Каждый сон - одно и тоже.

после выхода из псих-больницы, хотя, так ее даже сложно назвать, линчу стал слишком ужасно спать. не сказать, что и до этого он спал хорошо. больше страдал бессоницей и постоянно перебирал бумаги в поиске решения фиолетовой земли и нахождения нулевого пациента. однако когда он и заваливался в свою постель от того, что не выдерживал ни минуты более, отсыпался он, на удивление, хорошо и спокойно. а на утро уже чувствовал себя в расцвете сил, вновь занимаясь новой ежедневной рутиной. после психушки все было иначе. даже восстановив свой режим сна, абсолютно каждый сон - был кошмаром. постоянно снилось то, что приходил конец. как на его собственных глазах умирали все те - кто ему был близок и дорог, что их крики доходили до ушей, заставляя сердце болезненно сжиматься. и то, как будто он убегает во тьме от кого-то или чего-то. и не смотря на принятие снотворных или успокоительных, все повторялось раз за разом, будто это был замкнутный круг, из которого невозможно выбраться. вдобавок после пробуждения в голову лезли лишь навязчивые мысли и страх, что это все был не кошмар и не сон. холодный пот по виску, дрожащие руки и сбивчивое дыхание, в перемешку со слезящимися глазами каждый раз. каждый божий раз линч просыпался именно так. и как же, признать, ему это надоело. однако ни джону и ни лили он рассказывать не собирался. а вариант сходить к психологу он вообще откинул. тоже ему, не верит журналист им. еще положат в еще одну психушку, как-то не очень.. он еще и от прошлой не отошел. так что все проблемы и тревоги линч прятал в себе, при друзьях делая вид, что в принципе с ним все в порядке. так и было, самочувствие и здоровье пришло в норму. только моральное здоровье, казалось, портиться с каждым днем по-немногу. однако лили и джон уже слишком запереживались за него, поэтому нельзя напрягать их еще больше. нельзя, даже после слов "мы всегда рядом" и "мы поможем тебе в любой ситуации". звучит как сладкий бред для ушей, а может журналист просто не может принять поддержку в свою сторону. и это так раздражало самого себя! но, конечно, долго скрывать что-то от лишних глаз или ушей никогда не получается, особенно если это связано со своим здоровьем. ... [14:17] в один из дней за окном стояла дождливая погода. егор сидел за столом, постукивая краем ручкой по собственному подбородку в надежде на нужную формулировку мыслей. да, он все еще не отбросил затею с нулевым пациентом. предложение генри он давно откинул на "нет", не собираясь учавствовать в этой ерунде. мутанты? серьезно? из живых людей?! это ненормально. признать, линч вообще не понимает тех людей, кто согласится не подобное. хотя, поймет, если какой-то садист-мазохист или же социопат даст положительный ответ. с такими людьми все давно ясно.. мысли прерывает стук в дверь. откладывая ручку в сторону, журналист поднимается с места и неспеша отправляется к входной двери. – джон? ты чего тут делаешь? ты не предупреждал, что заедешь.. говорит зеленоглазый, стоит открыть дверь. естественно, кто может быть еще, если не этот человек? который в любую погоду прибудет, стоит только позвать. и не позвать, он даже и без зова будет. сейчашняя ситуация - наглядный пример. тот, с коробкой пиццы в руках, показал язык и прошел внутрь, когда егор отошел в бок от прохода, давая возможность пройти внутрь дома. – джон опасный никогда не предупреждает! он берет и приезжает. пора запомнить это, приятель! ухмыляется писатель, проходя на кухню и оставляя коробку на столе. лишь тогда он соизваливает честь повернуться к своему другу лицом и настроить зрительный контакт. с кончиков прядей у очкастого стекали холодные капли воды, потому что тот, видимо, успел попасть под дождь, который яро разбушевался в ливень. линч поднимает бровь на это заявление, а после тихо смеется, прикрывая рот рукой, а другую кладет себе на бедро. – ох, ну да. как я мог позабыть. а джон опасный, случайно, знает о существовании зонта? не удержался от подкола журналист, а писатель лишь фыркнул, скрещивая руки на груди. егор добавил к своей фразе "щас принесу тебе сменную одежду" и отправился в другую комнату, оставляя на короткое время приятеля одного. тот, в свою очередь, оглядел кухню уже в тысячный раз за все время, молча ожидал линча. ну и зачем так утруждаться? тут вообще-то пицца, горячая еще! щас остынет и не вкусная будет. а что если это коварный план, и пока джон будет переодеваться - егор все сам съест?! а он может. к тому времени как раз он и вернулся, передавая сухие вещи сероглазому. писатель кивает и берет их, уходя в другую комнату переодеваться. и, к сожалению или к счастью, смотря с чей стороны смотреть, опасения джона оказались правдивы. журналист, воспользовавшись ситуацией, уже успел начать есть первый кусок пиццы. и вправду.. расплывалась во рту, отдаваясь приятным вкусом. – линч! ну так нечестно.. я принес ее для нас двоих! мы должны были начать ее вместе есть. ну либо же я первый.. слышится голос только вернувшегося джона в сменной одежде, на что слышен ответный смех хозяина дома. [19:42] к вечеру дождь уже перестал идти так бешено, превратясь в изредко мелко-моросящие дождевые капли. джон и линч завалились на диван, вместе смотря какой-то фильм за поеданием фастфуда. да, они сошлись на мнении, что готовить никто не хочет, поэтому заказали очередную доставку. этот фильм для егора был очень скучный, так еще под вечные комментарии друга клонило в сон. так что за бессмысленными разговорами о тупости главных героев, журналист даже не заметил, как погрузился в сон. точнее, как погрузился в очередную темноту, в которой тело будто налилось свинцом, делая любые движения чем-то невозможным. в голове был белый шум, однако громче всех играло лишь одно слово "бежать". что в принципе егор и стал делать, стоило конечностям наконец-то "отряхнуться" от этого груза. он не знал, куда и зачем, от кого или чего. он просто знал, что нельзя останавливаться. он бы и не смог, даже если и хотел. со всех сторон доносились голоса эхом, похожие на фразы "это все твоя вина", "они все умрут из-за тебя". больно. больно режущие слова. "это все ты". "это... – линч! мать твою, проснись уже. раздается гулом в голове, заставляя поморщиться, а затем подскочить в сидящее положение. перед глазами все играло разноцветным, опускаясь на темноту. со лба на колено капнула капля пота, веящая холодом. глоток кома в горле немного привел в чувства. затем проведя рукой по лицо, наконец повернул голову на обеспокоенный вид писателя. – линч.. с тобой все в порядке? ты что-то бормотал во сне, потом еще ворочался. я сначала не придал значение, а потом все же решил разбудить. ответил тревожно джон, слегка придвинувшись к егору. журналист в свою очередь смотрел в пол, все еще дрожа от кошмара. шатен, нахмурившись, притянул к себе своего друга, обнимая его и прижимая к себе, утешительно поглаживая по волосам. линч вздрогнул от таких резких действий, но поддался соблазну, расслабляясь и прикрывая глаза. – раньше тебе не снились кошмары. скажи, ты опять умолчал об этом, да? строгим голосом произносит писатель. зеленоглазый вздыхает и издает тихое "мгм" в плечо другого. он уже ожидал возмущений о том, что о таком нельзя молчать, но на удивление последовала тишина и простые объятия. такие простые, в которых было комфортно и тепло. егор наконец-то мог успокоиться за коротким промежуток времени после таких пробуждений, так еще и с любимым человеком. – спасибо.. прошептал журналист, слабо улыбнувшись. джон, приподняв брови от удивления, все-таки тоже улыбнулся, закрывая глаза и поглубже затягиваясь в объятия с линчем. он решил пока не доставать вопросами и давить на эту тему. знал ведь, ой как это неприятно.