С кем Новый Год встретишь

      Ночь. В щели в окнах завывает ветер. За окном бушует метель. Темнота с крапинками снега на улице рассеивается только близ фонарей. Дальше метра от светила ничего нет, только жестокий мороз, кусающий уже засушенную от холодов кожу. А там ещё и сугробы по колено среднестатистического взрослого человека, с подлым гололёдом под ними. Зима в этом году совсем распоясалась: синоптики предупреждают не выходить из домов в лапы непогоды. Но когда на носу такой важный праздник только дураки будут сидеть дома: движение на дорогах замедленно из-за маленькой видимости, хотя машин не так уж и много, взрослые с детьми снуют туда-сюда, из одного магазина в другой, докупая продукты и подарки. В то же время жизнь кипит за закрытыми дверьми в преддверии Нового Года в окружении семьи или друзей и вкусной еды.       Джисон бы сейчас тоже был с семьёй в тёплой Малайзии и праздновал с родителями, братом и маминой едой. Только из-за плохой погоды аэропорты, естественно, тоже закрылись и все рейсы отменили. Поэтому парень остался один в другой стране в съемной квартире. Почти один, потому что какие-никакие друзья с университета у него всё же были. Только те тоже отмечают в кругу семьи, как и принято. Крис с Феликсом, как самые предусмотрительные, взяли билеты до того, как погода сделала невозможным перелеты и улетели в Австралию. А Чанбин наслаждается праздником в обществе своей девушки и их семей в загородном доме.       И сейчас он, в числе отважившихся выйти на улицу или просто забывших какой-нибудь самый главный для них ингредиент, борется с ветром, забирающимся под одежду, приносящим с собой снежинки и дующим, благо, сбоку, а не прямо в лицо, направляется в самый ближайший ещё не закрывшийся магазин, чтобы купить самый главный для него предмет стола.       Вернувшись в тёплую обитель после обхода не одного магазина, изобилующего всем, кроме того, что надо ему, он получил лишь отмороженные конечности вместо мандаринов. В итоге он взял просто апельсины и виноград. Для полной готовности к празднику остаётся только закинуть уже заранее приправленное всем мясо и овощи в духовку, быстренько нарезать парочку салатиков и бутербродиков. Жаль только, что его стряпня не сравнится с маминой. Но это он исправит уже тогда, когда погода устаканится и вновь откроются аэропорты.       Сейчас Джисон в немного тоскливой атмосфере сидит в окружении еды, напитков, подушек и огоньков гирлянд в гостиной. Пару десятков минут назад закончился созвон с семьёй: они обменялись поздравлениями, сожалениями, обещаниями и новогодними столами и с заверения Джисона, что всё будет хорошо, закончили звонок. И всё правда будет хорошо: посидит глянет какой-нибудь фильмец под вино и мясо, посмотрит салюты через балконное окно и ляжет спать под радостные тосты и разговоры соседей ещё в первом часу с мыслью о том, что до начала учёбы остаётся ещё куча времени.       В комнате потемнело. Если б телевизор с самого утра не крутил какие-то новости с местного канала и внезапно не выключился, можно было подумать, что это просто гирлянда переключилась на самый худший режим, поэтому в комнате стало заметно темнее. Но ни через пять секунд, ни через десять ничего не заработало. Понажимав выключатель гирлянды, а затем и пульт от телевизора, Хан пришёл к выводу, что проблему нужно рассматривать глобальнее. Включив фонарик на телефоне и натянув тапки, выглянул в парадную. И наткнулся на таких же недоумевающий соседей с фонариками, как и он, которых тоже встретила темнота вместо привычно включающегося по датчику движения света.       – Видимо пробки выбило, – хмыкнул парень из самой дальней квартиры с новогодним колпаком на голове. В принципе, такая проблема легко решаема - надо всего лишь поднять рычажки в щитке вверх и дело сделано. Всë было бы конечно просто, если бы пробки выбило только на их этаже, а оказывается весь дом остался без света. Одного звонка в управляющую компанию было достаточно: по всему району проблемы с электричеством, а специалист сможет приехать только утром, и то, если погода уляжется. Так что Новый Год люди будут встречать, судя по всему, без нормального освещения, за исключением свечек, и электроприборов. Так себе, конечно, конец года. Уже явно с меньшим энтузиазмом соседи отправились по своим квартирам праздновать. В общем и целом, новый план праздничного вечера не особо отличается от старого. Разве что без разноцветных огоньков и телевизора – не велика потеря. Благо на обклеенных наклейками телефоне и ноутбуке есть зарядка. Не считая ещё двух повербанков, которые парень в принципе всегда старается держать заряженными.       Вернувшись в тёплую квартиру, Джисон в первую очередь достал мясо с овощами из духовки, а затем отправился на сбор свечек по всему дому. Их оказалось больше, чем предполагал Хан - видимо, если почти каждую неделю заходить в магазины и покупать одну-другую свечку, за несколько лет жизни почти в центре города с нормальным доходом, их может накопиться немного-немало штук тридцать, и это ещё те, которые не закончились или даже не начинались. Что ещё можно было ожидать от человека, который жил в семье с маленьким доходом и поэтому ему приходилось проводить время после школы не с друзьями, а на вечных подработках. Зато он умеет копить и накопил на перелёт в другую страну и первые полгода в общежитии, а на бесплатное обучение попал благодаря хорошим оценкам и вступительным экзаменам. Да, тогда Джисон действительно называл такой образ жизни "копить", на самом же деле было просто жалко тратить деньги на какие-то детские хотелки. Вместо них теперь он тратит эти деньги на психолога, с которым они это прорабатывают. Прогресс в том, что он накупил красивых наклеек и заклеил ими всё, до чего дотянулся, а не оставил их лежать до лучших времён, а ещё когда покупает какие-то особо дорогие продукты, сразу готовит из них что-то, даже если боится испортить.       Что-ж, такие итоги года, даже с учётом сбоя электричества и нахождения вообще в другой стране, имеют место быть. Сев на диван ещё не зажгя свечки, Джисон даже дышать перестал, прислушиваясь к звукам: ветер ещё сильнее завывает в окно, холодильник не гудит – слава психологу, что он приготовил ужин из свежих продуктов, а то до приезда электрика все бы уже пропало, тикают настенные часы в виде кота с маятником, семья сверху играет в какую-то игру, парочка слева включила незнакомую ему песню и, кажется, начала танцевать, по квартире раздалась громкая в такой тишине дверная трель, справа послышался хлопок пробки из бутылки.       При таком раскладе - без света и фонового шума телевизора – одиночество ощущается почти что кожей. Раздался ещё один дверной звонок. Кто в такое позднее, тем более предпраздничное, время будет наведываться к соседям? Оказалось, что за дверью стоял его сосед из квартиры напротив – парень с котом и фиолетовыми волосами. По крайней мере, таким Джисон запомнил его при первой встрече, когда тот только переехал где-то год назад. Сейчас же он был без кота, но всё ещё с фиолетовыми волосами и уже проколотым ухом.       – У тебя тоже нет света?       – Ни у меня, ни у нашего этажа, ни у всего дома, – кажется, такие новости совсем расстроили ночного гостя, который уже был огорчён отсутствием света в своей квартире, а затем понял весь масштаб проблемы. Видимо, тот устроил себе дневной-вечерний сон, потому как выглядит немного опухшим и поэтому, скорее всего, не присутствовал на незапланированном своеобразном собрании жителей. – Электрик приедет завтра утром. Наверное.       – Прекрасный Новый Год, – его раздражение с чем то ещё внезапно промелькнуло во взгляде, направленном на Джисона, будто тот самолично перерезал провода в его квартире.       – Точно. Что-нибудь ещё? – мяско-то скоро остынет.       – Нет, спасибо, – развернулся и зашёл в свою квартиру, дверь которой всё это время, оказывается, была открыта нараспашку.       Хан тоже вернулся в свою обитель и, наконец, принялся поджигать свечки. Мандарины, ваниль, хвоя, дерево-цитрус, глинтвейн и имбирный пряник в воске распространили свой аромат со всех уголков гостиной-кухни. Мясо с овощами на тарелке, вино в бокале, на часах без часа двенадцать, на ноутбуке Гарри Поттер, а за дверью нежданный гость. Брюнет сегодня уже слишком часто выходил за пределы квартиры, так что кто бы там ни был – он не увидит хозяина минимум до завтрашнего утра. Ну или при условии пожара, если у кого-то возникнут проблемы со свечками. Но у нарушителя спокойствия явно были другие планы. И звонки не прекратились ни через две, ни через пять минут. За дверью снова неожиданно оказался сосед, живущий напротив.       – Давай отпразднуем Новый Год вместе, – брови от такого внезапного предложения сами по себе поползли вверх.       – Зачем?       – Так интереснее.       – Кому? – Джисон искал ответ в глазах соседа, а тот – непонятно что.       – Нам.       – Почему один не хочешь?       – Так не интересно, – ну да, логично. Пока брюнет рассматривал в голове их интеллектуальный разговор и принялся разглядывать потолочную плитку, сосед уже прошмыгнул мимо хозяина внутрь. Обычно, как думал Джисон, если дверь открыта, то коты из неё наоборот выбегают, а его теперь уже гость явно чем-то смахивал на кошачьих. И, кажется, тот совсем не шутил насчёт совместного празднования, потому как держал в руках шампанское, фрукты и шоколад.       – Так и будешь там стоять?       – А ты так и будешь стоять в моей квартире?       – Ты так и не сказал нет. Если не нравится, то могу уйти, – в принципе, он прав. В конце концов, даже если будет неинтересно, то хотя бы не так одиноко.       – Чувствуй себя как дома, – лицо напротив отзеркалило улыбку. – Джисон. Приятно познакомиться.       – Минхо. Мне тоже.       Парень из квартиры напротив с фиолетовыми волосами и котом – Минхо – переехал в этот дом где-то в начале этого года. Они иногда пересекались около квартир, но никогда не знакомились, не здоровались и не общались. По наблюдениям Джисона тот живёт один, учится с ним в одном институте искусств, только не известно на каком факультете – точно не на музыкальном, всегда уходит раньше и приходит позже, пахнет мятной жвачкой, носит рубашки с футболкой и работает в книжном магазине – однажды заметил там соседа, когда ходил с Чанбином покупать книги его девушке на день рождения. С такими скудными данными было небезопасно пускать его в дом. Тем более условия располагают, чтобы снять в них какой-нибудь триллер: метель, помощь не приедет, света нет и есть загадочный сосед-психопат, которого впустили в дом, клюнув на немного дерзкую ухмылку и озорной блеск в кошачьих глазах. Или вместо убийцы можно добавить зомби-вирус. Вообще, если его укусит такой симпатичный зомби, хоть что-то в этом будет хорошее. Может стоило поступать на кинематограф вместо музыки с такими то способностями.       – Угостишь мясом? А с меня фрукты и шампанское.       – Конечно, только игристое я не очень люблю.       – Я тоже. Принёс его, потому что с почти пустыми руками некрасиво наведываться к соседям.       С приходом нежданного гостя на столе появились ещё одна тарелка с мясом и бокал с красным вином, а мандарины теперь не только в свечках, свет от которых окутывает уже не одного парня на диване.       – Гарри Поттер?       – Классика.       – Не спорю. Я сам смотрю каждый год.       – Где твой кот?       – У Дори появились проблемы с желудком, я отвёз его в ветеренарку, а там сказали оставить для наблюдения на несколько дней.       – Печально. Почему празднуешь один?       – А ты? Вкусное мясо.       – Спасибо. Семья в другой стране и я не успел купить билеты до отмены полётов, – на экране как раз прилетает Хагрид с маленьким мальчиком.       – Обидно. Я поссорился с родителями и уже с год с ними не общаюсь, а друзья с семьями, очевидно, – Джисон обернулся на Минхо и встретился с тем глазами. В шоколадном океане можно было разглядеть огоньки потрескивающих фитилей, экран с фильмом и самого Джисона, которого рассматривают с таким же интересом, чуть склонив голову набок. – Что?       – Ничего. Не скучаешь?       – Скучаю, конечно. Тем более там ещё остались двое котов – Суни и Дуни. Но не жалею о том, что случилось. Вышло бы либо так, как вышло, либо я прогнулся бы под их опекой. Они просто не захотели принять мой выбор. Да и они сами выгнали меня, а не я ушёл.       – Понятно, – на этом диалог, вроде как, достиг своего логического завершения, хотя хотелось спросить ещё о чем-нибудь, чтобы не опустить на них эту пелену неловкого молчания, но спрашивать о родителях или чём-то таком было бы точно неловко. Поэтому парни просто продолжили наслаждаться едой и фильмом в тишине и слегка сонной атмосфере. То ли так действует тепло, то ли горячительный напиток в крови, то ли сама обстановка сложившегося вечера. Но никто из них, на удивление, не чувствует себя неловко, как будто так и должно было быть. Может это из-за того, что Минхо чихать хотел на вежливость за эти два прихода к Джисону, потому что не сказал ни "здравствуйте", ни хотя бы "привет", да и тем более перешёл сразу на "ты".       До полуночи остаётся меньше десяти минут. Хан уже не смотрит фильм, да и не особо слушает, просто залип на кружащиеся в каком-то танце снежинки за окном. Минхо всё также смотрит в экран, медленно попивая вино, хотя кажется, что тоже находится где-то не здесь. В самом конце года так и хочется обдумывать и осмысливать всё, что было: хорошее и плохое, радостное и грустное, все достижения и неудачи, знакомства и расставания.       – Давай зажжём бенгальские огни, – Минхо отложил опустевшую тарелку и взглянул в ожидании ответа.       – Зачем?       – Загадать желание.       – Я никогда так не делал, – Джисон повторил за ним и так же взглянул в ответ. – Мы обычно пишем желание на бумажке, поджигаем, кидаем в напиток и пьем.       – Ну, палку хотя бы есть не надо.       – У меня их нет.       – Не проблема, – и достал пару полочек из того, что Хан раньше принял за шоколад.       – Проблема в том, что нежелательно что-то поджигать в квартире. В всё ещё хочу здесь жить минимум до выпуска.       – Тоже не проблема. Выйдем на балкон, – на такое заявление брюнет переводил скептический взгляд с соседа на балкон и обратно.       – Знаешь что там минус пятнадцать?       - Да мы даже и пяти минут там не будем. Быстро зажжём и всё.       – Ладно, – гори сарай - гори и хата. Хотя лучше уж ничего не будет гореть, тем более хата, кроме этих бенгальских огоньков. Этот вечер превратился во что-то непонятное, поэтому Джисону интересно докуда всё дойдёт. В обычных обстоятельствах он был бы тем, кто переворачивает весь порядок, зная, что рядом есть человек благоразумнее. Но в таких неординарных ситуациях хотя бы он должен быть голосом разума. Иначе что-то точно сгорит. Поэтому они отправились зажигать палочки.       На балконе снег чудом не дошёл выше щиколоток, на наручных часах считанные минуты до нового года, на закутавшихся в пледы парнях уже оседают снежинки, а те, что падают на ещё тёплые щеки моментально таят, оставляя неприятное ощущение мокрой кожи. Пришлось закрыть дверь, чтобы свечки не потухли и из комнаты не исчезло всё тепло.       – И когда надо загадывать?       – В двенадцать зажечь и пока не выгорит вся палочка. Секунд тридцать.       – Понял.       Двенадцать. Чирикнули зажигалки и вспыхнули огни. Джисон закрыл глаза и начал загадывать всё: здоровье своё, родителей, друзей и даже Минхо с Дори, хорошее окончание учёбы, успешный выпуск их совместного музыкального альбома с Крисом и Чанбином, путешествие куда-нибудь за границу и чтобы зарплату его, как организатора концертов, повысили.       Открыл один глаз и взглянул на палочку – осталось совсем чуть-чуть, затем на Минхо - тот до сих пор стоит, чуть наклонив голову к груди. Интересно, что тот загадал на следующий год. Бенгальские огни перескакивают на его лице и отливают золотым, очерчивая тенями нахмуренные из-за летящего снега черты. Где-то прогремел салют, словно увеличенная версия их личного. И Минхо, открыв глаза, взглянул на свою миниатюрную версию, затем на джисонову и, наконец, на него самого.       В маленьких вселенных, направленных друг на друга, резвятся искорки с примесью чего-то сладкого, тягучего и тёплого, но внезапно родного. Меж двух сердец тоже пролетели искры – непонятно только, от затухающих ли огоньков, и оставили после тебя обжигающие звезды. Мини салюты перестали трещать, большие все еще гремят где-то за пределами столкнувшихся миров.       В этот праздник принято оставлять все плохое и непонятное в прошлом, чтоб в новом начинать все с чистого листа. Только вот Минхо запрыгнул в этот уходящий поезд и непонятно, выйдет ли он на следующей станции, через несколько или доедет до конечной. Понятно только то, что, может, все те случайности, случившиеся в уходящем году были вовсе не случайны и в итоге привели их к этому. А отмена полетов и отключение света были вовсе не плохим дополнением к окончанию года, а чем-то со вкусом новогоднего чуда и мандаринов.       Ведь, с кем Новый Год встретишь, с тем его и проведешь?