за очками» — она уже представила его самодовольную ухмылку. Мелисса вышла на террасу. — Работа не ждёт. — она улыбнулась сама себе. Ферма оказалась для неё проводником к расслаблению, умиротворению и личностному росту. Проблем, конечно, приходится решать немало, но эта жизнь заслуженное дарование судьбы после гонений на городской работе. Она открыла почтовый ящик и взяла стопку писем. — «Так, это от мэра, это от Робин… О! Она прислала мне остатки дерева! А это…» — в самом верху стопки оказалось послание в характерном синем конверте. Воспоминания о вчерашней ночи вереницей пронеслись перед глазами. Что же он мог ей написать? Мелисса собралась с силами и открыла конверт. В письме значилось следующее:Доброе утро, Мелисса. Надеюсь, недуги вчерашней ночи отступили, и ты чувствуешь себя лучше. Несмотря на это, я хотел бы обсудить с тобой некоторые моменты и не прочь свидеться сегодня вечером.
Также, зная тебя, обязан прояснить – пижама является неким подарком. Возвращать не нужно. Она как нельзя кстати сделана по твоим меркам.
Буду ждать. М.К. Мелисса продолжала смотреть на письмо. Она знала, что «некоторые моменты» — это её пренебрежение к собственному здоровью. Но разве не он наказал ей спуститься до сотого этажа пещеры, когда они не были знакомы лично! Мелисса насупилась. Она придет и будет оспаривать свою невиновность. Ещё возможно поблагодарит за помощь. И подарок.
