Отрубиться на пару секунд... или часов?

      Скарамучча ощущает вполне настойчивое поглаживание по своему колену, но все равно фыркает и разом опрокидывает в себя все содержимое бокала. Дернув ногой, брюнет протягивает руку с бокалом к Альбедо. Второй парень недовольно цокает языком и делает несколько глотков шампанского.       — Мне кажется или вы поругались? — Альбедо наполняет пустой бокал алкоголем и выглядывает за макушкой Скарамуччи недовольную физиономию Тартальи.       — Не ебу, — показательно безразлично пожимает плечами он и смотрит на бокал. Он выпил уже три, это четвертый и он почти осушил его.       — Так в этом и дело! Обиделся он на меня, значит! — возмущенно взмахнув рукой, Скарамучча едва ли не разливает шампанское.       — Оу, это о чем таком интересном я не знаю?       — Мы, кстати, неплохо провели время вчера с Альбедо, хах, — Скар косится на Аякса и с ухмылкой отпивает из бокала. Обстановка за столом резко накаляется.       Аякс щурит глаза, допивает алкоголь из своего бокала и довольно резко утягивает на себя брюнета. Он целует его и по подбородку Скарамуччи начинает стекать капля шампанского, которое Тарталья в поцелуе передал. Он сжимает темные пряди волос сильной натяжкой, не позволяет отстраниться и чувствует, что алкоголь еще больше проливается между ними, пачкая белую рубашку Скара.       — Я бы наблюдал за этим бесконечно долго, — растягивает слова Альбедо, пристально наблюдая за обоими.       — Да ты свихнулся! — наконец, отбивается Скарамучча и вытирает подбородок тыльной стороной ладони. Он гневно смотрит на парня, но внутри чувствует себя победителем. В их маленькой ссоре Аякс проиграл, — Хах, так соскучился?       Сзади Альбедо прижимается к нему грудью и целует в шею, чем Скарамучча решает воспользоваться. Раз Тарталья действительно заскучал, то в честь Нового года можно сделать ему и маленький подарок в виде красивой картинки. Брюнет немного запрокидывает голову назад, открывая шею для поцелуев и мгновенно чувствует уже обжигающие поцелуи — Альбедо грубо втягивает нежную кожу, оставляя метки.       — Ну это уже наглость, — закатывая глаза, Тарталья наклоняется к брюнету, но в его грудь упираются ногой. С видом победителя этого года Скарамучча позволяет приблизиться к себе только на определенное расстояние, но в итоге Аякс вынужден лишь наблюдать, как Альбедо спокойно пробирается руками под рубашку Скара, а он не может.       — Ты был неправ и не извинился, — пожимая плечами, Скарамуш выгибается навстречу рукам блондина, продолжая лишь дразнить Тарталью.       — Ну прости его в честь праздника, — шепчет Альбедо на ушко и кусает мочку.       Аякс чувствует себя определенно некомфортно и ему это не нравится. Он трогает ногу Скарамуччи, проводит пальцами от колена к щиколотке, аккуратно снимает домашний тапочек и приподнимает ногу повыше, целуя в каждый пальчик поочередно, что незамедлительно заставляет Скару, не ожидавшего такого, дернуться.       — Смотри как он старается, — Альбедо тихо смеется и зажимает один из сосков между пальцами.       Скарамучча успокаивает себя только тем, что перед приходом Аякса принимал душ, ибо во время готовки случайно опрокинул на себя тарелку с мукой. Все ноги и живот оказались белыми и, чтобы не сильно заморачиваться, он просто искупался. И все равно чувство неловкости захлестнуло его, когда Тарталья пропустил большой пальчик между губ.       — У меня не такое большое чувство гордости, не переживай, — ухмыляется Аякс и твердо удерживает чужую ногу, продолжая развлекаться.       — Может мне присоединиться к нему? — Альбедо аккуратно начинает расстегивать рубашку Скарамуччи, переходя поцелуями на постепенно оголяющееся плечо.       — Искренне прошу меня простить, — улыбается Тарталья и слегка прикусывает мизинчик.       Скарамучча тяжело сглатывает вязкую слюну, не смея отрывать взгляда от хитрых глаз Тартальи. Не то чтобы он верил в это искреннее извинение, но одно лишь лицезрение подобной картины нехило возбудило его. Альбедо, продолжающий блуждать руками по его телу и покрывать поцелуями участки, до которых мог дотянуться, только поддерживал желание.       — Извинения приняты, — мило улыбается Скар и пытается вырвать ногу из твердой хватки, уверенно показывая, что на этом можно заканчивать представление.       — Из-за такой атмосферы я даже не поел нормально, — притворно хнычет Аякс и, наконец, наклоняется к Скару поближе.       Над ухом Скарамуччи слышится задумчивый хмык, но он пропускает его. Диван, на котором они втроем расположились, внезапно показался ему слишком тесным, если уж и продолжать, то с нормальным размахом, в спальне, например. Однако, упавшая на грудь брюнета долька мандарина, а следом и других фруктов и ягод с новогоднего стола, ввела его в ступор. Последней каплей стал кусочек пирожного, также оказавшийся теперь уже на животе.       — Э-эй, — Скарамучча упирается руками в плечи Аякса, когда тот проводит кончиком языка от пупка к пирожному, аккуратно прихватывая его губами, а следом слизывает крем. Это оказалось ужасно щекотно и невероятно смущающе.       — Не ты ли полторы недели назад рассказывал свои смелые фантазии? — очевидно риторический вопрос от Альбедо вгоняет в еще большее смущение, ведь на тот момент Скар был пьян и уже жалеет, что вообще согласился отдохнуть, — Наслаждайся.       Альбедо съедает мандаринку со стола и высматривает другие вкусности. Взгляд падает на фрукты «в стекле», к которым они не прикоснулись, а также на малину в шоколаде, которую купил Аякс буквально несколько часов назад. Первой в ход идет она. Альбедо зажимает ягодку между зубов и поворачивает голову Скарамуччи к себе, закрывая ему глаза свободной ладонью. Он касается губ брюнета, мажет по ним слегка подтаявшим шоколадом и проталкивает ягоду в рот, сразу целуя.       От ласк двух парней Скарамучча постоянно извивается, совсем не замечает за собой полустонов. Он втягивает живот лишь сильнее всякий раз, когда Аякс съедает новую дольку фруктов с его тела. Пожалуй, развлечений с едой у них еще не было. Пользуясь моментом, Тарталья легко избавляется от одежды Скарамуччи и на нем остается лишь рубашка, которая итак висит на локтях.       Поцелуй с Альбедо выходит сладким, он едва успевает проглотить малину, как его снова настойчиво целуют и даже не позволяют посмотреть, что происходит вокруг.       — М… Погоди-те… Может спальня все-таки? — кое-как выкрутившись, чтобы посмотреть на все то безобразие, которое устроила эта парочка, он только сейчас замечает, что Аякс уже меж его ног.       — Какая спальня, когда у нас есть столько вкусностей? — воркует Тарталья и проводит двумя пальцами, испачканными в крем с торта, по груди, задевая соски.       — Здесь нет смазки, — использует последний аргумент Скарамучча и шорохи за спиной дают понять, что Альбедо куда-то потянулся, совсем ненадолго оставляя Скарамуччу в несколько подвешенном состоянии. Но буквально через несколько секунд в ладонь брюнета вкладывают знакомый тюбик, — Вы заранее договорились? Вот подлеца два, я же вам припомню это.       — Пока что ты можешь напомнить, как тебе сделать приятно, — пожимает плечами Альбедо и добирается до фруктов «в стекле». Он зубами снимает со шпажки клубнику и смотрит в глаза Тартальи.       Долго понимать намек не нужно, Аякс приподнимается и целует блондина. Стараясь раскусить ягодку на двоих таким образом, они роняют застывшую карамель опять же на торс Скарамуччи, зато клубничку делят все-таки. А на торсе брюнета Аякс уж приберется.       — Вы издеваетесь или да? — Скарамучча открывает тюбик со смазкой и выдавливает немного на пальцы, но очевидно, что зажатый меж двух тел, он ничего не может, — Аякс, я сейчас возьмусь за твою задницу, если ты не отодвинешься.       Альбедо только смеется и радуется, что успел проглотить вкусность, а вот Аякс подавился. Блондин косится на стол и одной рукой немного отодвигает его от дивана так, чтобы туда можно было спокойно стать, после чего берет ладошку Скарамуччи и слизывает с пальцев смазку, пропуская их в рот.       — Просто расслабься.       Скарамучча искоса смотрит на Альбедо и сжимает губы в тонкую полосочку, раздумывая над одним предложением. Когда-то разок у них была интересная практика, но все устали, так что больше не повторяли. Однако, тогда меж двух парней был зажат Альбедо. В этот раз Скар почему-то хотел опробовать на себе.       — А давайте вы вдвоем, а? Только харе из меня праздничный стол делать.       Аякс, едва успевший откашляться, снова подавился. В этот раз водой. Бедняжка. Брюнет даже сочувствующе хлопнул по спине, случайно не рассчитав силу.       — На тебе вкуснее, — шутит Альбедо и отпускает, наконец, ладонь брюнета.       — Ты хочешь, чтобы в тебя сразу оба? Не жалко задницу? — Тарталья не то чтобы против, но все-таки…       — Альбедо в прошлый раз остался доволен.       — Ну-у-у… Вы долго занимались подготовкой еще… — вспоминает блондин, а на щеках предательски выступает румянец.       — Мы и не торопимся.       Аякс улыбается и тянет Скарамуччу на себя, размещая на коленях, а Альбедо, наконец, может встать. Он щедро выливает смазку на пальцы и без труда вводит сразу два. Стоя за спиной брюнета ему остается только готовить его и целовать спину. Тарталья пользуется моментом и слизывает с твердых сосков размазанный крем вперемешку с твердой карамелью.       — Учти, что если мне потом будет пиздец больно, то я припомню тебе это и трахну без подготовки, — Скар слегка ёрзает и обнимает Аякса за шею, позволяя целовать и кусать себя.       — Как-то слишком смело для того, кто сам попросил поиметь его в два члена, — стебет Альбедо и медленно добавляет третий палец. Он уже считает эту идею сомнительной, но пока Скар не попросит остановиться можно продолжать. Все же Скарамучча не из тех, кто будет терпеть боль и неудобства.       — Слыш…       — Не отвлекайся на него, — перебивает Аякс и уводит в затяжной поцелуй.       Тарталья старается отвлекать внимание парня на себя. Стоит только появиться влаге в лиловых глазах — он мягко целует в носик, уголки глаз, снова возвращается к губам. Каким бы ни был Тарталья в жизни, в вопросах любовных с этими парнями он всегда становился терпеливым и заботливым.       — В смысле, блять, не отвлекайся? — возмущается Скар, как только его уже порядком припухшие губы оставляют в покое.       — Мы все еще можем сделать все как обычно, — предлагает Альбедо, с трудом вводя четвертый палец. Он порядком сомневался, выйдет ли вообще у них что-то из этой затеи.       Продолжить возмущаться Скарамучче не дают. Аякс настойчиво целует его и улавливает легкую панику в глазах. Наощупь он старается найти руку Альбедо и останавливает его от движений. Он чувствует, как напряжен брюнет, но по упрямому выражению лица понятно, что от затеи он не откажется.       — Ммм, почему тебе внезапно захотелось этого?       Скар начинает вертеться, вынуждая Альбедо убрать руку, возится недолго с домашними шортами Тартальи, но снимать их ему не хочется, так что он просто ищет в них презерватив, раскатывает латекс по всей длине, выливает уже остатки смазки на давно твердый член и сам направляет его в себя.       — Помнится, Альбедо в процессе кайфовал как не в себя. Вот тоже захотелось, — по интонации совсем не понятно, шутит он или говорит серьезно.       — Хах, — смеется за спиной блондин и уходит за новым лубрикантом. Он еще точно пригодится.       Тарталья помнит, что вчера эти двое развлекались без него, так что без страха сразу помогает сесть до упора. В мыслях проносится, что им все же стоило перебраться в спальню, но прекращать уже не хочется, так что он успевает сделать несколько пробных толчков, позволяя себе стоны наслаждения.       Альбедо возвращается довольно быстро, вскрывает новую упаковку и снова смазывает пальцы. Он все еще не уверен в этом, но аккуратно старается ввести их в брюнета.       — Если будешь так сжиматься, я не смогу продолжить, — целуя в плечи, шепчет Альбедо. Он гладит растянутую кожу, иногда надавливая чуть сильнее. Скара, который слишком привык, что «принимающий» в последнее время у них Альбедо, чувствует себя несколько озадаченно.       Четыре руки исследуют его тело одновременно, их кажется много, как и и ощущений у растянутой дырочки, когда один палец все-таки проскальзывает в него. Всего на секунду он сомневается в своем предложении, но потом видит эту поганую ухмылку на лице рыжего и решает, что просто обязан идти дальше. А потом как-нибудь он точно вместе с Альбедо нагнет и Аякса. Это было бы весело.       — Не смей, сука, останавливаться, — и Альбедо почему-то слушает его, почти сразу с трудом вставляя еще один палец. Но на этом они пока что ограничиваются.       Скарамучча оборачивается на блондина, приоткрывая губы. И кто Альбедо такой, чтобы отказывать? Упираясь свободной рукой в спинку кожаного дивана, он припадает к губам брюнета и почти сразу охает — тот больно кусается. И, о черт, как же в этот момент Скар выглядит по-блядски. У него растрепанный вид, белая рубашка с пятнами от шампанского, яркий румянец и все еще один тапочек на ноге. Для приличия.       — Бля, из тебя бы вышла дорогая шлюшка, — смеется Аякс и звонко шлепает по бедру, сразу сжимая покрасневшее местечко. Ему нравится, как брюнет мгновенно сжался сильнее, громко простонав в чужие губы.       — Ты думаешь о шлюхах, когда у тебя есть мы? — Альбедо больно давит пальцами на член, — Повернись, — обращается он уже к Скарамучче и тот без раздумий разворачивается, когда ему дают достаточно свободы для этого.       Аякс только чувствует себя обделенным, но вполне заслуженно. Наверное, шутка про шлюх работает только когда Альбедо на месте Скарамуччи, но не сейчас. Блондин решает, что растяжки в один член и еще три пальца пока что достаточно, так что надевает презерватив и давит головкой на уже занятый вход. В мыслях Скара снова мелькает мысль прекратить на этом моменте, но он молчит и лишь посильнее закусывает нижнюю губу.       Скар внезапно чувствует, что его щеки влажные, и не понимает — это только сейчас слезы появились или он просто не замечал их до этого? Но когда Альбедо оказывается внутри хотя бы наполовину, брюнет откровенно плачет. Все-таки это слишком… Слишком сильно его растянули, слишком широко он раскрыт, просто все вокруг кажется слишком.       Альбедо сцеловывает чужие слезы, медленно проталкиваясь дальше. Он достаточно терпелив, чтобы не торопить процесс. Даже Аякс покорно замер, одной рукой обнимая брюнета, а второй мягко поглаживая его бедро.       — Ты умничка, — целует Альбедо его в губы и Скару внезапно становится стыдно. Помнится, когда на его месте был блондин, Скарамуш не скупился на грязные словечки и болезненные шлепки, но, стоит отдать должное, в самом проникновении не торопился.       Альбедо помогает лечь на торс Аякса так, чтобы всем троим было удобно, и делает первый совсем слабый толчок и Скар уверен, что если это повторится еще раз — его душа непременно покинет это грешное тело. Но этого не происходит. Альбедо медленно двигается, хмурясь от такой узости, а Скар лишь сжимает его плечи, мысленно радуясь, что его здесь не насилуют. С Замашками Аякса, да и самого Скарамуччи, это прям благодать.       — Можете… Оба… — связать слова оказалось труднее, чем мысли. Скарамучча давится воздухом, но упрямо продолжает, закрывая глаза, — Оба можете двигаться…       Аяксу второй раз повторять не нужно, он слегка приподнимает брюнета, чтобы иметь возможность как-то раскачивать его на себе и не только. Конечно, его сил хватает ненадолго, но достаточно, чтобы из Скарамуччи вышибло дух. Два крепких члена, безостановочно растягивающих его задницу и движущихся совсем в разных темпах. Альбедо, знающий всю тяжесть этого занятия, был более нежен, пока Аякс умудрился набрать скорость, в его-то позе.       — Смотри, чтобы тебя потом раком не поставили, — смеется Альбедо и переводит взгляд на лицо Скарамуччи, безостановочно стонущего. Его взгляд совсем расфокусирован, — Не уплывай от нас, эу.       — А?.. — тихо окликается брюнет с третьего раза и вновь громко стонет.       — Если это слишком, то мы все еще можем прекратить.       Скарамучча облизывает губы, вновь пытается собрать в кучку разбегающиеся мысли дабы построить нормальное предложение, но то и дело возвращается к ощущениям внизу.       — Теперь я… Я… Понимаю тебя, ха-ах, — Скар чувствует касание к своей шее и просто предполагает, что это Аякс, ведь здраво понять кому принадлежит рука почему-то сейчас слишком сложно.       Темп, наконец, становится стабильным у обоих, а Скарамучча перестает ощущать себя так, будто через пару тройку секунд его порвут. Вместо стонов теперь вырываются только хрипы, с собственного члена на и так испачканный в соку фруктов живот стекает смазка. Но его теперь все устраивает. Теперь он позволяет себе расслабиться, безвольно растекаясь по торсу Аякса. Позволяет просто трахать себя этим двоим.       Он уже не удивлен, что перестает узнавать, кому и какие касания принадлежат. Просто отдается удовольствию. Такая долгая подготовка, пожалуй, стоила того. Да и простить Аякса… «Ха… Я злился на него… за что? Бля. Не помню». Да и кажется, что это не нужно помнить, Тарталья вон — неплохо старается удовлетворить его и при этом не переусердствовать.       — Ах! — вырывается особо громкий звук, когда чья-то рука твердой хваткой опускается на его член. Слишком твердый и требующий внимания, но это выбивает весь воздух из легких, которого итак осталось мало.       — Ты дал нам разрешение, — кажется, голос принадлежит Тарталье. Видимо рука тоже его. Он не может похвастаться свободой действий, так что испытывает брюнета, быстро водя рукой по члену.       Скарамучча царапает спину Альбедо, прижимает к себе ближе, не позволяя спокойно двигаться, мечется меж двух крепких тел, но довольно быстро достигает своего пика. Правда, он отключается на несколько секунд от переизбытка абсолютно всего. Растянутый вот так двумя любовниками, он даже не понимает, что уже кончил, но стоит Альбедо толкнуться снова, как тело прошибает уже не от приятных ощущений.       — Пож… Пожалуйста, не так… быстро, — как-то слишком жалко для Скарамуччи хрипит брюнет, не узнавая собственного голоса.       Если Альбедо молчаливо и правда старается двигаться медленнее — хотя куда еще медленнее-то, — то вот Аякс не слышит. Из нехитрого желания поскорее кончить он двигает бедрами, вынуждая брюнета срывать голос. Но сил на сопротивление как-то не осталось, он лишь безвольной лужицей лежит на Тарталье.       Радует лишь одно — Аякс скоро кончит и явно жизнь станет легче. Закусив кожу на изгибе шеи чуть не до крови, Тарталья изливается в презерватив, тихонько что-то мыча. Альбедо помогает Скару соскользнуть с одного члена и позволяет себе наверстать все упущенное, вдалбливаясь в растраханное тело от души.       Блондин обнимает Скарамуччу, входит в него до упора последними толчками и задерживается внутри, но Скар похоже снова на десяток секунд теряет сознание. Получается только хрипеть нечто абсолютно невнятное и дрожать от переизбытка… от переизбытка всего за этот вечер, если судить коротко.       Когда Скар окончательно приходит в себя, то мысленно описывает все произошедшее одним словом — пиздец. Ему понравилось, но повторять он точно не стал бы. Наверное. Может быть когда-то… один разочек… И уж точно не скоро.       Чувствуя себя полной амёбой, он только поворачивает голову в сторону и встречается взглядом с Альбедо.       — Принцесса проснулась? — улыбается тот и чмокает в носик.       — Я не спал, — возражает он и чувствует легкую дрожь в теле.       — Да, прошу прощения. Мы случайно затрахали тебя до потери сознания, — поправляется Альбедо и Скарамучча зарывается лицом в подушку от стыда и неверия. Блять. Он отключился не на пару секунд?       — Альбедо был повынослевее, на тебе такое повторять не будем, пожалуй, — смеется Аякс.       — Ты следующий.       И почему-то угроза от Скарамуччи звучит уже не так смешно.