stars falling twice

Город засыпал под холодным светом звёзд. В небе горели миллионы огоньков, но ни один из них не освещал дорогу Ёнджуну, который бесцельно брёл по мосту. Ветер обжигал кожу, волосы путались на лице, но ему было всё равно. Мир вокруг будто потерял краски, а звук собственных шагов отдавался болезненным эхом в голове. «Странно,» — подумал он, глядя вниз, где тихо шевелилась чёрная гладь реки. — «Если исчезну, разве кто-то заметит?» Но прежде чем он сделал ещё один шаг, в ночной тишине раздался голос: — Ты что, решил проверить, сколько секунд падать? Ёнджун обернулся. На противоположной стороне моста стоял парень с блекло-рыжими волосами в длинном тёмном пальто. Его лицо было спокойным, а в руках он держал чашку кофе, будто просто решил прогуляться среди ночи. — А если я решил? — ответил Ёнджун, не скрывая горечи. Парень поднял бровь и сделал глоток. — Тогда ты точно не видел, как звёзды падают дважды. Ёнджун уставился на незнакомца, пытаясь понять, что тот имеет в виду. — Звёзды падают дважды? Это какая-то глупая метафора? — его голос звучал грубо, но внутри всё дрожало. Парень усмехнулся. — Может быть. А может, я просто знаю, что ты зря хочешь сбежать. — Он подошёл ближе, так близко, что Ёнджун мог уловить запах кофе и едва уловимые нотки ночного воздуха. — Сначала звёзды горят, потом гаснут. Но иногда они возвращаются, чтобы вспыхнуть ещё раз. Ёнджун молчал, не зная, что сказать. — Если у тебя больше нет причин оставаться, дай мне одну ночь. — Рыжий парень пожал плечами. — Просто одну. — И что ты хочешь сделать за эту одну ночь? — Пока не знаю, по ходу увидим, — он пожал плечами, будто это была самая обыденная вещь в мире. — Ты серьёзно? Кто ты вообще? — Бомгю, — коротко ответил тот без каких-либо колебаний. — Я не об этом… — Ёнджун вздохнул. — Чего ты заговорил со мной? — Наверное, потому что ты выглядел будто вот-вот исчезнешь. — И что? Какая тебе разница? Я всё решил, — резко ответил он, но в его голосе всё равно слышалась дрожь. Бомгю лишь усмехнулся. — А мне всегда было интересно, что можно сделать, чтобы этот свет не гас. Ёнджун посмотрел на него, не зная, как реагировать. Странный парень, но почему-то с ним становилось легче дышать. — Ну так что? Ты идёшь? — Парень начал отходить, не оборачиваясь, будто зная, что его всё равно догонят. Русый постоял секунду, пытаясь всё переварить, и не заметил, как ноги сами последовали за незнакомцем. Пока они шли, Ёнджун задумался: а вдруг это какой-то мутный человек? Что он забыл ночью на мосту? Что ему даст эта «одна ночь»? Из мыслей его выдернуло действие попутчика. Он внезапно остановился и начал снимать обувь. — Ты чего делаешь? — нахмурив брови, спросил парень. — Теперь ты, — проигнорировав вопрос, сказал тот. — Что? — Просто сними. Я же не прошу тебя сделать сальто. Сняв обувь, Ёнджун стоял в недоумении, как вдруг его руку схватили и, крепко держа, побежали куда глаза глядят. — Да ты что, совсем?! — сопротивлялся Ён, пытаясь остановиться. Он даже представить себе такого не мог. Даже в детстве, когда это было дозволено, он никогда не бегал босиком. А тут, на пороге двадцати, — и вдруг носиться по мокрой траве. Но, признаваясь самому себе, это оказалось приятно. Холодная, мокрая от росы трава щекотала босые ноги, оставляя странное ощущение лёгкости. Уже устав, они остановились, опираясь руками на колени, чтобы отдышаться. Несмотря на нехватку воздуха, Бомгю смеялся. — Вот видишь! А ты плевался, мол это глупо, — передразнивал рыжий Ёнджуна. — Посмотри, как ты сияешь! Постояв немного, они куда-то направились. Куда — непонятно. Бом просто вёл его в неизвестном направлении. — Куда мы? — Я покажу тебе одну штуку. Офигеешь, — обернувшись, ответил Бомгю. Улицы были пусты, тишину нарушали лишь их шаги и изредка проезжающие машины. Ёнджун на секунду задумался: «Кому и куда может быть нужно в такое время?» Его уже не волновало то, что он идёт с каким-то незнакомцем. Напряжение отпускало. Вскоре перед ними появилось круглосуточное кафе. — Возьмём кофе? Думаю, это как раз то, что нужно сейчас. — Блин, как тебя там... Бомгю, у меня нет с собой денег, — закопошился парень от неудобства. — А я разве спрашивал, есть ли у тебя деньги? Смутившись, Ён промолчал. Ну ладно, бесплатный кофе — это неплохо. — Выбирай, что хочешь, не стесняйся, — улыбнулся рыжий. Ёнджун быстро пробежавшись глазами по меню, не желая тратить время на долгий выбор, взял самое привычное — американо. Пока стакан заполнялся крепким напитком его взгляд зацепился за бутыль сиропа «Зелёный банан». Не задумываясь, как будет сочетаться вкус, он добавил немного. Сладкий, экзотический аромат сразу наполнил воздух, вызывая у него любопытство. Решение было скорее импульсивным, чем обдуманным, ведь обычно он предпочитал чистый кофе, без всяких добавок. — Как такое можно пить, боже, — пробубнил Бомгю. — Ой-ой, ну ты и нежный. Ртом такое пьют, — огрызнулся Ён, отходя, чтобы второй мог выбрать себе что-то. Бомгю задержался у стойки внимательно изучая все названия. Для него это был не просто какой то выбор кофе, а что то важное, ценное, чему он хотел уделить достаточно времени. Его пальцы мягко постукивали по столешнице нарушая тишину между ними. Наконец он двинулся. Рука потянулась к стакану чтобы поставить его в аппарат. Минуту подумав точно ли это он возьмет, все-таки нажал на дисплее «Какао». Ёнджун, который стоял сзади, не удержался от усмешки. — Столько времени выбирать, чтобы взять какао? Сильно. Затем взгляд Бомгю упал на меню с добавками. На счастье, они стоили всего несколько вон, поэтому он взял упаковку с маршмеллоу. Сладкие белые облачка нежно легли на пенку какао, словно пушистые облака на вечернем небе. Вскоре перед его глазами появилась яркая посыпка, напоминающая звёзды, добавляя ещё больше красок в этот ночной момент. — Довольно мило, — вдруг выпалил Ёнджун. — Вроде такой крутой: чёрное пальто, крашеные волосы, низкий голос… и берёшь какао со сладкими добавками. Неожиданно. — А от тебя я именно этого и ждал. Хотя думал, что ты будешь брать чистый кофе, без всяких сиропов. — Обычно так и беру. Это было спонтанно. — Думаю, нам стоит уйти куда-то подальше, где точно не будут мешать люди. Что думаешь? — Я не против, — сказал Ёнджун. — Просто веди куда хочешь. Они вышли из кафе, и прохладный ночной воздух снова обжёг кожу. Город медленно утихал, улицы становились всё пустыннее. Бомгю шёл впереди, не говоря ни слова, лишь изредка оборачиваясь, чтобы убедиться, что Ёнджун не отстаёт. — Ты уверен, что знаешь, куда идёшь? — спросил Ёнджун, стараясь скрыть небольшую тревогу. — Конечно, — обернувшись, ответил Бомгю с лёгкой усмешкой. — Разве ты не доверяешь своему проводнику? Ёнджун промолчал, просто наблюдая за тем, как рыжие волосы Бомгю отблескивают в свете уличных фонарей. Длинная дорожка уводила их всё дальше от огней города. Холодный воздух обжигал кожу, но Бомгю будто не замечал этого, уверенно шагая вперёд. Ёнджун следовал за ним молча, время от времени бросая взгляды на его фигуру. — Мы уже почти пришли, — обернулся рыжий, чуть замедлив шаг. — Надеюсь, ты любишь красивые виды. — Зависит от того, что ты называешь красивым, — отозвался он, засунув руки в карманы. Бомгю ничего не ответил, только мягко улыбнулся, свернув на узкую тропинку, которая тянулась к холму у реки. Трава была немного скользкой из-за ночной прохлады, но это не особо мешало подъёму, хотя и настораживало. Не хотелось бы покатиться вниз. Всё-таки добравшись до вершины, Ёнджун замер, поражённый видом перед собой. Бескрайнее звёздное небо раскинулось над ним, а луна, словно ночное солнце, мягко освещала всё вокруг. Спокойная река тянулась вдаль, её поверхность едва колыхалась, отражая мерцающие звёзды и холодный свет луны. Глядя на эту безмятежную картину, Ёнджун почувствовал, как внутри тоже наступает покой, словно душа настроилась на ту же тихую волну, что и река. — Тебе никогда не казалось, что вода забирает плохие мысли? — вдруг спросил Бомгю, разглядывая гладь реки. — Не знаю. Я об этом не думал, — растерянно ответил Ёнджун, чувствуя, как слова застревают где-то в горле. — Но, наверное, да? — Я тоже так думаю, — задумчиво произнёс рыжий. — Когда смотришь на воду — в реке, море, где угодно — словно становишься таким же. Текущим, свободным. Странно, правда? Ёнджун ничего не ответил. Он смотрел вдаль, позволяя мыслям ускользнуть вместе с течением. Место и правда было хорошим. Вечерняя тишина нарушалась только игрой кузнечиков, спрятавшихся где-то в высокой траве. Лёгкий холод пробирал кожу, но это лишь усиливало атмосферу. Небо над головой казалось бездонным — ни облака, ни звука. Только звёзды и луна, свет которой мягко ложился на воду, будто нежно обнимая её. Наконец-то Ёнджун почувствовал, что может дышать полной грудью. — Тут хорошо, — пробубнил он, опускаясь на спину и раскинув руки в стороны. Закрыв глаза, он позволил холодной траве коснуться кожи. Бомгю посмотрел на него и едва заметно улыбнулся. — Сколько тебе вообще лет? — неожиданно спросил он, присев рядом. — Двадцать, — коротко ответил Ёнджун, не открывая глаз. — Так у тебя, типа, “кризис четверти жизни”? — подколол рыжий, слегка усмехнувшись. — А тебе сколько? — Восемнадцать. Ёнджун приоткрыл один глаз и повернулся к нему. — Серьёзно? Я угадал. Думал, тебе где-то столько и есть. — Ха-ха, так заметно? — Да, есть такое, — он прищурился, разглядывая Бомгю. — Это ты, получается, только закончил школу? — Угу, — кивнул Бомгю, улыбнувшись краем губ. — И куда планируешь поступать дальше? — Не знаю, — парень ненадолго замолчал, подбирая слова. — Мне ничего особо не нравится. Я ни во что не углублялся в школе. — В его голосе послышались нотки разочарования. Он лёг рядом с Ёнджуном, подложив руки под голову и уставился в небо. — Я бы хотел работать в кофейне или в цветочном магазине. Было бы круто, если бы получилось объединить это. — Вот как... — задумался Ёнджун, глядя на рыжего. — Звучит интересно. А почему именно это? — Ну, не знаю, — пожал плечами Бомгю. — Цветы красивые, они добавляют спокойствия на душе. И в кофейнях всегда уютно. Это место, где люди отдыхают. Мне нравится думать, что я мог бы сделать их день немного лучше. Ёнджун слегка наклонил голову, его губы дрогнули в едва заметной улыбке. — У тебя какая-то идеалистическая картина. — А что в этом плохого? — удивлённо посмотрел на него Бомгю. — Ничего. Просто... ты правда думаешь, что это возможно? — Конечно, — уверенно сказал Бомгю. — А ты что? Никогда не думал, кем бы хотел стать? — Нет, — коротко ответил Ёнджун. Бомгю замер, будто не знал, как реагировать. — Как "нет"? Вообще? Ёнджун вздохнул, слегка раздражённый его настойчивостью. — У меня не было времени об этом думать. Нужно было заниматься другим. — А сейчас? — Бомгю склонил голову, изучая его лицо. Ёнджун встретил его взгляд и слегка пожал плечами. — Сейчас я просто иду вперёд. Бомгю тихо хмыкнул. — Звучит грустно. — Не все могут жить, как ты, — парировал Ёнджун, но в его голосе не было злости. — Может, стоит попробовать, — задумчиво произнёс Бомгю. На секунду между ними повисла пауза. Ёнджун отвёл взгляд, а Бомгю просто смотрел на него, будто пытался что-то понять. Ёнджун поднялся, потянулся и сел ровнее, как будто хотел закончить тему. — Может быть. Но, честно, я даже не знаю, с чего начать. Бомгю опустил взгляд, задумавшись, а потом поднял на него свои карие глаза. — Знаешь, иногда начать проще, чем кажется. — Это ты так говоришь, потому что у тебя всё легко получается, — с легкой усмешкой ответил Ёнджун. — Это неправда, — Бомгю неожиданно серьёзно посмотрел на него. — Ты просто меня плохо знаешь. Ёнджун хотел что-то ответить, но замолчал. Слова Бомгю задели его больше, чем он ожидал. — И что, например, у тебя не получалось? — наконец спросил он, приподняв бровь. Бомгю сжал губы, будто пытался решить, стоит ли говорить. — Социализация, — тихо выдавил он, немного смутившись. — Раньше это было просто катастрофой. — Не скажешь, — удивился Ёнджун, посмотрев на него с недоверием. — Ну вот, — слабо улыбнулся Бомгю. — Ты не всё обо мне знаешь. Между ними снова повисла пауза, но на этот раз она была тёплой, почти уютной. — Может, ты и прав, — тихо произнёс Ёнджун. — Начать и правда проще, чем кажется. Бомгю кивнул, но ничего не сказал, оставляя Ёнджуну время. — А ты? О чём ты мечтаешь? — Я бы хотел работать где-то, где могу помогать людям. Помогать с их внутренними конфликтами и переживаниями. Особенно тем, кому пришлось нелегко... как мне в детстве, — тихо добавил он. — Что-что? Как и ты в детстве? Расскажешь? — Ну… — Ёнджун немного задумался. Это довольно личная тема, которую он редко поднимал. Ему казалось, что она одновременно тяжелая и слишком обыденная, чтобы жаловаться. Он отвёл взгляд, словно разглядывал что-то вдалеке. — Ладно. Когда я был совсем маленьким, мои родители развелись, и я остался с мамой. Он помолчал, подбирая слова. — Я тогда решил, что должен быть “главным”, “защитником”. Старался вести себя так, чтобы ей было проще, чтобы не доставлять лишних хлопот. — Он слегка улыбнулся, но улыбка вышла натянутой. — Думал, что делаю правильно. Всё ведь и так было сложно, а если бы я добавил своих проблем… Ёнджун замолчал, нервно потёр шею, его взгляд стал немного отрешённым. — Но потом это как-то переросло в… — он замялся, словно пытаясь найти подходящее слово, — в неспособность заботиться о себе. Это всегда казалось мне чем-то неправильным. Эгоистичным. Он слегка пожал плечами, будто пытался отмахнуться от своих мыслей. — И теперь я часто не понимаю, чего сам хочу. Живу так, будто нужно соответствовать чужим ожиданиям, а не своим собственным. Он вдруг посмотрел на Бомгю, в его взгляде читался вызов, смешанный с легкой неуверенностью. — Странно, да? — усмехнулся он. — Хотя… Я думаю, каждый человек хоть раз так себя чувствовал. Бомгю внимательно смотрел на него, пытаясь уловить, как он чувствует себя после рассказа. Но… ничего особенного? — Это так ужасно, я даже не знаю, что сказать. А ты как себя чувствуешь после этого? — Бомгю осторожно улыбнулся. — Да нормально, может, даже легче стало. — Ёнджун опустил голову на колени. — Спонтанно начал про это. Странно, да? — Перестань, всё в порядке, — Бомгю потрепал его по волосам. — Я ждал, когда ты начнёшь делиться чем-то важным. — Ну, тогда твоя очередь, — усмехнулся Ёнджун, подняв голову. — Что у тебя с социализацией? — Да ничего сверхъестественного, — Бомгю пожал плечами. — Просто я всегда был очень стеснительным, затюканным ребёнком, а потом это переросло в проблему. Но сейчас у меня всё хорошо, думаю, ты заметил. — Заметил, — кивнул Ёнджун. — Ты сейчас совсем не выглядишь затюканным. Скорее, наоборот, слишком уверенным. — Ты издеваешься? — рассмеялся Бомгю, но его голос всё же звучал немного неуверенно. — Иногда я до сих пор чувствую себя тем затюканным ребёнком, который не может вписаться. — Ну-ну, — Ёнджун прищурился, будто пытался поймать Бомгю на лжи. — Ты понимаешь, что это не приходит вот так, за пару дней? То, как ты сейчас держишься, говорит о том, что ты через многое прошёл. — Ты наблюдательный, — Бомгю улыбнулся, но взгляд его немного померк. — Это не сразу получилось. Особенно сложно, когда кажется, что тебя никто не слышит, даже если ты кричишь. Ёнджун задумчиво кивнул. — Это ужасное чувство. Но ты справился. Бомгю замолчал, опустив взгляд на свои руки. — Спасибо, — наконец выдохнул он. — Знаешь, я рад, что могу говорить с тобой об этом. Ёнджун улыбнулся в ответ, его лёгкая, чуть грустная улыбка скрывала больше, чем могла сказать. — Ладно, давай что-то полегче обсудим. Кем ты видишь себя через пять лет? Бомгю на мгновение задумался, устремив взгляд на огоньки ближайшего здания. — Пять лет... Знаешь, я никогда так далеко не заглядывал. Наверное, боялся разочароваться, если мои мечты не сбудутся. Ёнджун усмехнулся и слегка подтолкнул его плечом. — Звучит так, будто ты живёшь одним днём. — А ты разве нет? — Бомгю поднял бровь и посмотрел на него. Ёнджун ненадолго замялся, будто обдумывая, стоит ли делиться. Наконец он выдохнул, чуть расслабившись. — Если честно, я раньше тоже боялся думать о будущем. Слишком много вопросов, слишком много шансов ошибиться. Но сейчас я думаю, что это не так важно. Главное — кто рядом с тобой в этот момент. Бомгю удивлённо посмотрел на него, но в его глазах постепенно зажигалась мягкая улыбка. — Ты когда-нибудь думал, что у тебя талант к мотивационным речам? — Я бы выбрал это своей профессией, если бы умел говорить без запинок. — Ёнджун рассмеялся, и его смех разлетелся по тихой улице, заполнив собой тишину. Бомгю смотрел на него, заметив, как его открытость согревала что-то внутри. — А ты кем себя видишь? — Никем наверное, я собирался прыгнуть несколько часов назад… но ты помешал мне, спас. — Говоришь будто не рад этому. Я же твой герой, мне нужен памятник при жизни. — Не знаю даже рад я или нет. Но почему ты решил вмешаться? — Я тоже хотел. — Что? — Ёнджун обернулся чтобы удостовериться, что он все правильно услышал. — Да. Когда я увидел как ты идешь к краю мне стало не по себе, потому что сделать самому это как то одно, а увидеть как кто то другой это разное. Ты выглядишь будто у тебя ещё всё впереди и мне стало жалко чтобы вот так все закончилось. В общем почувствовал себя героем. Друзья по беде. Ёнджун замер, пытаясь переварить сказанное. — Ты серьёзно? Бомгю кивнул, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он не хотел встречаться с глазами Ёнджуна. — Ага. Знаешь, я часто думаю, что легче всего просто уйти. Но когда я увидел тебя… это будто перевернуло что-то во мне. Ёнджун молчал, смотря на него так, словно видел впервые. — Это странно, да? Ты спас меня, а я… даже не знаю, чем могу отплатить. — Просто… будь здесь. — Бомгю улыбнулся, хоть в этой улыбке и чувствовалась едва заметная грусть. — Этого достаточно. Ёнджун долго смотрел на него, прежде чем ответить. — Ты даже не представляешь, как это звучит для меня. — Почему? — Ёнджун отвел взгляд, на мгновение потирая шею. — Потому что мне тоже иногда кажется, что я никому не нужен. Но ты… ты сказал это, и мне стало легче. — Бомгю посмотрел на него внимательнее, а потом тихо произнес: — Значит, ты всё-таки мой герой. — Хм, а ты мой. — Ёнджун усмехнулся, но его глаза были серьезными. На мгновение между ними повисло молчание, но оно не было тяжелым. Лёгкий ветерок играл с их волосами, а где-то вдалеке слышался шум города. — Может, начнём с малого? — предложил Бомгю, наконец-то повернувшись к Ёнджуну. — Например, посмотрим, что будет завтра. — Ёнджун кивнул, его голос стал немного мягче. — Завтра. Договорились. Они сидели рядом, чувствуя, как тяжесть их мыслей понемногу отступает.