Твои руки

Лололошка ушёл. Он больше не вернётся. Вроде бы нужно отпустить и радоваться, что твой лучший друг вернётся домой. Но Ричард не мог отпустить, не мог забыть. Каждый день он смотрел с грустью на распечатанную фотографию, где были он, Дилан и... Лололошка. Да, неделю или две он испытывал грусть и иногда плакал, но со временем это чувство превратилось в пустоту. Лололошка был его первым настоящим другом. После Чарли, конечно, но Лололошка был единственным, кто не оттолкнул его сразу. Он показал Ричарду его ошибки и не осудил. Он помог ему справиться с кризисом (ненависти к автоматонам) и терпел его. Ричарду было стыдно за все свои поступки и за то, как он раньше себя вёл. Но он никогда не жалел о знакомстве с Лололошкой. Он был самым близким челове—, мироходцем для Ричарда. Но теперь Лололошка вернулся к себе домой и, наверное, счастлив. Только эгоистичное чувство Ричарда не давало ему покоя. Он хотел, чтобы Ло остался с ними. Ричард усердно старался отпустить Лололошку. В этом ему помогал Дилан, который знал мироходца дольше. Интересно, что чувствует он? Наверное, то же самое, что и Ричард. Дилан и Ричард старались больше времени проводить вместе, чтобы заглушить ту боль, которая с каждым днём становилась всё сильнее. Однажды Дилан сказал, что смог отпустить Ло. Но Ричард не верил. Он видел, как автоматон с грустью смотрел на всё, что напоминало Ло. Иногда Ричарду снились сны, в которых они втроём снова гуляли. Ему снились сны, где Ло, как обычно, попадал в неприятности, а Дилан, как всегда, старался ему помочь, пока Ричард смотрел на них с усталостью. Но когда Ричи просыпался, он видел лишь пустую кровать и чувствовал влагу на глазах. В такие моменты ему особенно не хватало кого-то близкого. Например, Дилана, который мог бы его успокоить и обнять. Но такого не происходило и никогда не произойдёт. Это особенно огорчало блогера.

Северный ветер расплетёт ленты-косы

И замолкнут все звёзды от такой чистоты.

Ноги гладит прибой, шумят кипарисы листьями,

Наши мысли, как дети, чистые и молчалива любовь.

Ты в своей серой футболке, плечом чувствую мягкий хлопок.

Мягче только объятия твои, к нашим ногам бегут волны.

А ты в своей серой футболке из самого нежного хлопка,

Нежнее только руки твои.

***

Сегодня необычный день, как для автоматона, так и для блогера. Они решили устроить ночёвку, как раньше, только без невозможного мироходца. Да, когда Дилан обрёл тело, ребята устроили ночёвку, тогда они ни о чём не беспокоились. А сейчас... сейчас они только вдвоём. Но это не помешает им провести вечер прекрасно. После ухода Лололошки, как бы грубо это ни звучало, ребята стали ближе. Они доверяли друг другу буквально всё и понимали друг друга без слов. Парни сделали своеобразный "домик" из подушек и одеял. Конечно, Дилану было трудно там находиться, ведь он был очень высоким, на что Ричард смеялся и подкалывал его весь вечер. В этом домике они сняли видео и фотографии для воспоминаний. А также посмотрели какой-то тупой фильм, по мнению Ричарда, но он увлечённо продолжал смотреть, периодически комментируя разные кадры. На это Дилан, конечно, ворчал, но не всерьёз. Ему было приятно слушать голос Ричи. Этот голос так притягивал и... успокаивал. Также парни играли в настольные игры, в которых Дилан, конечно же, побеждал. А Ричард злился и упрямо продолжал играть до своей победы. После десятого проигрыша Ричард кинул подушку в Дилана, за что тут же поплатился. Началась война подушками. Ребята устали и решили наконец пойти спать. На часах уже было два часа ночи, но их это не смутило. Единственное, что смущало, — это то, что Дилану пришлось спать на бывшей кровати Лололошки. Но он ничего не сказал по этому поводу, так что Ричи решил не заморачиваться и сразу уснул.

***

Дилан спал крепко, пока не услышал копошение на кровати и всхлипы. Аккуратно повернувшись на источник шума, он увидел Ричарда, бормочущего что-то во сне. По его глазам текли слёзы, и от этой картины у Дилана сжалось его механическое сердце. Тихо встав с "своей" кровати, он направился в сторону Ричарда. Он начал трясти его, чтобы тот не мучился. Резко распахнув глаза, Ричард принял сидячее положение. — Лололошка... Он... Я... — неразборчиво говорил блогер, трясясь всем телом. Дилан взял его руки в свои и сжал их, переплетая пальцы. — Ричи, сделай глубокий вдох и выдох, — начал успокаивать шатен. — Повторяй за мной. Так они и сидели — пять или десять минут? Ричард не знал. Он потерялся во времени, ведь с ним сидел Дилан и успокаивал его. Когда Дилан понял, что его друг успокоился, он аккуратно отпустил его руки и уже повернулся, чтобы пойти обратно на свою кровать. Но его запястье обхватила рука Ричарда. Автоматон недоуменно посмотрел на блогера, который, в свою очередь, с опущенной головой смотрел в пол. Прошло несколько минут, и терпение Дилана начало заканчиваться. Он кашлянул, чтобы Ричард поторопился. — Можешь... Можешь не отпускать мою руку? Можем ли мы так уснуть, пожалуйста? — было видно, как Ричарду трудно это говорить. Для него это было унизительно, но Дилан был счастлив, что Ричи смог побороть свою гордость и попросить помощи. Кивнув в сторону "домика" из подушек и одеял, он предложил лечь там. Ричард поспешил за ним. Так они оказались в обнимку, всё ещё держась за руки, переплетая пальцы. Ричард благодарил всех богов, что из-за ночной темноты не было видно его покрасневших щёк. Но Дилан не был обычным человеком. Он — автоматон. Ему не составило труда включить ночное зрение и увидеть смущённого Ричи. Не удержавшись, Дилан поцеловал его в макушку, на что тот вздрогнул, но сразу же успокоился, тая в объятиях любимого. Объятия Дилана были хороши, но когда он держал Ричарда за руку, тот чувствовал себя особенным. Он чувствовал безопасность и защиту. Будто эти руки могли отгородить его от всех проблем. И он верил. Верил, что Дилан поможет ему, даже если он ничего не скажет. Они понимали друг друга без слов.

Корабли в тёмной воде расплещут огней вереницы,

И замолкнут все птицы от такой чистоты.

Свет в глазах — малахит, обнимают предплечье рисунки.

Пока ты меня держишь за руки, у меня ничего не болит.