Снова и снова

Снова и снова. Все вновь повторялось, как по старой отработанной тысячу раз схеме. Выстрел, остывающее тело на его коленях, хлопок. Глупо было надеяться, что ему хватит жалких двенадцати часов. В первый раз он был слишком наивен, чтобы верить, что сможет вернуться в душащее будущее, где его никто не ждёт. Пустое ателье, и лишь мерзкий запах крови, шептал, что раньше оно таковым не было. Открытые настежь окна впускали промëрзлый ветер, что бесстыдно волочил фотографии по холодному полу, и те останавливались, прилипая к еще мокрой красной лужице. Лу Гуану оставалось две минуты, чтобы успеть хлопнуть в ладоши. Он по-настоящему боялся последствий своего попадания в прошлое, но картина, которую он, вернувшись, увидит в будущем страшила его больше. Точнее, то, что он не попытался ничего исправить. Лу Гуан всегда боялся собственной слабости и в этот раз он не позволит ей одержать верх. Двенадцать часов истекли с противным тиканьем будильника. Назад пути уже нет. Лу Гуан должен все исправить. Выстрел, тело, хлопок. Ещё один. И ещё. Лу Гуан уже давно сбился со счета, но он уверен, что пальцев на его руках не хватит чтобы перечислить, сколько раз он собственными глазами видел смерть Чен Сяоши, собственными губами кричал его имя, собственными руками хлопал в ладоши, чтобы попытаться опять все исправить. Снова. Выстрел, тело, хлопок. И каждый раз, Лу Гуан уверял себя, что тот будет последним. Тем самым, когда он наконец сдастся и опустит руки. Но они каждый раз, измазанные в крови, предательски тянулись к фотографии. Пальцы даже разучились дрожать, а глаза плакать, лишь сердце продолжало тревожно биться, гадая, когда наконец сможет отпустить одного единственного человека. Но раз Лу Гуан снова поднял ладони, чтобы ударить ими друг о друга, оно ещё не забыло. Никогда не забудет. Его глупое сердце будет вечно помнить Сяоши, его когда-то золотые глаза, счастливую улыбку, глупые шутки и драгоценные воспоминания. Лу Гуан запомнил каждую мелочь, каждую минуту, секунду, которую только мог сохранить в своей голове. И похоже, именно эти воспоминания не позволяли ему отступить, они накрепко поселились в его разуме, отравляя каждое мгновение его жизни, проведенное без Сяоши. Выстрел, тело, хлопок. И опять по новой. Всем известно про эффект бабочки - её трепет крыла может вызвать ураган. Такого маленького хрупкого создания достаточно, чтобы изменить устой Вселенной. И Лу Гуан наивно надеялся, что у него получиться стать этой бабочкой, получится что-то изменить. Что если он поступит в этот раз по-другому? Сумеет ли он что-то исправить? Но глупо было полагаться на не подтвержденную ничем теорию, верить, что все случиться как в детской сказке - Вселенная слишком огромна, чтобы шелохнулся от такого незначительного ветерка. Золушка никогда не встретит крестную фею, Белоснежка не очнётся волшебным образом от поцелуя принца, а Лу Гуан... Лу Гуан просто будет пытаться исправить прошлое, снова и снова. Он забудет собственное имя, возраст, любимый цвет, но никогда не забудет любимого человека. Выстрел, тело, хлопок. Снова и снова. Сколько бы ни было неудачных попыток, прожитых циклов и взмахов крыла, Лу Гуан сделает это снова. Снова, пока не заставит всемогущее время пойти по его сценарию.