Не создан для жизни

      Сегодняшний день был по-особенному тихий даже по меркам бескрайнего космоса. А на звёздном экспрессе, где обычно царит живая и бодрая атмосфера, стоял настоящий траур.        В главном вагоне, на первый взгляд, ничего не изменилось: так же стоят красные, обитые бархатом диванчики, растут цветы, магнитофон в углу.        Но конечно, нельзя не заметить стола в центре. Холодные металлические носилки на колесах, где лежит ничем не прикрытый, такой же ледяной труп. Кожа его до сих пор синеватая, глаза закрыты, но никаких повреждений и крови не видно. Это Келус. Тот скончался всего пару часов назад. По правилам его нужно было кремировать, а прах развеять в космосе, дабы человек даже после своей смерти смог продолжать "Освоение". Но пока это сделано не было, нужно было попрощаться. Как минимум, это хотел сделать Дань Хэн.       Брюнет сидел рядом с телом. Он не плакал, даже не смотрел толком на Келуса. Всего пару часов назад он и поверить не мог, что это произошло, но сейчас уже принял произошедшее. Уж слишком ожидаемо это было. Да, конечно, он испытывал печаль и скорбь, ведь ушел его возлюбленный, с которым те, хоть тайно, но встречались. Тем не менее, чувства были лишь в глубине, будто на подсознании. Тот был уверен, что так будет лучше... Для них обоих точно.        Реакция других была более понятна. Химено и Вельт сидели поодаль, смотря с явным осуждением. Конечно, те не были благодарны Келусу за неожиданный суицид. Да наверное, даже если бы тот предупредил всех, да ладно, хотя бы дал бы намек в своем поведении, те бы ничуть не сменили эмоцию. Мертвый был обузой, тем, кто испортил не только график и статистику, но и общий настрой комнады. Может, парень и надеялся, что после его смерти, уровень его проблем, никогда не встанет под вопрос, но нет, теперь его считали недостойным смерти, покусившимся на то, что ему по праву и не принадлежит и получившим это.        Март не плакала, не осуждала, не скорбела. Она не успела привязаться. Ей все равно на чужой уход, но почему-то от трупа в одной комнате с ней, становится некомфортно, нервно. Та ходила туда-обратно, в глубине души ожидая ночи, дабы больше не видеть перед собой мертвого тела никогда, постепенно забывая Келуса как можно скорее. Автор не видит причин ее осуждать.        Дань Хэн слегка сжимает руку возлюбленного. Он думает о том, что никто ведь и не догадывался, что тот скоро уйдет из жизни. Ведь все знают эти знаки: смена настроения, раздача вещей, обсуждение суицидальных тем. Келус ничего этого не показывал. Все же, он был немного необычным человеком: не имеющим воспоминаний, не знающим свой возраст, не имеющий подоплёки в виде воспоминаний и опыта, подсказывающим, как надо себя вести. Он веселился тогда, когда ему казалось что-то забавным, а казалось почти всегда. Он вел себя так, как хотел, как ему подсказывал дух Освоения, ведь он был буквально им воспитан.        Дань Хэну нравилось наблюдать за Келусом, обычные люди назвали бы его: "простым". Брюнет ощущал всю пресность этого слово, оно как мел или резина. Он считал, что ему больше подходит "неопытный" или "незнающий" на худой конец. Он влюблялся в эту его неопытность всё сильнее с каждым их малым диалогом:       – Почему ты смеёшься?       – Ну это же очень смешно! Ну прямо очень...       – Почему?       – ... Не знаю. ___       – Всмысле? Почему я не могу съесть это?       – Это не твоё. Другим же будет обидно.       – Почему обидно?       – Ты не понимаешь? Представь себя на их месте.       – Не понимаю... И как это "представить себя на их месте" не понимаю. Все таким занимаются? ___        Поведение Келуса заставляло других краснеть, недопонимать, осуждать. Но не Дань Хэна. Его умилял каждый такой поступок, заставлял влюбляться в того сильнее и сильнее. Кто же знал, что эти чувства взаимны. Признание было таким резким и неожиданным. Конечно, Келуса никто не научил стесняться чувств, стоило ему осознать "любовь", понятие о которой он получил из короткого рассказа и пары популярных фильмов, он тут же побежал говорить о своих чувствах. "Ведь так же все делают!"...        Открытие "суицидальной" стороны партнёра пришло внезапно, но Дань Хэн благодарит всех, в том числе Эонов, что оно все же произошло. Ему нужно было понять партнёра, а не переубедить или остановить, хотя не обошлось и без этого. ___        – Зачем ты смотрел... "Влияние угарного газа на организм"? - Невзначай поинтересовался Дань Хэн, пока те проводили время в комнате Келуса.       – А, я как-то пытался покончить с собой этим способом, минут 25 сидел и без результата... - Он сказал это максимально легко. Так же, как признавал свою вину, любовь, сообщал о окончании топлива или подписки на сайт для просмотра сериалов. Дань Хэн этого не понимал, как и никто другой. Шесть попыток самоубийства за два месяца... А ведь Дань Хэн даже не догадывался, не смотря на то, что те были в отношениях.       – Почему ты мне не рассказал?       – Зачем? Обычно людям, что хотят совершить самоубийство все пытаются помешать...       – Обычно говорят "помочь"... И действительно, следующие пару месяцев происходили так, будто Дань Хэн действительно лишь пытался помешать. Ни один из сотен разговоров и не помогал.       – Я не понимаю... Почему ты продолжаешь этим заниматься?! Я же столько делаю, дабы отвлечь тебя от этих мыслей... Давай ещё раз, у тебя точно нет причин пытаться убить себя раз за разом?       – Нет, я говорил... Я не считаю свою жизнь плохой, я люблю наши путешествия, тебя, чем я занимаюсь... Но стоит мне прекратить свои попытки, мне становится до ужаса печально и депрессивно... ___ Дань Хэн уже не мог это выносить. Он перерыл всю сеть, книги и архивы. Нигде ничего не написано, что делать в такой ситуации. Было ощущение, что у Келуса просто случилась гиперфиксация на теме самоубийств. Конечно, иногда улучшения были. Вот уже 13 дней без попыток, 16, даже 24! Но все равно, с сероволосым было что-то не так, что-то, больше подходящее на депрессию. То не ест, то спит днями на пролёт...       – 9 попытка... - Дань Хэн просматривал приложение на телефоне возлюбленного, где он отмечал свои "срывы". Вот она была всего два часа назад, оно и видно, как повеселел "самоубийца". Он всего неделю назад сказал, что больше не будет пытаться "помешать" Келусу, пусть тот сам обращается за помощью, когда захочет. (Счётчик на тот момент был равен семи) Он не обратился ни разу. И брюнет его понимал, он не хотел помощи, он хотел умереть. Смерть не была попыткой сбежать, она была целью.       – Ладно, нужно завязывать за ним следить. - И он выключил чужой телефон. Теперь, Келус лежал перед ним мертвым. Стоило бы радоваться за того, ведь это все, чего он хотел. Что могло ему помочь? Обнародование проблемы? Психиатр? Или сам Дань Хэн недостаточно старался? Теперь уже никто не узнает.       Дань Хэн заснул. И ему приснилась их посиделка, ещё на космической станции "Герта", когда те не состояли в отношениях.       В тот день те нашли небольшой игровой автомат. Прямо на станции. И откуда он там взялся? Небольшой, работающий от жетончиков, десяток которых лежал рядом. Сама игра представляла из себя обычный тройной барабан, при выпадении трёх семёрок на котором можно было выиграть целый миллион кредитов. В противном же случае, не выдавалось ничего.       – Давай, последний жетон остался, закидывай. - Сказал Дань Хэн точно так же, как и в тот день. Келус делает точно так же, как в тот день. Барабаны крутятся. Две семёрки.       – Проиграли...       – Выиграли! - Воскликнул Келус, замечая, что автомат выдал "утешительный приз" в виде конфет за две правильные цифры.       – Ты рад конфетам, когда вы почти выбили миллион?

– Конечно, тебе что, кредитов не хватает?

И как так получилось?