Выбор

      Морская качка неприятно влияла на желудочный сок, вызывая сильное головокружение и дезориентацию в пространстве. Впрочем, украденные сигареты у портовой шлюхи постепенно успокаивали сознание. Очередное приключение за плечами и совсем немного к новому незабываемому путешествию в неизвестность.       Пахом медленно дышал через трубку, купленную в том же самом порту у какого-то моряка. Глаза, всегда прикрытые чёрными очками, кажется, смотрели во все стороны и вместе с тем прожигали одну точку перед собой, словно исследуя глубину моря.       — Эй, Талала, давай поговорим, — мужчина неловко почесал затылок, видимо, не зная, как начать разговор. Девушка с большим замахом выкинула выгоревшую сигарету прямиком в океан. Неэкологично? Как же пофиг.       — Йоу, чел, вышел из прострации и такой: «О, ладно, эта челядь достойна моего внимания»?       Пахом хмыкнул и укоризненно посмотрел в сторону, куда Талала только что выкинула сигарету.       — Я просто думаю: что в голове у такой дурной девчонки? Такое ощущение, что ты совсем несерьёзно относишься к тому, что сейчас происходит.       Талала испустила смешок, резво переворачиваясь в спине, теперь она опиралась на борт двумя локтями, подставляя лицо жарким лучам солнца.       — Как только найду брата, я буду участвовать в оргии на десять человек. Кроме вечеринок, ебли и брата меня в этой жизни ничего не тревожит, уж поверь. Мне подышать маткой, чтобы ты это почувствовал?       Она ожидает нравоучений. Все взрослые так или иначе начинают говорить, как плохо влияет разгульный образ жизни на молодой организм. Талала, впрочем, давным-давно никого не слушает, с детства потеряв интерес к родительским делам, да и в целом уважение к старшим. Лишь Лосик её ненадолго заинтересовала, да и то, скорее всего, после сегодняшнего дела они с наставницей больше не встретятся. Может поэтому Динь-Динь тоже сбежал из дома? Устал слушать этот тупой бред про обязанности и что-то там.       Пахом громко хмыкает, но ничего не говорит, всё ещё наблюдая за морской гладью. Постояв так в тишине с минуту, он издаёт хриплый смешок.       — Ты очень самоуверена, Талала, но боюсь рано или поздно изменить взгляды на жизнь придется. Надеюсь, в твоём случае не скоро.       Талала раздражённо выдыхает. И этот туда же. Пахом казался более крутым взрослым чем другие ребята, он преследовал свои цели, но особо подробностями не делился, а сейчас и вовсе казалось стал одним из героев легенд, про которых долгие столетия будет идти молва. Отчаянный, рассудительный и капец какой загадочный. Если бы не это типичное занудство, Талала бы предложила ему составить компанию на ночь.       — Пахом, ты такой скучный. Чел, иногда нужно расслабиться. Окей?       — Странно это слышать от девчонки, у которой пропал брат.       На этом разговор подошёл к концу. Талала беспокойно хмыкнула, отходя в сторону другого борта, больше она этой душноты не потерпит. Находит брата и сливает. Хватит с неё геройства.

***

      Демоны всё прибывали и прибывали. Звероподобные, человекоподобные, огненные, ледяные, ядовитые и нет — все они слились в размытое месиво на земле, окончательно уничтожая местную флору и фауну, издеваясь над оставшимися в живых созданиями. Люди, русалы, феи, акулы жалобно кричали, издавая судорожный вздох, когда их сковывали в железные раскаленные до бела цепи. Кто-то заживо умирал прямо в кандалах от нескончаемой боли, кого-то убивали остриём копья. Демонические создания не щадили никого, давая лишь право выбора: присягнуть на верность темному владыке или умереть в мучениях.       К счастью, их ещё не заметили. Удивительно, как они смогли выбраться из кристалла незамеченными. Магия. Удача. Или посмертное благословение Пахома.       — Твою мать. — Талала испуганно сглотнула, наблюдая, как земля по всему пляжу накалилась до красноты: в некоторых местах прослеживался странный блеск, намекая, что постепенно смесь морской соли и песка расплавилась и при остывании образовала неровный слой стекла. Да и не секрет, что её пятки в ботинках с толстой резиновой подошвой быстро нагрелись от стояния на одном месте. — Что нам делать, твою мать?       Гномка в растерянности посмотрела в сторону, где всегда стоял Пахом и запоздало моргнула, ещё не успев осознать, что друг навсегда исчез во вселенской пыли. Вместо вечно угрюмого, худого мужчины в чёрных очках, с проклятым кристаллом на руке, стоял огромный грифон. Мифическое создание без особого интереса рассматривало округу. Талала неловко сжала плечо, не зная как обращаться к этому существу. Мальчик? Девочка? Имя? А такой ли этот зверь понимающий? Возможно, с ним мог сладить только Пахом. Пахом всегда знал ответы и способы решения той или иной задачи, неудивительно, что и с грифоном, созданием, которое даже в их чокнутом мире, считавшимся глупой сказкой, он сумел поладить. На секунду Талала представила крепкую ладонь на плече и спокойный голос, обещавший скорое разрешение проблем. К сожалению, в этот раз так не будет.       — Разве вы не этого добивались? Дать отпор демонам? — Грифон без особого интереса разглядывал её с головы до ног, постоянно хмуря брови, а на последок недовольно фыркнул, отвернувшись. — В тебе столько слабости и неуверенности. Тот человек мне нравился в разы больше тебя.       Талала слегка онемела, но решила внутренне похоронить ехидные комментарии о дальнейшем сотрудничестве с мифическим созданием, у которого даже не был известен пол. Ей бы тоже хотелось, чтобы вместо этой огромной курицы, рядом стоял Пахом. Вопрос оставался открытым: что ей нужно делать?       — Своё «фи» ты можешь высказать мне потом, а сейчас лучше скажи, что нам делать?       Недо-птица, недо-зверь сурово взглянул на неё, согнув шею поближе к земле. Несмотря на этот жест, Талала всё ещё задирала голову вверх, до боли в шее, чтобы смотреть монстру в глаза.       — Девчонка, я — помощник, а не герой. Что скажешь, то я и буду делать. Моя обязанность, как магического существа, помогать хозяину, а не принимать решения. Это вы начали войну, а не я, так что сама и думай, что делать дальше. — В голосе животного сквозило высокомерие и недовольство. Грифон всем своим видом показывал, как ему неприятно находиться здесь и слушать её указания. Талала честно хотела решить всё мирно, но накопившейся стресс, смерть Пахома и усталость накатила на неё волной.       — А ты думаешь, я так хотела этой войны?! Битвы добра со злом, небес с пеклом, брать на себя ответственность за чужие жизни. Я хотела просто найти брата, понятно? Я хочу просто удостовериться, что Динь-Динь всё ещё жив и попытаться вернуть его домой. Спасать кого-то? Становиться героем? — Талала истерически хихикнула, проводя рукой по шее. Тяжёлый вес меча тянул её плечо вниз. — Мне, типа, ещё совсем недавно было восемнадцать, окей? Я хотела отрываться по полной, попробовать всё пиво в мире и переебать всех красивых парней на своём пути. Какого героизма ты от меня ждёшь? Красивых речей? Очнись, милый, я просто красивое дополнение к Пахому.       Талала шмыгнула носом, утирая с мокрых щёк прилипшую пыль. Ощущения от соли на коже были мерзкими. Впрочем, не только Талале было противно от самой себя: её речь полная истерических нот совершенно не тронула грифона. Кажется, в его взгляде промелькнуло ещё большее презрение.       — У тебя нет выбора. Приди наконец-то в себя и сражайся. — Магическое животное без особой заботы рыкнуло, и отвернуло шею в сторону. — Так и быть, я дам тебе час на отдых, а затем жду твоего решения, смертная. Меня зовут Андрей, и, совет на будущее: обращайся ко мне со всем уважением.       Талала шмыгнула носом и скомкано произнесла:       — Талала.       Безразличие стало точкой в этом разговоре и началом истерики. Сидя на горячем песке, пуская сопли и слезы, Талала в ужасе смотрела, как существо-помощник смотрело на её нервный срыв как на детскую блажь. Пахом бы никогда на неё так не посмотрел. Но Пахома больше не было. Был лишь тяжёлый меч, животное, которое её презирало, и портал в ад.       — Какой же пиздец. — Это была последняя внятная фраза перед окончательным эмоциональным срывом. Всё что она могла: дышать через раз и плакать, утирая лицо рукавом кофты. Кажется, это конец. Она не выдержит путь без Пахома.

***

      Перерыв в этой ужасной суете оказался настоящим подарком: русал валялся на траве, пытаясь выравнять дыхание на сухом воздухе, Ангелин излечивал собственные ранения, а фея безуспешно летала по округе, разыскивая зубы. Лишь грифон хмуро смотрел на неё и замолкнувший меч.       Талала в ужасе смотрела на окружающую их разруху, вспоминая отчаянное лицо Пахома. Если бы не её безответственность, то она смогла бы с лёгкостью не допустить всей этой ситуации с самопожертвованием. Нужно было быть ответственнее и хотя бы на секунду не рассуждать как дура.       Из глаз потекли непрошенные слёзы, а в спину ударил теплый воздух. Голос грифона мысленно раздался прямо над ухом:       — Самокопание в такой момент ещё большая глупость. Так ты никогда не пересилишь себя.       — Заткнись. — Талала гневно ударила кулаком о землю. В последнюю очередь ей хотелось слушать чьи-то нравоучения, особенно какой-то мифической курицы. — Нахуй, спасаем остров и расходимся. Я больше не хочу геройствовать, а ты забираешь этот ебаный меч и сваливаешь к богу, понятно?       Грифон кажется опешил, но тут же хмыкнул, зло раздвигая когти:       — О своём решении, что делать дальше, поговорим потом. А сейчас ты будешь делать то, что должна.       Талала недовольно показала фак, утирая слёзы с лица. Соль неприятно щипала кожу, вызывая раздражение.       — Если хочешь искупить свою вину перед тем человеком, что умер за тебя, то просто не дай его трудам исчезнуть понапрасну. Спаси этот остров и исполни свой долг. — Грифон напыщенно дёрнул хвостом и удалился в сторону, пока Талала в ужасе осознавала, что так или иначе, но ей придётся измениться сегодня. Хотя бы только на сегодня стать героиней, как Пахом.

***

      Она победила. Пересилила себя, одержав победу над собственным характером. Талала не могла поверить, что самолично убила брата и освободила всех существ от демонического влияния. Сегодня она — герой.       Взгляды на жизнь медленно перестраивались, образовывая дыры в сознании. Изначальная цель — найти брата, была исполнена, а значит сейчас она может быть абсолютно свободна. Никакой ответственности, геройской славы и постоянного самосовершенствования. Сейчас она может наконец-то продолжить жизнь обычной девчонки, и забыть об этом кошмаре, стоит лишь проститься с сексистким мечом и высокомерным грифоном. Андрей уже стоял в стороне, ожидая её решения по окончании битвы, как и обещал, он послушно дал ей сделать выбор.       — Ну и что теперь, Талала? — Грифон смотрел строго, но в глазах мелькало искреннее любопытство. Конечно, за одно приключение он ещё не успел привязаться к ней, но гномка не надеялась на взаимно воспылавшую любовь. По крайней мере, сейчас для неё грифон не казался такой уж напыщенной курицей.       И всё. Она близка к концу. Стоит вручить оружие в руки Андрея, слабо улыбнуться и исчезнуть в каком-нибудь пабе: ариведерчи, ублюдки, эта сучка теперь свободна от обязательств. Никаких поисков Динь-Диня, никакого морального долга перед Пахомом, и да здравствует расслабленная жизнь в объятиях какого-нибудь красавчика. Всё же в душе она простая чилловая девчонка, а не посланник Бога. Не о ней должны слагать легенды.       Но стоит вспомнить самопожертвование Пахома, как глаза застилает непрошенная пелена слёз. Все эти приключения, освобождение души брата, чтобы что? Чтобы демоны снова ворвались на землю, уничтожили Понию и лишили всего, чего так долго добивался её вечный герой Пахом? Нет. Не сейчас и не сегодня. Всё же Пахом был прав: рано или поздно изменить взгляды на жизнь придётся.       — А разве у меня есть выбор? Я несу ответственность за труды Пахома и не могу позволить демонам победить. — Талала слабо улыбается, крепче прижимая меч к бедру. Всё же приятно слышать от высокомерного ублюдка, что она королева, даже если это всего лишь тупой меч.       Грифон хмыкнул, дёрнув хвостом, но в этот раз он ничего не сказал, лишь склонил голову, позволяя Талале залезть на шею. Гномка благодарно погладила мифическое существо по шерсти, прежде чем оседлать легендарное существо, как в самых настоящих сказках. Всё же статус героя имел свои плюсы, к примеру личный транспорт и модный винтажный аксессуар.       Порыв воздуха ударил в лицо, и Талала счастливо улыбнулась, вскидывая руку вверх, пока Андрей набирал обороты. Скоро ей придётся привыкнуть к таким виражам, но сейчас она будет радостно кричать на резких поворотах, всматриваясь в даль. Там, внизу, спокойная морская гладь, блестела под солнечными лучами, завораживая случайного зрителя в лице Талалы, которая с новым взглядом смотрела на окружающий мир. Она — его новый герой.