проклятое благословение.

"Как щеки матери сыра земля. Не боится ни крови, ни резаний, ни опухоли, ни синей синевщины. Так же и я, раб Божий, не боится ни крови, ни резаний, ни опухоли, ни синей синевщины. Ты – мое оружие, подчинись, отдай силу во имя матери и сына, склонись перед судом в моих руках. Пока живы наши потомки, явись ко мне в обличии людском, явись к врагам в виде оружия не от мира сего. Неся смерть в руках, покажи мой крах!"

Старик тихо шептал, окрещая Влада святой водой и прикладывая библию к чужому лбу. Вокруг пелись молитвы, скрываясь на плач, пока в помещении до потери сознания пахло ладаном. Тётка, перекрестившись, вторит залу, окрапляя себя крестом. По помещению проходит совсем слабое эхо, но даже этого хватает чтобы полностью запутаться в словах, бурча что-то на подобии молитвы себе под нос, понимая всю ничтожность ситуации. Он благословлен. Силы свыше помиловали, даря благословение, показывая какая судьба уготована Владу. Но разве ему это было нужно? Ведь в их время даже оружие было лишь вещью, что теперь пылиться на полках. Но он не учел, что это не вещь, а существо Божье, способное уничтожить весь их город, оставив лишь руины и догорающие дома. Из поколения в поколение, "небеса" даруют особое оружие, которое может принимать любую форму, начиная от обычного топора, заканчивая огромной расписной косой. Лишь попроси, лишь пожелай. Вся сила в руках одного человека со смертоносным оружием. Да ополчятся ангелы, да отвернется Бог, оно всегда за тебя. Никто кроме благословленного не мог тронуть его, даже ходили легенды, что если прикоснуться, то смерть настигнет мучительная, страшная настолько, что будешь молить убить тебя, пока твои органы медленно распадаются, образуя живописные цветы, что вскоре оплетут рукоять меча, показывая как алые бутоны распускаются, напитавшись кровью жертвы. Наверное, странно было даже не это, а скорее то, что оружие было живым. Могло принимать человеческую форму. Зачастую, его предки женились на собственных "благословениях", продолжая род, даруя жизнь текущую по ручью небытия. Почему то всем казалось это не из разряда вон выходящих, а даже наоборот. Но Влад считал это до одури странным, безумным. Разве так можно? Жениться на том, что не является ни человеком, ни ангелом. Скорее существом. Влад знал, что его отец и являлся оружием, но все равно оставался при своем мнении. Тысячи отправились на небеса от встречи с ним, не щадили никого, даже скотину. Но какая разница когда ты все равно осиротел? Родители умерли когда тому было лет восемь, на что тетка забрала его и брата к себе. Детей у неё не было, и воспитала она их как собственное дитя, надеясь, что всё-таки кто-нибудь из них получит благословение, продолжит то, чем на протяжении веков занимались предки. Оружие умирает вместе с благословленным, не являясь отдельной материей. Это пугало. Окончить жизнь не только себе, но и чему-то, что казалось бессмертным, непобедимым. Сидя поздными вечерами под блеском звёзд, Влад задумывался, какого это? Жить обычной жизнью. Когда вокруг тебя нет сумасшедших фанатиков религии и ты не благословлен. Когда не нужно постоянно чему-то учиться и ждать благословения как судного дня. До безумия сильно хотелось прожить жизнь заново, без всего этого, без того, в чем он не нуждался с самого начала. Он знал, со дня на день снизойдёт оно, раздвинутся облака и под светом Божьим, словно дива, спуститься по небесным ступеням, верша правосудие. Проклятое благословение. Названия лучше было не подобрать, в этом Влад был уверен. Задумываясь все больше он лишь находил факты, подтверждающие его правоту. Пугающее, но притягивающие настолько сильно, что не можешь оторваться. Тогда то Влад всё-таки понял. Он ждёт этого. Но ничего не было. Все произошло настолько глупо, увидели бы это предки, так сразу начали бы бубнить что-то, громко споря и перекрикивая один другого. Оружие то снизошло, но без обряда. Само нашло Влада, на озере. Он не знал, как там оказался и откуда появилось животное желание утопиться, нырнуть в небытие, но знал точно, что оно – нечто большее, чем бездушная железка или безмозглое существо. Он – человек, даже если неполноценный. Перед ним стоял парень, роста был среднего, русый, с зелёными обворожительными глазами. Тот произнес лишь пару слов, но и их хватило чтобы осознание ударило в голову. Он любит его с самого рождения. Они связаны, самой крепкой красной нитью, которую не видит никто, кроме них самих. Смотря на него он не знал, как будет им управлять, ему хотелось дать парню свободы, независимости. Сделать их отношения равными. Но в глазах мутнеет, голос собеседника утихает, а сознание покидает тело. Проснуться в агонии и увидеть рядом с собой косу было не тем, что хотела душа Влада. Остро заточенную, расписную. Взяв в руки вы будто объединяетесь в одно целое, сливаясь и дополняя друг друга. Тогда ты понимаешь, что человека так любить не возможно. Именно тогда ты понимаешь, что сам не человек. Черная нить. Что вы чувствуете когда смотрите кому-то в глаза? Ни на секунду не засомневавшись Влад готов дать ответ. Всего одно слово, всего доля секунды, всего пара метров от друг друга. И ответ есть. "Связаны." Ответ прост и надежен. Защищая друг друга до конца жизни, посвятив её только им самим, Влад понимает. Вова – не просто оружие. Нечто большее. Родственная душа. Созданная под всего его изъяны, с собственными, образующими полноту в душе, закрывая промежутки. Смотря на себя во всевидящее око, ещё совсем юного, Влад наверняка посмеется. Целуя Вову куда-то в висок и бормоча сквозь смех о том, какое же глупое у него было лицо при их встрече и как смешно брови Вовы сложились "домиком". Благословение самое сильное проклятие. Он поймет со временем, наверняка. Может быть, где-то есть параллельные вселенные и в одной из них Влад и Вова обычные люди, любящие друг друга, что счастливы от "скучной" людской жизни, наполненной красками. Где нет никаких возложенных на них надежд и есть только они сами.