Я создал тебя, лишь для себя

Черноволосый мужчина шёл по улицам первого этажа. Он выполнил свою цель, что была маленькой кузницей, где работал Гефест. В последнюю тысячу лет этот кузнец работал едва не на него, изготавливая персональные заказы. Неизвестный ему ранкер, что был связан с семью Королями Востока постоянно приносил заказы на предметы и броню. Семерых братьев, что являлись высшими ранкерами, Распорядитель пропускать сюда отказывался. Сильнейший из них, Сунь Укун, за последние пятьсот лет поднялся до седьмого места в рейтинге башни. Вчера в башню поднялся сын Зевса, Харгаан. Ким Ювон проверил рейтинг испытания, его в этом рейтинге не было. Значит в этой временной линии он был действительно единственным. Это казалось и интересным, но и страшным одновременно. Гефест отправил его купить ему продуктов, потому что сам кузнец успевал только спать. Он тратил огромное количество времени на создание предметов. Решив заодно купить еды в таверне, чтобы покормить Гефеста сейчас, брюнет свернул в знакомое ему место. Здесь неплохо готовили, да и его лицо знали. Встреча с маленькой копией Урана, что сидел в углу, стала для него неожиданностью. Харгаан был всё тем же и до ужаса напоминал отца и деда. Даже доказывать было ничего не нужно. Как эти глупцы не верили? — О, это же дядюшка! Вы за заказом для Вулкаро? — владелец таверны тут же признал брюнета, что появлялся здесь достаточно часто. Мужчина заказывал какие-то вещи у Вулкаро, а также присматривал за ним. Харгаан смотрел на вошедшего. Мужчина совершенно не напоминал ему игрока нижних этажей. Неужели у него тут родственник, который отказался подниматься выше? Или он как-то пропустил этого игрока на испытании? Грация этого человека завораживала. Быстро забрав заказ и расплатившись, мужчина вышел из таверны. Бросив свою еду, блондин быстро направился следом, но странного человека уже не было на улице. Два дня прошли незаметно. Местные либо не знали о Вулкаро, либо говорили ему не лезть к этому человеку. Через связи Олимпа узнать много тоже не удалось, но удалось найти того мужчину. Он появлялся на этаже достаточно часто, а потом пропадал в неизвестным направлении. Харгаану уже начинало казаться, что брюнет был просто видением, когда он столкнулся с ним на улице. Молчаливый человек вблизи оказался ещё более эффектным, чем их первая мимолетная встреча. — Ты что-то хотел? — поняв, что вцепившийся в его одежду сын Зевса не собирается говорить, Ким Ювон немного наклонил голову в бок. Только поклонников Олимпа ему не хватало. Гера доводила его на верхних этажах в попытках сделать своим ранкером. Сунь Укун бесился при виде Геры, либо ранкеров её храма. — Простите, — явно придя в себя, Харгаан немного отошёл. — Я хотел узнать, не поднимаетесь ли вы по башне? Меня зовут Харгаан… — Ты сын Зевса, это видно по твоему лицу, — Ким Ювон не до конца понимал, зачем Харгаану потребовался ещё кто-то в его команду. — Меня не интересует ни команда, ни гильдия. Олимп приносит мне много хлопот. Когда-то на этом этаже существовала проблема в виде шакалов, но Асгард решил её. Шакалы напали на их игрока, так что теперь Олимп был лишён финансирования отсюда. Распорядитель закрыл глаза на эту своевольность Асгарда. Ему тоже стало легче. — Простите? — игрок не ожидал такой реакции на Олимп. Он всегда считал гильдию не теми, кто будет приносить проблемы другим игрокам. — Можете сказать, что эта гильдия сделала вам? — Гера желает видеть меня связанным в своей постели, я против, моя любовь против, мы спорим уже столетие, — постаравшись как можно короче описать пристрастия его мачехи, Ким Ювон даже с каким-то интересом следил за тем, как краснеет лицо того от осознания. — И твоему отцу плевать, они взаимно ненавидят друг друга. — Это… — если этот человек говорит правду, то его мачеха пристаёт к нему, то не удивительно, что ранкер забыл на первых этажах. Геру сюда точно не пропустят, а ограничения здесь действуют сильнее всего. — Можешь не брать в голову, — Сунь Укун сломал ей пальцы руки, которыми она посмела коснуться его лица, так что пока она затихла. Сделать что-то с бессмертным екаем даже Олимп не мог. Зато в этот раз до неё наконец-то дошло, что её конкурентом на молчаливого ранкера является сам Великий Мудрец, равный Небесам. — Это проблема руководства Олимпа и Зевса, ты не должен брать это на себя. — И всё же, она возглавляет Олимп, — этот человек не выглядел тем, чьей целью была бы ложь. Почему-то возникало желание верить этому незнакомцу. — Лучше стань тем, кто поднимется до руководства Олимпа. Мой тебе совет, постепенно узнавай об этой гильдии не с рассказов своей матери, а сам. Поверь, реальность совершенно не такая, — похлопав блондина по плечу, Ким Ювон обошёл его и двинулся дальше. После убийства им Ареса здесь стало намного тише. Хоть он и стал врагом Олимпа, сама Гера предлагала ему защиту, но на условиях становления её любовником и верным подданным. — Прошу, подождите! — быстро догнав явно ранкера, который не проявлял к нему агрессии, хоть и не был доволен Олимпом, Харгаан поравнялся с ним. Он явно знал много, но информация в башне никогда не была бесплатной. — Если тебе интересно, кто я, можешь спросить у своих братьев или сестёр про безымянного врага Олимпа, что убил Ареса, — с этими словами мужчина просто исчез. Харгаан не ощущал ни его магии, ни присутствия. Это была телепортация? Решив последовать чужому совету, он расспросил игроков Олимпа о смерти Ареса. Это было странно. Арес был тем, кто основал гильдию шакалов, что убивала и грабила игроков, но с этими пешками его ученика разобрался Асгард. Сам Арес пал от руки безымянного ранкера по смехотворной причине — они не поделили какую-то безделушку. Арес носил на шее медальон, который не имел ценности, но он зачем-то потребовался тому, чьё лицо не знал весь Олимп. Добровольно отдавать медальон сын Зевса отказался, как и продать. Теперь вместо храма Ареса на этаже были руины, а все последователи храма пали вслед за своим главой. Самым интересным было то, что после этой печальной новости для Олимпа ничей рейтинг не изменился, кроме тех, кто подвинулся в связи со смертью ранкеров храма Ареса и самого Ареса. Рейтинговое бюро хранило молчание. Либо нападавший был ещё игроком, но такого монстра гильдии бы не пропустили, либо это был кто-то более высокоранговый, но его имя было неизвестно. — Чертовщина какая-то, — сидя за столиком около тавены на улице, Харгаан зарылся одной рукой в волосы, снова перечитывая сообщения от брата Гермеса. Этот черноволосый мужчина действительно был врагом Олимпа. Тем, на кого обратил внимание даже его отец. «Тысячу лет назад Небесное Царство объявило своим врагом семерых Королей Востока, что жили на одном этаже с ними. Сейчас эта гильдия едва оправилась от войны, что произошла потом». «Я знаю, что какой-то неизвестный высокоранговый напал на Небесное Царство, за два удара он уничтожил два важных объекта. Он выкрал все персики из их сада. Поговаривают, что этот безумец подарил их Великому Мудрецу, равному Небесам, из-за чего он обрёл бессмертие». «Знаешь, есть ещё более абсурдный слух. Говорят, что Гера возжелала его, когда увидела разрушение храма Ареса». Чем больше сообщений брата он перечитывал, тем больше понимал, что тот человек точно является одним из самых странных игроков башни. Встретить его здесь было везением. Его группа ушла на персональные тренировки, так что пока он был свободен. Неожиданно его взгляд зацепился за тёмную фигуру. Почти спустя неделю этот ранкер показался здесь снова. В этот раз мужчина был не один, немного возвышаясь над ним рядом шёл второй человек, что был закутан в накидку. Выглядел второй мужчина, как какой-то бедняк. Из-за капюшона лицо было видно плохо, но мужчина довольно скалился. Его волосы были платиновые. Неужели тот самый Великий Мудрец, равный Небесам? Достаточно быстро оба мужчины скрылись в стороне неблагоприятного района этого города. Сунь Укун точно не будет терпелив к игроку первого этажа. Раздражать высшего ранкера не стоило, так что Харгаан продолжил смирно сидеть не месте, переписываясь с Гермесом. Было до безумия интересно, что же Великий Мудрец мог забыть на первом этаже, но в отличие от блондина у него была одна жизнь. Неожиданно игроки гильдий засуетились. Откуда-то из переулков вышел высокий блондин, что нёс на своих плечах посох. В его мантии шёл другой человек, что был намного ниже его ростом. Невысокий грузный мужчина махал рукой на блондина, чьё выражение лица было озорным. В руке того, кого сопровождал Сунь Укун был молот. Они куда-то уводили кузнеца? Почему Великий Мудрец шёл без того человека? Не выдержав, Харгаан встал и быстро пошёл в сторону, откуда вышел высший ранкер. Достаточно быстро он нашёл отряд из Олимпа, что жался к стене, во главе отряда был Хрис. Неизвестный ранкер стоял около мужчины, что отчитывал олимпийцев. Разговор уже заканчивался, потому сын Зевса решился подойти. — А ты откуда вышел? — заметив Харгаана, Распорядитель, что пожал руку Ким Ювону в знак прощания, задержался. Сын Зевса явно не участвовал в попытке забрать Гефеста силой. — Похоже он заметил мою озорную обезьянку и любопытство победило, — он видел Харгаана на пути сюда, но он явно держался, чтобы не пойти за ними. — Не приводи эту катастрофу на мой этаж, мне тебя хватает, — он был рад, что Гефеста забрали. Ранкеров и высших ранкеров сюда будет заходить явно меньше. — Всё, мне пора, — махнув рукой, Распорядитель пропал. — Я думаю, что у тебя много вопросов, но сейчас мне некогда, просто знай, что я не даю провести вторую гигантомахию, — посмотрев на Хриса, брюнет развернулся и направился к выходу из этого переулка. Его слова передадут Зевсу. Он уже был врагом Олимпа, так что причиной больше, причиной меньше, ему было всё равно.