Let It Snow

Эндрю ненавидел зиму. Он ненавидел сидеть взаперти, без возможности сбежать. Он ненавидел мерзнуть, несмотря сколько слоев одежды он надел на себя. Он ненавидел ту тоску, которая приходила, как летучая мышь из ада, и сбивала его с ног, как грузовик. Жизнь в Вашингтоне D.C. казалась хорошей идеей тогда. Контракт, предложенный Вашингтонскими Волками, был слишком выгодным для отказа, и восьмичасовая поездка, чтобы увидеть Нила в его выпускной год, казалась пустяком. Это было тогда, когда он мог водить. Он должен был выезжать сегодня, взять кошек и идти домой к Нилу, но у снега были другие планы. Его машина была непригодна для вождения на льду. И когда он все равно попытался заправиться — будь проклята погода, — он не успел проехать до конца дороги, как машина врезалась в сугроб. Это заставило его оставить эту затею, вернутся назад в свою квартиру через вечно строящуюся снежную крепость. Когда он вернулся домой, его пальцы были почти синие, трясущиеся так сильно, что он едва мог держать сигарету. Сэр и Король было не видно, они были под одеялом, плотно прижавшись друг к другу. Хуже всего было то, что он не сможет увидеть Нила. Не сможет прижать его к себе, для того чтобы проследить все линии, впадинки и шрамы на его коже, которые Эндрю давно запомнил. Он бы не смог провести холодные, тяжелые дни в постели, которая согревала хуже, чем шрамы. Тоска пришла как быстро двигающийся поток и сбила Эндрю с ног. Он еле смог найти в себе силы, чтобы отправить Нилу единственное сообщение до того, как его кровать полностью поглотила его. Все что он мог сделать — ждать, запертый внутри, пока снег падал на окна, а ветер свистел на улице. Весь этот шум создавал песню, которая останавливала Эндрю от засыпания, устремив взгляд в потолок. Постель была холодная без Нила. Профессионально играть в экси без Нила было испытанием. У него не было никого кто мог бы прийти в плохой день. И пока Король и Сэр были приятной компанией, Эндрю нужно больше. Он хотел больше. Он привык к тому, что существует на орбите Нила, не покидая его надолго. Быть отдельно от Нила заставило Эндрю чувствовать себя неполным. Чего-то не хватало в его сердце, жалкого проявления человечности, которое он ненавидел. Он хотел держать Нила рядом, слиться с ним в одно единое в самом интимном значении этого слова. Когда он стал таким зависимым? Эндрю выпутался из-под одеяла, не зная, сколько времени прошло. Его телефон лежал разряженный на прикроватной тумбочке; он не потрудился зарядить его. Небо за окном начало темнеть, город освещался звездами и светом от уличных фонарей. Белый цвет покрыл каждую поверхность, собираясь даже на оконных рамах. Он не видел столько снега с того самого ужасного января в Калифорнии, где он поскользнулся и упал на льду, прокованный к кровати с его приемным отцом в течение трех дней. В Южной Каролине снег почти не падал и никогда не задерживался на земле. Это было прекрасное зрелище. Эндрю стало интересно, видел ли Нил когда-нибудь снег. Как по команде, дверной звонок его квартиры зазвенел. Звонок заставил Эндрю вздрогнуть и удариться локтем о окно. Он зашипел, к большому удовольствию Король. — Это останется между мной и тобой, — произнес Эндрю. Король мяукнула в ответ, и потянувшись, спрыгнула с кровати. Эндрю потер свой локоть, пока он следовал за ней в коридор. У не было предположения кто мог это быть. Единственный человек, на которого Эндрю мог подумать был его тренер, но он знал, что не следует беспокоить Эндрю в его выходные. Эндрю не выносил этого человека и не мог дождаться трансфера, когда его контракт закончится. Стоя на носках, Эндрю вытащил нож из своих повязок. Он взглянул в глазок, готовый к драке с кем бы то не было по ту сторону двери. Эндрю не был готов к пристальному взгляду голубых глаз, смотрящих на него. Нож упал из его хватки, как только он шагнул назад. У него точно были галлюцинации. Он был в этом уверен. Честно говоря, идея того, что Нил находится за его дверью была бредовой. Не может быть, что его партнер был здесь, стоящий снаружи как ебанный идиот, когда у него был его собственный ключ. Он не мог быть здесь. Черт, Эндрю окончательно сошел с ума. Но если хоть и был шанс, даже крошечный, что Нил стоит по ту сторону двери, Эндрю должен был им воспользоваться. Он должен знать. И если там был кто-то кто может превзойти все ожидания, то это был Нил Абрам Джостен. Провозившись с замком, Эндрю глубоко вздохнул и повернул замок. Глупая улыбка Нила Джостена встретила его на пороге. У него был рюкзак висевший на одном плече и спортивная сумка лежавшая у его ног. Он был здесь, его щеки и нос покраснели от холода. Его каштановые волосы были покрыты белым пушком. Он был настоящим. — Привет, — Нилы произнес, чуть громче шёпота. Эндрю моргнул. — Был рейс, — Нил продолжил, — Только один, но мне удалось купить билет. Ты не захочешь, как много… До того, как, он мог осознать это, Эндрю начал падать. Он шагнул к Нилу, вовлекая его в тесные объятия. Он наклонил свою голову на плечо Нила, тонущий и доверяющий Нилу не позволить ему утонуть. Запах Нила, сигареты и сосновое дерево, и глупый лосьон Кевина после бритья с бергамотом, который Нил украл ради шутки и никогда не отдавал назад, был достаточен для того, чтобы успокоить сердце Эндрю. Рука Нила нашла волосы Эндрю, нежно поглаживая кожу головы, перед тем как поцеловать макушку его головы. — Я тоже по тебе скучал. Даже если он ненавидел выглядеть таким слабым и зависимым, он знал, что Нил никогда не воспользуется этими эмоциями против него. Было слишком мало людей, с которыми Эндрю чувствовал себя комфортно, опуская свои стены, и ни одна живая душа не заставила его чувствовать себя в безопасности, как это делал Нил. Он не хотел отпускать Нила на случай, если тот исчезнет. У Эндрю даже не было сил, чтобы пошевелиться. Ничто в мире не могло быть лучше этого: находиться в сильных, надежных руках Нила, и ощущать его тепло. Казалось, будто Эндрю заряжает свою батарейку. Единственная вещь, которая их рассоединила, было мягкое «мяу» их эгоистичного, вторгающегося ублюдка-кота. Лицо Нила засветилось, как только он схватил руку Эндрю и свои сумки, направляя их в квартиру и захлопывая дверь позади себя. Король и Сэр замурчали в приветствие, поглаживая мордочки о ноги Нила. Он присел на корточки, чтобы ответить паре заслуживших питомцев, мяукая в ответ в странном кошачьем разговоре. Эндрю поднял бровь в смятении, даже если он находит это милым. — Там действительно снегопад, — Нил сказал очевидную вещь как будто он не носит чертовы джортсы, — Ты не шутил. Эндрю моргнул, когда Нил посмотрел на него. Не важно, как упорно он пытался, он не может заставить слова слетать с его губ. Шок от появления Нила временно лишил его дара речи. Он не знал, как показать все его эмоции: непонимание, радость, обожание. Все что имело значение, чувствовать их. Его сердце было наполнено привязанностью к Нилу. И он не мог заставить себя ненавидеть это. Наклонившись, Эндрю ждал, когда Нил прошепчет свое согласие, перед тем как пой мать губы Нила своими. Они целовались так, будто это был их первый, их второй, их последний поцелуй. Эндрю ворвался в рот Нила и попробовал каждый его дюйм. Рука Эндрю легла на его подбородок, и потянула его ближе и ближе. Эндрю хотел залезть в Нила, стать с ним одним целым. Несмотря на холод, Эндрю почувствовал жар с головы до ног. Его не волновало, что он застрял внутри. До тех пор, пока Нил рядом, он чувствовал себя полноценным. Дом был везде, где был Нил. Когда они наконец рассоединились, щеки Нила покраснели больше, чем от холода. Его дыхание стало прерывистым, губы опухли и блестели из-за слюны. Его зрачки были расширенными, наполненные похотью и желанием. — Можем ли выйти наружу? — Нил спросил, сглатывая, — Я хотел насладиться снегом с тобой. Когда Нил выглядел так восхитительно, Эндрю не мог сказать ему «нет». Он кивнул в согласии, взяв пальто, перчатки, шапку, и толстый шарф. Даже если он ненавидел зиму, Эндрю любил, что он мог носить полностью черные наряды с многочисленными слоями и длинными рукавами и не чувствовать себя как будто он кипит внутри. Он думал Нил поступит его примеру, но он этого не сделал. Идиот ждал у двери, одетый только в PSU куртке и пару непристойно уродливых шортах, которые как был уверен Эндрю, он сжег, как подарок самому себе на выпускной. У ублюдка должно быть, была еще одна секретная пара. — Слои, — прохрипел Эндрю, его голос немного хрипловатый, — Ты не выйдешь в снегопад в джортсах. Нил закатил свои глаза, но не стал спорить. Он исчез в их спальне, только чтобы вернуться в джинсах и толстовке Эндрю. — Лучше? Эндрю усмехнулся и взял дело в свои руки, обматывая шарф вокруг шеи Нила и втискивая пальто в его руки. Как только он убедился, что Нил не собирается простудиться, он шагнул назад и одобряюще кивнул. — Я чувствую себя как зефирка, — Пожаловался Нил, пока Эндрю застегивал его пальто. — Это хорошо, — сказал Эндрю. Он запечатлел поцелуй на надутых губах Нила. Во время того как они шли к нижнему этажу многоквартирного дома, снега стало абсурдно много. Главная дорога поблизости была почти тихой не считая звуки снегоочистителя и смеха детей на улице. Нил посмотрел на небо, снежинки украшали его волосы как волшебная пыльца. Он был неземным, ангелом, несбыточной мечтой, который как-то выбрал Эндрю из всех людей. Это до сих пор не имело никакого смысла, даже после четырех лет. Выражение его лица было таким чистым, невинным, и молодым, что Эндрю не мог не восхищаться этим. — Так красиво, — Произнес Нил. Эндрю посмотрел на Нила, — Да, так красиво. Нил повернулся, чтобы увидеть лицо Эндрю, почти поскользнувшись на льду, — Ты когда-нибудь лепил снеговика? Моргнув, Эндрю напряг свой мозг. Он мог вспомнить как видел семьи лепили мерзость из снега с их биологическими детьми, в то время как они остался внутри один. Он никогда не слепил одного. На данный момент, он чувствовал себя почти старым. — Не… До того, как он смог бы ответить, его плечо дернулось назад. Холодное, влажное пятно появилось на его пальто как снег коснулся земли у его ног. Его противник, стоя с руками, спрятанными за его спиной, отведя взгляд как будто не он смертельно ранил гордость Эндрю. В эту игру могут играть двое. Слепив два шарика снега, Эндрю кинул их в Нила одно за другим. Первый удар застал его врасплох, а второй попал прямо в лицо. — Эндрю Джозеф Миньярд. Как ты посмел? — сказал Нил, — Это война. Воцарился хаос. Они уворачивались, запутывались и атаковали. Снежок за снежком летали до того, пока они оба не замерзли, промокли насквозь и устали за пределами жилого дома. После последнего броска, который Эндрю умело отразил Нил попытался убежать и поскользнулся. Земля быстро приближалась к нему, но Эндрю был быстрее. Он поймал Нила одной рукой, прежде чем тот успел упасть на землю. — Я победил, — объявил Эндрю, поднимая его и приобнимая. Нил поцеловал ярко красный нос Эндрю, — Ты выглядишь как Рудольф. — Я уроню тебя на землю, — пригрозил Эндрю, — Не думай, что я этого не сделаю. Рассмеявшись над пустой угрозой, Нил прижался к Эндрю, — Я утащу тебя за собой. — Я ненавижу тебя, — произнес Эндрю, — 345%. После четырех лет, фраза значила больше, чем когда-либо: Я скучал по тебе. Я хочу тебя. Я люблю тебя. Позже, когда Эндрю, наконец, прижал Нила к себе под одеяло, он почувствовал себя полным. Вот что такое дом: не какое-то место или дом или что-то еще. Нил был его домом, и Эндрю больше ничего больше не было нужно.