Его сердце и имбирный чай

      Телефонные разговоры до утра. Теплый чай с имбирём. Ночные побеги от родителей. Это всё любовь. Это всё Хан Джисон.       Сегодня так же как и всегда. На часах два ночи. Он звонит.       — Я внизу. Спускайся.       Тихо выйти из комнаты, затем из квартиры и быстро по ступенькам подъезда, прямо в его объятья.       Он дышит в макушку. Прижимает к своей груди и шепчет на ухо:       — Я скучал.       И я.       Горячие поцелуи на морозе под окнами. Родители бы сейчас возмущались, кричали. Ну а кому не плевать? Кому не плевать, когда грудную клетку разрывает от любви, что греет душу в середине декабря.       — Ты опять без шапки, замёрзнешь.       Он снимает свою и надевает на голову. А потом обматывает в шарф и отдает варежки. Лишь бы согреть. А сам греет одним взглядом. А ещё он принёс термос с чаем. Имбирным. Любимым.       Так и проходит вся ночь. Он греет чаем, влюблённым взглядом и горячими поцелуями. Уже светает. Пора идти. Он проводит до подъезда. Опять. Целует в нос, обнимает на прощание и уходит. Не забрал ни шапку, ни шарф. Даже варежки не взял. Зато оставил свое сердце. И термос с недопитым чаем.       Завтра он опять прийдёт. Опять украдёт вночи. Опять принесёт термос с чаем. Опять с имбирным. Опять с любимым.