Понравилось?

***

— Тебе понравилось играть в героя, Ги-Хун? — спрашивает он, держа оружие прямо над головой Ги-Хуна, который понимал, что возможно, это конец. Трясется, перепуганный, понимая, что это конец. Всё, ради чего он сюда шёл было напрасно и пусто с его стороны. С ним не будут церемониться, а все, кто были рядом - оказались так далеко. Он один. Даже Ин-Хо, которого он мог начинать считать своим другом. Даже сейчас он сумел потерять его. — Отвечай на мой вопрос, — низким и довольно властным тоном говорит он, пока за ним стоят ещё двоя что спереди, что сзади. Пути назад нет.

***

Впервые он встретил Ин-хона на том самом голосовании, ведь тогда от его голоса зависело всё. Моментами даже пробегал тот самый случай, года 3 назад, когда всё зависело также от 001 номера. Но сейчас всё это было не в его пользу. Игра в героя началась. — Я остался только ради вас, — говорит он, уже подходя ближе. Он лишь смотрит куда-то в пустоту, но после таких слов переводит взгляд на него. — В смысле, я доверился и поверил вам. Если вы и правда играли в эти игры, нам нечего бояться. Со стороны Ги-Хуна он ничего не слышит, он молчит, как и всегда. Не был он разговорчивым, особенно сейчас, всё внимательно рассуждал. Чипа больше нет, и за ним проследить невозможно. Что делать дальше? Почему он согласился, а не ушёл сразу раньше времени. — Если бы вы доверились мне, — вздыхает, обращаясь к нему. — Вы бы выбрали крестик, как и я. Вы не доверились моему выбору? — Не в этом дело. Я не готов уходить так скоро, — прикрывает глаза, осматриваясь, будто видит всё в первый раз. — Моя жена... она очень сильно больна. На её операции мы и так потратили слишком много и влезли в долги, что я сейчас не могу уйти. Поймите меня правильно, господин.

***

Порой он мог понять его, а порой и нет. После того, как объединился со своей командой, предупреждая, что другая команда может атаковать, чтобы избавиться от парочки ненужных людей. Договорившись спать попарно, каждый где-то по полтора часа дежурит, засыпают. Ги-Хун прекрасно справлялся со своей работой, даже слишком. Сон не лез не в один глаз из-за сильнейшего страха, что всё может повторится. Но если не повторять прошлых ошибок, возможно, все и обойдётся. — Ги-Хун? — слышит он знакомый голос за своей спиной, вздрагивает, а оборачиваясь видит Ин-Хона. Успокаивается, что точно проследил, и это их люди. — Вы тут слишком долго, вам пора спать. Я буду заместо вас. — Не стоит. Спать я совсем не хочу. Ин-хон все-таки усаживается около него, не желая больше спать. Посидит в такой небольшой компании, хотя бы не в одиночку, что уже лучше. — Откуда вы знаете моё имя? — вдруг интересуется он, поворачиваясь к нему. — А, это... — прикусывает губу, что-то быстро придумывает, дабы вопросов не было. — Я слышал, как Чон-Бэ вас так называл. Я посчитал, что... а вы против? — Нет. Называйте меня как хотите, — отводит взгляд, они так и молчат пару минут. Никто не решается заговорить первым. — А вас как зовут? — Ин-Хон, — быстро произнёс он. Ин-Хон. Это имя он точно запомнит надолго.

***

3, или, наверное, 4 день их пребывания здесь. Насколько бы точный тут график не был, Ги-Хун сбился с счета, как всегда. Все мысли лишь о том, как прекратить эту сумасшедшую игру, освободить себя и всех остальных. Он уже и не был в надежде, что кто-то до сих пор в поисках его или места этой чертовой игры. И Ги-Хун придумывает план. Рассказывая это и другим из собственной команды, возможно, не понимает, как это рискованно для самого себя и других. Как он подвергает других. — Ги-Хун, подождите, — вдруг перебивает его Ин-Хон, обращая общее внимание также на себя. — Вам не кажется это слишком опасным? Я доверяю вам, как и говорил ранее, но даже для меня это слишком. Другие также начали поддерживать Ин-Хона, хотя и понимают, что всё ещё другого плана у них нет. Все могли спокойно играть дальше, но также и продолжать бояться за собственную жизнь. — Я понимаю. Но если не мы и не сейчас, то когда? Кто знает, чем закончится следующая игра? Кто останется в живых? — выдаёт речь он, начиная пробегать взглядом по всем. — Хорошо, Ги-Хун, — вдруг обращается он, кивая головой. Еле видимая, но ухмылка лезет ему на лицо. — Я согласен. Давайте так и сделаем. И все также доверились этим двоим сумасшедшим.

***

Проходило все, можно сказать проще, по их плану: оружие было у них, да и как они сначала посчитали, вполне достаточно. Поймали одного из тех самым, что работают на все это дерьмо, и заставили его вести к месту назначения. Ин-Хон оглядывается, держась ближе к Ги-Хуну, считая, что он единственный, что больше всех воспринимает то, что происходит. Но вот и началось самое ужасное. Их раскрыли, что было очевидно, из-за чего они периодически останавливались, дабы защищаться. Позже же было принято решение отправиться двоим на то место, что им указали, которое якобы их приведёт к центру и администрации. Этими двумя оказалось Ги-Хун и Чон-Бэ, у которых патронов было больше всех, значит, если их и заметят, то защититься шансов у них будет и больше. Но потом... потом всё пошло наперекосяк. У некоторых начали заканчиваться патроны, а те двое, что ушли, так и не вернулись. А кого-то... уже и нет в живых. У самого Ги-Хуна вдруг ситуация оказалась никак не лучше. Патроны закончились, как и у Чон-Бэ, а обстрел так и продолжается. Их было слишком много на двоих. — Ин-Хон, приём, — для связи Ги-Хун берёт рацию в руки, прикрывая одно ухо, чтобы того было видно лучше. — У нас закончились патроны, мы не знаем что делать. У вас есть патроны? Ин-Хон? Молчание. Долгое молчание. В это время он стоял один, около двух трупов совершенно безобидных людей. Он их убил сам, совершенно хладнокровно и собственно сожаления, как они, казались, были плечом к плечу. Слыша, что к нему обращаются через рацию, вздыхает, понимая, что молчать не может. — Всё кончено, Ги-Хун. Пора сдаваться, — шепчет он, смотря куда-то в пустоту. А потом вдруг наклоняется к одному из них, вроде как полуживому, который ещё издавал какие-то звуки. — В каком смысле, Ин-Хон? Что у вас? С вами всё хорошо? — выпучил глаза, взгляд бегает туда сюда, также и продолжая бояться. Молчание. Потом какие-то звуки, похожие на бормотание, и выстрел. Этот выстрел будто прошелся по сердцу Ги-Хуна. Он и так успел наблюдать слишком много смертей, но слыша лишь самый обычный звук выстрела, понимая, что Ин-Хона больше нет, дрожит. Ему страшно. — С-сдаваться?.. — он поворачивается к Чон-Бэну, пока что убирая рацию в карман, вдруг кто ещё обратиться к нему. — Чон-Бэн, я... надо бежать. Но они не успевают убежать.

***

Теперь перед Ги-Хуном лишь тот самый человек в чёрном плаще и маске, с которым он виделся один раз в своей жизни, но его собственный облик никогда не исчезал из головы парня все эти 2 года. — Ты игрался слишком много. Ты знаешь? — он почти нажимает на курок, но пока что лишь зажимает пальцем, не стреляя тому прямо в голову. — В прошлый раз ты был слаб и растерян. Сейчас у тебя есть деньги, ты мог поменять свою жизнь, но ты так и остался слабым и растерянным. Поняв, что ответа он так и не дождётся, нажимает на курок, но лишь грохот, самого выстрела нет. Как и патрона. Ин-Хон прекрасно знал об этом, просто захотел испугать его, увидеть его настоящие эмоции. — О, патрона не было. Ну... сейчас перезарядим. А Ги-Хун весь дрожит, понимая, что вот и настигло его то, от чего он так долго бегал. Он не ожидал, что его смерть произойдёт именно так. Вот и Ин-Хон перезарядил оружие, убедившись, что патрон на месте. Но вот направив его вновь на висок парня, что-то в его голове не давало это сделать. Это же так легко. Он мог сотни раз убить его, как и до этого в команде с ним других своих же людей. Ги-Хун ведь для него совершенно чужой человек, да? Какая ему вообще разница на его жизнь? В памяти крутятся все небольшие, и возможно, не такие близкие, но моменты что были между ними. Как он украдкой поглядывал на него во время отбоя, приёма пищи. Постоянно ходил за ним, считая тут самым опытным и разумным, если так можно назвать. Закрыв глаза, рука дёргается, и он стреляет. Слышит, как тело падает, из-за чего тяжело дышит. Не может смотреть, почему-то. Странное чувство вины внутри. "Игрок 456 выбывает из игры"— вдруг говорится уже как на автомате, да настолько громко, что слышно отсюда. Тело дрожит, но он лишь немного снимает маску, а потом открывает глаза. Стоит так пару секунд, а потом разворачивается и уходит. Он понимает, что другого выбора у него и не было. Не мог оставить его в живых, вернуть к игре, ведь он мог всё разболтать, или не дай бог придумать что-то куда хуже. По крайней мере, Ги-Хун останется в его памяти.