Любовь, как рождественский подарок

Снежные хлопья за окном продолжали кружиться в своем причудливом танце, освещенные бликами северного сияния. Метель в декабре в данном месте не является чем-то необычным. Скорее наоборот. Каждый год она приходит по расписанию, составленному неведомым Распорядителем погоды, и покрывает весь Северный полюс огромным снежным полотном. Помощники Санты каждый год застревали в своих мастерских на пару недель, ожидая пока метель над ними сжалиться и позволит разъехаться по домам. Декабрь и без того очень загруженный месяц, когда вся орава помощников пытаются наверстать и успеть доделать подарки до наступления Рождества, а сказать если быть точнее 23 декабря, когда Санта явиться проверять готовность к празднику. Каждый год в их работе он находил недочеты. Парни и девушки, работавшие у Санты, всегда удивлялись, как он один может проверить за день всю работу, что они делали в течении года своей огромной командой. Санта на эти вопросы только смеялся и говорил продолжать трудиться упорнее, чтобы в следующем году он не нашел ни одной ошибки. Но все равно их находил. В отличие от него, существа вроде как волшебного, помощниками работали обычные люди. Санта называл их эльфами, потому что они даже будучи взрослыми продолжали верить в волшебство. По такому принципу их и отбирали на работу. И с каждым годом это становилось все сложнее. Сейчас даже дети не верят в волшебство, что уж говорить о взрослых. Как-то, уже никто не помнит когда, он проболтался об этом какому-то сказочнику, а тот в своем рассказе написал, что Санта Клаусу на Северном полюсе готовить подарки помогают эльфы. Так и пошло в народе приданье о сказочных эльфам в услужении у самого доброго дедушки в мире. С каждым годом таких вот «эльфов» становилось все меньше, а подарки к Рождеству готовить приходилось все больше и больше. Помощникам тоже нужен был отдых. На время их отпусков конвейер подарков вставал и пылился без дела, а потом работал сверхурочно, чтобы к 25 декабря успеть загрузить волшебные сани всевозможными коробками. Хани работал у Санты уже третий год. Восемнадцатилетний он не знал, чем заниматься по жизни, как вообще можно определиться в своей жизни, когда все еще ощущаешь себя ребенком внутри, когда все еще веришь в волшебство. Это было его первое Рождество в Нью-Йорке в качестве студента. На специальности, которая ни капли его не интересовала. В городе, в котором он никого не знал и знать не хотел. Он сидел в канун Рождества в своей небольшой, холодной из-за плохого отопления, квартире, и мечтал попасть туда, где его поймут, где он сможет понять, кто он есть на самом деле. Санта ведь исполняет все желания, не так ли? И вот на он Северном полюсе, окруженный такими же потерянными в своей жизни парнями и девушками. Здесь постоянно кто-то приходит, а кто-то уходит. Кому-то хватает пары месяцев в этом волшебном месте, кто-то сидит год или полтора, но находит свой собственный путь в жизни. Только не Хан. Он проводит здесь уже третье Рождество. Быть потерянным так долго… Когда только попал сюда, он думал, что вот оно месте, где все его понимают. Он среди своих. Только вот, теперь даже среди своих он чужой. Не осталось никого кто был бы здесь до него или пришел вместе с ним. Ему двадцать один, он руководит всей работой мастерской с прошлого года. Но теперь нахождение здесь не приносит радости и удовольствия. Не из-за количества работы, а из-за мыслей, которые посещают его все чаще. «Что со мной не так? Почему я застрял? Почему не могу быть, как все? Почему не могу понять, что мне делать в этой жизни?» Плюсы загруженного декабря в том, что на такие мысли не остается времени.Особенно с прибытием такой катастрофы как Чонин. Этот парень одним своим присутствием выводил всю, работавшую до его прибытия технику, из строя за считанные минуты. Руководители всех их подразделений уже две недели швыряли его друг другу лишь бы избавиться. По итогу малыш-стажер попал в отдел исполнения нетипичных желаний к Сынмину и Феликсу. Эти двое работали исключительно с бумагами, так что Хан справедливо решил, что выводить из строя здесь нечего. Он еще никогда так не ошибался. Рассудительный Сынмин выдал стажеру стопку листов для обработки и деления по направлениям: тех, кто заслужил исполнения желания и тех, чьи желания еще год будут пылиться в отделе «Может быть следующем году». В работе не было ничего сложного. Сынмин по факту ее уже один раз сделал: на каждом бланке поставил штампы «К исполнению» или «Отказано», рассортировал по стопкам и только отошел взять ключи от архива, как метель вышибла окно именно в их кабинете и все бумаги оказались на полу в полном беспорядке. Работа как уже говорилось не пыльная и не требующая больших усилий и работы с техникой. Но Чонин оказывается мог сотворить катастрофу буквально из ничего. Как еще можно назвать то, что он с чего-то решил, что бланки, на которых имеются штампы «Отказано», необходимо уничтожить. Парень притащил из соседнего отдела шредор, поставил на самый мелкодробительный режим и начал свою инициативу претворять в жизнь. Только вот пока Чонин ходил за аппаратом, Сынмин уже забрал в архив нужную стопку, и к уничтожению пошли бланки «К исполнению». Сигнализация по защите желаний сработала на четвертом бланке. Желания четырех неизвестных личностей мелкой крошкой покоились на дне шредора, над которым с покаянной головой стоял Чонин, буквально со слезами на глазах Феликс, едва держащий себя в руках Сынмин, и абсолютно спокойный Хан. - Ну, что ж… Зато мы теперь знаем, что сигнализацию нужно обновить, она поздно сработала, хотя должна была начать орать еще, когда он поднес руку с первым бланком к машинке. - Заявки на ремонт раньше 26 не принимают, - глубокомысленно произнес Чонин. За две недели он был в отделе ремонта столько раз, что уже знает их расписание работ, лучше, чем весь остальной Северный полюс. - Да, пока этим и заниматься некогда. Нам нужно понять чьи желания были уничтожены и как-то выяснить их, чтобы успеть исполнить до Рождества, - Хан убрал нависшую над глазами прядь, обдумывая, что можно сделать. - Можно? – заговорил тихо Феликс.Он был таким с самого прибытия, хотя в его личном деле в характеристиках стояло, что он уверенный в себе парень, очень общительный и компанейский. - Да, Феликс, конечно, я всегда открыт к любым идеям, - подтолкнул его Хан. - Для начала нужно раздать исполнителям уцелевшие бланки, Сынмин вписывал к каждому исполнителю имена его подопечных. В конце концов мы получим, что чьих-то подопечных не хватает. А дальше уже думать, как достать описание их желаний, - совершенно робко, но четко проговорил план действий Феликс. - Так и сделаем. И вот после получасового собрания исполнителей, в списке всегда все контролирующего Сынмина, осталось всего четыре имени. Хотя тот еще сокрушался, что зря не записывал хотя бы кратко их желания. Сделал себе отметку, что после Рождества нужно будет усовершенствовать инструкцию по ведению и хранению бланков с желаниями. - Бан Кристофер Чан, Сидней Австралия, чемпион мира по плаванию, - Хан озвучил имена людей, чьи бланки с желаниями оказались уничтожены, - Ли Минхо, Нью-Йорк США, ресторатор. Со Чанбин, Сеул Южная Корея, режиссёр. Хван Хенджин, Милан Италия, писатель. Вот наши бедняги, которые хотели получить в качестве подарка что-то нестандартное, вели себя в прошедшем году хорошо, и в итоге, кажется, не получат ничего. - А может…? - Нет! – как никогда дружно ответили Чонину три голоса. - Но… - Малыш, ты уже испортил все, что только можно было испортить. Я тебя не ругаю, но сейчас нам нужно решить, как не получить от Санты за такой жесткий ээээ - Проступок? Ты это хотел сказать? – ухмыляясь, и явно понимая, что это не то слово, которое Хан хотел использовать, спросил Сынмин. - Да, именно, - невозмутимо согласился старший. - Может все же выслушаем предложение стажера? У нас самих-то никаких идей нету? – подал голос до этого молчаливо наблюдающий Ликс. Ребята молча сначала посмотрели на него, а потом на Чонина «мол давай глаголь». - Мне кажется нам придется отправиться к каждому из них и узнать, что они хотели бы получить на Рождество. - И как ты себе это представляешь? Подойти и спросить? - Думаю, если понаблюдать, мы сможем понять, что каждый их них хочет. Тем более другого выхода нет. - Как не печально, но да. Именно эти желания прилетают только на специальных бланках и не заносятся в базу, потому что считаются слишком личными и сокровенными, - грустно вздохнул Хан. - Ну, так что? Сделаем, как предлагает Чонин? – спросил Феликс. - Да, выбора у нас реально нет. Кто куда направится? - Я тогда возьму писателя. Думаю, с ним мне будет проще всего найти общий язык, - Сынмин взял чистый бланк, занес имя Хван Хенджина и вписал себя исполнителем. - Чонину я предлагаю отдать чемпиона мира по плаванию. Спортсмен, вряд ли у него получится его угробить, - Хан собственноручно вписал Чонина исполнителем, надеясь, что одаряемый к Рождеству хотя бы выжививет. Давать знать всем остальным об этом происшествии не стоило, только бы зря панику подняли. - Я могу взять режиссера. Хоть побываю на исторической родине, ни разу за двадцать один год там не был, - озвучил свой маршрут и кандидата Феликс, тоже начиная заполнять новый бланк. - Ну, что ж. А я, видимо, впервые за три года вернусь в Нью-Йорк. Надеюсь, в ресторане у Ли Минхо очень вкусно кормят, - забрал себе последнего Хан, - Идите в отдел снабжения с этими бланками, вам выдадут все необходимое. Они сами знают для какого задания и что надо, я сам до сих пор не знаю, как это работает. Но ещё ни разу не подводили. Удачи ребята!