Взгляд.

Лу Гуан, переместившись во времени, снова увидел живого Чэн Сяоши. Он сделал это. Нарушил собственные правила. Время словно замедляет свой быстрый и безостановочный молчаливый бег, когда Гуан улавливает беспокойный взгляд Сяоши. В отражении до боли красивых глаз, он видит себя, где он с кровью из носа сидит на твердой земле. При виде близкого человека, клубок из чувств, застрявший глубоко в желудке, разбухает, при каждом неверном движении отдаёт глухой болью, пытаясь вырваться из холодных оков, что сдерживают эмоции в узде. Гуан смотрит на него долго, неотрывно, слишком, чтобы это было хоть чуточку приличным. В его, скрытых за янтарной магией, серо-голубых глазах просачивается тонкими слоями усталость и отчаяние, что закрыто от всего мира. В самой глубине своей души он ощущает лёгкое спокойствие от присутствия его "друга". Словно наконец смог уснуть после отступивших тревог, жуткого кошмара, что преследует каждую ночь, не желая оставлять в покое ни на одну минуту. Вот он, живой Чэн Сяоши, рукой подай и сможешь ощутить его теплую загоревшую кожу от долгих игр под ярко горящей точки в небе, что светит, казалось, целые сутки, не давая Луне взглянуть на мир. Его горячее дыхание, что может ошпарить оставляя после себя невидимый человеческому зрению ожог. Черные, как смоль, шелковистые волосы, чьи концы отливают золотым от лучей солнца, безостановочное биение сердца, голос, что пьянит словно крепкий алкоголь за стойкой бара.. Можно ощутить всего Сяоши разом. Но этого всё равно недостаточно. Рядом призраком стоит беспокойство смешанное с грязью - тревожность, что душит одним своим взглядом и существованием. Словно если он коснётся его, Сяоши будет лежать в его руках истекающий собственной кровью. Вернувшись в реальность где-то на словах "сейчас, я схожу за лекарством", хватает Сяоши за запястье, — не надо, - не уходи, не оставляй меня. - Всё хорошо. — повторяет он снова, словно для себя, с лёгкостью. Мир не схлопнулся, когда он вернулся в прошлое, чтобы увидеть его. В моменте Лу Гуан мысленно удивляется с своего ровного тона голоса, внутри него был ураган из различных чувств. Словно только-только бушевавший ветер наконец стих, стоит ему вновь поймать Сяоши в поле своего зрения. Лу Гуан не задумывался о сожалении нарушения собственных правил. Почувствовав скептический взгляд, анализировавший состояние раненного, всё же остался и вернул ему камеру, — если вдруг сломается, приходи ко мне в ателье "время", я смогу его починить! Бесплатно. — Гордо скрестив руки на груди, он улыбнулся своей фирменной самодовольной улыбкой. "Я знаю" - вертелось на кончике языка, но так и не было сказано вслух. Вместо этого лишь тихая благодарность. Поднявшись на ноги, он видит как Сяоши разворачивается и постепенно уходит. Но не успев сделать и шагу вперёд, Гуан ловит мяч, в этот раз рефлексы хорошо срабатывают. Ремешок с камерой соскальзывает по руке, остаётся болтаться на ней, сохраняя целый вид и мелко покачиваясь из стороны в сторону. — Пойдём сыграем, нам как раз не хватает человека. — Чэн Сяоши, снова улыбается ему с теплотой в глазах и протягивает руку на встречу Лу Гуану. Ход истории не меняется. Раньше Лу Гуан думал, что одно неверное движение во временной петле может провести к худшим последствиям, о которых невозможно додуматься, но как оказалось, это не так. От того ощущается лёгкость и тяжесть на душе. Казалось бы, зачем пытаться, если ждёт один конец? Но вдруг хоть маленький, но шанс всё таки есть. А если они есть, то это стоит того, чтобы попробовать добиться и изменить ход событий. Любой ценой. Лу Гуан может отдать свою жизнь, лишь бы Сяоши остался жить в этом мире. Он не видит смысла находится в настоящем, в котором нет Чэн Сяоши. Эта реальность слишком жестока. Если бы он мог, то без раздумий решился бы на такой шаг, в котором чаша равновесия не перевесила в одну из сторон. Но ведь он знает, что Чэн Сяоши мог бы поступить точно так же. Это бесконечный и нерушимый цикл. Возможно, это карма. — Ну, так что, идёшь? — Уголки губ растягиваются в сдержанной улыбке в ответ, — да. — Ты классно играешь, мы теперь напарники! — звонкий смех разрезает воздух и всё вокруг снова становится неважным, недостойным внимания. Сяоши похож живое солнце, а его руки были лучами. Снова его взгляд зацикливается на Чэне Сяоши, дышащим отрывисто из-за прилившего адреналина после игры, - а не потери крови, - живым, радостным и не знающим своего будущего. Блики в глазах больше походят на звёзды, что светят ярко-ярко. Завораживающее зрелище. — Каждый мой пас - означал доверие к тебе. — Ещё одна из тысячи фраз, что он слышал, и которую он ценит больше всего. Тепло в груди приятно разливается по всему телу, плавно доходя до кончиков пальцев. На короткий, слишком маленький временной отрезок, он смог забыться в игре со своим близким другом. Просто находится рядом с ним было приятно до дрожи в теле. Лу Гуан внимательно рассматривает Сяоши, как его грудь вздымается и опускается, как волосы игриво развевает лёгкий ветер, а его глаза, что напоминают кору темного дерева, смотрят на него с горящими искрками в глазах. — Обязательно приходи завтра поиграть, я буду ждать тебя здесь. — И снова он улыбается Лу Гуану. Эта улыбка - искренняя, такая яркая, что слепит глаза, но на неё можно любоваться всю свою жизнь. — Хорошо, я приду, — от согласия тот только шире растягивает уголки губ и словно сияет. Фейерверки в глазах зажигаются от маленькой искры, что проскальзывала через разные промежутки, скрывая своё присутствие. Он чувствует то же самое. Радость и облегчение это то, чего ему так не хватало. Лу Гуан никогда не сможет отказать ему. Даже если захочет. Одно упоминание его имени служит пересмотром тысячи вариантов снова и снова, пока в итоге не согласится принять любую его просьбу или шалость. Ноги приковывает к земле, словно корни повылезали из почвы и крепко держат его, заставляя смотреть вперёд. На него. Фон из персикового неба, отражает свет в янтарных глазах. Тёплый свет освещает игровую площадку, идеально дополняяя картину, где главная фигура так манит к себе одним своим существованием. Всё идёт так, как и должно быть. В этот момент он понимает, - как и во все другие, - что не зря переместился в это время снова.