Неизвестный контакт

Байлдермен, напрягшись, поднял оружие и прицелился в шею Савнуба, его глаза не отрывались от пульсирующего сосуда, идеально подходящей цели. Он начал считать про себя: “Три… два…” Но внезапно впереди появился андроид. Его металлическое тело блестело в тусклом свете, а глаза горели угрожающим красным сиянием. Машина была массивной, явно созданной для уничтожения, а не для переговоров. Байлдермен попятился назад, но почувствовал, как его спина упёрлась в что-то холодное и твёрдое. Он резко обернулся и встретился взглядом ещё одного андроида. “Твою мать,” — прошептал он, стиснув зубы. Байлдермен не успел среагировать — железные руки андроидов молниеносно схватили его с обеих сторон. Он попытался вырваться, но силы машин были несравнимы с его. Его быстро усадили на холодный металлический стул, а крепкие ремни мгновенно охватили его запястья и лодыжки, фиксируя в неудобной позе. Байлдермен резко напрягся, пытаясь вырваться из ремней, его лицо исказилось от ярости. Он посмотрел прямо на Савнуба. — Кто это тут у нас? — Его голос был насмешливым и слегка хриплым. Он медленно повернулся, и лицо его стало видно в свете мониторов. Савнуб внимательно осмотрел Байлдермена с головы до ног, ухмыльнувшись, ему было смешно, что “великий основатель” оказался в такой ситуации. — Ты, жалкая скотина, — выплюнул Байлдермен сквозь зубы. — Предатель, который прячется за машинами! Савнуб остановился, его насмешливая улыбка исчезла, сменившись ледяным выражением. Он медленно наклонил голову, словно не веря своим ушам. — Я… скотина? — повторил он с ядом в голосе. Не успел Байлдермен ответить, как Савнуб внезапно схватил его за волосы, с силой дернув его голову назад. Едва он успел вдохнуть, когда мощный удар в лицо заставил его голову запрокинуться назад. Голова закружилась, во рту почувствовался вкус крови. Байлдермен тяжело выдохнул, опуская голову вниз. Несколько секунд он сидел неподвижно, а затем собрался с силами и резко сплюнул. Смесь слюны и крови с громким звуком упала на начищенную обувь Савнуба. — Вот твоя плата, — с издевкей произнёс Байлдермен, поднимая взгляд. Савнуб, смотря на испачканную обувь, медленно выпрямился. Его губы дрогнули в мрачной усмешке. — Ах ты, ублюдок… — процедил он, сквозь сжатые зубы, замахиваясь вновь. Савнуб вдруг замер, его кулак остановился буквально в сантиметре от лица Байлдермена. Лицо бывшего генерала на мгновение исказилось от гнева, но затем он резко выдохнул, словно успокаивая сам себя, и его выражение вновь стало ледяным, безразличным. Он выпрямился, затем медленно опустился на корточки перед Байлдерменом, пристально разглядывая его. — Знаешь, а я ждал тебя, — произнёс Савнуб с лёгкой усмешкой. Байлдермен нахмурился, его тело было напряжено до предела, словно он готовился вырваться. — Ждал? — процедил он сквозь зубы. — Для чего? Что ты удумал на этот раз, а? Савнуб наклонился чуть ближе, изучая лицо Байлдермена с особым интересом. — Ты изменился, — сказал он, словно не слыша вопроса. — Стал… жёстче. Более уверенным, но при этом слабее. Или это просто видимость? — Не пытайся читать меня, — прошипел Байлдермен, — Если ты думаешь, что твои дешёвые трюки меня сломают, ты ошибаешься. Савнуб усмехнулся, откинувшись чуть назад. — А я и не пытаюсь. Пока. Он медленно вытащил из кармана нож, его лезвие отражало слабый свет, превращая его в зловещее пятно. Байлдермен замер, но только на миг. Он сжал кулаки, сквозь зубы произнеся: — Что ты задумал? Психопат. Тот, казалось, проигнорировал вопрос. Нож медленно прошёлся по запястью Байлдермена, оставляя на коже холодный, еле заметный след. — Я думал об этом моменте очень долго, — мрачно начал Савнуб. — Помнишь ту миссию? Байлдермен только молчал. Савнуб усмехнулся, переведя нож выше, к плечу Байлдермена. — Тогда я звал на помощь. Молил, чтобы ты отправил подкрепление. Мы были окружены, команда погибала один за другим. И что ты сделал? Он внезапно резко приблизился, нож оказался у самого горла Байлдермена. Савнуб склонился ближе, его голос зазвучал шёпотом, наполненным ненавистью: — Ты просто сидел в своём чёртовом кабинете и выключил связь. Байлдермен попытался ответить, но Савнуб надавил на нож, чуть прорезая кожу на горле. Тонкая струйка крови заскользила вниз. Савнуб следил за этим, будто заворожённый, затем резко выпрямился и грубо провёл языком по кровавому следу. — Ты бросил меня, — продолжил он с угрозой. — И теперь ты мне за это заплатишь. Байлдермен попытался отстраниться, но Савнуб грубо схватил его за волосы. — Урод, — прошипел Байлдермен, с трудом дыша. Савнуб лишь посмеялся, его взгляд горел безумием. — Ах, ты ещё не понял, кто здесь настоящий злодей, — тихо произнёс он, медленно отодвигая нож, но всё ещё держа его наготове. — Но ничего, я тебя научу. Савнуб внимательно посмотрел на Байлдермена, играя ножом в руке, словно он был лишь игрушкой. Его глаза сверкнули интересом, когда он произнёс: — А где твой дружок Джон? Он же возле капсул, да? Байлдермен напрягся, его руки сжались в кулаки, а голос, полон ярости произнес: — Даже пальцем его не тронь, ублюдок. Савнуб хмыкнул, его губы растянулись в безумной улыбке. Он медленно приблизил нож к лицу Байлдермена, останавливаясь у его щеки. — Кровь.. за кровь, — прошептал он с интонацией, от которой холод пробегал по спине. Резким движением он сделал надрез на щеке Байлдермена, оставляя тонкую линию, из которой тут же выступила кровь. Савнуб наблюдал за ней, как за произведением искусства, затем вытер её пальцем, лениво слизывая с него. Выпрямившись, он убрал нож в ножны и схватил рацию. — Включите капсулу номер три. Выпустите Дракоблоксера. Байлдермен изогнул бровь, его сердце забилось быстрее. Он хотел что-то сказать, но Савнуб уже отвернулся, наслаждаясь своей победой. — Ты думаешь, что все так просто, — сказал Байлдермен, стиснув зубы. — Но ты даже не представляешь, с чем имеешь дело. Савнуб обернулся и усмехнулся, его взглядом полон яда. — А ты не представляешь, как я долго ждал этой игры, дружище. Где-то сверху послышались отдалённые глухие звуки, словно что-то пробивалось через металлические преграды. Савнуб отвлёкся на шум, хмуря брови, а Байлдермен лишь напрягся, чувствуя, что это может означать только одно. Внезапно, из вентиляции прямо над ними что-то грохнулось, с силой упав на пол. Это оказался Джон Доу, который рухнул прямо на двоих андроидов, сбивая их с ног и передавливая своим внушительным весом. — Ну здравствуйте, — ухмыльнулся Джон, поднимаясь с лёгкой грацией, словно это была часть тщательно продуманного плана. Он стряхнул с себя пыль и посмотрел на Савнуба. — О, а это что за чудик? Байлдермен, всё ещё привязанный к стулу, ухмыльнулся в ответ, хоть и кровь стекала по его губе, разбитой после удара Савнуба. — Ты всегда выбираешь эффектное появление, — язвительно заметил он, глядя на Джона. Савнуб схватился за нож, яростно сжав рукоять, но прежде чем он успел что-то предпринять, Джон сделал шаг вперёд. — Савнуб, — произнёс он, вынимая из кармана небольшой прибор, — лучше бы ты сосредоточился на своих андроидах. Как только он нажал кнопку, андроиды, которые ещё не успели встать на ноги, заискрились и замерли, их системы отключились. — Как жаль, я сломал игрушку, — сказал Джон с вызовом, повернувшись к Савнубу, а затем быстро направился к Байлдермену, чтобы развязать его. Савнуб издал странное шипение, переходящее в рычание, а затем резко рванул к окну. Стекло разлетелось на осколки, когда он выпрыгнул наружу. На улице его тут же подхватил ожидавший дрон, который плавно поднял его в воздух. Но прежде чем исчезнуть, Савнуб успел нанести последний удар: его нож вонзился в ногу Байлдермена. — Блядство! — прошипел Байлдермен, его лицо исказилось от боли. Он попытался сжать зубы, чтобы не закричать, кровь быстро начала пропитывать ткань брюк. — Ты издеваешься?! — взревел Джон, яростно бросив взгляд в сторону ускользающего Савнуба. Он тут же опустился на колено рядом с Байлдерменом, не теряя времени, чтобы оценить повреждение. — Не прикасайся! — прошипел Байлдермен, пытаясь оттолкнуть Джона. — Заткнись, Билли, — отрезал Джон. — Если ты собираешься истекать кровью, делай это хотя бы после того, как мы отсюда выберемся. Джон ловко извлёк нож из ноги Байлдермена, откинув его в сторону. Он быстро снял ремень, затягивая его выше раны, чтобы остановить кровотечение. — Я сказал… не прикасайся! — снова попытался сопротивляться Байлдермен, но Джон лишь сильнее сжал его ногу. — Если бы ты меньше спорил, может, я бы даже сделал это нежнее, — усмехнулся Джон, сильнее затягивая ремень. — Но тебе идёт это страдальческое выражение. Байлдермен только выдохнул через зубы, сжимая кулаки, чтобы подавить боль. Джон закончил обматывать ногу Байлдермена и резко схватил его лицо своими большими ладонями. Его пальцы, грубые, но аккуратные, пробежались по ране на щеке и потемневшему синяку. Когда его взгляд упал на тонкий надрез на горле Байлдермена, который уже был покрыт тонкой засохшей коркой крови, Джон нахмурился. Он заметил влажный блеск вокруг раны и понял, что Савнуб слизал кровь. Глаза Джона вспыхнули яростью. — Что, чёрт возьми, он с тобой делал? — прошипел Джон. Байлдермен, несмотря на боль, усталость и смятение, лишь усмехнулся, выдав свой фирменный язвительный ответ: — Тебя так волнует, что кто-то обошёл тебя, Джон? — Не шути со мной сейчас, Билли, — рявкнул Джон, сильнее сжав его лицо так, что Байлдермен невольно наклонил голову назад. — Этот ублюдок тронул тебя так, как не должен был. — Если ты так переживаешь, может, пора сменить тактику и не допускать таких ошибок, — едко бросил Байлдермен, хотя голос его был слабым от боли. Джон прищурился, глядя прямо в глаза Байлдермену, его пальцы ненадолго задержались на его горле, как будто проверяя, насколько глубок был порез. Затем он медленно наклонился к лицу Байлдермена: — Следующий, кто захочет тронуть тебя, найдёт свой конец. А пока ты со мной, я никому не позволю прикоснуться к тебе так, как я. Запомни это. Байлдермен сдержал вздох, смешанный с раздражением и смущерием, но ничего не ответил, позволяя Джону отойти, его щеки едва заметно порозовели. Джон поднял рацию, начиная говорить в неё: — Всем группам, будьте готовы. К нам надвигается опасность. Возможная атака со стороны выпущенных объектов. Он быстро закончил, не дожидаясь подтверждения, и аккуратно сложил рацию в карман. После этого Джон, не теряя ни секунды, склонился к Байлдермену и подхватил его на руки. — Что ты делаешь? — возмутился Байлдермен, пытаясь высвободиться. — Я могу идти сам, Джон! Но тот лишь сильнее прижал его к себе, не позволяя двигаться. Его губы мягко коснулись лба Байлдермена. — Всё хорошо. Успокойся, я тебя не уроню, — прошептал он. Байлдермен выдохнул раздражённо, но не стал больше сопротивляться. Он чувствовал, как Джон держит его крепко и уверенно, словно ничего в этом мире не могло заставить его выпустить Байлдермена из своих рук. — Мы найдём безопасное место, и я разберусь с твоей ногой. Не дёргайся, — добавил Джон, двигаясь к выходу из лаборатории, стараясь огибать разбитые стекла и обломки. Байлдермен смотрел в сторону, стараясь не встречаться взглядом с Джоном, его смутила эта близость, хотелось кинуть что-то язвительное, высокомерное. Боль в ноге раздражала, от чего он скалился в злостной гримасе, но со временем он стал расслабляться, уют и тепло окутало его ослабевшее тело, и он просто прижался к широкой груди Джона, тихо выдыхая. Гулкий рёв раздался где-то вдали, эхом отразившись от металлических стен. Свет мигал, озаряя коридор то ярким белым, то погружая его в тьму. Байлдермен взбодрился, вновь слегка напрягся в руках Джона, его взгляд метнулся в сторону звука. — Это… Дракоблоксер? — спросил он, скривившись от боли в ноге. Джон не ответил сразу, его взгляд был сосредоточен, а челюсть напряжена. Он догадался, что их преследователь ориентировался не просто так. Тварь явно шла по запаху крови. — Проклятье, он чует кровь, — тихо выругался Джон, его мозг лихорадочно искал решение. Он оглядел коридор, отмечая мигающий свет, ближайшие двери и вентиляционные решётки. Затем быстро уложил Байлдермена на пол, снял свою куртку и прижал её к его ноге, пытаясь остановить кровотечение, которое могло служить маяком для монстра. — У нас нет времени, — сказал Джон, глядя на Байлдермена. — Придётся отвлечь его. — Ты с ума сошёл? Ты хочешь оставить меня? — Байлдермен нахмурился, пытаясь высвободиться, но Джон удержал его. — Я не оставлю тебя, Билли, — уверенно ответил Джон. — Но если эта тварь нас догонит, у нас обоих не будет шансов. Джон быстро осмотрелся, затем заметил дверь с надписью “Техническая комната”. Он поднял Байлдермена обратно на руки, приоткрыл дверь ногой, обнаружив небольшой, но достаточно укромный угол. — Сиди здесь и не шуми, — сказал Джон, усаживая Байлдермена на пол и снова прижимая его рану курткой. — Я отвлеку его, а потом вернусь за тобой. — Джон! — Байлдермен схватил его за руку. — Не делай глупостей… Джон наклонился, и успокаивающими движениями погладил того по плечам. — У меня нет времени спорить. Ты нужен мне, а я — тебе, ясно? — сказал он с нажимом. Затем, быстро коснувшись губами его губ, добавил: — Я справлюсь. Он выскользнул из комнаты, оставив Байлдермена в полумраке, а сам побежал по коридору, намеренно создавая шум, чтобы привлечь внимание твари. Звуки его шагов эхом разносились по коридору, заглушая рёв всё ближе подступающего монстра. Дракоблоксер двигался быстро и бесшумно, его массивное тело проскальзывало по стенам и потолку, как у гигантской ящерицы. Гибкие когти скрежетали по металлу, оставляя за собой длинные царапины. Но внезапно он замер, будто что-то учуял. Его глаза сфокусировались на Джоне, который стоял в конце коридора, намеренно притворяясь расслабленным. Тварь выгнула спину, его красные шипы медленно выдвинулись из позвоночника, как у разъярённого кота. Дракоблоксер не бросился вперёд, а, наоборот, замедлил шаг, осторожно двигаясь вперёд, словно проверяя свои догадки. — Умный ублюдок, — прошептал Джон, нахмурившись. Он знал, что тупое создание уже бросилось бы на него, но эта тварь была иной. Она анализировала ситуацию, будто понимая, что Джон пытается её отвлечь. — Давай, дружок, просто иди ко мне, — пробормотал Джон, его рука медленно потянулась к ножу на поясе. Но монстр не спешил. Он резко опустился на пол и начал ползти, всё ближе приближаясь к Джону, его шипы мерцали в мигающем свете коридора. Джон начал медленно отступать, стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать атаку. Он чувствовал холодный пот, стекающий по спине, но сохранял сосредоточенность. Дракоблоксер остановился в нескольких метрах от него, издав низкий, угрожающий рык. Джон понял: тварь заподозрила, что это ловушка, но всё ещё не была уверена. — Ты хочешь поиграть в умника? — усмехнулся Джон, сжимая рукоять ножа крепче. — Ну, посмотрим, кто тут главный. Он резко метнул нож прямо в глаз твари, одновременно прыгая в сторону, чтобы скрыться за ближайшей колонной. Дракоблоксер взревел, его голос эхом разнёсся по коридору, вибрации ощущались даже под ногами Джона. Байлдермен, прижавшись к холодной металлической стене, едва дышал. Он слышал низкий рык, раздающийся из коридора, и громкий звук, с которым монстр вытащил нож из своей плоти. Его сердце колотилось в груди, а руки сжались в кулаки. “Джон справиться,” пытался убедить себя Байлдермен, но волнение и страх за него не отпускали. Глубоко внутри он знал, что Джон стал для него не просто напарником, он дорог ему. Чудище, выпрямившись, выглядело ещё более устрашающе. Оно напоминало человека, но сутулившегося, и с огромными когтями, которые с легкостью разрезали человеческую плоть. Зрачки твари стали узкими, как у змеи. Его голова дернулась в сторону окна, за которым были слышны приглушённые голоса спецназа. Дракоблоксер ощутил присутствие ещё большего количества добычи, но что-то удерживало его. Он снова повернулся к Джону, медленно качая головой, словно проверяя, что этот человек — его главная цель. Его шипы снова выдвинулись, на этот раз более острые и длинные, и с каждым шагом он приближался к Джону, его движения становились всё более быстрыми. Байлдермен крепче схватился за обломок трубы, который он нашёл неподалёку, затаив дыхание. Его руки дрожали. Он не мог просто стоять и слушать, как Джон сражается в одиночку. Байлдермен, сжимая рацию, быстро и четко передал: “Подкрепление срочно! Коридор D, нам грозит опасность!” Но не успел он закончить, как Дракоблоксер остановился, его взгляд резко метнулся в сторону Байлдермена. Чудовище уловило звук его голоса или почувствовало запах адреналина. На его лице появилась устрашающая гримаса, напоминающая улыбку, обнажив ряд острых, как лезвия, клыков. Джон, заметив смену настроения твари, громко выкрикнул: — Эй! Я здесь гнида! Смотри на меня! Он сделал несколько шагов вперёд, размахивая обломком трубы, чтобы отвлечь монстра. Однако Дракоблоксер даже не взглянул в его сторону. Тварь, пружиня на своих сильных лапах, одним резким рывком бросилась в сторону Байлдермена. — Черт нет! Только не это! — Джон рванул за ней, но знал, что монстр гораздо быстрее. Байлдермен почувствовал холодный ужас, когда существо буквально летело к нему. Его тело застыло, но разум отчаянно искал выход. В этот момент он крепче сжал пистолет, который успел схватить ранее, и сжал его, готовясь выстрелить в монстра. Вдруг раздался оглушительный треск выстрелов, и коридор осветился вспышками автоматного огня. Спецназ вовремя среагировал. Байлдермен, прижимаясь к стене, смотрел, как пули пронзают тело Дракоблоксера. Несколько снарядов попали в тварь, вызывая громкий рёв боли и ярости. Монстр с невероятной ловкостью начал уворачиваться от следующего потока выстрелов. — Твою мать! Как же он быстр! — выругался один из спецназовцев, перезаряжая оружие. Дракоблоксер, словно разъярённый зверь, бросился вверх по стене, оставляя глубокие следы когтей на металле. Взлетев к потолку, он исчез в плотной завесе газа, который хлестал из пробитой трубы. Газ заполонил коридор, создавая густую, едкую дымку, которая скрыла монстра от глаз. — Он в дыму! — закричал Джон, закрывая лицо рукой. Тишина стала оглушительной. Лишь шипение газа и редкие капли чего-то жидкого, падающие с труб, нарушали её. Спецназовцы перестроились в плотную линию, прижавшись к стенам, их взгляды беспокойно метались в поисках движения. — Не дайте ему утащить вас! — хрипло выдавил Джон, сжимая в руках оружие, что ему выдали. Тварь с оглушающим рёвом вцепилась в одного из спецназовцев, её когти с лёгкостью разрывали броню и плоть. Крики бедняги эхом разнеслись по коридору, прежде чем его тело упало, истекая кровью. — Огонь по ней! — крикнул командир отряда, но было уже поздно. Дракоблокссер вновь скрылся в густом газе. Джон побежал к Байлдермену, подхватывая его. Он уже не пытался сопротивляться, слишком ослабев от ранения. — Она перебьёт нас всех, если мы не выберемся, — Джон посмотрел на аварийный выход впереди, затем обратился к оставшимся бойцам: — Держите линию, прикрывайте нас! Спецназовцы синхронно кивнули и заняли оборонительные позиции, готовясь к очередной атаке. Джон, не теряя времени, двинулся к выходу, держась в полусогнутом положении. Байлдермен тяжело дышал, его рука непроизвольно сжалась на плече Джона. — Если ты снова меня бросишь… — прохрипел Байлдермен, пытаясь пошутить сквозь боль, — …хотя бы не забудь выписать мне чек. — Заткнись, Билли, — ответил Джон, не сбавляя шага. — Ты слишком дорогой груз, чтобы я тебя тут оставил. Сзади послышались новые крики, затем оглушительная тишина. Джон обернулся, успев увидеть, как последний из спецназовцев падает, протянув руку в их сторону. — Он всё ближе, чёрт возьми! — прорычал он, дотянувшись до двери. Открыв её рывком, Джон втащил Байлдермена наружу и захлопнул за собой тяжёлую металлическую створку. Дракоблокссер с глухим ударом врезался в дверь с другой стороны, его шипение было слышно сквозь толстую сталь. — Он не сдаётся, — сказал Байлдермен, сжимая зубы. — Ни ты, ни я не сдадимся, — Джон посмотрел ему в глаза, его лицо было напряжённым, но взгляд твёрдым. — Мы выберемся. Толчки внезапно прекратились, и металлические стены погрузились в настораживающую тишину. Джон замер, вслушиваясь в каждый звук, но ничего не происходило. — Он что-то задумал, — тихо сказал он, смотря в сторону двери. Байлдермен поднял голову, его взгляд затуманился от усталости и боли. — Или нашел другой путь. Чёрт, Джон, он не сдастся. Джон стиснул зубы, его лицо стало ещё мрачнее. Заперев дверь на все возможные замки, он бросил короткий взгляд на Байлдермена. — Держись, Билли, почти дошли, — тихо сказал он, но голос его был напряжён. Они спешили к оставшимся спецназовцам, которые укрылись за бронетранспортёром, держась ближе к укрытию. Вдруг тишина была прервана яростным рёвом. Джон резко обернулся и увидел, как тварь выбралась наружу через пролом в стене. Дракоблокссер замер на секунду, словно уловив что-то необычное. Он повернул голову, его взгляд устремился в темноту. Джон замер, крепче держа Байлдермена. Из тени выдвинулась другая фигура. Она двигалась медленно, но уверенно, словно каждое её движение было выверено до мелочей. Облик был человеческим, но что-то в нём явно шло вразрез с природой. Слишком темная, слишком хищная. — Ещё одна? — прошептал Байлдермен, его голос был хриплым от напряжения. — Чёрт знает что это, но выглядит не лучше той твари, — тихо ответил Джон, напрягая мышцы. Фигура остановилась, её алые глаза встретились с глазами Дракоблокссера. Секунда абсолютной тишины. И вдруг, неожиданно для всех, новое существо бросилось на Дракоблокссера с яростью, которая буквально заполнила воздух. — Чёрт возьми! — выругался Джон, подтягивая Байлдермена ближе к бронетранспортёру. Тварь, которая была Дракоблокссером, рыкнула, выпуская шипы и размахивая когтями, но Гость 666 был быстрым. Он увернулся, нанеся точный удар, который разорвал кожу на боку монстра. Однако Дракоблокссер лишь разозлился, его глаза сверкнули ещё ярче. — Джон… — прохрипел Байлдермен, стараясь удержаться на ногах. — Если они продолжат, от нас ничего не останется. — Я знаю, — ответил Джон, оглядывая поле боя. — Но ты слышал, что я сказал? Ты мне нужен. Так что держись, пока мы не выберемся отсюда. Он подхватил Байлдермена, помогая ему быстрее двигаться к спецназовцам, которые прикрывали их отход. Дракоблоксер, выпустив хриплый рёв, неожиданно развернулся и побежал в сторону густых развалин, оставляя поле боя позади. Его массивная фигура быстро скрылась за стенами здания. Гость 666 некоторое время смотрел в ту сторону, куда исчез монстр. Затем он медленно повернулся к спецназовцам, Джону и Байлдермену. — Сейчас начнёт, — прошептал Джон, подхватывая Байлдермена ближе. Но атаки не последовало. Существо словно проигнорировало их, просто развернулось и уверенным шагом направилось внутрь базы, откуда они недавно выбрались. — Он идёт к капсулам! — резко выкрикнул один из солдат, вскочив на ноги. — Проклятье! — Байлдермен, несмотря на боль, выпрямился в руках Джона, придавая своему голосу строгость. — Остановите его. Любой ценой! Солдаты среагировали мгновенно, ринулись в здание, вооружившись до зубов. Джон бросил взгляд на бойцов, а затем перевёл глаза на Байлдермена. — Всё равно ему нужно в больницу, — сказал он, больше себе, чем кому-либо. Он подхватил Байлдермена на руки, несмотря на его протесты, и направился к ближайшему джипу. — Джон пусти, дальше я сам — проворчал Байлдермен, но тут же поморщился от боли в ноге. — Конечно сам, — ответил Джон с ухмылкой, усаживая его на пассажирское сиденье. — Но я не собираюсь проверять, насколько далеко ты сможешь уйти. Он обошёл машину, прыгнул за руль и завёл мотор. Джип взревел, вырываясь с места. — Джон… — начал было Байлдермен, глядя, как здание базы и пыльное поле боя остаются позади. — Ты не обязан был… — Заткнись, — перебил его Джон, не отрывая взгляда от дороги. — Я обязан. Байдермен усмехнулся, несмотря на боль. Он откинулся на сиденье, чувствуя, как усталость и тяжесть последних событий начинают брать верх. — Спасибо, — тихо сказал он, закрывая глаза. — Не благодари пока, — отозвался Джон. — Ещё не ясно, доживём ли мы до конца этого дня. Когда они наконец подъехали к больнице, тёмное здание вырисовывалось на фоне ночного неба, едва освещённое редкими фонарями. Джон, не теряя времени, припарковал джип как попало — колёса громко заскрипели по асфальту. Он быстро обошёл машину, открыл дверь пассажира и бережно поднял Байлдермена на руки. Тот оказался неожиданно лёгким, как будто потерял часть своего веса вместе с кровью и усталостью. — Ты выглядишь ужасно, — пробормотал Джон с тихой усмешкой, но в его глазах мелькнула тревога. Байлермен слабо пошевелился, его голова склонилась на плечо Джона. Он почти свернулся клубочком, как ребёнок, прижимаясь к его тёплому телу. Боль и усталость больше не давали ему сопротивляться. — Ты слишком горячий… — сонно прошептал Байлдермен, его голос затихал. — Это комплимент? — спросил Джон, заходя в здание. Но ответа он не получил. Когда Джон взглянул на его лицо, он понял, что Байлдермен уже заснул, его дыхание стало ровным, а черты лица расслабленными. — Спи, Билли, — тихо сказал Джон, направляясь к приёмной. Свет больничных ламп над ними казался слишком ярким, но в тот момент всё остальное словно погрузилось в тень. На следующее утро Байлдермен медленно открыл глаза, его взгляд сфокусировался на потолке чужой комнаты. Свет пробивался сквозь слегка приоткрытые шторы, придавая помещению тёплый оттенок. Его серой куртки не было, лишь простая белая футболка обтягивала плечи, а на ноге, там, где было ранение, виднелась аккуратная повязка. Он потянулся, ощущая слабость во всём теле, и медленно поднялся на локтях. Однако стоило ему слегка надавить на раненую ногу, как резкая боль пронзила её. Он невольно всхлипнул и упал обратно на подушки. — Осторожнее, — раздался знакомый голос где-то сбоку. Байлермен повернул голову и увидел Джона, который стоял в дверях с подносом, на котором стояли чашка кофе и тарелка с чем-то горячим. — Мы где вообще? — прохрипел Байлдермен, его голос был осипшим. — У меня дома, — спокойно ответил Джон, подойдя ближе. — Твои ключи я не нашёл, а в больнице тебя долго не держали. Решил, что здесь будет безопаснее. Джон поставил поднос на тумбочку рядом с кроватью и сел на край, пристально посмотрев на Байлдермена. — Как нога? — спросил он, проводя взглядом по его перевязке. — Как будто в неё воткнули нож, — сухо отозвался Байлдермен, поморщившись. — Хм, справедливое замечание, — усмехнулся Джон. — Не двигайся лишний раз, а то порвёшь швы. — Ты? Меня перевязывал? — с подозрением спросил Байлдермен. — А кто ещё? — с наигранной обидой в голосе ответил Джон. — Спецназ? Они ушли разбираться с Дракоблоксером и остальной сворой. А я остался с тобой, Билли. Байдермен снова потёр виски, голова всё ещё ныла после перенесённого стресса. Он оглядел себя, заметил отсутствие куртки и футболку, едва прикрывающую торс. Потом его взгляд упал на аккуратно перевязанную ногу. — Так… что с моей курткой? И… ты что-ли раздевал меня? — его голос прозвучал с подозрением. Джон, который сидел напротив, вдруг ощутимо напрягся. Он потер затылок, избегая прямого взгляда Байлдермена, и, словно невзначай, покосился в сторону. — Ну, — начал он, будто бы беззаботно, но его голос слегка дрогнул, — куртку я снял, чтобы тебе не было жарко. А вот штаны… эээ… пришлось, знаешь, из-за раны. Байдермен приподнял бровь. — Штаны? Джон почувствовал, как его лицо начинает гореть. Он попытался вернуть себе обычную уверенность, но слова выходили с запинкой: — Ну… рана-то была на ноге. Я… я ведь должен был зашить её, а штаны мешали. Так что… ну, я их… снял. — Снял? — переспросил Байдермен, его голос был равнодушным, но в нём чувствовалась тень насмешки. — Ну.. да, снял, — наконец признался Джон, потирая лицо рукой, чтобы скрыть своё смущение. Байдермен хмыкнул, внимательно изучая его реакцию. Джон редко выглядел растерянным, но сейчас он явно избегал встречи с его взглядом. — Ага, понятно, — проговорил Байдермен с лёгкой ухмылкой. — Ещё скажи, что заодно успел разглядеть всё, что хотел. Джон резко поднял голову, его глаза расширились. — Что?! Нет! — воскликнул он, всплеснув руками, но затем осёкся и добавил уже тише: — Ну, я же говорил, что просто зашивал. И всё. Его голос звучал виновато, а уши заметно порозовели. — Да расслабься ты, — бросил Байдермен, скрывая свою ухмылку. — Ты и так покраснел, как школьник, будто я тебя застукал за чем-то неприличным. Джон фыркнул, снова потерев лицо, но ничего не ответил. Его смущение выдало больше, чем любые слова. Джон, сидя напротив, скрестил руки на груди и наблюдал за тем, как Байлдермен медленно пережёвывает бутерброд. Его взгляд был спокойным, но за этой маской таилась явная усталость. — Слушай, Джон, — наконец заговорил Байлдермен, проглотив кусок и поставив бутерброд обратно на тарелку. — Я действительно благодарен за спасение. Этот псих… Савнуб… он мог сделать что-то ужасное, если бы ты не пришёл. Джон слегка нахмурился, вспомнив сцены с ножом и кровь, струившуюся по лицу Байлдермена. — Это даже не обсуждается, — ответил он спокойно. — Ты бы поступил так же. Байлдермен кивнул, соглашаясь, но затем посмотрел на Джона с лёгким прищуром. — Но всё же… почему ты покинул капсулы и пошёл за мной? Как ты узнал, что я в опасности? Джон усмехнулся, проведя рукой по затылку, будто бы обдумывая, как лучше ответить. — Не знаю… — начал он, но потом вздохнул и взглянул прямо в глаза Байлдермена. — Ладно, вру. Я знал, что что-то не так. Когда ты ушёл, у меня было нехорошее предчувствие. Слишком долго не было связи, и я решил проверить. — И? — подстегнул его Байлдермен, склонив голову на бок. Джон улыбнулся краем губ. — И я понял, что без тебя мне не справиться, — сказал он с лёгкой долей сарказма, но затем добавил серьёзнее: — Просто почувствовал, что ты в опасности. И, как оказалось, я не ошибся. Байлдермен некоторое время молчал, обдумывая слова Джона. Затем он тихо выдохнул, снова берясь за бутерброд. — Ладно, считай, что спас мне жизнь, — сказал он, кусая бутерброд. — Но ты всё равно дурак. Джон хмыкнул, опустив взгляд. — Дурак, который вовремя пришёл, — парировал он. Джон слегка растерянно моргнул, когда Байлдермен, отложив бутерброд, притянул его ближе. Не успев осознать, он оказался втянут в стремительный, но насыщенный поцелуй, от которого его мысли на мгновение смешались. Джон почувствовал, как после поцелуя дыхание Байлдермена стало немного сбивчивым, его грудь поднималась чуть быстрее, чем обычно. Секунда тишины между ними казалась растянутой, пока Байлдермен с усмешкой произнёс: — Этот дурак сейчас кое-что получит. Его голос прозвучал низко и насмешливо, будто специально бросая вызов. Джон напрягся, глаза потемнели, и он, не давая Байлдермену опомниться, резко подался вперёд. Его хватка была твёрдой, но в ней чувствовалась нотка желания, сдерживаемая на грани. Он повалил Байлдермена на диван, прижимая его так, что тот ощутил тяжесть тела Джона. — Ты решил… — хрипло выдохнул Джон, его губы были близки, слишком близки, едва не касаясь кожи Байлдермена. — Провоцировать меня? Байлдермен лежал под ним, чувствуя, как тело Джона практически сливалось с его собственным. Его взгляд был одновременно уверенным и напряжённым, будто он хотел проверить, до какой грани готов дойти Джон. — А что ты сделаешь? Сдашься? — прошептал он, голосом, в котором смешались насмешка и что-то тёплое. Джон не ответил словами. Его губы скользнули по шее Байлдермена, оставляя горячий след, и он почувствовал, как тот едва заметно вздрогнул. Не останавливаясь, Джон прижался крепче, позволяя своему телу чуть сильнее соприкоснуться с его, так, что Байлдермен ощутил каждую линию мышц. — Сдаться? — повторил Джон, его голос был низким и едва слышным. — Никогда. Его руки были уверенными, одна из них опиралась на диван рядом с головой Байлдермена, другая же, будто проверяя границы, скользнула по боку, задерживаясь на линии талии. Их дыхания смешались, и Джон наклонился ближе, но вместо поцелуя прижался губами к его шее, слегка прикусив кожу. — Ты нарочно подливаешь масла в огонь, — прошептал он, чувствуя, как под ним Байлдермен напрягся, но не оттолкнул его, а наоборот, будто намеренно дал Джону понять, что это его не пугает. Джон едва успел осознать, насколько сильно его тянет к Байлдермену. Его руки дрожали от напряжения, пока он осторожно помогал снять футболку, не касаясь раненой ноги. Когда кожа Байлдермена оказалась открыта, Джон не смог удержаться — его губы тут же скользнули к ключице, оставляя горячие, влажные следы. Байлдермен вздрогнул от прикосновения, его дыхание стало рваным, и он рефлекторно выгнулся, позволяя Джону приблизиться ещё больше. Тёплая ладонь скользнула по его спине, удерживая его под собой, но при этом ощущалась забота в каждом движении. Джон медленно спускался ниже, оставляя поцелуи на его груди, задерживаясь там, где кожа была особенно чувствительной. Его взгляд, тёмный и наполненный желанием, скользнул вверх, наблюдая за реакцией Байлдермена, который слегка прикусил губу, не в силах сдержать очередной выдох. Джон задержался на животе Байлдермена, обводя губами каждый изгиб его тела, пока руки скользили по бокам, крепко, но заботливо удерживая его. Байлдермен тяжело дышал, его грудь стремительно поднималась и опускалась, а каждое прикосновение Джона отзывалось в нём сладким жаром. — Ты прямо пылаешь, Билли, — хрипло прошептал Джон, едва касаясь губами края шрама на боку. — Может, мне стоит сбавить обороты, чтобы ты не сгорел? Байлдермен попытался улыбнуться, но это вышло больше похоже на полуулыбку с долей вызова. Он чуть приподнялся, встречаясь с глазами Джона, от чего тот даже на миг замер. — Хватит болтать, Джон, — выдохнул он, его голос был низким, пропитанным напряжением. — Или у тебя всё только на словах? Джон усмехнулся, его рука медленно скользнула вверх, возвращаясь к линии ключиц, затем к шее, обхватывая её с лёгким нажимом. — Ты серьёзно хочешь играть со мной в таком состоянии? — прошептал он, склоняясь ближе. — Скажи спасибо, что я думаю о твоей чёртовой ноге, иначе… — Иначе что? — перебил его Байлдермен, его губы приоткрылись в едва заметной усмешке, но взгляд горел желанием. — Снова начнёшь свои игры, а потом отступишь, как всегда? Эти слова явно задели Джона. Его губы изогнулись в хищной улыбке, и он тут же прильнул к губам Байлдермена, не оставляя места для сомнений. Поцелуй был жёстким, требовательным, горячим, как и всё в этот момент. Байлдермен не остался в долгу, его руки скользнули к затылку Джона, притягивая его ещё ближе. Джон резко оторвался, их дыхание смешалось, а на лице появилась дразнящая ухмылка. — Ты любишь провоцировать, да? — прохрипел он, склонившись к уху Байлдермена. — Но не забывай, кто здесь управляет. Байлдермен тяжело выдохнул, не отводя взгляда. — Если бы ты действительно управлял, — прошептал он, глядя ему прямо в глаза, — мы бы уже не тратили время на эти разговоры. Джон сдавленно рассмеялся, его руки крепче обхватили тело Байлдермена. — Ты слишком самоуверен для того, кто только что стонал под моими руками, — с вызовом ответил он. Байлдермен поднял бровь, чуть прикусив нижнюю губу. — Если это всё, что ты можешь, — произнёс он, притягивая Джона ближе, — я точно переоценил тебя. Эти слова окончательно вывели Джона из себя, и он накрыл Байлдермена своим телом, прижав его к дивану, с таким напором, что их сердца словно били в унисон. Джон с лёгкостью перевернул Байлдермена на живот, его движения были уверенными и грубыми, но всё же оставались заботливыми. Байлдермен попытался обернуться, чтобы посмотреть на него, но Джон крепко держал его за плечи, не давая шанса вырваться из захвата. — Даже не думай сопротивляться, — хрипло прошептал Джон, его горячее дыхание обжигало затылок Байлдермена. — Ты ведь знаешь, как мне нравится, когда ты покорный. Байлдермен судорожно вдохнул, его пальцы вцепились в подушку дивана, когда он почувствовал, как Джон сильнее прижался к нему. Жар его тела ощущался через ткань, а давление в паху Джона было более чем очевидным. Джон прижался плотнее, одной рукой удерживая его бедро, а другой грубо сжав одну из ягодиц. — Ты даже не представляешь, как я хотел это сделать, — прорычал Джон, тяжело дыша. — С тех самых пор, как ты назвал меня “трусом”. Он склонился к шее Байлдермена, жадно впиваясь зубами в кожу, оставляя следы, которые ещё долго будут напоминать о происходящем. Байлдермен вздрогнул, его тело невольно выгнулось, отзываясь на каждое действие Джона. — Ты думаешь, я не слышу, как ты стонешь подо мной? — продолжил Джон, его голос был низким, почти рычащим. — Скажи мне, Билли, как тебе это нравится? — Заткнись, Джон, — прохрипел Байлдермен, его голос был напряжённым и полным страсти. Джон лишь усмехнулся, его рука скользнула вверх, обхватив Байлдермена за талию, ещё сильнее прижимая его к себе. — Нет, ты скажешь мне, — настаивал Джон, чуть ослабляя хватку, но только чтобы тут же с новой силой снова вцепиться. — Скажи мне, как сильно ты этого хочешь. Байлдермен не мог ответить, его дыхание стало рваным, а тело буквально горело. Он пытался подавить стон, но это лишь раззадорило Джона ещё сильнее. — Ты мой, Билли, — выдохнул Джон, оставляя ещё один след зубов на его спине. — И я собираюсь заставить тебя это запомнить. Джон резко остановился, услышав громкий стон Байлдермена. Он не сразу понял, что вызвало такую реакцию, пока его взгляд не скользнул к раненой ноге. На мгновение он замер, оценивая ситуацию, но когда он слегка надавил пальцами на повязку, Байлдермен снова всхлипнул, его тело дрогнуло, а лицо исказилось от странного смешения боли и наслаждения. — Ох, Билли, ты точно не перестаёшь меня удивлять, — хрипло проговорил Джон, облизав губы. Байлдермен попытался отвернуться, его лицо слегка порозовело, но слабая усмешка на губах выдавала его. — Прекрати… — прохрипел он, но голос звучал больше как просьба, чем как протест. Джон, ухмыльнувшись, вновь надавил, чуть сильнее, попадая на самое чувствительное место. Байлдермен громко застонал, его пальцы вцепились в подушку так, будто она могла спасти его от нарастающего безумия. — Ты так сладко стонешь, Билли, — сказал Джон, его голос был глубоким, низким, почти животным. — Кто бы мог подумать, что тебе это понравится. — Джон, ты… извращенец, — выдохнул Байлдермен, его дыхание стало прерывистым, а тело инстинктивно выгнулось. Его лицо оказалось рядом с ухом Байлдермена, он тяжело дышал, его губы почти касались кожи. — Признай это, Билли, тебе нравится, когда я беру контроль, — шепнул он, снова повторяя движение и наблюдая, как Байлдермен содрогается под ним. — Заткнись… — прохрипел Байлдермен, но его голос дрожал, выдавая всё, что он пытался скрыть. Джон усмехнулся, его пальцы сжали бедро ещё крепче, а его голос стал ниже: — Только если ты попросишь меня об этом правильно. Байлдермен резко выдохнул, его тело выгнулось, а пальцы сжались в кулаки. Его голос, полный хрипоты и сладкой дерзости, разорвал воздух: — Вставь мне, Джон, — выдохнул он, прижимаясь ещё ближе. — Сделай это, выжми из меня всё, что сможешь… Эти слова прозвучали так откровенно и провокационно, что Джон на мгновение застыл, его взгляд широко раскрылся, а губы приоткрылись от неожиданности. — Что, не ожидал от основателя такой откровенности? — Байлдермен с хитрым прищуром глянул на Джона через плечо. Джон, тяжело дыша, склонился ближе, его тело напряглось, а рука сильнее сжала бедро Байлдермена. Он облизнул губы, усмехнувшись. — Ты только что перешёл черту, Билли, — прошептал он, его голос звучал хрипло и угрожающе сладко. — Надеюсь, ты готов к тому, что я сделаю с тобой. Байлдермен, игриво и дерзко улыбнувшись, слегка повернул голову к Джону. — Так сделай это. Или ты думал, я просто шутил? — Он нарочно сильнее прижался к нему, вызывающе двинув бёдрами. Джон тяжело выдохнул, его руки скользнули ниже, сжимая так, что Байлдермен невольно застонал. — Ты даже не представляешь, во что себя втянул, — проговорил Джон, его голос теперь звучал с таким жаром и страстью, что воздух вокруг казался раскалённым. — Мои размеры тебя могут удивить. Джон рывком стянул с Байлдермена штаны вместе с нижним бельём, не оставляя никаких преград между ними. Он замер на мгновение, его взгляд загорелся первобытным желанием, когда перед ним раскрылось это совершенство. — Чёрт возьми, Билли, — хрипло проговорил он, его голос дрожал от возбуждения. — Ты просто… невозможный. Такое произведение искусства… Он сам не удержался от низкого стона, когда осознал, как идеально тот выглядит. Его руки уверенно скользнули вдоль тела Байлдермена, словно он хотел почувствовать каждую деталь, каждую линию. Джон навалился на него, вновь проходясь вдоль его тела. Его тяжёлое дыхание смешивалось с лёгкими стонами, а голос, полный страсти, промурлыкал: — Ты такой невозможный. Секси до безумия. Его горячие слова, низкий тон, а главное, руки, которые не знали покоя, заставляли Байлдермена дрожать под ним. — Черт Джон… вставляй уже, — его голос дрожал от смеси смущения и желания. Джон застыл, услышав слова Байлдермена, в которых смущение переплеталось с откровенной страстью. Его лицо мгновенно раскраснелось, но вместо ответа он рвано выдохнул прямо в шею Байлдермена, глухо пробормотав: — Хорошо… Его руки дрожали, пока он неуклюже расстёгивал молнию на своих штанах. Первый раз оказался неудачным — пальцы будто не слушались, но Джон лишь тихо выругался себе под нос и продолжил, пока наконец не снял с себя оставшуюся одежду. Когда последняя преграда исчезла, он почувствовал невероятное облегчение, а с его губ сорвался низкий, удовлетворённый стон. Байлдермен сразу ощутил, как горячий, напряжённый пах Джона плотно прижался к его бедру. Этот контакт вызвал у него невольный дрожащий вдох, но Джон вдруг замер. Его лицо исказилось досадой, он вспомнил, что… разрядки так и не произошло. — Чёрт, — глухо простонал он, отстраняясь на мгновение. — Я же… Он провёл рукой по своему лицу, но потом взглянул на Байлдермена, его глаза горели неприкрытым желанием. — Проклятье, Билли, — он хрипло проговорил, облизнув пересохшие губы, — ты так меня доводишь, что я уже чертовски не могу думать. Джон резко оторвался от Байлдермена, услышав его насмешливое “Какой же ты забывчивый”. Тот бросил через плечо ещё одну язвительную фразу, спрашивая, есть ли у “такого забывчивого красавчика” хотя бы смазка. Джон скривился, но ничего не ответил, а лишь одним движением распахнул ближайший шкафчик, начав судорожно шарить в нём одной рукой, второй всё ещё удерживая Байлдермена. — Найдётся, — пробормотал он, наконец выудив заветный тюбик. Его пальцы слегка дрожали от напряжения, пока он быстро открывал крышку. Неудержимое желание смешивалось с раздражением от необходимости остановиться, но как только он выдавил нужное количество смазки на два пальца, он тут же вернулся к Байлдермену. Прижавшись к его спине, Джон резко и без предупреждения ввёл два пальца внутрь, одновременно впиваясь зубами в его плечо. Байлдермен выгнулся, прогнувшись дугой, его протяжный стон прорезал воздух, заставив Джона лишь сильнее напрячься. — Чёрт, Джон! — раздражённо выдохнул Байлдермен, обернувшись через плечо. Его взгляд, полный гнева и страсти, встретился с затуманенными глазами Джона. — Ты можешь хотя бы предупредить? Джон лишь ухмыльнулся, слегка двигая пальцами и заставляя Байлдермена вздрогнуть от нового приступа сладкой боли. — А ты можешь хотя бы не быть таким невозможным? — проворчал он, обводя языком след укуса на плече Байлдермена. — Хотя, знаешь… оставайся таким. Мне это чертовски нравится. Джон начал ритмично двигать пальцами, входя всё глубже, затем разводя их, чтобы подготовить Байлдермена к тому, что ждёт его дальше. Его движения были медленными, но уверенными, тщательно изучая реакцию Байлдермена на каждое новое касание. — Ты такой чёртовски красивый, Билли, — пробормотал Джон, его голос был низким и хриплым от возбуждения. — Не могу поверить, что это всё моё. Байлдермен всхлипнул, чувствуя, как большие пальцы Джона растягивают его, доставляя смесь боли и невероятного удовольствия. Каждое движение казалось ему горячей волной, проходящей по всему телу. — Чёрт, Джон… это всего лишь пальцы, — простонал он, слегка выгибаясь навстречу движениям. — Если ты продолжишь так, я не выдержу. Джон хрипло рассмеялся, обхватив рукой талию Байлдермена, чтобы не дать ему отдалиться. — Это только начало, Билли, — прошептал он, проведя языком по его шее. — Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя сейчас. Он добавил ещё больше напора, двигая пальцами быстрее, одновременно нашёптывая ему такие откровенные и пошлые комплименты, что Байлдермен не мог удержаться от стонов. — Ты просто создан для этого, — промурлыкал Джон, слегка кусая его за ухо. — Каждый раз, когда ты стонешь, я хочу только сильнее. Байлдермен, изнемогая от накатившей волны удовольствия, задыхался, пытаясь хотя бы немного прийти в себя. Но пошлые слова Джона, его уверенные прикосновения и тот факт, что всё это было только началом, заставляли его дрожать под ним. Джон, ощущая, что Байлдермен уже готов, медленно вынул пальцы, заставив того издать протяжный стон, настолько сладкий и насыщенный, что Джон понял — этот момент он сохранит в памяти навсегда. — Такой нетерпеливый, — проговорил он с насмешкой, но в голосе также звучало смесь обожания и желания. Не давая Байлдермену возможности ответить, Джон резко наклонился и укусил одну из его ягодиц, оставляя на коже лёгкий след зубов. Следом он провёл языком по тому же месту, наслаждаясь его вкусом и слушая, как Байлдермен резко втянул воздух, будто пытаясь скрыть свои эмоции. — Невозможно… какой ты вкусный, — промурлыкал Джон, словно оценивая десерт. — Так бы и сожрал. Он выпрямился, провёл рукой по спине Байлдермена и пристроился у его входа. Одной рукой Джон опёрся у его головы, а второй прижал бедро Байлдермена, не давая тому возможности увернуться. Байлдермен почувствовал, как горячий, твёрдый кончик Джона коснулся его входа, и этот момент, полный предвкушения, заставил его слегка застонать и подаваться назад, требуя продолжения. — Даже не видя, я чувствую… — выдохнул Байлдермен, его голос дрожал, но звучал низко и хрипло, — какого ты размера. Джон облизнул губы, его дыхание стало глубже. Он медленно наклонился к уху Байлдермена, чтобы прошептать: — Я знал, что ты не выдержишь. Джон, с трудом сдерживаясь, перевёл руки на живот Байлдермена, крепко прижимая его к себе. Его голос дрожал от возбуждения, когда он начал произносить, казалось бы, детскую считалочку, но в его исполнении она звучала зловеще и игриво: — Сидел король на лавочке, считал свои булавочки… раз… два… три… королевой будешь ты. С последним словом он резко вошёл, заставив Байлдермена вскрикнуть от неожиданности и интенсивности. Джон не шутил, когда говорил, что не будет нежным. Его движения были быстрыми, глубокими и решительными, заполняя Байлдермена полностью. — Чёрт… ты такой… — выдохнул Байлдермен, пытаясь подобрать слова, но каждое новое движение Джона стирало их с его языка. Он стонал, его дыхание сбивалось, а голос становился всё громче. — Джон… чёрт, притормози…! — прохрипел он, пытаясь уцепиться за край дивана, но руки Джона тут же крепко обхватили его запястья, фиксируя их за спиной. — Нет уж, — выдохнул Джон, его голос был низким и хриплым, полон возбуждения. — Ты сам просил. Теперь держись. Он продолжал вбиваться в Байлдермена с такой силой, что тому оставалось только стонать, извиваться под ним и чувствовать, как он теряет контроль над собой. Джон наслаждался каждым звуком, каждым движением, каждым откликом его тела, превращая момент в акт абсолютной власти и страсти. Джон низко хрипнул, наклонившись к шее Байлдермена: — Чёрт, какой же ты тугой… Эти слова прозвучали так пошло и с таким оттенком восхищения, что Байлдермен невольно сжал челюсти, пытаясь справиться с гневом и смущением. — Ты… даже не дал мне… чёрт возьми, привыкнуть! — прошипел он, пытаясь хоть немного вывернуться из хватки Джона. Но каждое движение Байлдермена, каждая попытка сопротивления только раззадоривали Джона. Его толчки становились все более резкими, глубокими, не оставляющими ни секунды для передышки. Однако боль постепенно растворялась, сменяясь растущей волной удовольствия, которая накатывала всё сильнее с каждым движением. Когда Джон неожиданно угодил в его самую чувствительную точку, Байлдермен громко и совершенно неосознанно выругался, его голос дрожал от смеси шока и наслаждения. — Чёрт… ещё! Не останавливайся… — выдохнул он, не контролируя свои слова. Джон только ухмыльнулся, услышав это. Его хватка на запястьях Байлдермена стала немного слабее, но лишь для того, чтобы одна из рук скользнула вверх, обхватив его шею. Он не сжал её сразу, давая Байлдермену почувствовать это движение, но затем пальцы осторожно, но настойчиво сдавили, добавляя к происходящему новый оттенок. — Ты так красиво стонешь, когда я тебя беру, — произнёс Джон, его голос был глубоким и насыщенным похоти. Сдавливание вызвало тихий, но невероятно сладкий стон, который сорвался с губ Байлдермена. Его тело невольно дёрнулось назад, ещё сильнее прижимаясь к Джону, словно поддаваясь этому контролю. Джон поймал это движение, его толчки стали ещё более точными и мощными, каждое проникновение заставляло Байлдермена полностью отдаваться ощущениям, забывая о гневе и сосредотачиваясь лишь на наслаждении. Джон с шумным выдохом вышел из Байлдермена, только чтобы схватить его за талию и усадить себе на колени. Байлдермен начал что-то говорить, его тон был полон раздражения, но Джон прервал его, резко опуская вниз, заполняя его до самого конца. — Чёрт возьми, научись предупреждать… — начал Байлдермен, но слова утонули в полустоне, полукрике, вырвавшемся из его груди. Джон, ухмыльнувшись, обхватил его ягодицы, сжимая их так, что Байлдермен почувствовал жар его ладоней. Он притянулся к его губам, захватывая их в жадном, почти агрессивном поцелуе. Звуки их дыхания и соприкосновения губ были громкими, сырыми, наполненными необузданной страстью. Когда Джон отстранился, раздался влажный хлюпающий звук, отчего Байлдермен невольно опустил взгляд, отводя его тут же от смущения. — Хм… — Джон тяжело дышал, его голос был низким и немного осипшим, — думаю, я слегка подустал. Он провёл руками по бедрам Байлдермена, его пальцы на мгновение замерли, затем он сжал одно бедро, будто подчёркивая свои слова. — Как насчёт того, чтобы ты… — он усмехнулся, приподнимая Байлдермена на несколько сантиметров и вновь опуская, — …немного попрыгал, а? В его голосе была насмешка, но за ней скрывалась откровенная похоть. Джон посмотрел на Байлдермена, его взгляд был одновременно обжигающим и вызовущим. Байлдермен прищурился, явно недовольный комментарием, но всё же послушно повторил движение, которое показал Джон. Он приподнялся, затем резко опустился, глубина и сила толчка вызвали у Джона низкий, протяжный стон, который в какой-то момент перешел в животный вой, похожий на волчий. — Вот так, малыш… продолжай… Скачи, как самый лучший — — Замолчи, или я тебе пасть разорву, — резко перебил его Байлдермен, не прекращая движения, но при этом бросая на Джона угрожающий взгляд. Джон хрипло рассмеялся, его руки крепче сжали бёдра Байлдермена, направляя его ритм. — О, так мне нравится, когда ты такой грубый, — выдохнул он, его голос дрожал от возбуждения. — Заткнись, Джон! — огрызнулся Байлдермен, его лицо раскраснелось, и было непонятно, от злости или от накатившей волны удовольствия. Со временем движения Байлдермена стали быстрее и более резкими, он полностью сосредоточился на ритме, игнорируя усталость в мышцах. Джон, потерявший всякий стыд, продолжал шептать похвалы, будто не замечая угроз, которыми Байлдермен сыпал ранее. — Вот это умничка… давай, продолжай, — голос Джона звучал хрипло, наполненный почти животным восторгом. Байлдермен резко опустился ещё раз, сжимая стенки вокруг Джона так, что тот выдохнул протяжно и громко, почти рыча. Джон едва справлялся с переполняющими его ощущениями, его руки крепче сжали бёдра Байлдермена, подстраиваясь под его движения. — Чёрт, ты просто идеален… — выдохнул он, качая бёдрами навстречу, их ритм становился всё более синхронным. Байлдермен стонал, его дыхание стало сбивчивым, он чувствовал, как напряжение нарастает внизу живота, как Джон крепче сжимает его, направляя движения. Джон откинул голову назад, его лицо исказилось от переполняющего удовольствия. — Билли… — истерически шептал он его имя, голос дрожал, когда Байлдермен вновь опустился, добавив к этому ещё больше силы. — Ты… ты доводишь меня… Байлдермен, едва справляясь с дрожью, обессиленно положил голову на плечо Джона, его прерывистые стоны теперь звучали прямо у уха мужчины, заставляя его замирать от наслаждения. Джон ощутил, как горячее дыхание Байлдермена касается его кожи, и это только разжигало его ещё больше. — Чёрт, ты просто огонь, — хрипло произнёс Джон, обхватывая его руками так, словно боялся отпустить. Он резко подался вперёд, обнимая Байлдермена за спину, их тела сомкнулись плотнее. С озорной усмешкой Джон наклонился и слегка прикусил его плечо, оставляя лёгкий след своих зубов. — Не расслабляйся, малыш, — прошептал он, наслаждаясь реакцией Байлдермена. Тот с трудом поднял голову, бросив на Джона хмурый взгляд, но стоны, что вырывались из его губ, выдавали, насколько он близок к пределу. Байлдермен в последний раз резко опустился, и его тело напряглось, излившись, разрядив всё накопившееся напряжение. С его губ вырвался низкий, животный рык, и он чуть не упал на Джона, теряя силы. Джон, глядя вниз, заметил, что произошло, и на мгновение замер, проверяя, всё ли в порядке. Но стоило ему увидеть, что Байлдермен, хоть и обессиленный, не возражает, как он продолжил свои движения, добавив в них ещё больше силы и жажды. — Какого… — выдохнул Байлдермен, не успев договорить, его голос сорвался на очередной протяжный стон. Джон сжал его, одной рукой крепко удерживая талию Байлдермена, направляя его движения, а другой грубо, но не слишком больно, схватил его за волосы. Он потянул его голову назад, заставляя того посмотреть на него через полуприкрытые веки, и жадно впился в его губы. Поцелуй был глубоким, жарким, требовательным, и от него Байлдермену снова захотелось утонуть в этих эмоциях, несмотря на усталость. Джон медленно опустил руку с волос Байлдермена, давая тому немного свободы, но его движения оставались неизменно мощными и жадными. Байлдермен, слегка откинувшись назад, пытался восстановить дыхание, но не мог не отметить, как Джон до сих пор держал ритм и, более того, все ещё не кончил. Джон сильнее прижал его к себе рукой, которая уверенно держала его за талию, будто боялся, что тот вот-вот ускользнёт. Другой рукой он нежно обхватил его лицо, заставляя снова посмотреть прямо в глаза. — Знаешь, малыш, — прорычал Джон низким голосом, от которого тело Байлдермена дрогнуло, — я все соки с тебя выжму. До последней капли. Он слегка улыбнулся, глядя на его раскрасневшееся лицо, и большим пальцем медленно прижался к его губам. Сначала нежно, будто пробуя их на ощупь, затем чуть сильнее, словно проверяя, насколько они мягкие. — Хочешь, — сказал он с хрипотцой, — соснуть чего-нибудь? Байлдермен вскинул на него взгляд, полный смешанных эмоций: злости, смущения и странной, подстёгивающей дрожи. Джон замер, когда Байлдермен с прищуром взял его большой палец в рот. Он смотрел на это зрелище, будто заворожённый, едва сдерживаясь. Байлдермен нарочито медленно провёл языком по его пальцу, а затем с громким щелчком втянул его глубже, заставив Джона хрипло выдохнуть. — Вот это да, — протянул Джон, чувствуя, как его тело буквально трясётся от возбуждения. — Давай сильнее, малыш, возьми их все. Не дожидаясь приглашения, он добавил второй палец, наслаждаясь тем, как Байлдермен послушно обхватывает их губами. Его рот работал настолько умело, что у Джона по всему телу побежали мурашки. — Чёрт бы меня побрал… — прохрипел он, чувствуя, как давление внутри него достигает предела. Звуки, которые издавал Байлдермен, были настолько пошлыми, что у Джона перехватило дыхание. Его пальцы плотно заполнили рот Байлдермена, перекрывая едва слышные стоны, что заставляло внутри него все скручиваться. Когда Байлдермен обвёл пальцы языком, Джон не выдержал. Он излился, откинув голову назад с глубоким рыком, его тело напряглось, словно натянутая струна. Байлдермен почувствовал это и, потерявшись в моменте, чуть сильнее сжал зубы на пальцах Джона. — Ах ты, кусачий, — усмехнулся Джон, тяжело дыша и всё ещё слабо шевеля пальцами у его губ. Джон медленно вынул пальцы из рта Байлдермена, их движение сопровождал влажный хлюпающий звук, а за пальцами тянулась тонкая струйка слюны. Байлдермен лишь слегка приоткрыл рот, обессилено наваливаясь на Джона. Его грудь поднималась и опускалась от неровного дыхания, а тело дрожало от усталости и переполнявших его эмоций. Джон обхватил его руками, крепко прижимая к себе. Его ладони нежно скользили по спине Байлдермена, словно пытаясь успокоить его и дать почувствовать себя в безопасности. — Ты просто… невероятный, — пробормотал Джон, шёпотом, скорее для себя. Он слегка приподнял тело Байлдермена, чтобы осторожно выйти из него. Движение вызвало тихий, но глубокий стон, вырвавшийся из уст Байлдермена. Тот едва слышно выдохнул, ощущая пустоту, но в то же время чувствуя облегчение. — Вот теперь ты точно выжат до капли, — с улыбкой сказал Джон, проводя рукой по мягким волосам Байлдермена. — Отдыхай, малыш. Ты заслужил.