Всё, что у меня осталось – воспоминания

Ком в горле оставался всё таким же тягучим и горьким. Все слова разом позабылись, а в голове гудит пустота. Отвратительная пустота. Её надо было чем-то заполнить. Минимум для того, чтобы не сойти с ума. Но клубок мыслей давно полетел в урну, чтобы не стало ещё хуже. Ничего не чувствовать или ощущать всё? Он не знает. Не знает что хуже, что легче, что нужнее. За размышлениями это к Харрису. Всё расскажет, покажет, так ещё и глупым назовёт, что ты даже и не заметишь. Но "он" сейчас остался там. Ещё во времена Архея. Правильного Архея. Лучезарного и добродушного. Радостного и ликующего. Живого и родного. Живого и родного... Эти слова лелеяли душу, приятно обволакивая чрезмерным теплом, что выливалось за края. Улыбались дружелюбно, готовившись крепко-крепко обнять. Он видел их в первый раз. Возможно и в последний, но они казались не то, что лучшими друзьями, а частичкой души. Нет, огромной частью, без которой дальше существовать нельзя. Будто оторвут кусок сердца, говоря, чтобы жил дальше. А кровь по венам не циркулирует. Кровь стынет в жилах, испуганно бурля, нервно ожидая обратно свою часть. Так и он стоял. Только не страхе и ужасе, нет. Стоял, в изумлении смотря на существ, сидящих за большим круглым столом. Все разные, странные, причудливые, но такие родные. Такие близкие, что хочется всех заобнимать. Да, Джон говорил, что его сознание переместится в прошлую оболочку, а другой "он" будет блуждать по пустоте. И смысла удивляться родным лицам, которых никогда не видел, нет. Ведь сделать все равно ничего не сможет. Но он представить не мог, что встретит буквально семью. Что когда-нибудь сможет чувствовать себя настолько хорошо.

***

Дыхание пульсирует в висках, больно отдавая в уши. Сердце трещит уже где-то в горле, вот-вот готовясь выпрыгнуть, быстро убегая прочь. Он опять отвлекся всего на секунду. Всего на мгновение, что длилось очень долго. И хоть бы оно продлилось столько же. Сейчас перед ним дрожащие руки и кромешное ничего. Пустошь? Наверное, не помнит. И не вспомнит, ведь все мысли катастрофически быстро то пропадают, то появляются. Мигают, выцветают, загораются. От этого болит голова. Но он и не против. Не против того, что голова болит от них. От кого-то далёких, но, на данный момент, самых близких. Что-то внутри беспросветно ухает. Летит в бездну, опять выключаясь. Этого всего не будет. Никогда и ничего не случится. Ни разговоров, ни весёлых подколов, ни совместных встреч. Они больше не соберутся такой компанией. А если и соберутся, то большинство точно не выжило к этому времени. А кто-то умер по его вине. Сердце пропустило удар. Так это оно упало в самый низ. Все расплывается в глазах. Хочет вывернуться наизнанку, лишь бы забыть. Забыть, что произошло совсем недавно. – Ло, не называй меня полным именем! Он был уверен, что у эльфа тогда раскраснелись уши. Не знает, с чего вдруг, но внутри что-то вопит об этом. Может раскраснелись от злости, может от смущения. Может от всего сразу. Эграсса, Эграсса, Эграсса... Стучит в голове маленьким молоточком, разгоняя кровь по всему телу. Это звучит и вправду красивее. Как что-то элегантное и аккуратное. Как маленькая фигурка из фарфора, что тут же сломается, если её уронить. – Ох, я понимаю тебя, Ло. Я бы тоже не вспоминал об этом. Эти слова вдалбливались в самый мозг. Верещали как маленькие птенцы. Он бы не вспоминал, если бы именно это не прокручивалось у него в тысячный раз. На самом деле, тогда он был не обижен. Понятие родителей для него незнакомо. Ни материнской любви, ни отцовской заботы. Ему другие люди заменили родителей. – Выход остаётся только один... Убейте меня. Убейте его. Пожалуйста. Также больно и обидно. С пониманием, что это делает самый родной человек. Что помогал ему во всех начинаниях, поддерживал и всегда был за него, при любых обстоятельствах. А сейчас убивает тебя, только из-за того, что не помнит кто ты вообще такой. Эграссель точно заплакал. Он тоже чувствует неприятную влагу. Ещё чуть-чуть и он точно закричит. Но нет. Сейчас они бегут обратно к себе. Обратно... К друзьям? Никогда бы себе такого не позволил, но к друзьям ли? Может ему место там, далеко-далеко, где всё хорошо и нет проблем? Он побежал в другую сторону.

***

Ничего не чувствовать или ощущать всё?

Лололошка молча отводит взгляд.

Лололошка выбирает тот самый солнечный теплый день, когда познакомился со своей семьёй.