/Из горячей стали

Кажется, грядет нечто ужасное, раз к делу подключаются Ищейки. Например, бесконечный разлад между дуэтом Сайгику и Суэхиро. В основном зачинщицей конфликтов была Дзено, брюнетка же почти не возражала, если, конечно, дело не доходило до излишни садистских нравов напарницы. Блондинку безумно раздражала эта странная девушка, настолько, что одно ее упоминание заставляло стискивать от злобы зубы, скрипя ими. При этом она ее не видела даже, но знала до мелочи: от внешних изъянов, до привычек. И это раздражало еще больше, ведь где-то внутри кололось иголками какое-то приятное теплящееся чувство, которое хотелось залить ледяной водой. Дзено напрочь отрицала какую-либо приятную и магничящую мысль в сторону Тэтте. Но чем больше она это отрицала, тем сильнее разрасталось противоречащее чувство.  И ведь настал день Х, когда она, возвращаясь с задания о поимке личности, известной, как Осаму Дазай, решила заглянуть в тренировочную комнату за Суэхиро. Возможно, планировала жаловаться, что напарница ей ничуть не помогает, что Дзено единственная, кто выполняет работу, а после выплеснуть уже привычную тираду о том, какая же девушка мерзкая и странная. Сайгику зашла в зал и стала прислушиваться, чтобы определить, чем занимается брюнетка. Кажется, она стояла у зеркала, наверное, рассматривала плоды тренировок, а не обернулась, лишь потому что видела, кто зашел.  – Как миссия? – Непринужденно поинтересовалась Тэтте.  – Естественно, все прекрасно, идиотка, – в привычной грубой манере фыркнула ее напарница, подходя к ней ближе.  И хотела бы блондинка еще сказать ей пару «ласковых» слов, как она скривилась. От девушки ужасно несло потом, но от колкости остановило не омерзение от запаха, а наоборот, что-то было в этом. Дзено махнула головой из стороны в сторону пару раз, на что обратила внимание Тэтте:  – Ты в порядке?  – Ты отвратительная, – вновь заверяла Сайгику, вот только руки ее не слушались. – Снова проебываешь время в зале. Бесполезная. Бесишь меня, – ядовито выплескивала девушка все свое накопленное за пол дня неудовлетворение.  Но руки сами собой обнажились от белоснежных перчаток, кинув их куда-то на пол, и легли на крепкие плечи напарницы. Ей всегда было интересно, не зря ли тратит время на тренировки Суэхиро. Увидеть она никак не сможет, а просить трогать слишком унизительно и не в ее духе. Тэтте на это могла лишь вздохнуть и никак не сопротивляться. Какой бы странной брюнетка не была, но от этого она не менее проницательная. Ей многое предстоит вытерпеть прежде, чем Дзено наконец хоть немного перестанет отрицать симпатию к ней. А потому спокойно принимает прикосновения прохладных пальцев к собственному раскаленному и мокрому телу. Сайгику же опустила руки с плеч напарницы ниже, оглаживая мощные лопатки, а затем влажную прямую спину. Затем она берет Суэхиро за бока, чуть выше брюк, естественно, не в силах их обхватить, и прижимается к спине, скользнув руками вперед. Блондинка, противясь, шипит проклятья, ибо ее съедает брезгливость, но пальцы так напористо изучают пресс брюнетки, будто пытаясь запомнить каждый затянувшийся шрамик, каждый выступающий кубик. Собственные руки стали совсем горячими, их будто жгло, но они не переставали двигаться выше, до самой повязки на груди, что перетягивала ее, ибо та, очевидно, мешала тренировкам и работе в целом. Увы, ее пришлось обойти, ибо пальцы не смогли скользнуть под эластичные бинты, и теперь они вновь вернулись к мускулистым широким плечам. Дзено изнутри распирало от жара. Ей было до невозможного приятно ощущать под своими руками мышцы, что больше напоминали раскаленную сталь. Она ощущала слабость в ногах, желая наконец расслабиться в руках Тэтте, но сознание берет вверх и девушка, будто обоженная, отскакивает от напарницы, отворачиваясь от нее.  Суэхиро поворачивается к ней и хочет подойти, взять за узкие и угловатые плечи и узнать, в порядке ли она, но Сайгику ее останавливает, тут же хмурясь и вновь язвя:  – Ты ужасно воняешь! И пользы от твоих тренировок никакой!  После этих слов Дзено ретируется из тренировочного зала, оставляя Тэтте в недоумении. Ох, как же девшуке хотелось раствориться с помощью своей способности, лишь бы скрыться от стыда и липкого удовольствия, но ей нужно собраться, вот только как, когда обнаженные кисти дрожат, словно в ожогах от той сильной девушки из горячей стали…