предатель

С каждой секундой всё становилось только хуже. Своими глазами Ки Хун мог видеть предстоящие моменты. В глубине души угрызение совести начало поедать его, как яд, убивало его надежду.   Короткие волны радио, которые передавали сообщения от участников плана, громко сообщали новость об отступлении из-за нехватки боеприпасов. План по обеспечению их свободы и конца этих гребаных игр, в которые сейчас играет человек в черной маске, обернулся против него. Он был целью Ки Хуна, который, не осознавая что-то внутри себя, страдал, слыша стоны умирающего О Ён Иля, который стал для него.... другом? Он безусловно привык к нему, его постоянное присутствие рядом с ним ближайшие несколько дней было довольно утешительным. Разговоры, которые у них были, были моментом передышки для мужчины, ощущением, что есть с кем поговорить без осуждения. Конечно, у него был Юнг Бэ, но всё-таки это не то же самое. То, что они с Юнг Бэ знакомы дольше, не позволяло ему чувствовать себя с ним, так как с Ён Илем.    На это не было времени, потому что, действуя как запрограммированная машина, Ки Хун продолжал стрелять пока у них тоже не закончились боеприпасы.  Он проиграл. Он знал, что проиграл. Он даже не рискнул глянуть на своего друга, который смотрел на его левую сторону.    Шаги. Спокойные, но твёрдые. Не сильно громкие, но пронзающие стоящую тишину. Вкус поражения можно было почувствовать в воздухе.   Показались носы чёрной обуви, выше, серые брюки.    - Игрок под номером 456.   Он не относился к этому как к игре. Это был вопрос жизни и смерти. Быть или не быть. Мужчина перед ним лишил его этого веселья. Он лишил его шанса спасти так много жизней. Шанса спасти О Ён Иля. Виновник этого инцидента, хоть и был скрыт за маской, казалось, был сам удивлен поворотом событий. Может быть, тем фактом , что им всё-таки удалось зайти так далеко? Или, может быть, он почувствовал себя подавленным из-за того игрока, который выиграл первую игру, но всё равно упорно преследовал свою новую миссию?   Боль. Ненависть. Сожаление. Слабость. Отвращение. Гнев. Печаль.   Пистолет был направлен прямо на него, будто это только приблизит его к смерти.    - Вот это последствия твоей игры в героя.   Ему конечно не хватало многого что бы быть героем. Не был ли он сам антагонистом всего этого? Он призывал этих людей сражаться, сражаться в бою, который в любом случае был бессмысленным, потому что каждый из них умер. Он мог бы позволить им продолжить игру, или мог бы тихо уйти оттуда. Их смерть была бы результатом их собственного решения.   Юнг Бэ умер. Прямо на его глазах. Так что в одно мгновение эмоции Ки Хуна достигли пика.  Умер не он. Не Ки Хун, который был предводителем этого плана. Не тот, кто нарушил игру с самого начала только для того, чтобы спасти этих людей. Не он. Может быть, поэтому смерть других людей и его друзей так сильно ранила? Тот магазин, который он дал Ён Илю ему не нужен? И его присутствие и защита от вражеских пуль были бесполезны для Юнг Бэ? Удаляющиеся шаги человека в маске только усилили его гнев. Ки Хун так сильно хотел, чтобы этот человек страдал - чтобы прочувствовал его боль и боль других людей. Жаль только, он не знал, что этот человек был рядом с ним все это время. Он доверял ему, чувствовал что-то похожее на дружбу, восхищался его красотой, остроумием, его боевыми навыками и стилем. Это вызывало счастье в Ки Хуне.  Ведущий убил, похоронил его дорогого Ё Иля. Он забрал его тело, которое Ки Хун пытался найти где-то далеко впереди них. Он лишил Ки Хуна его предмета обожания.   И на самом деле, он оказался предателем.